Опал и Рубин

Тяжелее всего Тэхёну давалась зубрёжка заклинаний. Заучивать строчки было сложно, но они хотя бы навсегда оставались в памяти, не перемешиваясь друг с другом, а будто бы хранясь в разных папках. Земля, успокоившись, решила больше не мучать свою ведьму, покорно исполняя желания. Не прошло и недели, как Цина решила, что пришло время пробуждать Воздух. Тэхён переживал, но оказалось, зря — Воздух был не таким вредным, как Земля. В этот раз они вновь вернулись на луг, но уже не вдвоём, а втроём. — Покажи стихии свой дружелюбный настрой, — инструктировала Цина, стоя в нескольких шагах от ведьмы. — Воздух должен почувствовать чистоту твоего сердца. Бэкхён, сидящий чуть вдали от ведьм, с любопытством наблюдал за необычной ведьмой, обладающей сразу несколькими стихиями. Бён никогда не видел таких ведьм. Мало кто их видел. Стоя на лугу под яркими лучами солнца, Тэхён закрыл глаза и принялся шептать:

Ma olen Uus õhu nõid Ma kutsun välku, orkaane, tuult mind vaatama Puudutage puhta minu südant Vaadake minu kavatsusi Minust saab ustav nõid Võta mind vastu

Шёпот разносился по лугу, направляясь к самому небу. Ветер спустился ниже, желая посмотреть на новую ведьму. Тэхён чувствовал лёгкое ознакомительное касание ветра. Обласкав лицо, ветер перешёл к рукам. На секунду всё стихло, а затем омега почувствовал пронизывающее до самых кончиков пальцев ощущение по всему телу. Вздрогнув и тихо пискнув, он в недоумении уставился на свои ладони, замерцавшие фиолетовыми молниями. Хотелось завопить от восторга, охватившего всё тело. Молнии переливались на свету, щекоча кожу. Больно совсем не было — чувствовался лёгкий приятный холодок. Деревья у кромки леса поддались ветру, слегка качаясь из стороны в сторону. Воздух открылся своей ведьме. — Воздух тебе так быстро поддался, — изумился Бэк, в кои-то веки испытывая яркие эмоции. Стоило профессору ненадолго отойти, Тэхён сел на траву рядом с Бэкхёном, желая немного понежиться в лучах солнца. — Повезло. С Землёй было сложнее, — улыбнулся Тэхён, опустившись спиной на траву. — Значит, ты хочешь стать следователем? С Бэкхёном было неловко говорить, ведь ведьмы толком-то и не знали друг друга. Учась в одной академии столько лет, почему-то раньше не замечали друг друга. — Хочу. — Почему? — спросил, поджав губы. Хочет ли Бэкхён с ним вообще разговаривать? Вроде и сам начал разговор, но было непохоже, что желал его продолжить. Может, он лишь поделился своими мыслями, не желая на самом деле разговаривать? — Стабильная, интересная работа, — сухой ответ Бёна лишь укрепил засевшую в груди неуверенность. Тэхён пытался вспомнить хоть что-нибудь о Бэкхёне, но в голову ничего не шло. Ведьмы никогда не общались и даже не контактировали. У них были совместные уроки, но они не обращали друг на друга совершенно никакого внимания. — У тебя красивый камень, — вдруг выдал Бэкхён, рассматривая опал, переливающийся разными цветами на шее ведьмы. Камень издалека казался молочным, но вблизи в нём играли едва ли не все цвета радуги. — О, спасибо, — выдохнул Тэхён, привстав на локтях и переведя взгляд на свой кулон. — Мне кажется, что я никогда не смогу отказаться от опала в пользу другого камня. — Я не испытываю любви к топазу, — поделился Бён, переведя взгляд на лес. Бабушка подарила ему камень лишь в восьмилетнем возрасте, когда наконец забрала его из приюта для омег. Она бы раньше забрала, если бы знала о его существовании. Её дурной сын, родив Бэка, оставил его в больнице, никому ничего не сказав. Признался лишь спустя восемь лет, на смертном одре, сгорая от безжалостного вируса. Любовь к камням прививали детям лет с трёх-четырёх, поэтому такое равнодушие к топазу было вполне ожидаемым. — Почему? — Тэхён всегда безгранично любил опал, олицетворяющий целый род, невидимыми нитями связывающий множество душ. — Родители погибли, а ба слишком поздно подарила мне камень. — Мне очень жаль, Бэкхён, — чувствуя исходящее от омеги одиночество, Тэхён осмелился коснуться пальцами его руки. — Твоя бабушка, должно быть, очень сильная. — Самая сильная, — кивнул Бэк, приподняв уголки губ. Тэхён с приятным чувством в груди вспоминал зарождение их с Бэком дружбы. Бён никогда не был тактильным и шибко разговорчивым, зато всегда был внимательным: ни одна невзрачная деталь не проходила мимо его серых глаз. Академия казалась пустой и холодной без профессора Цины, которой уже неделю не было в родных стенах. Такое быстрое течение времени пугало до дрожи в пальцах. С каждым днём оставалось всё меньше времени до финальной проверки. Помимо проверки, на слуху была вечеринка, которую каждый год устраивали выпускники и которая должна пройти сегодня ночью в лесу. Администрация благодушно закрыла на подобное глаза, позволив выпускникам отдохнуть в последний раз перед проверкой.

***

— Зови давай, пока мы себе тут всё не отморозили, — ворчал Джин, подрагивая от холода. Тэхён, всю неделю видя тритона во снах, не мог нормально спать. Он оказывался в море рядом с городом Троя, который, плывя совсем рядом, умолял о встрече. Такие сны повторялись снова и снова, сводя с ума. Стоило рассказать о снах Джину и Бэку, ведьмы предложили позвать тритона на разговор. — Трой! — выкрикнул Тэхён, подойдя ближе к воде. Ведьмы замерли, внимательно наблюдая за слегка завибрировавшей водной гладью. Секунды спустя из воды показался Трой, чьи глаза внимательно оглядели присутствующих. Джин тихо пискнул, замерев от удивления. Он, конечно, ожидал увидеть тритона, но оказалось, не очень был к этому готов. Тритон был похож на самого обычного альфу. Думалось, перед ними предстанет страшное чудище, а не обычный на вид мужчина. Бэк не поменялся в лице, но всё же удивление испытал. Если он и ждал появления тритона, то точно не такого. — Ты пришёл, ундина. Ты услышал мой зов? — прозвучало полным надежды голосом. — Ты о моих снах? — хмуро уточнил Тэхён, потихоньку закипая от негодования. — Да, мне так жаль. Я всё сделаю ради твоего прощения. — Трой, ты ведь даже не понял, почему я так расстроился, раз продолжил залезать ко мне в голову, — омега сделал шаг вперёд, сжав кулаки. Ногти впивались в ладони, отрезвляя. Сначала ответы, потом претензии. — Я просто... скучал. Без тебя было очень пусто, — качал головой Трой, хмуря брови. Неужели его никогда не простят? Целую неделю без ундины было сложно вынести. Хотелось слушать его голос, чувствовать приятный цветочный аромат. Зла ведьме он никогда не желал. — Ты ответишь на мои вопросы? — Отвечу. Безмолвная поддержка друзей придавала Тэхёну уверенности. Сделав глубокий вдох, омега решил не ругаться с тритоном. Хотелось получить спокойные ответы на спокойные вопросы. — Почему ты не подарил мне настоящее кольцо? — отчего-то хотелось знать, пожадничал Трой или нет. — Кольцо, принадлежащее морскому дну, надеть на палец можно лишь супругу. — Город, который ты мне показывал, был настоящим? — прервав зрительный контакт, Тэхён пытался обдумать полученный ответ. — Я не хочу тебя обманывать. Я мечтаю показать тебе вживую красоты Патры, но это пока невозможно. Ты видел мои воспоминания об этом городе, — тихо объяснил Трой, надеясь на милосердие ундины. — Что?.. — холодок вновь охватил спину. Иллюзия. Город был иллюзией. Всё было иллюзией. Захватившее разум возмущение грозилось вырваться наружу. Тритон не имел никакого права играть с его разумом. — Всё было обманом... — Если ты согласишься выйти за меня, я покажу тебе свою страну, все подводные страны. Ты просто согласись, — молил Трой, мечтающий заключить брак именно с этой ведьмой. — Что ты несёшь? Какой брак? Трой, объясни мне нормально, — полученные ответы лишь сильнее спутывали мысли. — Я не хотел тебя использовать, не злись. Я искренне желаю сделать тебя своим супругом. — Трой, я ничего не понимаю. — Ты можешь, блядь, не мямлить, а нормально объяснить? — вмешался уставший от этого цирка Джин. — Нахуя ты собрался утаскивать его на дно? — Джин, — предупредил Бэк. Не стоило злить тритона, не зная, на что ещё были способны морские твари. — Я чувствую магию Земли в тебе, ведьма. Все ведьмы Земли такие грубые? — поинтересовался тритон, впившись в ведьму недовольным взглядом. Оскорбления Трой никогда не терпел, тем более от людей. Ведьма, имея самое обычное происхождение, смела бросать такие слова члену королевской семьи. Неуважение под водой всегда строго каралось. — Совсем страх потерял? Ты кого грубияном назвал, слизняк?! Да я тебя зажарю и съем на ужин! — возмущение Джина порывалось стереть тритона в порошок. — Джин! — схватив друга за локоть, Тэхён оттащил его от воды. — Успокойся! Джин всё же послушался, вперив ледяной взгляд в рыбу и сложив руки на груди. — Трой, объясни нормально, — Тэхён вновь подошёл ближе к воде. — Мои наложницы не могли родить, и отец прогнал меня из страны, велев найти того, кто сможет от меня понести, — начал Трой, смотря лишь на ундину. — Старейшины предсказали, что наследника сможет выносить ведьма. Я отправился на поиски и нашёл тебя. Отец примет меня назад лишь с беременной ведьмой. Тэхён не смог сдержать рвущийся из груди истерический смех. Так вот для чего он нужен был принцу. Хотелось накричать на Троя, пытавшегося влюбить в себя с помощью иллюзий и вранья. — Трой, прошу тебя, если ты уважаешь меня, прекрати мучать меня своей магией. Оставь в покое мои сны. — Ундина... — Трой, я не стану твоим мужем и не рожу тебе наследника. Оставь в покое мой разум, — цедил стальным тоном, надеясь на благоразумие тритона. — Тебе нужно время, ундина. Ты всё ещё зол на меня. Я дам тебе время. Не дожидаясь ответа, Трой сразу же ушёл под воду. Тритон не прекращал поиски новой ведьмы, хоть сердце и продолжало верить в согласие ундины. Другая ведьма станет ещё одной наложницей, если сможет подарить ему ребёнка. Супругом же станет лишь Тэхён.

***

Follow Me — Tommee Profitt feat. Ruelle

Вечеринки в академии проводились довольно редко, поэтому Тэхён не смог отказать Джину, желающему напиться. В такой холод выходить на улицу совершенно не хотелось, тем более ночью. Открывшаяся без стука дверь не дала и шанса на грёзы о чтении под тёплым одеялом. — Ты чего ещё не оделся? — вздохнул Джин, нахмурившись и пройдя в комнату. — Зачем? — Тэхён вообще не собирался как-то по-особому одеваться. Пробурчав недовольства себе под нос, Джин распахнул дверцы шкафа, в глубине которого нашлась интересная ткань. — Надевай. Тэхён скривился, но всё же взял в руки рубашку, которую никогда прежде не надевал. Рубашка цвета слоновой кости была практически полностью прозрачной. Откуда она вообще взялась? — Я же замёрзну, к тому же я буду в пальто. — Не раздражай меня, Тэ. Вдруг мы завалимся в какой-нибудь кабинет или к кому-нибудь в комнату, а на тебе будет один из твоих скучных свитеров? Покажи людям соски, ведьма! — Джин! Тихо простонав, Тэхён бросил на друга испепеляющий взгляд и принялся-таки менять верх. Стоило ему переодеться, Джин сразу двинулся в сторону двери, не желая терять время. Темнота и мороз, накрывшие лес, не вызывали никаких приятных чувств. Ведьмы шли молча, передёргивая плечами от холода. Послышавшаяся вдалеке музыка побудила ускорить шаг. Вскоре лес запылал огненными красками нескольких костров. — Ничего так, — улыбнулся Джин, глядя на поляну, заполненную развлекающимися пьяными студентами. Тёмный взгляд наткнулся на валяющиеся здесь и там бутылки, к одной из которых было решено поспешить. Сделав несколько глотков, Джин протянул бутылку Тэхёну. — Давай, теперь ты пей. Алкоголь казался Тэхёну отвратительным на вкус, но было решено всё же выпить, раз уж он здесь. Рот горел, глаза слезились, зато стало чуточку теплее. Оглядев поляну, омега заметил Хосока в противоположной стороне, сидящего у дерева в компании магов, которые весело что-то обсуждали. Интересно, они смогут хоть когда-нибудь нормально поговорить? — Тэ, я отойду на минутку, нужно найти Маркуса, — Джин сразу исчез в толпе. И пяти минут не прошло, как его здесь бросили. Зачем, спрашивается, тащили с собой? Бутылка холодила руку, и Тэхён решил сделать ещё несколько глотков. В груди становилось всё теплее и теплее, напряжение начало потихоньку отступать. Алкоголь брал своё, расслабляя, поднимая настроение. В лесу собралось не больше сорока студентов, большая часть из которых либо стояла у деревьев со спиртным в руках, либо сидела на холодной траве. С каждым глотком становилось веселее, несмотря на то, что он остался без компании. — Щекотно! — вскрикнул Тэхён, вздрогнув всем телом, стоило ощутить чьи-то руки на своей талии. Отчего-то он даже обрадовался, увидев мага Воздуха. — Юнги! Я думал, ты сидишь в своей комнате и строишь планы по завоеванию мира! — Не знал, что ты думал обо мне, Рапунцель, — ехидно улыбнулся маг, оглядев пьяненького омегу с головы до ног. — Чего один стоишь? Где твоя подружка? — Джин? Он ушёл... — чуть расстроенным тоном пробормотал Тэхён, ища глазами друга, который будто сквозь землю провалился. — Бросил меня тут одного. — Ты больше не один. Давай выпьем ещё и пойдём потанцуем? — Юнги аккуратно забрал бутылку у омеги и сделал пять больших глотков. Даже для него напиток был крепким, что уж говорить об этой принцессе. Тэхён лишь засмеялся, найдя скривившееся лицо мага забавным. Потанцевать он был не против. Совсем нет. Вернув себе бутылку, он повторил действия мага. Стоило выпить ещё, мир засиял новыми красками. В один миг они стояли, а в следующий уже оказались рядом с колонками. Быстрая музыка будоражила всё внутри, и Тэхён начал танцевать рядом с Юнги, совершенно не думая о своих нелепых движениях. На душе было легко и тепло, хотелось безостановочно двигаться. Отдавшись танцу, омега чувствовал чужие ладони на своей талии, которые, на удивление, не вызывали негативных эмоций. Ему нравилось разделять с кем-то веселье. В пальто было жарко, пот стекал по вискам, несмотря на морозную осеннюю ночь. Со сменившейся песней к ним начали подходить другие стихийники, подхватывая веселье и отдаваясь движениям. Опомниться удалось, лишь когда танцующих настиг аромат жасмина. — Джин, ты вернулся! — просияв, Тэхён покорно последовал за другом. — А ты, я смотрю, набухался, — фыркнул Джин, остановившись возле дерева, у которого и оставил эту пьяницу полчаса назад. — Мне хорошо! — Да уж, я вижу. Чего ты с этим типом танцевал-то? Каким типом? Чуть нахмурившись, Тэхён пытался понять, о ком шла речь. Целая минута потребовалась на то, чтобы вспомнить, с кем он только что танцевал. — О, Юнги весёлый. Он танцевал со мной, — оживился, переведя взгляд на поразительно красивое звёздное небо. — Привет, Тэхён, — поздоровался Маркус, приблизившись к дереву, у которого стояли омеги. — Веселишься? Утвердительно кивнув, Тэхён уселся на траву и прислонился спиной к дереву. Джин и Маркус, сев рядом, принялись шёпотом о чём-то ворковать. За шёпотом последовали причмокивающие звуки, заставившие его скривить лицо. Взгляд невольно направился ввысь, к звёздам. Яркое звёздное небо, казалось, надолго задержало его внимание, он даже перестал слышать всех вокруг. Спустя время опьянение немного отпустило, а желание лечь спать, наоборот, возросло. Потянувшись, Тэхён зевнул и начал вставать. Путь до академии удручал. Хотелось по щелчку пальцев оказаться в кровати. — Джин, я пойду к себе. — Мы тебя проводим. — Не надо, отдыхайте. Меня отпустило вроде, жутко хочу спать. Сузив глаза, Джин внимательно оглядел друга, задержав внимание на голубых глазах, выглядящих в целом адекватно. Видать, и правда отпустило. — Уверен? — Конечно, это же наш лес. Увидимся завтра, — помахав рукой на прощание, Тэхён двинулся в сторону академии. Спустя время музыка вместе со свечением костров окончательно стихла. Непроглядная тьма вызывала дрожь в коленях. Может, всё же стоило согласиться с Джином?.. Фыркнув и тряхнув руками, Тэхён решил идти дальше. Никаких монстров здесь нет. Пройдя полпути с гулко стучащим от лёгкого страха сердцем, омега осознал, что не отрезвел полностью. Сзади вдруг послышались чьи-то тяжёлые шаги, ускорившие и без того быстрое сердцебиение. Резко развернувшись, Тэхён едва не завопил, увидев перед собой высокий силуэт. Секунду спустя тьму осветил огонь, охвативший ладони Чонгука. Выдохнув с облегчением и закрыв лицо руками, омега едва не ударил себя по лбу за чрезмерную эмоциональность, которая однажды точно сведёт его в могилу. — Это я, — хмуро сообщил Чонгук, впившись сердитым взглядом в выпившего омегу. — Вижу, — буркнул Тэхён, развернувшись и вновь продолжив путь. Признаваться не хотелось, но страх темноты оставил сердце сразу, как только альфа оказался рядом. Путь к академии преодолевался в полной тишине. Тэхён в какой-то степени даже специально шёл медленным шагом, гадая, обгонят его или же нет. Отчего-то его не обгоняли, следуя за спиной на шаг позади. Сегодня Чонгук узнал, каким весёлым становился пьяный омега, который из всех присутствующих почему-то начал танцевать именно с Мин Юнги. Сжав в негодовании кулаки, альфа толкнулся языком в щёку. Вечно этому омеге не сидится спокойно. Стоило впереди показаться величественной академии, Тэхён ускорил шаг, желая поскорее оказаться в кровати. Огромная территория академии порой сводила с ума. Оказавшись внутри, омега удовлетворённо выдохнул, чувствуя тепло родных стен. На лестнице он дважды чуть не навернулся, благо альфа успел придержать его сзади. У самой двери Тэхён замер, в панике шаря по карманам. Где ключ? Пока он силился вспомнить, куда же дел ключ, Чонгук уже открыл дверь своим, заведя его под локоть внутрь. Блеснувший на прикроватной тумбочке ключ позволил ему унять панику и с лёгким сердцем, стянув пальто, лечь на кровать. — Надень пижаму, этой ночью нужно хорошо выспаться, — посоветовал Чонгук, пройдясь взглядом по развалившемуся на кровати омеге. Замерев посередине комнаты, альфа обдумывал последующие действия. Завтрашний день обещал быть тяжёлым для всех выпускников академии. Тэхён точно пожалеет, если не выспится. Всё же, решив помочь с переодеванием, Чонгук вытащил его пижаму из шкафа и подошёл вплотную к кровати. Слышалось сопение. Неужели уже уснул? Цокнув, альфа опустился на край кровати и принялся расстёгивать прозрачную рубашку. Нахуя, спрашивается, вообще такое надевать? Вскоре глазам открылась белоснежная кожа и розовые, слишком красивые соски. — Что ты делаешь? — вымолвил Тэхён, чувствуя странные прикосновения. Проморгавшись, омега вздрогнул и, приподнявшись на локтях, оттолкнул от себя чужие руки. — Успокойся, я хотел тебя переодеть. Надень пижаму, сегодня нужно хорошо выспаться, — Чонгук встал с кровати, указав пальцем на вещи. Со скоростью света переодевшись в пижаму, Тэхён залез под одеяло, ощущая бешеный стук собственного сердца. Чёртов Чон Чонгук! Уткнувшись носом в подушку, омега силился не застонать. Живот скручивало от мысли, что альфа вновь увидел его соски... — Будь осторожен завтра, — нарушил тишину Чонгук, опустившись на свою кровать.