Опал и Рубин

Mad World — UNSECRET feat. REMMI

Сирена, сводившая Тэхёна с ума, стихла лишь спустя несколько часов непрерывного невыносимого шума. Плечи тряслись от холода, но омега этого особо не замечал. — Переждём ночь здесь, а завтра пойдём в сторону академии, — тихий голос нарушил тишину ночи. Вздрогнув, Тэхён лишь сейчас вспомнил, что был в пещере не один. Ворох нескончаемых мыслей заставил на время позабыть обо всём. После случившегося поцелуя он словно абстрагировался от всего окружающего, ища защиты у стены. Зачем Чонгук это сделал? Непонятно. Сжимая рану на руке, остановить кровь которой помог альфа, омега вновь вернул потерянный взгляд тёмному лесу. — Ведьма, тебе нужно согреться, — продолжил Чонгук, не сводя глаз с притихшего Тэхёна. Альфа не мог объяснить порыв, противиться которому было просто невозможно. Стоило оказаться рядом с омегой, в груди стихла тревога, будто бы никаких ледяных тварей в лесу не было, будто бы финальная проверка шла своим чередом. Ситуация была непонятная. Необходимо было, не теряя времени, двигаться в сторону академии, но Чонгук решил провести ночь в пещере. Осознание и последствия сегодняшнего дня они примут завтра. — Тэхён, иди сюда. Мысли продолжали жужжать громче чужих слов. И всё же слова про академию омега услышал. Сначала ведь нужно найти Джина, Бэка и Хо, если... они живы. Тэхён не переживёт, если они... Они живы. Точно живы. Просто нужно их найти. — Ведьма. Терпение кончалось. Стянув с себя куртку, Чонгук подсел ближе к омеге. — Что ты делаешь?.. — вымолвил Тэхён хриплым голосом, будто бы вечность не говорил. — Завтра нам будут нужны силы, а тебя трясёт от холода. Болеть сейчас нельзя, — откинув куртку в сторону, объяснил альфа. — Сними пальто и сядь на меня. — Зачем? — в голове вдруг стало пусто. — Я тебя согрею. Давай, ведьма, нам ещё нужно успеть хотя бы несколько часов поспать, — шептал Чонгук, облокотившись спиной о стену и вытянув ноги вперёд. — Садись на мои бёдра. — Нет! — моментально выпалил Тэхён, наконец пробудившись от странной апатии. — С ума сошёл?! Чонгуку на бёдра сесть... Ни за что! — Включи мозги. Хочешь не проснуться утром? — цедил альфа, медленно закипая. — Сам включи! Не смей учить меня, Чон Чонгук. Себя бы сначала уму-разуму научил, — прошипел Тэхён, впившись ногтями в ладони и бросив на альфу раздражённый взгляд. — Никуда я не сяду. Сделав глубокий вдох, Чонгук закрыл глаза и начал медленно массировать свои виски. Эта ведьма однажды точно сведёт его с ума. Винить Тэхёна за злопамятность он не мог, но и раздражение никуда деть тоже не удавалось. Почему Тэхён не понимает, в какой они оказались ситуации? Смысла, блядь, сидеть здесь целую ночь не будет, если наутро этот упрямец не проснётся, или проснётся обессиленный, с температурой. — Ты ведь слышал сирену? Знаешь, что она значила? — минуту спустя задал вопрос альфа спокойным тоном и, не дожидаясь ответа, сразу продолжил: — Мы в дерьме. Не только мы с тобой — все выпускники, весь Вэй в дерьме. Возможно, всё Содружество. Думать сейчас о страшном не хотелось, но омега не оставлял выбора. В груди теплилась надежда на соседние страны. Лишь бы атаковали только Вэй... — Хочешь сказать... они напали не только на нас? — У сирен есть три вариации звука. Тот, который мы слышали, предупреждает о вторжении в страну. Вероятней всего, сирена звучала не только в Вэе. На их страну напали... Тэхён отказывался верить. Великая Война ведь остановила людей Льда. Почему всё повторяется? — Сейчас не время ругаться друг с другом. Мы не знаем, что нас ждёт дальше. Мы не знаем, цела ли наша академия. Мы не знаем, живы ли наши родители, — Чонгук придвинулся ближе, чувствуя искреннее замешательство, охватившее ведьму. — Этой ночью мы должны поспать и набраться сил. Завтра будет тяжёлый день, ведьма. Сними пальто и залезай на меня, я тебя согрею. Упрямство сейчас нам ничем не поможет. Злость на альфу стихла, оставив вместо себя страх за будущее. Страх за друзей и родителей. Страх за академию и всех студентов. Чонгук говорил разумные вещи. Какие бы обиды ни таились в душе, Тэхён всё равно был рад присутствию альфы, рядом с которым отчего-то было не так страшно. Будь он один, наверняка бился бы сейчас в истерике... Облизав губы, омега принялся дрожащими пальцами расстёгивать пальто. Холод моментально охватил всё тело, стоило стянуть с себя верхнюю одежду. — Иди сюда, — прошептал Чонгук, притянув вредного омегу к себе. Тэхён вздрогнул от прикосновения, но, не сопротивляясь, позволил альфе усадить себя на крепкие бёдра. Ощущения были необычные. Он никогда ни на ком не сидел. Как в такой позе вообще можно уснуть? — Расслабься, — плотнее прижав к себе. — Расслабься и засыпай. Невозможно было успокоить бешено заколотившееся сердце. Опустив голову Чонгуку на плечо, Тэхён, не дыша, старался расслабиться. Его ноги оказались поверх чужих, более крепких. В животе бушевало напряжение, смешанное с каким-то странным ощущением. Однако, стоило отдать альфе должное — ему действительно стало тепло. — Дыши, ведьма, — проведя рукой по худым напряжённым плечам, Чонгук зарылся носом в светлые шёлковые волосы, пахнущие розами. — Тепло? Тэхёну было слишком тепло. Крепкое горячее тело, которое он ощущал под собой, не позволяло выровняться дыханию. Жар, исходящий от Чонгука, успокаивал, но грудь и бёдра, к которым маг его прижимал, совершенно сбивали все мысли. А ещё были руки... Настолько большие, что казалось, будто они обхватывают каждый участок его тела. — Тебе тепло? — Чонгук чувствовал, как чужое тело начало понемногу успокаиваться. Ответом послужило утвердительное мычание. Когда он в последний раз обнимал кого-то помимо Тэхёна? Уже и не вспомнить. Раньше отчего-то никогда не возникало желания прижать к себе тёплое тело. Оказалось, это довольно приятно. Омега вкусно пах и так правильно ощущался в руках... Хотелось замереть в этом моменте на несколько десятков лет. Вся пещера пропиталась розами в диком лесу. Казалось, хвойный аромат залез прямо под кожу. Хвойные деревья всегда помогали успокоиться, всегда усыпляли. Повернув голову чуть вбок, Тэхён неосознанно пытался добраться до места, где пахло сильнее всего, и, найдя носом шею, тут же уткнулся в неё, перевернувшись в сильных руках. Непрерывно вдыхая желанный запах, омега чувствовал отпускающее тело и разум напряжение. Сон наконец-то навестил небольшую тёмную пещеру, в которой укрылись две потерянные души.

***

Утро встретило мага и ведьму ясной погодой. Солнце ярко светило, не имея ни малейшего понятия о тёмных временах, настигнувших Содружество Четырёх Стихий. Тэхён открыл сонные глаза, ощущая себя в чьих-то крепких объятиях. Стоило повернуть голову вбок, омега наткнулся взглядом на чужой подбородок. Перед глазами пронёсся вчерашний день. В груди вновь потяжелело. Живы ли Казуары? Могла ли их постигнуть участь Юнги? Юнги... Каким бы плохим этот маг ни был, такого он точно не заслужил. Он ведь был жив. Он разговаривал и дышал. И всё это было в таком далёком вчера. В голове не укладывалось, как человек мог вот так просто исчезнуть... В один миг ты жив, а в следующем тебя уже нет. — Проснулся? — шёпот опалил ухо. Вздрогнув, Тэхён начал выбираться из объятий проснувшегося мага. — Где твой рюкзак? — поинтересовался Чонгук, потянувшись за своим, в котором лежали яблоки и батончики. — Не знаю, потерял где-то, — тихо ответил омега. Рюкзак был самой ценной вещью в этом лесу, и он умудрился его потерять. Идиот. Фыркнув, альфа передал омеге найденное в рюкзаке яблоко. Только Тэхён мог потерять целый рюкзак. Он-то думал, что его украли, а на деле... — Вчера, когда я вошёл в пещеру, ты пытался на меня напасть, — начал Чонгук, отрезав ножом кусок яблока. — Откуда у тебя магия Воздуха? Альфа, кажется, уже и сам догадался. Подобному могло быть лишь одно объяснение. Какими ещё стихиями владеет этот упрямый омега? — Я не хочу об этом говорить, — обида, сидящая внутри, не позволила открыться. Сердце забилось быстрее. Мысль о том, что о стихиях узнал кто-то помимо близких друзей, пугала, вызывала неприятную тяжесть в животе. Тэхёну вновь вспомнился Юнги, о котором можно было больше не переживать... — Ты сказал, что, возможно, кого-то убил. Что с тобой случилось в лесу? — Чонгук, я не хочу об этом говорить, — повторил омега более твёрдым тоном, бросив на альфу хмурый взгляд. Хотелось верить, что однажды Тэхён сам захочет рассказать свою тайну. Закончив с яблоком, Чонгук вытащил из рюкзака бутылку с водой, которая оказалась практически пустой. Блядь. И где им искать здесь воду? Лишнего времени у них не было. Толкнувшись языком в щёку, альфа тихо рыкнул в негодовании. Увидев пустую бутылку в чужих руках, Тэхён вдруг понял, в чём его организм нуждался. Строчки подходящего заклинания вспыхнули в памяти, побудив его попробовать. — Дай мне. Молча протянув бутылку, Чонгук придвинулся ближе, наблюдая за сосредоточенным лицом омеги, принявшимся что-то нашёптывать себе под нос. Сияние голубых глаз окутало пещеру невидимыми чарами. — Ты читаешь заклинание? — вопрос остался без ответа. Тэхён давно не практиковал обычную магию. Просьба была услышана, и через секунду из его руки полилась вода. Поспешно подставив горлышко под магическую струю, омега с благодарностью во взгляде наблюдал за водой, наполнявшей бутылку. У Чонгука в груди вспыхнуло странное приятное ощущение. Раньше стихия не подчинялась так быстро — Тэхёну нужно было больше времени, и не всегда удавалось получить положительный ответ. Омега за эти годы, не теряя зря времени, нашёл общий язык со своей стихией. — Допей, и я ещё наберу, — утолив жажду, Тэхён передал бутылку магу. Больше оставаться здесь было нельзя. Их ждал долгий путь. Хотелось верить, что домой, но уверенности в сохранности дома не было. — Что мы будем делать? — Сначала осмотрим тот лес, — надев рюкзак на плечи, Чонгук указал рукой в сторону голых деревьев. — Если никого не найдём, пойдём в сторону академии. Лишь бы среди тех деревьев нашлись Джин, Бэк и Хосок...

***

Сколько бы они ни кричали, никто не отзывался. О плохом думать не хотелось, но мысли вновь и вновь возвращались к кровавому льду... — Сехун! — крик идущего впереди альфы сжал что-то внутри. Вдруг все мертвы? — Джин! — закричал Тэхён со всей силы. — Бэк! Хосок! Тишина. Вблизи никого не было. Быть может, выпускники были в противоположной части леса, куда Чонгук не хотел идти. Тэхён не понимал, как маг мог думать об академии, когда близкие люди были неизвестно где. Сначала нужно найти остальных. Ноги болели, хотелось есть и спать, но останавливаться было нельзя. Остальные точно должны быть где-то здесь. — Здесь никого нет. Пойдём в академию, а там решим, что делать дальше, — заявил Чонгук недовольным тоном. Два часа потратили впустую, когда могли бы уже преодолеть хоть какую-то часть пути. — Что? — нахмурился Тэхён, не желая слушаться. — Нет, нам нужно найти остальных. Мы не можем уйти без них. У отряда были правила, которым Чонгук всегда следовал. Если какая-то опасность отрезала стихийника от других членов отряда — необходимо бежать к базе. Информация может быть важнее жизней. Если стихийник знает, что не справится — необходимо бежать. Смерть ничего не изменит, а живой стихийник всё ещё способен принести пользу. Идти в одиночку на поиски было строго запрещено. Один стихийник не выстоит против десятка врагов, но он сможет помочь, оповестив базу. Вдвоём с Тэхёном они всё равно ничего не смогут здесь сделать. Им нужно в академию. — Ведьма, — вздохнув, Чонгук приблизился к насупившемуся Тэхёну. — Нам нужно идти в академию. Мы вернёмся сюда на их поиск, но только с отрядом. Отряд обязательно всех найдёт. — Кого найдёт? Замороженные тела? Мы никуда не пойдём, пока не найдём Джина, Бэкхёна и Хосока. — Они наверняка либо уже идут в сторону академии, либо хорошо спрятались в лесу. Мы вернёмся с отрядом и найдём их. — Вы найдёте их мёртвыми! — Чем дольше мы тут простоим, ведьма, тем больше времени потеряем, — начал альфа, сделав глубокий успокаивающий вдох. — Нам нужно как можно быстрее попасть в академию. Отряд отправит сюда несколько групп. Сейчас мы тратим драгоценное время. — Чонгук, я не вернусь в академию без Джина, Бэка и Хосока, — голос дрожал, но в словах чувствовалась сила. Лёд растает, ничего после себя не оставив. Они бесследно исчезнут. Грудь сдавило, в глазах застыли слёзы. Нельзя уходить. — Взгляни на ситуацию трезво, без лишних эмоций. Сейчас не только твои подружки в опасности. Мы не знаем, кто ещё пострадал, — цедил альфа, сдерживая себя. — У отряда есть правила, согласно которым мы должны идти в академию. Если академии нет, пойдём в Кносс просить помощи у отряда «Феникс». Главный отряд отправит сюда свои группы на поиски пропавших. Нам нужно действовать, Тэхён. Нельзя просто слоняться здесь, теряя время. Хотелось схватить омегу за руку и поволочь к ёбаной академии. Последние нотки благоразумия молили Чонгука не делать того, о чём он может пожалеть в будущем. — Сначала найдём Джина, Бэка и Хосока, — вновь повторил омега, подняв на альфу тяжёлый взгляд. — Тэхён, блядь! — терпение лопнуло, позволив злости растечься по венам. — Ты идиот? Не слышишь, что я говорю? Мы идём в академию, и это не обсуждается! — Не кричи на меня! Сам идиот, ясно тебе?! Хочешь идти — иди! Я тебя не держу! Воздух заискрился. Небесные глаза, заполненные злостью и страхом, вцепились в огненные, пылающие решимостью. Ни один не уступит. Оба свято верят в правильность собственных действий. Рыкнув, Чонгук схватил Тэхёна за локоть и, развернувшись, потащил его в нужную сторону. Хватит с него. Больше нельзя тратить драгоценное время на истерики. — Отпусти! — выкрикнул омега, ударив альфу свободной рукой по лицу и груди. — Сам иди в свою академию! Тэхён пытался тормозить ногами, но Чонгук шагал слишком быстро. Крепкая хватка действовала на нервы. Прерывисто дыша, омега неосознанно выпустил молнии, перешедшие с одного тела на другое. Разряд вышиб из альфы весь воздух, вырвав из груди болезненный вскрик. — Чонгук?.. — чуть приоткрыв рот, Тэхён сделал шаг назад и замер на месте с гулко колотящимся сердцем. Боль начала стихать лишь через несколько долгих секунд. Стоило глубокому вдоху облегчить боль, альфа наконец смог разогнуться. Напуганный взгляд голубых глаз сжал что-то внутри, прогнав злость. — Всё нормально, — прошептал Чонгук, ощущая дрожь в теле. — Я не хочу с тобой ругаться, — сжав себя руками, Тэхён поднял на альфу мокрые глаза. — Ты можешь идти в академию сам. Я пойду искать своих друзей. — Мы принесём больше пользы, если найдём отряд, который отправится сюда на поиски. Ты же сам это понимаешь. Хватит упрямиться, ведьма, — Чонгук тоже не хотел ругаться. Ему бы понять, как говорить с этим упрямцем, который ни нормального тона не понимал, ни ругани. — Мне всё равно. Я видел... как Юнги... Он раскрошился у меня на глазах... — голос дрожал, из глаз потекли слёзы. — Его тело было полностью покрыто льдом. Я дотронулся до него, и он... разбился... — Всё будет нормально, — подойдя вплотную, Чонгук начал стирать слёзы с лица ведьмы. — Не будет! От него даже тела не осталось! Он... превратится в воду с наступлением тепла. Я не вынесу, если узнаю, что Джина, Бэка или Хосока убили, пока я шёл к чёртовой академии. Всхлипнув, Тэхён уткнулся лицом в крепкую тёплую шею Чонгука, оказавшегося слишком близко. Спину накрыли сильные руки, хвойный аромат обволок, моля успокоиться. Чувствуя дрожь в теле, омега поднял голову, желая взглянуть в тёмные глаза. Чужой шрам оказался совсем близко. Такой большой порез... Люди Льда оставили этот безжалостный след? Вздохнув, Чонгук отстранился и поднял с земли рюкзак. Осознание, появившееся в мыслях с последними прозвучавшими словами, злило и успокаивало. Тэхён никуда отсюда не уйдёт без своих друзей. Ни заставить, ни уйти без него альфа не может. Оставалось лишь, прогнав злость, идти на поиски омег и беты. — Куда ты идёшь? — вымолвил Тэхён, стоило Чонгуку двинуться в обратную сторону. — Шевелись давай, мы должны найти твоих подружек до темна.

***

Рядом с рекой, возле которой было решено сделать привал, было холодно, но Тэхён всё равно настоял остановиться именно здесь. Рядом с водой ему всегда было спокойней. Пугало, что за всё время, которое они здесь провели, им никто не попадался на глаза. Не могли ведь все быть мертвы?.. Не могли. Нужно верить в лучшее. Притянув колени к груди, Тэхён принялся массировать ноющие голени. Лучи солнца продолжали греть уставших, но не терявших надежду выпускников. В памяти вдруг всплыл поцелуй. Зачем Чонгук это сделал? Столько раз ведь сам отталкивал... Этого мага невозможно было понять. Носить в себе тревоги омега долго не умел, что тогда, что сейчас, поэтому, прочистив горло, начал неуверенным тоном: — Чонгук, зачем ты... меня поцеловал?.. Альфа надеялся не услышать этот вопрос. Свои действия он даже себе не мог объяснить. Невозможно было контролировать слишком сильный порыв, сжигавший всё внутри. Чувство правильности растеклось по телу, стоило прикоснуться к Тэхёну. Чонгук не понимал, чем этот омега отличался от других. Что-то, сидящее внутри, всегда выделяло Тэхёна среди всех. Имя этого омеги всегда напоминало о доме. Так было в шестнадцать лет, так было и в двадцать. Время шло, жизнь менялась, но неизменным оставалось лишь имя, вызывающее набор навсегда запомнившихся сердцу ассоциаций: розы, дом, уют, вода, книги, волосы цвета солнца, морские глаза, белый шоколад, чистота. Чонгуку казалось, то было лучшее время в его жизни. Жизнь в крыле отряда была не самой комфортной, но и у неё были плюсы: ему удавалось лучше контролировать свои мысли и инстинкты. Стоило спорами и мольбами уговорить тренера оставить его жить в отряде. Пахнущая розами комната всегда слишком сильно действовала на него, всегда сводила с ума. — Не знаю, — такой ответ казался самым правильным. — Не знаешь? — Не знаю. — Как ты можешь не знать? Чем ты руководствовался, когда... — не договорив, Тэхён повернул голову в сторону ряда деревьев. Шум, заставивший и ведьму, и мага встать на ноги, повторился. Топот звучал ближе, но никого не было видно. Приблизившись к Тэхёну, Чонгук закрыл его своей спиной. Руки вспыхнули пламенем, в глазах пылала решимость. Секунды спустя из леса выбежал перепуганный Хосок с окровавленным ножом в руке. Облегчение накрыло всех троих. Вскрикнув, Тэхён ринулся в сторону беты и, не сумев себя остановить, подпрыгнул и обхватил его всеми конечностями. — Ты жив! Хо, я так боялся за тебя! — счастливый крик потряс уши, но бета, прошептав слова успокоения, стойко обнял омегу в ответ. Чонгук, стоявший позади стихийников Воды, тоже ощутил лёгкую радость. Хосок его никогда не любил, а после случившегося с Намджуном даже возненавидел, но альфа всё равно был рад видеть мага, входящего в отряд «Дракон».