ООО «Пиратская республика»

В следующий понедельник после плейтеста Стид рвал и метал в своем неподражаемом мягком стиле. И Люциус посчитал бы это даже милым, если бы конкретно ему это не грозило многими часами работы, с которой, он думал, уже покончено на ближайшее время. — Мы встретимся после моего послеобеденного кофе в нашей обычной переговорке на шестом. За это время, пожалуйста, набросайте свои впечатления и замечания по поводу вчерашнего плейтеста, а также варианты их быстрого решения, — Стид обвел команду серьезным взглядом. — У нас уже есть замечания и предложения от некоторых наших коллег, которые тоже играли вчера. — Ага, знаем мы, от каких коллег, — фыркнул Люциус, поворачиваясь в сторону Пита. Тот скорчил рожу и тихо проговорил: — Главное, чтобы он не попытался поднять уровень сложности с подачи Тича. Чертов Черная борода! Роуч, который услышал их разговор, согласно закивал. Люциус уже успел послушать его истории о том, как чертовы англичане разносили их в щепки три раза, а команда Стида, видите ли, прошла с первого раза. Кажется, после прошедшего плейтеста Эда зауважали еще больше. Одно дело слышать о титулованном игроке, а другое дело — пройти с ним кампанию. Люциус немного гордился и старался не вспоминать, как попробовал улизнуть из боя, хотя и понимал, что это чистой воды бред. Его бы просто-напросто потопили, несмотря на укрепленные борта и тяжелое вооружение. Надо было отдать должное лиду художников, он был крайне хорош в их игре и в управлении командой тоже. — Надеюсь, что наше собрание будет плодотворным, и мы обсудим все, как команда, — закончил свою речь Стид. Все заворчали, расходясь по рабочим местам. Люциус с тоской посмотрел на свой монитор. Его ждали бесконечные документы и правки. Время за работой пролетело как-то совсем незаметно. Обед прошел, как всегда, шумно. Они всей толпой ходили в любимое кафе. В этот раз Эда почему-то с ними не было. Стид объяснил, что у художника какое-то важное совещание с 3D-моделерами, потому что им тоже нужно обсудить детали, правки и дополнения по «Сокровищам Кракена». Люциус склонен был считать, что общества Тича не хватает за обедом. Да и Стид без него всегда казался несколько потерянным. Это можно было бы находить забавным, но Люциус слишком хорошо относился к Стиду, чтобы зубоскалить по поводу его взаимной безответной любви. Время после обеда летело еще быстрее, и Люциус еле успел набросать все необходимые замечания в блокноте и отправить на печать. Он надеялся, что еще успеет по дороге в переговорку заскочить на кухню шестого этажа и перехватить чашечку кофе. Судя по тому, что в кабинете кроме него никого не осталось, ему следовало поторопиться. Почти бегом Люциус преодолел коридор пятого этажа и два лестничных пролета вверх, на шестом ему пришлось немного замедлиться, потому что навстречу шла группа художников: то ли на поздний обед, то ли с совещания из первой переговорки. Люциус изящно нырнул в коридорчик, который вел на кухню, и почти зашел внутрь, но остановился, потому что услышал из-за приоткрытой двери взрыв хохота. Он осторожно заглянул внутрь. Кухня шестого этажа была внезапно пустынна в это время дня, хотя два человека за барной стойкой там все-таки сидели. Люциус без труда узнал Эда и своего начальника. Странно, что Стид все еще зависал на послеобеденном кофе и явно сам опаздывал на назначенное собрание. Тем временем Эд небрежно подвинул к Стиду тарелку с лежащим на ней печеньем. Боннет, видимо, не первый раз потыкал их пальцем и, наконец, взял одну. Эд тут же подхватил печеньку и себе. — Не верю, что ты сам их испек. Ты же говорил, что не любишь готовить, — улыбнулся Стид и осторожно надкусил печенье. — Готовить не люблю. А вот печь — забавно, — ответил Тич, неотрывно наблюдая за реакцией гейм-дизайнера. — Ого, вкусно, — вынес свой вердикт Стид и уже смело запихал в рот почти всю печеньку. — Ты можешь стать настоящим кондитером, Эд. — Может, и стану, — отозвался тот, хрустя печеньем. — Почему бы и нет, в конце концов. Могу быть кем захочу. Открою кондитерскую, которая специализируется только на сладостях. Будет называться «Кондитерская-пекарня Черной бороды: лучшие торты, другие деликатесы, изыски и рыболовное снаряжение». — Что? — хохотнул Стид. — Почему рыболовное снаряжение? — Хитрый маркетинговый ход, чтобы людям было поначалу любопытно, они приходили, а потом были сражены наповал моим кулинарным искусством. Там можно будет выпить кофе, попробовать десерт, взять печенья с собой, а затем пройтись мимо рыболовных снастей. — Уверен, что твоя кондитерская будет пользоваться бешеной популярностью, — подхватил его рассуждения Стид. — Придержишь для меня столик? — Смотря в какой день? — Эд с видом крайне занятого человека отпил из кружки и подался вперед, опираясь локтями о стойку. — Например, в субботу, — улыбка не сходила с лица Стида. Черт, Люциус никогда не видел, чтобы Боннет еще кому-то так улыбался, хотя в целом начальник был крайне дружелюбным человеком. Иногда даже слишком. — Нет, в субботу не вариант. Слишком загруженный день, много клиентов, — невозмутимо отверг предложение Эд. — Тогда понедельник? — тут же нашелся Стид и выжидающе посмотрел на Тича. Тот сделал вид, что серьезно задумался, потом медленно кивнул. — Да, хорошо, придержу для тебя столик на понедельник. Еще с полминуты оба, словно о чем-то размышляя, сосредоточенно жевали печенье, и Люциус решил было, что это идеальный момент, чтобы все-таки зайти и сделать себе кофе. Но внезапно разговор возобновился: — А как насчет того, чтобы прямо у кассы сделать стенд с сувенирами? — задумчиво поправив волосы, предложил Стид. — Ну, знаешь, магниты, термокружки с принтами? Можешь, подбивая счет, говорить: «Надеюсь, вам понравились десерты. Вы уже видели нашу сувенирную продукцию?». — А они что? — забеспокоился Эд, внимательно вглядываясь в лицо Стида. Люциус глазам своим не мог поверить, что эти двое настолько увлеченно болтают о таких пустяках. — А они такие… — с хитрым лицом ответил Стид и изобразил низкий мужской голос: — «О, нет, спасибо. Я просто зашёл купить домой печенья». — Оу, это нехорошо, — нахмурился Эд. — Совсем нехорошо. Ну вот, теперь они сердятся. И оставят плохой отзыв. — Нет, не оставят, — мягко улыбнулся Стид. — Ведь из-за другого столика встанет человек и скажет: «А я люблю сувениры. Пойду посмотрю». — О, этот парень мне по душе, — улыбка озарила лицо Эдварда, и он еще сильнее подался вперед, практически ложась на барную стойку грудью. — Я хочу, чтобы он ко мне приходил почаще. И кто же он такой? — Это я, — торжественно провозгласил Стид, сияя, как начищенная монета. — Ооо, — восторженно протянул Эд, не отрывая от Боннета взгляда ни на мгновение. Стид продолжал улыбаться, а потом осторожно указал пальцем на бороду Тича и сказал: — У тебя, кажется, в бороде крошка печенья застряла. — Где? — Эд попытался на ощупь найти то, на что указывает Стид. Люциусу с его позиции тоже было не видно, и он слегка высунулся. — Нет, вот тут, — попытался еще раз указать Стид. — Немного ниже. Теперь выше. Еще чуть-чуть. Левее. Эд явно безуспешно пытался следовать его указаниям, но никак не мог выловить из бороды многострадальную крошку. Стид вздохнул и спросил: — Давай, я уберу? Эдвард кивнул и чуть наклонил голову влево, чтобы Стиду было удобнее. Тот легко протянул руку, дотрагиваясь до бороды и ловко извлекая застрявшую там крошку. — О боже, — почти не дыша прошептал Люциус, не в силах оторвать глаз от развернувшейся перед ним сцены. — Это и правда происходит. Это не моя фантазия. И тут же что-то с силой дернуло его назад в небольшой коридорчик и припечатало спиной к стенке. Люциус испуганно охнул и изумленно уставился на человека, стоявшего перед ним и сжимающего в кулаках его футболку. — Только попробуй кому-то рассказать о том, что увидел, пацан, — прошипел человек, угрожающе хмуря брови. — Если я услышу в студии хоть один гребаный слух о лиде художников и гейм-дизайнере, то найду способ избавиться от тебя. — Ой, это как-то жестковато, — выдохнул пораженный Люциус. Кажется, он все-таки узнал человека, угрожающего ему в коридоре кухни. Это был зам Эда. Вроде его звали Игги или как-то похоже. Люциус пересекался с ним буквально пару раз вскользь. — Я тебя предупредил, — проскрипел зам Эдварда, выпустил наконец-то футболку Люциуса и быстрым шагом скрылся в коридоре. — Что за фигня тут творится вообще? — растерянно спросил у пустоты Люциус, потом расправил футболку и рванул в переговорку, где должна была собраться вся остальная команда. То, что изначально он шел на кухню за кофе, совершенно вылетело из головы. Запыхавшийся Люциус шумно ворвался в комнату, где уже все собрались, дверь стукнулась о стену. Гейм-дизайнеры дружно повернулись к нему, прерывая разговоры. — После встречи срочно собираемся у кулера в кабинете, — с многозначительным видом объявил Люциус. — Почему нельзя сказать сейчас? — поинтересовался Джон. — Стид на хвосте. Все потом, — торопливо ответил Люциус и проскользнул на свободное место рядом с Баттонсом, которого никто не называл Натаниэлем, потому что фамилия запоминалась в разы быстрее. Баттонс не возражал. Люциус зыркнул по сторонам, понимая, что завладел вниманием отдела, и с довольным видом откинулся на стул. Плевать на угрозы Игги, это только слова, а вот история Стида и Эда, за которых он активно болел, явно получила новое развитие, и это было жизненно необходимо обсудить с остальными. *** Сразу после собрания поговорить не получилось, и отдел замер в предвкушении. Все прекрасно знали, что скоро Стид пойдет на перекур… то есть, конечно, на небольшой перерыв, чтобы проветриться. Боннет не раз повторял, что не курит, как будто кому-то было до этого дело. Люциус сверлил взглядом спину начальника и, как только Стид встал и скрылся за дверью, тут же сорвался с места и устремился к небольшому закутку в кабинете, где они общими усилиями создали небольшую зону отдыха. Там можно было выпить воды или чаю, а то и просто посидеть в кресле-мешке и потупить в телефон, отвлекаясь от работы. Но иногда здесь зависал весь отдел, просто болтая о каких-то новостях фирмы или пересказывая услышанные в студии сплетни. Как-то сама сложилась традиция, что именно у кулера узнавались и распространялись самые пикантные и волнующие слухи. Вслед за Люциусом подтянулись остальные и замерли в предвкушении. Люциус набрал в грудь побольше воздуха и затараторил, захлебываясь восторгом. Он рассказал, как решил выпить кофе на шестом по дороге в переговорку, как застукал Стида и Эда на кухне, про ситуацию с бородой и странное появление зама художника. Все это Люциус сопровождал своими эмоциональными комментариями и активной жестикуляцией. Он прекрасно знал, что весь отдел с замиранием следит за разворачивающимся на их глазах эпичным романом своего начальника и Тича. Еще немного, и коллеги были готовы перейти в режим «держу пари, они сойдутся через…», дальше подставить нужный срок. Закончив свой рассказ на радостном: — Я знал, что между ними все серьезно! Это же просто невероятно! Эдвард никому другому никогда бы не разрешил прикоснуться к своей бороде. Боже мой, да кому такое могло бы в голову прийти? Если его не знать и не ходить с ним на обед, он кажется крайне грозным, — Люциус многозначительно поднял палец. — Согласитесь, новость просто на разрыв! Гейм-дизайнеры согласно загудели. Кажется, «нужный срок» для «они сойдутся через…» во всех предсказаниях стремительно сокращался. — Вообще-то, — задумчиво почесал подбородок Пит. — Я тут недавно слышал от одной знакомой художницы забавную историйку. Мне кажется, она в тему. Все с любопытством повернулись к Питу. Тот привалился плечом к стене и многозначительно отпил из кружки глоток воды, словно это был какой-нибудь элитный виски. — В общем, моя знакомая слегка проебалась со сроками. То ли что-то напутала, то ли не рассчитала, не помню. Суть в том, что задачу нужно было сдать уже днем, а у нее работы еще часов на восемь. Может, к обеду следующего дня она бы и закончила. И, конечно же, Эд тут как тут, требует у нее эскиз, а он еще не готов до конца. А как вы знаете, у художников с дедлайнами полная жопа, — Пит выдержал драматическую паузу и обвел всех взглядом, убеждаясь, что коллеги внимательно слушают. — Короче, Эд начинает жестко наезжать на мою знакомую. Говорят, он умеет это делать профессионально. Вроде и не орет, и не оскорбляет, но все потом себя чувствуют полным дерьмом, еще и работать приходится до поздней ночи, пока все не закончишь или не исправишь. Моя знакомая в полном трансе. Уже понимает, что ей хана, и придется заночевать, наверное, в офисе, чтобы завтра к утру все было. И тут случается нечто невероятное, по ее словам, — Пит снова замолк, хитро прищурился и сделал медленный глоток. — Ой, да не тяни уже, — не выдержал Люциус, который от любопытства стал переминаться с ноги на ногу. Пит великодушно кивнул и продолжил: — В общем, когда моя знакомая уже мысленно распрощалась со своим свободным вечером после работы, в опенспейсе художников появился Стид. И тут-то и произошло чудо. Эд увидел его, резко замолчал и вообще отвлекся полностью на нашего начальника. Кажется, Стид его позвал то ли кофе пить, то ли на перекур-перерыв внеочередной. В общем, Эд все бросает и собирается уходить. Но моя знакомая — девушка смелая и ответственная, она ему в спину спрашивает, так к какому сроку он ждет эскиз в готовом виде. На что ужасный и грозный лид художников через плечо кидает: «Завтра придешь, доделаешь. Забей», и уходит. Она рассказывает, что после этого еще сидела минут десять в шоке. Никогда не видела, чтобы Эдвард забивал на сроки рабочей задачи, которые сам поставил, — Пит развел руками, как бы подводя черту. — Она это рассказала-то, чтобы передать бесконечную благодарность Стиду, потому что считает, что он хорошо влияет на ее босса. Вы представляете? Наш Стид дрессирует Черную бороду, — Пит весело рассмеялся. Кто-то из коллег подхватил его смех, кто-то просто заулыбался. Люциус восхищенно цокнул языком: — Точно неспроста это. Роуч тоже решил вставить слово и протиснулся между Джимом и Олу: — А вы замечали, что на обеде творится? — Что? — почти хором спросили Баттонс и Джон. Они обычно сидели на той же стороне стола, что Эд и Стид. — Эдвард постоянно таскает еду с тарелки Стида, — шепотом сообщил Роуч и сделал страшные глаза. — И знаете что? — Что? — снова хором повторили Баттонс и Джон. — И Стид делает вид, что ничего не замечает! Хотя, конечно же, все видит. Просто ему явно нравится эта игра, — Роуч удовлетворенно кивнул каким-то своим мыслям и добавил: — Таскание еды с тарелки — это древний как мир флирт. — Ты уверен? — с сомнением посмотрел на него Баттонс. — Вот ты таскаешь еду у Джима? — Нет, — быстро замотал головой Баттонс и опасливо покосился на Джима. — Я бы никогда. Зачем мне это надо. Джим любят острое, а я нет. — Дело-то не в том, кто что любит, — замахал на него руками Роуч. — Дело в том, что еду ты таскаешь только у того человека, который тебе нравится. А он позволяет это делать только тому, кто ему нравится. — Сложно звучит, — наморщил нос Баттонс. — Ничего сложного, — пожал плечами Роуч. — Обычный флирт. Джон ткнул Баттонса в плечо и что-то быстро зашептал на ухо, после чего тот сказал протяжное «аааа» и согласился с Роучем. — Флирт за обедом — это крайне увлекательно. Но вы видели мяч, который подарил Стиду Эд? — как бы невзначай заметил Олуванде, указывая в сторону стола начальника, где около монитора и правда лежала игрушка-антистресс с надписью «Наш флаг означает смерть». — А что в нем такого? — заинтересовался Люциус. Он уже успел изучить эту безделушку и нашел ее вполне обычной, хотя сам факт подарка и то, при каких обстоятельствах подарок был сделан, находил крайне милым. — Люциус, — вздохнул Олу, с сочувствием глядя на молодого коллегу. — Сразу видно, что ты недавно в фирме и ничего не знаешь о ее истории. — И что такого суперважного я должен знать? — прищурился Люциус. — Это мяч из первой, пробной печати, которая была выпущена еще до выхода игры. Таких мячей было штук десять или двадцать на фирму. Естественно, они достались далеко не всем. А потом название игры изменили на «Пиратскую Республику», — пояснил Олу. — Мячи с такой надписью есть буквально у единиц в офисе. Их принято хранить у себя, а не раздаривать другим коллегам по случаю и без. — Между прочим, — внезапно вмешались Джим. — Один такой мяч продается на eBay за кругленькую сумму. Буквально вчера наткнулись случайно. — Впечатляет, — присвистнул Олуванде. — Вот видите, это со всех сторон крайне ценный подарок. — Интересно, Стид вообще в курсе? — растерянно спросил Люциус, продолжая издалека разглядывать мяч. Он никогда бы не подумал, что эта игрушка может быть такой редкой и дорогой. — Кто ж его разберет, — пожал плечами Олу. — В любом случае он будет хранить этот мяч не из-за ограниченной серии или его цены. Джим многозначительно кивнули, подтверждая слова коллеги. Остальные восхищенно выдохнули. Пит смешно наморщил нос и надул губы: — Вот почему мне никто не дарит таких подарков? — Вот станешь любовью Тича, так сразу начнут, mon chéri, — хохотнул Френчи. Самое забавное, что во всей студии его звали именно так, хотя парень даже во Франции ни разу не был. Зато очень любил вставлять слова и фразы на французском к месту и не очень. Люциус решил, что именно поэтому его называют Френчи, но сам никогда не уточнял. — Да пошел ты, — беззлобно буркнул Пит. Френчи дружески приобнял его за плечи. — Не расстраивайся. Да, лид художников уже занят, но ты можешь найти кого-нибудь еще, и когда вы вместе станете зависать после работы на парковке по полчаса, подарки сразу посыпятся, — и снова ослепительно улыбнулся нахохлившемуся Питу. — Френчи, это ты о чем? — спросил Олу, который уже какое-то время пытался подцепить апельсин из миски, но Джим, явно ради смеха, легко выбивали его из руки. — Буквально на днях я задержался на работе, — с готовностью отозвался Френчи. — Стид уже минут сорок как ушел, и я решил в конце концов, что мне тоже пора. Но когда я спустился на парковку, первым, кого я увидел, был Стид! Стоял у машины и трепался с Тичем вместо того, чтобы поехать домой. Кто так будет вообще делать, ну? — Ты имеешь в виду, кто будет задерживаться на работе? — усмехнулся Джон. — Нет, месье Фини, — паясничая, легко поклонился Френчи. — Кто еще будет торчать на подземной парковке сорок минут ради пустого трепа, когда можно поехать домой? — И кто? — насупился Джон. — Только влюбленный человек, — многозначительно закончил Френчи и обвел всех победным взглядом. — Судя по всем нашим рассказам, у Стида наметилось что-то серьезное. — Интересно, сам-то Стид в курсе, — почесал подбородок Роуч. — Он у нас, конечно, гений по части генерации идей и историй для кампаний, но когда дело касается жизни… хм, немного рассеян. — Он не отошел еще после развода, наверное, — неуверенно протянул Люциус. — Не смеши, Люциус, — отмахнулся Олу. — Стид таким счастливым, как после развода, никогда не выглядел. — Разве что сейчас, — негромко произнесли Джим. — Согласен, — подтвердил Олуванде. — Но я правда сомневаюсь, что наш Стид уже сложил два и два и сообразил, что Тич не просто так с ним каждое утро ходит пить кофе. — И днем ходит, — вклинился Баттонс. — И днем, — кивнул Олу. — Может, нужно ему как-то намекнуть? — предложил Роуч. — Только поделикатнее, все-таки личная жизнь начальника, все дела. — И как ты себе это представляешь? — усмехнулся Френчи. — Эй, Стид, мы тут сопоставили факты и поняли, что Эд на тебя запал, не соблаговолишь ли позвать его куда-нибудь — или что ты там считаешь уместным в этом случае — потому что ты тоже явно запал на него. Джим во время этой пламенной речи посматривали на дверь, словно ожидая, что Стид войдет в самый неподходящий момент. Но ничего такого, к великому облегчению Люциуса, не произошло. — Это точно не деликатно, — с сомнением посмотрел на коллегу Пит. — Вот и я о том же, — фыркнул Френчи. — Может, попросим Люциуса поговорить со Стидом? — внезапно предложил Баттонс. — Люциус, ты проводишь много времени с Боннетом. Он все еще твой куратор. Попробуй ему намекнуть. — Кто? Я? — тоненьким голосом пискнул Люциус и, тут же откашлявшись, возмутился: — Почему я-то? — Потому что ты у нас самый деликатный во всех отношениях, — подмигнул Френчи. — Но я… — попробовал возразить Люциус. — Мы в тебя верим, приятель, — хлопнул его по плечу Олуванде. — Ты сможешь. — А может… — попробовал еще раз Люциус, но на этот раз его прервали Джим. — Стид возвращается, по местам. Народ мгновенно рассредоточился по кабинету, занимая самые непринужденные позы. Люциус же остался стоять у кулера, думая о том, как так вышло, что он всего лишь хотел поделиться своим наблюдением, а теперь на него возложена задача открыть Стиду глаза на его отношения с Эдом, и есть ли у него хотя бы призрачная надежда отказаться. Роуч поднял большой палец и четко проартикулировал: «Удачи, парень». Люциус вздохнул. Похоже, выбора у него не оставалось. *** Неделя прошла в сплошном стрессе. Гейм-дизайнеры всем отделом буквально горели на работе, а Стид даже несколько раз пропустил послеобеденный кофе, чего не случалось в последние месяцы практически ни разу, и Люциус уже не мог дождаться релиза, чтобы можно было выдохнуть хоть на минутку. И вот в пятницу свершилось. Все коллеги радостно поздравили друг друга и в первый раз за неделю разошлись по домам вовремя. Люциус же планировал задержаться буквально на полчаса, чтобы подразгрести дела перед выходными и понедельник начать с чистого листа, но в итоге проторчал в кабинете больше часа. Оглядевшись, он понял, что Стид тоже все еще сидел за своим столом, погрузившись в релиз, мониторя все, что происходило в игре. Напряжение его еще явно не отпустило — слишком много сил было вложено в «Сокровища Кракена». Люциус наконец закрыл документ, выключил компьютер и с наслаждением потянулся. Пора было сваливать. Он собрал вещи и подошел к Стиду, чтобы пожелать хороших выходных. — Хэй, Стид, я пошел, — Люциус осторожно постучал по столу Боннета, сидящего в наушниках и внимательно что-то читающего. Тот все равно вздрогнул, но, увидев рядом с собой Люциуса, тут же улыбнулся и стянул наушники. — Ты еще здесь? — Я заканчивал дела перед выходными. — Почему-то решил, что ты ушел еще полчаса назад вместе с остальными, — рассеянно произнес Стид, регулярно поглядывая в компьютер. — Остальные ушли больше часа назад, — заметил Люциус. Лицо Стида вытянулось от удивления, он явно слегка потерялся во времени. — А ты домой еще не собираешься? — поинтересовался Люциус. — Посмотрим результаты в понедельник. — Мне буквально еще пара дел осталась, и можно уходить, — обезоруживающе улыбнулся Стид. — Сегодня уходишь не в компании Эда? — попытался как-то зацепиться за тему Тича Люциус. За неделю ему так ни разу и не удалось сделать Стиду даже крошечного намека по поводу лида художников, хотя он честно пытался подгадать момент. — Почему же? — искренне удивился Стид. — Эд тоже еще на работе. Я напишу ему, как закончу, и пойдем вместе на парковку. — То есть он сидит и ждет, пока ты ему напишешь? — не веря своим ушам, уточнил Люциус. Он искренне не понимал, как вообще еще можно было не понять, что происходит. Но Стид был таким Стидом. Боннет тем временем отвлекся, чтобы нажать пару кнопок на клавиатуре, а потом пояснил: — Нет, Эд тоже доделывает какие-то дела. — Ага… — многозначительно протянул Люциус. — Дела… Конечно. Стид снова отвлекся на экран и явно проигнорировал интонацию коллеги. Люциус мысленно выругался: пока этот чертов релиз не пройдет, Боннет, видимо, не сможет замечать буквально ничего дальше экрана монитора. — О, ты еще здесь? — оторвавшись от работы, растерянно спросил Стид. — Уже ухожу, — вздохнул Люциус. — Не сиди допоздна, а то Эдварду тоже придется здесь ночевать. — Хороших выходных, Люциус, — откликнулся Стид, натягивая обратно наушники. Люциус украдкой показал Боннету язык и решил, что попробует еще раз на следующей неделе. Он вышел из кабинета и отправился к лифту, но по дороге решил завернуть на кухню попить воды. К его бесконечному удивлению, за кухонным столом обнаружился Эдвард с книгой из библиотеки Стида в руках. Тич сидел, привалившись к стене спиной и закинув одну ногу на соседний стул. Рядом с ним на столе лежали телефон с открытым мессенджером и пакет с надписью «prints4you». Эд задумчиво перевернул страницу и вздрогнул, когда Люциус откашлялся и поздоровался. — Бля… — выругался Эд. — Парень, нельзя же так подкрадываться. — Я хлопнул дверью, когда зашел, — попытался оправдаться Люциус, который сам ужасно не любил, когда к нему подкрадывались. — Кстати, почему ты здесь? Не похоже, что доделываешь дела. — Какие дела? — непонимающе нахмурился Эд. — Вот и мне интересно, какие, — нахально ответил Люциус. — Стид сказал, что ты тоже еще работаешь, и поэтому он напишет тебе позже, чтобы вы вместе пошли на парковку. Но чтение на кухне не очень тянет на работу. — Я мониторю выполнение задачи через телефон, — буркнул Эд, барабаня пальцами по столу. — Успешно? — Вполне, — огрызнулся Эд. Люциус тяжело вздохнул. Он не очень хотел лезть в чужие дела — правда! — но Стид ему искренне нравился, да и Эдвард был вроде приятным парнем, во всяком случае, пока. Да и кого он обманывал, ему ужасно хотелось, чтобы эти двое уже сошлись. — Послушай, Эд, — немного неуверенно начал Люциус. — Это, конечно, не мое дело, и ты можешь послать меня куда подальше, но я все-таки должен сказать. Лицо Эдварда не выражало ровным счетом ничего, но плечи под кожаной курткой напряглись, а пальцы сильнее сжали края книги. — Ты, похоже, очень нравишься Стиду, — Люциус заметил, как расширились карие глаза при этих словах. — Я писал об этом. И да, это было грубо, но необходимо. Извини за это,. но я сейчас не о том, — сам себя прервал Люциус. — Я о том, что наш Стид временами подтормаживает. Он вроде реагирует правильно, говорит правильно, но не всегда догоняет. То есть осознает… Ох, не знаю, как сказать лучше. В общем, если Стид тебе действительно нравится настолько, насколько мне кажется, то пригласи его куда-нибудь сам. Он точно не откажет. Иначе вы просто зря потеряете еще кучу времени, поверь мне. — Ты прав, — немного глухо отозвался Эдвард и опустил книгу на стол. — Правда? — просиял Люциус. — Это не твое дело, — сурово отрезал Эд и сверкнул глазами. — Ой, — аж попятился Люциус, хотя Тич даже не предпринял попытки встать из-за стола. — Прости, я не хотел. Я уже ухожу. Зашел просто попить воды. Еще раз прости. Люциус поспешил к кулеру, быстро сделал пару глотков из стакана и направился к выходу, проклиная все на свете и свой болтливый язык в частности. Ему совсем не хотелось ссориться с Тичем. Тот точно не выглядел человеком, с которым Люциус бы хотел находиться в конфронтации. — Люциус, — донеслось достаточно спокойно ему в спину. Он вздрогнул и заставил себя медленно повернуться, ловя взгляд Эдварда. — Хороших тебе выходных, — внезапно произнес Эд. Его телефон засветился, и он поспешно взял его в руки, проверяя сообщение. Люциус очень надеялся, что это писал Стид, чтобы сообщить, что наконец закончил с работой. — И тебе хороших выходных. Эдвард еще раз кивнул на прощание и сосредоточил все свое внимание на телефоне. Люциус выскользнул из кухни, чувствуя себя как моряк, спасшийся от мощного шторма на разваливающемся плоту. Кажется, ему не грозит ссора с Эдом. Но изменят ли его слова хоть что-нибудь, вот в чем вопрос. Люциус задумчиво покрутил головой и пошел в сторону лифта, как и собирался, краем глаза заметив, как Эдвард тоже покинул кухню вслед за ним и отправился к кабинету гейм-дизайнеров.