Справедливость

In the middle of the night I’m wide awake, I crave your taste

Фред вертелся в кровати, и, несмотря на тысячелетнюю усталость, не мог заснуть. В голове снова и снова проносились сцены сегодняшнего вечера. Особенно часто сознание останавливалось на чувстве, возникшем когда он увидел две слившиеся фигуры на подоконнике. «Что за дебильный мозг, почему он просто не может смаковать картины обнаженной Гермионы или нашего секса?! – Фред с силой уткнулся носом в мягкую перьевую подушку перестав дышать, но поток сумбурных мыслей не останавливался. – Весьма развратного секса, между прочим! Много ли парней в свои 18 лет участвовали в тройничке или пробовали анал?!» Все это было больше похоже на попытки самоубеждения, чем на естественный подростковый флекс сексуальным опытом. Он вынырнул из подушки, резко и глубоко заглотив воздух. Почему же он почувствовал укол ревности, тогда, завернув за угол? Почему эта картина из темного коридора продолжала стоять в голове, источая какую-то вязкую склизкую эмоцию, заполняющую все мыслительное пространство. «Джорджи точно олень, а значит и я тоже, – констатировал он вперед основного тезиса, – как он мог подумать, что несправедливость заключается в том, что мне не досталось киски Грейнджер?! Настоящая несправедливость была в том, что ты, олень, испытал первую близость не со…. без меня», – тут же поправил себя Фред, стесняясь собственной мысли, адресованной близнецу. И все же его досада была праведной, и, наполнившись чувством печальной несправедливости, он перебрался на соседнюю кровать требовать сатисфакцию. Джордж тоже не спал, и Фреду отчего-то было неприятно представлять, что именно могло занимать брата. – Есть важное дело, Джорджи, – заговорчески прошептал он, опуская шторы-балдахины кровати и накладывая на них звукоизолирующее заклинание, – требуется тайное собрание. – В чем дело, Фредди? Хочешь обсудить наше приключение? – Джордж уселся, подобрав под себя ноги, и обратил внимание к брату. – Ой, да что там обсуждать, приключение на 20 минут: зашел и вышел, – с напускным безразличием закатив глаза пошутил он, но быстро сменил тон, – осталась тут одна несправедливость, правда. Джордж вопросительно приподнял бровь, молча ожидая продолжения. – Как так вышло, что я в подробностях рассмотрел киску Гермионы, но даже мельком не видел твоего члена? – Джордж тут же прыснул от смеха, не восприняв слова брата всерьез. Однако Фред не торопился присоединяться к веселью, – Я серьезно. Я… хотел бы посмотреть на него. Близнецы уже много лет не мылись вместе, и даже переодеваться обычно удавалось в уединении. Так что Джордж подумал, что Фред прав, да ему и самому вдруг стало до ужаса любопытно. Он приподнялся на коленях, стягивая пижамные штаны с трусами, и уселся обратно. Член был мягким и слегка печальным, и все же его вид взбудоражил Фреда, и тот, сглотнув, сделал то же самое. Однако его собственный орган уже находился в состоянии полного возбуждения, максимально твердый и даже слегка пульсирующий. Это смутило парня, но он не подавая вида, посмотрел на лицо близнеца. К своему удивлению, он обнаружил того с неподдельным любопытством рассматривающим его член. Когда Фред вновь опустил глаза, то увидел, что и член Джорджа начал подниматься, наполняясь горячей кровью. – Твой длиннее, – протянул Фред, когда тот достиг своего максимума, – Я хочу измерить обхват. Одной рукой Фред сжал свой, а другой обхватил член брата кольцом большого и указательного пальцев. Пальцы друг до друга немного не дотягивались. Джордж молча сидел на коленях чуть завалившись назад и облокотившись на руки, и не смел мешать происходящему. В животе нарастало чувство запретного возбуждения, и на конце его члена показалась капля смазки. – Видишь, природа тоже была не во всем справедлива, раздавая подарки. Стоит ли мне трахнуть природу? Или мы признаем, что быть равными во всем невозможно? – Фред чуть саркастично поглядел на брата, а потом взглянул вниз и наконец добрался вниманием до выступившей мерцающей капли. Рука сама сжала член Джорджа еще сильнее, заставляя проявиться и стекать по головке уже вторую. Фред как-то деланно нахмуримся, осматривая результат своих действий, и прошептал: — Прости, я все исправлю. С этими словами он нагнулся, обхватил головку близнеца губами и коснулся идеально гладкой кожи языком. Джордж приоткрыл рот от изумления, но с удивлением отметил, что не испытывает ни стыда, ни угрызений совести. По большому счету, это было все равно, что отсасывать самому себе – такая нарциссическая фантазия, мало для кого воплотившаяся в жизнь. Поэтому когда Фред невинно поднял на него глаза, он ласково запустил руку в его волосы, настаивая на продолжении. Близнец неторопливо опускался на член, но совсем скоро почувствовал, как головка упирается в горло. Тогда свободной рукой он обхватил основание, как бы продолжая собственный рот. Слюна обильно стекала вниз по стволу, давая достаточно смазки для интенсивных движений ладонью. Другой рукой он мягко толкнул Джорджа на подушку, а когда тот лег, помог широко развести ноги, удобно устроившись между. Близнец прерывисто дышал, крепко схватив Фреда за волосы, и то ли вторил, то ли управлял движениями его головы. После нескольких глубоких фрикций тот с причмокивающими звуком вынул член изо рта и, скользя языком по коже, опустился к мошонке Джорджа. Прохладная и по-родному пахнущая, она без усилий поместилась внутри разгоряченного мокрого рта. Фред аккуратно всасывал и выпускал по очереди яички, а когда наигрался скользнул языком ниже к колечку ануса. Джордж слегка испугался, когда язык с силой прошелся по его входу, но совершенно новое сильное ощущение быстро растворило остатки предрассудков. Напряженный язык проходился по дырочке вверх и вниз, влево и вправо, а потом, преодолевая мышечное сопротивление, скользнул внутрь. Парень громко ахнул, и Фред не смог сдержать довольной улыбки. – Нравится, да, Джорджи? – язык сменился пальцами, куда более проворными и длинными. К указательному добавился средний, а затем и безымянный – они двигались все быстрее внутри его задницы, пока близнец с неприличными звуками сосал его член. – Чертовски, Фредди, – сквозь громкое дыхание произнес Джордж, – ты должен попробовать. Неси свою задницу ближе. Фред едва рассмеялся и на коленках подполз к голове брата, не зная как лучше устроиться. Тот схватил его за бедра и, перекинув одно из них по другую сторону, развернул его задом к своему лицу. Прямо над его ртом нависали яйца Фреда и, мягко их поцеловав, он опустил его ниже, подбираясь к заднице. Ладонями раздвинул его ягодицы и, осмотрев тугое колечко, мягко подул, наслаждаясь ответными мышечными сокращениями. – Джо-о-рджи-и, – простонал близнец, нетерпеливо ерзая и пытаясь опуститься еще ниже на его лицо. Не желая более дразниться, Джордж прижался языком к его анусу и начал тереть его, стимулируя чувствительную область. Фред качал бедрами, скользя по чуть шершавой мокрой поверхности, и в этом упоении не заметил, как с обеих сторон к отверстию подобрались два указательных пальца. Все в слюнях, они медленно толкнулись внутрь, а когда проскользнули до второй фаланги остановились и слегка потянули в стороны, расширяя тугую дырочку. Фред выгнулся от яркого ощущения и рухнул на чуть пушистый пах брата. Мокрый рот нетерпеливо терся о член, и парень полностью забылся, отдавшись во власть искусных пальцев внутри себя. Они быстро двигались, обзаводясь соседями, а когда число таких званных гостей достигло четырех, Фред нетерпеливо вырвался. – Пожа-а-алуйста, – он оглянулся, одарив близнеца молящим глазами, и, встретив потемневший от огня взгляд, переполз вперед. Джордж поднял собственный член вертикально, прицеливаясь в опускающуюся задницу. Хорошо растянутая мокрая дырочка легко впустила в себя головку, а затем, под весом тела парня, и весь ствол до основания. Оба низко ахнули. Пока Джордж быстро и нетерпеливо вдалбливался в узкий проход, Фред дрочил собственный член, не веря в то что испытывать такое удовольствие все еще законно. Его рот был раскрыт, и он чуть пружинил на коленях, повинуясь рукам схватившим его за бедра. – Сейчас… – услышав это слово, Джордж еще интенсивнее задвигал бедрами, а затем с усилием насадил близнеца до самого основания. Фред почувствовал как внутри разлилась горячая сперма и кончил через секунду. Белесое семя прыснуло из члена Фреда, тут же пропитав простынь. Обессленный, он сразу ощутил тяжесть свинцового тела и свалился на бок рядом с братом, покрывавшим его спину и плечи нежными поцелуями. Джордж крепко обнял его, прижимая к себе, и поцеловал в затылок. Не произнеся ни слова, они почти одновременно заснули крепким сном без сновидений. Вселенский баланс был наконец-то восстановлен.