hunters and their victims

глава 3. В конюшне стояло пять свободных лошадей. Наруто своим цепким, натренированным взглядом выбрал, по его мнению, самую быструю и выносливую. Ехать придется почти неделю, поэтому другая ему не подойдёт. Да, юноша мог бы добраться на своих двоих, вампир ведь выносливее и быстрее любого обычного человека, но, во-первых: будет странно, если он доберется до близлежащих городов по пути за считанные часы, а Узумаки практически уверен, что за ним следят царские. Во-вторых: да, вынослив, но не настолько, чтобы пробежать две тысячи километров. И в совокупности этих фактов он пришел сюда. Его сегодняшней избранницей, верной спутницей на ближайший несколько недель, оказалась светло-коричневая семилетняя Юветта, что на его смотр лишь показательно фыркнула. Наруто чуял: будет весело с этой хара́ктерной лошадкой.

***

Они добрались до второго города, когда солнце перевалило за полдень. Здесь климат был чуть теплее. И это нравилось и Наруто, и Юветте. По словам владельца кобыла еще не путешествовала так далеко, так что может брыкаться с непривычки. Но это было лишь опасениями: Юветта была счастлива чуть ли не больше него, и Узумаки был несказанно рад, что его подруга разделяла его восторг быть чуть ближе к этому палящему солнцу и вечной засухе, о которых рассказывают детям Фелея родители. И сейчас он шел по рынку, размахивая небольшим мешочком с завязками на горлышке, в котором находились красные яблоки, причем самые сочные и свежие. Наруто стоял минут пятнадцать, старательно выбирая их и жалуясь на ценники какой-то старушке рядом, которая, кстати, его недовольство разделяла. Он зашел сюда только для еды для Юветты, но по пути ему приглянулись кое-какие безделушки, а потом еще одни, и еще, а потом еще. А еще ему хотелось просто поговорить с кем-нибудь, кроме чересчур молчаливой, но хорошей слушательницы-лошади. Хотя это утверждение было не совсем правдивым. Юветта часто отвечала ему на всякие глупые истории из его жизни. Ну и что, что ее ответом служило презрительное фырканье. Но она ведь слушала! Порой ему казалось, что он доведет даже лошадь. Вокруг туда-сюда сновали люди, заинтересованно разглядывая многочисленные изделия и еду. Большинство суетилось: столько товара доставляют только летом, поэтому торговцы, бодро зазывающие народ, старались выручить за этот период как можно больше. В остальное время море, с которого поставляли товар, с ноября по июнь, покрыто толстым слоем льда, а объезжать огромный водоём было довольно затратно. Жить на севере было крайне сложно. Наруто крутил по рынку головой, теряясь в огромном выборе, но тут его взгляд кое-что привлекло и его ноги мгновенно понеслись в сторону чего-то интересного, пробираясь через огромную толпу людей и параллельно извиняясь за оттоптанные ноги. За прилавком стоял мужчина лет сорока, с большим энтузиазмом что-то впаривающий женщине. — Такие амулеты! Вся моя семья с такими ходит. Купи и себе, и детям своим, чтоб вам злые духи не докучали! А то ишь, весь год по черту идёт, везде безобразица. Я вот давеча (недавно) к колдунье ходил, так знаешь, что она мне сказала… На столе была куча всяких брошек, серег, одинцов, кулонов и остальной всякой всячины. Слева были разнообразные «амулеты»(конечно, если их так можно было назвать, ведь никакой «магией» они и не пахли), и его взгляд зацепил один браслет. Он был самым обычным: с темной, красно-коричневой плетеной жёсткой ниткой, на которой были почти черные деревянные бусинки, отделяющиеся друг от друга мелкими узелками. Сбоку висело белое в чёрную крапинку пушистое перышко, а в середине находился голубой, но ближе к зеленому оттенку, вытянутый камешек. Наруто приподнял свою левую руку, взглянув на нее. На запястье висел почти в точь-точь такой же. Отличие было только в минерале и пере. Его камень был более дорогим, немного светящимся, более голубым и переливающимся, а у торговца — явно дешёвой подделкой. Перо же было чисто белым. Любой, кто хоть чуть-чуть разбирался в драгоценностях, мог заметить эту разницу — что в обработке, что в цвете. Но таких у них в краях почти не водится, и этим камнем можно было с легкостью обдурить простой люд, выдав за благородный металл. Этот браслет — точнее, его первую версию — ему подарила мама. Он был почти таким же, как раньше. Наруто после того, как нитка рвалась, старался скопировать его внешний вид до точной копии, но спустя столетия побрякушка все-таки утратила свою первоначальную версию, став менее похожей. Но лунный камень оставался все тем же. Тем, который одним давним вечером дала ему матушка. Узумаки не знал, почему она тогда выбрала в подарок именно его. Было огромное количество других прекрасных камней — тот же хризолит, который им обоим очень нравился. Он не знал, но то, что это был не хризолит, сыграло ему на руку через десяток лет. Именно лунные камни пользовались огромным спросом среди вампиров. Не смотря на огромную цену, они того стоили. Заговорённые адуляры позволяли спокойно гулять под солнцем, не боясь ожогов и смерти. И Наруто нравится думать, что его мама была просто ясновидящей, которая предугадала такой исход. Однажды голодной ночью его выцепила ведьма с жуткой мантией, предложившая взамен на помощь своей кровью, зачаровать ему этот «необычный» минерал. Парень в то время только-только обратился, потому не мог выходить днём, но солнечному ему безумно хотелось вновь взглянуть на огромное жёлтое пятно сверху. Поэтому тогда, ни секунды не думая, он согласился. И только спустя года вампир понял, как это было опасно. Не только для него, но и для его сородичей. Все-таки, неизвестно, зачем ведьме понадобилась его кровь — самой обратиться, вылечить кого-то, или же, чтобы посотрудничать с охотниками на нечисть. Это бы помогло им изучить их вдоль и поперек, а колдунье закончить свой век в спокойствии, а не на костре. В выгоде остались бы все, кроме самих вампиров. Интересно, что с той старушкой теперь? Но, впрочем, он не жалеет — когда солнце в тот день взошло и Наруто вышел из её убежища, то очень долго смотрел на небо и не мог поверить своим глазам. Правда, после он вообще ничего не видел из-за пляшущих разноцветных пятен в них. Но не суть. — С какого края привезли? — спросил Узумаки, вертя браслет в своей руке. Торговец сразу отвлекся, высматривая, что же его заинтересовало и воодушевлённо ахнул. Из огромного монолога мужчины юноша узнал, что он такой теще покупал, и та потом в восторге ходила и хвасталась им всем, а ещё, что привезли его откуда-то с запада. О, а также купец в конце добавил, что ему сделают скидку, ведь Наруто показался ему хорошим парнем, «ценителем прекрасного», и вообще вкус у него отменный. Торговец рассказывал ему это с искреннем улыбкой, весело смеясь и хлопая его по плечу. Люди так беззаботны. Узумаки с пару секунд не двигался, а потом полез рукой в кулёк, нащупывая девять серебряных камешков и протягивая мужчине. Острый слух, когда он уже собирался уйти, уловил ритмичное постукивание, и вампир поднял голову. На высокой полочке стояла небольшая деревянная фигурка с медведем и мужичком, что по очереди постукивали молоточками по пеньку. Наруто впервые видел такое и невольно залюбовался. Он тихо выдохнул восхищенное «вау». Торговец проследил за его взглядом и вновь расплылся в улыбке, ещё более широкой. — Со столицы только вчера привезли, дать вам? Блондин заторможено кивнул, переводя взгляд на мужчину. — Хорошие товары. Небось, много приносят. Слышал тут, во дворце смуть настала, не знаете, что же там? Торговец нахмурился, задумываясь, стоит тому говорить или нет. Оглядевшись по сторонам, тот потянулся к блондину: — Говорят, предатель там. Да не простой какой-нибудь слуга, а высшего сорта! Приближенный к королю. Сбежал с чем-то, стоящим престола Сенджу и знатности дворян, в сторону города зимнего. Вон, сколько стражи здесь снуёт. Боюсь, ждут нас тяжкие времена. Мужчина отстранился, помотав головой: — Ох, какие тяжкие. Узумаки поблагодарил его, заплатив за деревяшку и накинув сверху за информацию на несколько серебряных больше, чем нужно, взял в руки эту побрякушку и, вертя ее в руках, направился к местной стойне на входе в рынок — туда, где стояла его подруга. Юветта недовольно виляла хвостом, злобно поглядывая на других. Лошадь очень раздражало, что ее оставили в одиночестве, так ещё и привязали к дереву, потому и уйти от обиды восвояси не получалось. Это злило бедняжку ещё сильнее. Наруто, завидев ее, усмехнулся — она за эти пару дней стала настолько родной, но вместе с тем и предсказуемой. — Ну же, прости меня, Юви. Лошадь на это нелепое сокращение рассерженно заржала, и парень поднял руки вверх, в жесте «сдаюсь». — Ну прости-прости. Лучше посмотри, что я тебе принес, — он гладил ее по носу, по светло-коричневой шерсти, другой рукой доставая яблоко и поднося к ее рту. Она, завидев свое любимое лакомство, сразу потянулась к его руке, съедая в пару укусов. Узумаки отдал ей ещё с пару яблок, а после уселся верхом, пристегнув сумки к ее бокам. — Ну что, любимая моя, я узнал, тут поблизости речка. Так что, не бойся, ты не умрешь от обезвоживания, — и потянул поводья прочь.

***

Они вошли в ворота, конечно, с проблемами. Стражники долго расспрашивали зачем он здесь и почему, и Наруто мастерски наплел им случайную чепуху, пришедшую в голову первой. Главное — говорить с важным видом, будто рассказываешь импровизированный материал в академии, которую, вообще-то, нужно было заучить, а не пытать удачу в угадывании текста. Юноша уходил от них сдерживая смех, от чего Юветта его чуть не скинула. Пришлось успокоиться. Кертон встретил их почти пустой улицей: люди боятся преступника, который по слухам должен скрываться от властей здесь. Город был довольно обычный, почти такой же, как Фелей. В десятки раз меньше, конечно, второго по стране города, но казался вполне уютненьким. Дома были фахверковые, и выглядело это на фоне полумрака и преследующего везде тумана довольно пугающе. Население явно старалось стилем подражать столице на юге, что получалось немного вкривь и вкось. Столица светила беззаботностью и свободой, грела своим теплом и уютом, прохожие на улицах друг другу улыбались, и повсюду были слышны детские голоса. Кертон же — полная противоположность. Здесь было довольно прохладно, но с учётом, что это почти север, то вполне ожидаемо. Улицы, не смотря на свою заброшенность, были чистыми — за ними хорошо следили. Но это создавало больше жуткости, нежели ухоженности. Казалось, что прямо сейчас тут прошелестит перекати-поле. В воздухе парило напряжение, вдыхаемое вместе с кислородом, в самые легкие, попадавшее вглубь организма и пускающее внутри корни. Это заставляло волноваться даже только приезжих, не знавших о ситуации в государстве. Хорошо все разглядеть не получалось, на Кертон опустилась дымка. Выглядело немного, — нет, не немного, — добавил в мыслях Наруто, страшно. Идеальное место для бесшумных убийств. Наруто осмотрелся, поспрашивал у нечастых местных путь к трактиру, и узнав, направился к нему. Он оставил Юветту в местной конюшне. Войдя в не самое благополучное заведение, которое было указано в письме, к нему сразу незаметно проскользнул человек всего на пару сантиметров ниже его и махнул рукой. Узумаки последовал за ним. Здесь пахло дешёвым алкоголем, едой и табаком. Слышались голоса пьянчуг, буйно играющих в карты на деньги, и девушки, что пела на маленькой, импровизированной сцене — к ней приковались жадные, раздевающие взгляды местных работяг. Ужасная и противная, но имеющая свою атмосферу картина. Они сели в углу трактира на втором этаже. За перегородкой их было практически не видно, поэтому выбор и пал на это место. Человек снял капюшон длиннющего плаща и юноша вгляделся в его лицо. Его осенило: — Анко Митараши? — Наруто и вправду дивился: думал, что его встречал парень, неженственна была фигура в темнющем плаще, да и всего на пару сантиметров ниже. Кто отправил бы к нему довольно слабую женщину? Да и не нравилось ему думать, что в случае чего придётся драться с девушкой. Не по-мужски как-то. Она усмехнулась: — Было бы глупо предполагать, что преступник вроде тебя не знает приближенных к династии. Краткая характеристика, заученная в одну из бессонных ночей, сразу появилась в его голове. Наруто взял очередной желтоватый лист, где изящным, с идеальным наклоном почерком было выведено очередное имя: — Анко Митараши, — оно было произнесено немного усталым голосом. Слишком много всего, что надо было за короткое время прочитать. С памятью проблем не было — у вампиров, как никак, она идеальная. Но сама мысль просидеть за изучением чего-то, что не является очередным боевым приёмом, его удручала. «Краткая информация: Возраст — порядка двадцати восьми — тридцати двух. Информатор короля. На груди имеет метку принадлежности к Сенджу. Особых боевых заслуг нет, но будет посильнее стражников. Предпочитает убивать ядами, нежели оружием. Училась у выдающегося человека, но об этом мало что известно. Как правило действует самостоятельно, а не через подчинённых. Под одеждой хранит несколько (неизвестно) отравленных кинжалов…» Чуть ниже была зарисовка внешности Анко. — Скучно это все, — удручённо протянул вампир… Наруто тихо посмеялся: — О, оказывается, я очень известен, — он с улыбкой взглянул на нее. — Вы смогли найти меня, — а тут на грамм посерьезнел — это было прекрасно видно, несмотря на то, что усмешка так и не сходила с его лица. Не то, чтобы это сильно волновало его, но это могло бы помочь. Веди в их организации есть тот, кто работает на два фронта. И этот «кто-то» мог быть тем самым человеком. — У нас имеются свои способы достижения целей. Этот «способ» был точно кто-то из организации. «Надеюсь, Шикамару уже разобрался с этим» — промелькнуло в мыслях. — Перейдем к делу, — Анко сцепила руки. — Думаю, что ты уже в курсе о том, что предатель Сенджу с ценной информацией, бла-бла-бла, убил пару людей высших чинов, сбежал из столицы и скрывается тут или где-то рядом. Если говорить подробнее, то тот, кто скрывается — герцог Сасори Акасуна. О его истории ты тоже наверняка наслышан. Ты должен его найти и, как минимум, задержать. Выманивание информации из него и наказание мы возьмём на себя. Если есть тот, кто стоит за герцогом Сасори, то его тоже нужно в обязательном порядке устранить. Государство на взводе. Хьюга и Учиха тоже не отстают, все-таки в его руках компромат и на них. Никакой дополнительной информации о его местоположении мы не имеем. Честно, юноша не помнил историю этого Сасори. Это немного его удивляло. Значит, информацию о нем ему не достали? «Вероятно, кто-то подсуетился…» Она полезла рукой за пазуху и достала оттуда бумагу, протягивая Наруто. Узумаки раскрыл свёрток. На нем был изображен портрет человека. Рыжие, чуток красноватые волосы, тонкие черты лица, точно аристократические, острые глаза и линия подбородка. Бледная кожа и бесчувственный взгляд. Этот листок ещё ему понадобится, так что он убрал его в кожаную сумку, которая была перекинута через шею. К ним подошёл официант и Наруто заказал себе несколько стаканов пива, на что Анко тяжело вздохнула: — Я надеюсь, что твоя зависимость никак не повредит заданию. — Не боишься, что узнав подробности и о Сасори, я захочу ему косвенно помочь, или, что хуже — переметнусь на другую сторону? — проигнорировав вопрос, Наруто оперся щекой на одну руку, заглядывая ей в глаза. — Ты не выглядишь как тот, кому это интересно или нужно. — Такое себе алиби. Ты бы никогда не смогла стать хорошим детективом. Анко посмеялась. — У нас наверху есть ещё один человек, тоже работающий над этим делом. Можете объединиться, обменяться информацией, никогда не говорить — не важно. Просто покончи с этим, правительству плевать, как вы будете этого добиваться. Пытки, давление и всякое подобное? Даём зелёный свет. Желательно избежать ненужных смертей, гражданских не сметь трогать, и закончить как можно быстрее. Платим щедро — три мешка золотых. Вампир присвистнул на словах о деньгах. В их сторону покосилось несколько человек. Наруто не особо интересовала работа в команде, но, раз есть такая возможность, то почему бы и нет? Меньше скуки, больше болтовни. К тому же, три мешка — чересчур щедро. Да и идиота ему в напарники не пошлют, дело слишком важное. — Я согласен. — Сейчас позову его. Анко ушла, но на ее место подошла женщина с его долгожданным пивом. А тем временем Наруто пустился в рассуждения о том, заметила ли Митараши, что он не заказал себе пищу. С дороги же, голодным быть должен. А она ведь не глупая, всё поймет. Два плюс два складывать умеет. Вампиров выворачивает от людской пищи, а перспектива блевать ближайший час его не так уж и сильно привлекала. Потому и рискнул. Он достал из кармана сигару, закурил от свечи, прикрепленной железкой к стене, и поднёс ко рту. Табак и алкоголь — его зависимость. Он жил сотни лет, видел смерти всех своих близких, войны, пытки, изнасилования и что похуже, поэтому и топит все свои проблемы в них. Нет, до конца не помогает, но хотя бы дарит секундное расслабление. Недостаточно, но хоть что-то. Как правило, юноша ничего не чувствует — ни угрызений совести, ни душевной боли. Но иногда даже его закалённая годами психика порой не выдерживает и дает сбои, а за этим появляются ненужные переживания, хоть они и по большей части мельчайшие. Табак и алкоголь — его потребность. Напоминание о прошлом, о чем-то чувствующем нём. Он выдохнул клубочек дыма, когда к нему подошла Анко вместе с высокорослым, неизвестным ему парнем. — Мы надеемся на вас, — сказала Митараши и, развернувшись, ушла. — Ты в курсе дела? — прозвучал твердый, грубоватый голос незнакомца спустя время. Наруто поднял на него взгляд из-под прикрытых ресниц. Он все еще находился в небольшой эйфории от табака. — Ага, присаживайся, — Узумаки пододвинул тому один из стаканов с пивом. — Надеюсь, ты пьешь. Незнакомец приподнял черную бровь, глядя на блондина. Юноша, заметив его вопросительный взгляд, продолжил: — Совместное распитие спиртного сближает, — поднял голову, смотря на собеседника. — Или ты просто не пьешь дешманский алкоголь, Учиха? Меж бровей у темноволосого залегла небольшая складка — тот нахмурился. — Я просил Анко не раскрывать мою личность, уже даже имя фальшивое придумал, — он усмехнулся. С лица уже пропало замешательство, будто того и не было. — Наслышан о вашей внешности. Наруто был знаком с представителями Учих. Все похожие друг на друга: исключительно черные волосы, угольные глаза и бледнющая кожа. У них поразительно сильные гены. Или просто они выбирали в жёны себе подобных, и, честно сказать, это даже не совсем шутка, ведь однажды свидетелем сея торжественного события он стал. На этой мысли вампир чуть не хихикнул, но воинственно сдержался. Его напарник показался ему знакомым. Они уже когда-то встречались. Точно. Наруто был готов поклясться жизнью. Движения его были грациозными, выдавая благородное происхождение. Даже простой взмах черных ресниц казался статным, словно был отточенным до зубов действием, будто ему с самого рождения давали уроки по «красивоморганию». Хотя, если так подумать, это вполне могло бы оказаться и правдой, если знать странный, по его мнению, нрав Учих. Тут он уже не сдержался и прыснул. Его новоиспечённый напарник посмотрел на него, как на идиота. — Нару, — отсмеявшись, представился он. — Саске, — и присел за стол, взяв в руки стакан. Саске Учиха, значит. И вдруг пришло озарение. Эти глаза. Те притягивающие омуты. Те самые, что были у того, кто стоял на той крыше в ту ночь. Те, которые он бесконечно сравнивал с бездной. Те, что напомнили ему очень давнего знакомого. Точно они. Всё сходится: Фелей город под покровительством Учих, а глаза напомнили ему другого соклановца Саске не просто так. У них у всех они практически одинаковые: холодные, рассудительные и каплю безэмоциональные. «До чего же тесен мир. Узнал ли меня?» — подумалось Узумаки. Все таки, у самого него внешность довольно экзотическая для северных краев. Наруто поднял стакан, протягивая, чтобы чокнуться. Подобных действий с чужой стороны не последовало, и он, пожав плечами, сделал несколько больших глотков, и с громким звоном поставил стёклышко на стол. Саске поднес свой стакан к носу, принюхиваясь. Наруто посмеялся, увидев это. — Не отравлено, не боись, — и оперся щекой на свою ладонь, делая затяжку. Дым глубоко в легких дарил наслаждение, перемешанное со спокойствием, даже спустя столько времени. Саске же даже не выпил одну четверть, в отличие от некоторых. Они были из двух разных миров, хоть и плавились под одним палящим солнцем в одной грязевой яме. Оба выполняли не самую приятную работёнку. — Не люблю командную работу. — прокомментировал темноволосый, глядя на рассвет за окном. — Выбирать не приходится. У тебя есть информация, и у меня есть информация. Разве это не прекрасно? — Наруто повел плечами и продолжил: — Слышал, это... — блондин задумчиво промычал, вспоминая, — советник короля, тот, с кем он вырос. Наверное, больно получить удар в спину от, считай, брата. Саске усмехнулся. — Сасори опасен, у него куча сторонников. Сенджу сейчас очень слабы, половина дворца отвернулась от них, переступив на вражескую сторону. Не один год взращивался этот план, думаю, ещё в самом начале бывший советник короля пустил там корни, начав прибирать под своё крыло знать. Сенат разделился на две стороны: одни на стороне власти, другие на стороне бунтовщиков. Канцлер сейчас от короля не отходит, все время рядом. Боится, что на Наваки совершат покушение в ближайшее время. Принцесса тоже рвет и мечет, боится за своего брата. Но руки у нее сейчас очень связаны, приверженцы ее предали, поддержки и влияния больше нет. В общем, корона сейчас в очень затруднительном положении. Хотя, не только она. Готовится переворот против практически всей знати. Саске обращался к королевской семье без уважения, оно неудивительно. Похвастаться в последние лет двадцать им было нечем, и королевство перестает быть таким сильным, а ущемленные Учихи могут этим воспользоваться, но если судить по нынешним обстоятельствам, в этом он уже был не уверен. Наруто притих, переосмысляя всю информацию. Все очень плачевно, и дворец в полной заднице, а не в просто «затруднительном положении». Узнай об этом простой люд, и народ поднимет восстание, свергнув нынешнюю верхушку. Они хотят видят своего лидера сильным и с безупречной репутацией, хоть и эти вещи совершенно несовместимы в современных реалиях. Сильным не будешь без ежедневно работающей тайной канцелярией и жестоких, порой тиранских решений. — Сенджу уже практически как век слабы. Нужно было сажать на трон не этого слабого правителя, а его сестру, — Саске на это только хмыкнул. Блондин продолжил: — У меня есть догадки насчет того, что наш предатель только пешка на шахматной доске. За ним стоит король, но партия только началась, и ходов было сделано слишком мало. Пока к нему не подобраться так близко, как хотелось бы. — Предлагаешь ждать? — Саске бездействие очень раздражало. На кону его семья. — Почему же, самое время расспросить стоящих в первом ряду, — Наруто ухмыльнулся одним уголком губ, туша сигарету об стол. — Не думаю, что в этом городе мы сыщем что-то по-настоящему стоящее, — и младший Учиха был очень даже прав, изменнику нелепо оставаться в одном и том же месте так много времени, а Сасори глупцом не был, что уж говорить о стоящих за ним. — Возможно, я даже знаю, кто и есть «король». Но без понятия, где он. К тому же, уверен, что ты не спал с дороги, так что предлагаю отоспаться до обеда. Утро вечера мудренее. Наруто загадочно улыбнулся, сделал последний глоток пива и, оставив четырнадцать серебряных, встал из-за стола и ушел на второй этаж, туда, где находились спальные места. Саске проводил его взглядом, чуть нахмурившись. Что-то тут не так. Учиха так и не допил ужасный на вкус алкоголь (да, он повидал в жизни много дерьма, но пить это — выше всех его сил.), отправившись в постель думать над тем, где же он уже видел эти голубые глаза.