Полигон

На улице приятная тишина, перебиваемая лишь хрустом снега под ногами. Арён наблюдает со стороны прощание сына и матери и чувствует неприятное смятение. Всё слишком быстро закрутилось, и у неё толком не укладывалось в голове как такое могло случиться. Она смотрит на экран телефона, где высвечивается отредактированный текст её несостоявшейся статьи. Пришлось потратить много сил, чтобы собрать материал, поэтому избавляться от него навсегда было обидно. Девушка оставляет всё как есть. Возможно через парочку лет она будет рада вспомнить это приключение. — Она не поедет с нами? — уточняет Арён, когда Чонгук подходит к ней. — Не могу привезти её в Полигон. Я найду хорошее место, где мы бы смогли жить, и постараюсь забрать в ближайшее время, — объясняет Чонгук, и девушка понимающе качает головой. — Вы поговорили? Как себя чувствуешь? Арён улыбается и пожимает плечами. Она сама не до конца поняла, что испытывает от разговоров с этой женщиной. — Я думала узнаю правду, и там… Не знаю. Солнце станет ярче, небо выше, птички запоют, но… Вокруг ничего не изменилось, — разочарованно вздыхает девушка, обнимая себя. — Мне нужно время, чтобы всё принять. И мне правда жаль, что твоей маме пришлось столько пережить. Чонгук притягивает девушку к себе и обнимает. Он целует в макушку, и Арён устало выдыхает. Парень прекрасно понимал её состояние. Головой легко было объяснить поступки родителей, смириться со случайностью произошедшего, но могло ли сердце принять предательство и равнодушие родных. — Твой дядя… Он вмешается, когда всё узнает. Она твой прямой родственник и может официально взять опеку. Если всё получится, то все узнают правду, и ты вернёшь себе Полигон. — Мне нужно это обдумать и взвесить как поступить дальше, — соглашается Чонгук. — Я надеюсь, что скоро смогу полностью избавиться от чьего-либо надзора. Арён последние слова особенно радуют. Она встрепенулась в его руках и поднимает взгляд полный восхищения и надежды. Чонгук не может сдержать усмешки. Вряд ли Арён когда-то догадается сама, что являлась одной из причин этих перемен. Он помогает девушке сесть в машину, и напоследок оглядывается вокруг. Мама стояла на крыльце, кутаясь в теплую куртку и с нескрываемой тоской наблюдала за ними. Вчера они много говорили и пытались найти лучшее решение, но отложили все вопросы на потом. Чонгук мягко ей улыбается и машет на прощание рукой, получая ответный жест. Суа располагается рядом с подругой, но надевает наушники и погружается в работу. Арён видит мелькающие на экране кадры с наработок её фильма и отмечает, как она потрясающе смотрела в объективе камеры. На вопрос Чимина не будет ли ей опять плохо в дороге, Суа бросает взгляд на Чонгука и сразу отвечает отрицательно. Арён остаётся лишь закатить глаза. — Уверена? — уточняет Чимин, когда Арён просит высадить её, не доезжая до черты города. Машина плавно останавливается на съезде. Лес в этой части не такой густой, и даже можно разглядеть кирпичные заборы домов, но обоим парням идёт кажется сомнительной. — Давай я тебя отвезу позже сам, — хмурится Чонгук, не желая отпускать девушку. — Тут совсем недалеко от моего дома, — настаивает она и даже показывает ему карту, чтобы убедить, что доберется сама. Чонгуку приходится сдаться, чтобы не злиться. Он выходит из машины следом за ней. — Не нужно меня провожать. — Ты сведёшь меня с ума, — вздыхает парень, прекрасно догадываясь, что в её доме он будет нежеланным гостем. — Если не уже, — кокетливо улыбается девушка. Она вновь хочет чмокнуть его в губы и уйти, но Чонгук предсказывает её движение и кладёт руку на поясницу, не давая сбежать. Он целует её так, как хочет. Жадно, чувственно, с той нежностью и желанием, которые мог разделить лишь с ней. Арён мягко отстраняется, улыбается, сверкнув лукавым взглядом из-под ресниц. — Тебя ждут, — напоминает она, кивнув на машину. — Напиши мне, — снова просит Чонгук, вынуждая девушку поторопить его. Она провожает взглядом машину до поворота, а после шустро по протоптанной тропинке добирается до дома. Охрана удивленно встречает девушку, не ожидая её появления прямо из леса. Дворовая собака сразу бросается под руку и получает свою дозу ласки. Арён любила животных, но в доме их держать запрещалось, а уж в общежитии тем более. — Мама дома? — уточняет девушка у экономки, принимающей её вещи. Та молча кивает и указывает в сторону зимнего сада. Арён ничуть не удивляется. Девушка направляется в стеклянную пристройку к дому и прислоняется ко входу, наблюдая как мама возится в земле. В помещении душно и влажно. Из-за присыпавшего стеклянный потолок снега внутри мрачновато, но похожая с Полигоном система освещения поддерживает оптимальную среду для растений. Девушка чувствует знакомый шоколадный запах и рассматривает крупные белые колокольчики, издающие их. Это дерево выхаживали с её детства и лишь два года назад оно впервые зацвело. — Пропадать без предупреждения — это твой новый вид протеста? — продолжая ворошить землю, уточняет женщина. Она поправляет запястьем съезжающий на лоб нежно-розовый платок и поднимает мимолетный взгляд на Арён. — Я сорвалась с ребятами на небольшой отдых. — Почему так сложно предупредить и не заставлять меня волноваться? — Мам… Прости, — слова даются сложно, но после них внезапно становится лучше. Женщина замирает и удивленно смотрит на дочь. Арён не выдерживает. По щекам катятся крупные капли слёз. Он рвано выдыхает и мгновенно оказывается в теплых объятиях матери. От неё пахнет сырой землей, цветами и шоколадом. Арён прижимается ближе, чувствуя как все накопившиеся чувства обрушиваются на неё лавиной. Девушка показывает припрятанный за спиной мандарин и протягивает матери. — Какая же ты дурочка, — заботливо шепчет она, утирая ей слёзы. — Больше ничего не скрывай от меня. Пожалуйста. Они запираются в саду, подальше от чужих ушей и глаз, и Арён рассказывает матери обо всём, что с ней случилось. Умалчивает какие-то события, чтобы не тревожить её, но откровенно делиться своими чувствами к Чонгуку. — Это такое странное ощущение, — рассуждает Арён. — Словно меня наполнили чем-то светлым и тёплым. Я хочу просто быть рядом с ним. Всегда быть его. Чёрт, мне нравится в нём всё, — усмехается девушка. — Как такое возможно? — Кто знает. Я всего пару раз видела его совсем мальчишкой. Сынвон всегда хорошо отзывался о нём. А теперь он уже такой мужчина, — женщина возвращает ей полароид, сделанный в баре, когда они вместе отдыхали. — Вчера приезжал господин Ан. Они настроены очень серьёзно. Даже не представляю как нам переубедить маму. — Я ответила согласием на его условия, — мрачно заявляет Арён. — Что-то замышляешь? — сразу догадывается она. — У Дохвана есть то, чем он может меня шантажировать. Это напрямую связано с Чонгуком. Уверена, что вскоре начнётся борьба за Полигон. Если это всплывет сейчас или после, то разрушит все его шансы. Люди не будут поддерживать того, чья репутация в столь ярких пятнах. — Арён, будь осторожна, чтобы ты не решила. Это опасная игра. Она дорого может обойтись. — Не будешь меня отговаривать? — искренне удивляется Арён. — Только предупреждение. — Разве не бесполезно? Ты всё сделаешь по своему. Мне всегда приходится лишь ждать и терпеть, — тяжело вздыхает женщина, заботливо оглаживая бинты на руке Арён. — Ты характером в свою бабушку. Вас обеих слишком сложно контролировать. Девушка довольно усмехается. Она уже давно поняла, что стержень в ней ни от отца и тем более ни от матери. — Я не оставлю всё так, — уверенно заявляет Арён. — Верю. Кому-то из нас пора прервать эту славу «чёрных вдов», — признаёт её стремление мама. — Брак может жить без любви, основываясь на уважение. Но если в семье нет ни того, ни другого, жизнь превращается в сплошное мучение. Арён кладёт голову ей на колени и прикрывает глаза. Почему-то понаблюдав за Чонгуком, очень захотелось попросить прощения за всё. В их безумной семейке её мама всегда оставалась сторонним наблюдателем, невинной жертвой буйных характеров и скорых решений остальных домочадцев. Сердце жалело её и ныло от обиды. Арён может принять отца, но поняла, что простить ему бесполезный брак с матерью не смогла. Она боится идти дальше и узнавать о них больше, потому что это вновь растревожит старые раны. Проведя два дня дома, пока бабушка находилась в командировке, Арён возвращается в общежитие. Впопыхах перед занятиями она поднимается к себе этаж, чтобы сбросить лишние вещи, но как назло ключ не входит в замок. Попробовав самые разные способы и отпинав дурацкую дверь, ей приходится обратиться к коменданту. С особым одолжением и недовольством вызывают слесаря, и довольно пожилой мужчина просто выламывает замок. Арён скептично приподнимает бровь, а после переводит взгляд с дырки вместо замка на мужчину. — Придётся пока побыть так. Требуется полная замена двери. Это не быстрое событие. — Я не могу жить без двери, — шипит Арён, стараясь не сорваться. — Не могу ничем помочь. Нечего в замок всякую дрянь совать. Девушка буквально задыхается от возмущения, но время поджимает и ей приходится забыть про спор. Она достаточно громко и демонстративно хлопает дверью, намереваясь её без всякой помощи снести с петель, и молится, чтобы к возвращению все вещи остались на своих местах. Уже опаздывая на занятия, Арён прячет ноутбук и блокнот, забирает сумку с тетрадями и спешит в учебный корпус. Девушка тихо прошмыгивает к своему месте в аудитории и присаживается рядом с Суа. Они так и не помирились после поездки, поэтому обмениваются лишь короткими взглядами. Теперь, когда конкурс перестал быть интересен у Арён появилось гораздо больше времени, чтобы провести хорошее исследование и достойно защитить свою дипломную работу на комиссии, а также успешно сдать все экзамены. Суа послушно конспектирует каждое слово занудного лектора, пока Арён в телефоне проверяет последние новости. — Юна стала больше писать, — замечает девушка. Дохван сдержал слово. Несмотря на то, что не прекращал звонить и писать ей, будто желал контролировать каждый шаг, он не опубликовал нигде даже намека на произошедшее в Полигоне. Хотя новостей вокруг отеля стало заметно больше. — Она всегда писала достаточно. Арён усмехается. Конечно, на упоминание любимого журналиста Суа отзывается сразу. — Она опять ведёт расследования? — Арён разглядывает снимок Полигона из вышедшей сегодня утром статьи. — Как видишь. — Может прекратишь дуться и поговоришь со мной нормально? — вздыхает девушка, откладывая телефон в сторону и оборачиваясь к подруге. Лектор как раз вовремя объявляет перерыв, и весь зал заполняется гулом оживленных голосов. — Хорошо, — поджимает губы Суа и хлопает рукой по столу. — В тебе было столько амбиций, но ты решила быть как все — жертвой своих чувств. Потратить столько времени впустую, и ничего с этого не получить. Меня всегда убивает это безразличие девушек к своему труду и стараниям ради кого-то, — высказывает накипевшее подруга. — А теперь вопрос: достоин ли он этого? Чонгук ведь участвует в боях без правил! Скажи, это ведь он так избил Ан Дохвана? — Суа кидает на стол брошюру, найденную в комнате Арён. — Я уверена на все сто, что он имеет к этому отношение. Арён, открой глаза. Всё что связано с ним опасно. Он тебя затянет за собой. Ты не святой человек. Твои поступки иногда вызывают у меня мурашки, но ты моя подруга. Я многое могу принять, но не это. Я честно желаю тебе только лучшего. — Я поступаю также по отношению к нему, — оставаясь спокойной объясняет Арён. Она комкает брошюру и кидает на дно сумки. — Суа, пойми меня. От этой статьи моя жизнь никак не изменится. Мне не нужны деньги и издательство. Изначально я начала всё это в поисках ответов. Я их нашла. Пора заканчивать. — Люди всё ещё думают, что твой отец виновен. — О чём говорите? — с заднего ряда доносится голос Сохи. Девушка старается улыбаться и быть милой, хотя выглядит уставшей. — Ерунда. Давно тебя не было видно, — замечает Арён, надеясь, что она не смогла ничего подслушать. Суа поджимает губы и не может так быстро перестроиться, поэтому отмалчивается. Она рисует на полях тетради и пытается понять почему Арён не хочет её услышать. — Как и тебя, — парирует Сохи, выпрямляясь и подпирая голову рукой. Арён сразу замечает брендовые обновки на девушке, часы и отличный маникюр. Это настораживает, поэтому девушка делает ей комплимент, стараясь обратить на такие мелочи внимание Суа. Сохи довольно смотрит на свои руки и кивает. — Мне тоже нравится. Нашла неплохого мастера. «Скорее спонсора», — едко подмечает Арён, но не озвучивает, зная, что спровоцирует новый спор с Суа. Сохи отвлекается на телефон и выходит из аудитории. — Что-то случилось? — спрашивает у подруги Арён, догадываясь, что её мрачное настроение вызвано не только их недопониманием. — Сохи встречается с отцом в тайне от нас, — делится девушка. — Идет процесс о лишении его родительских прав и принятия опекунства над её братом. Психолог тоже сказала, что она ещё не готова здраво оценивать всё произошедшее. Почему её тянет обратно в это болото? Арён пожимает плечами. Через какое-то время Сохи возвращается и молча собирает свои вещи. На вопрос Суа, она отвечает расплывчато и быстро покидает аудиторию, не дожидаясь конца занятий. Сохи торопится вернуться в общежитие. Она подходит к дверям своей комнаты, но оглядывается по сторонам. Убедившись, что никого рядом нет, девушка подходит к комнате Арён и довольно улыбается, когда дверь открывается лишь от прикосновения. Сохи решила рискнуть. Она специально испортила и без того страдавший замок, рассчитывая, что дверь придётся менять и процесс ожидаемо затянется. План был сомнительный, но тянуть дальше было невозможно. Юна давила на неё и требовала скорее сенсационной статьи о Полигоне. Сохи пришла в команду с таким заявлением, и каждый день выслушивала насмешки от остальных, считавших, что Полигон непокоряемая верхушка. Сохи входит в чужую комнату и оглядывается по сторонам. Приходиться повозиться прежде, чем ей удаётся найти ноутбук и блокнот. Она как-то занималась с Арён в библиотеке за соседними столами и невольно обратила внимание, что на её ноутбуке нет пароля. Это значительно облегчило ей задачу, но оказывается девушка очень много писала. Сохи приходиться проверить кучу папок, черновиков и различных материалов. Когда в самых закромах она находит наконец нужную статью, то не может сдержать радостного визга. Судьба наконец оказалась к ней благосклонна. Материал был не просто собран, но полностью структурирован и готов. Хоть сейчас неси его на сдачу. — Спасибо, спасибо, — ликует Сохи, перебрасывая файл себе. Она перелистывает блокнот Арён, не стесняясь читать сокровенные мысли девушки, и натыкается на полароидный снимок. На нём Арён сидела рядом с Чонгуком и наставляла ему "рога". За ними стояли Суа и, закинувший на её плечо руку, Чимин. В кадр попал по-рождественски теплый зал бара и роскошно накрытый стол. Все ребята выглядели счастливыми и улыбались. И это обожгло сердце Сохи. Девушка недовольно поджимает губы и стискивает снимок, запоздало понимая, что помяла его. Это из-за Арён у неё ничего не получилось. Пока она вынуждена скитаться и работать как проклятая, выслушивая унижения от Юна, эта девушка наслаждалась жизнью. Это Сохи должна была быть на таком снимке, есть лучшее, красиво отдыхать и получать удовольствие от жизни. Она достаточно страдала, чтобы наконец стать счастливой. В слепой зависти Сохи не сомневается в том, что Арён недостойна подобного, поэтому не колеблется, когда набирает Юна и сообщает ей, что всё готово.