Правда или Действие или Водка

Свет беспрепятственно проникал в комнату через окно, усиливая головную боль от ночной пьянки. Я мысленно проклял себя пьяного за то, что по глупости забыл закрыть жалюзи. Решив, что свет вполне терпим, а головная боль пройдет сама собой через несколько часов сна, я перевернулся на другой бок и уткнулся во что-то, что больше напоминало чью-то грудь, чем кровать. Медленно отстраняясь, я мельком взглянул на неопознанный объект, от которого я рефлекторно отпрыгнул почти на три фута и с грохотом упал на пол, разбудив спящего парня. — Какого хрена, мужик? — будучи нагим, он откинул с себя одеяло и начал сонно искать боксеры. — Клянусь богом, Андерс. Если ты сейчас же не вылезешь с моей кровати, я вызову копов. — Ну и что ты им скажешь? О, здравствуйте, офицер, парень, с которым я занимался сексом, не желает скорее уходить, арестуйте его, пожалуйста? — Ладно, может я не буду звонить копам, но позвоню твоей маме. — Я ухожу! Я ухожу, пожалуйста, не звони моей маме. Он уже собирался открыть дверь и уходить, но я его спешно остановил, удерживая за локоть. Чтобы он замолчал, я приложил палец к его губам, услышав голос сестры в коридоре и характерные шаги. — Проснись, блять, Си. Если ты думаешь, что я буду убирать этот бардак одна, то ты глубоко заблуждаешься, — угрожающий тон Марго вынудил меня искать другие пути для незаметного побега этого недоразумения, оказавшегося у меня в постели. — В окно, — Андерс посмотрел на меня так, будто я только что велел ему убить собаку или сжечь дом престарелых. — Закрой рот, а то муха залетит. — Я не собираюсь прыгать с окна. Ты рехнулся? — я знаю, что это риторический вопрос, но я не мог не улыбнуться. — Если не спрыгнешь с окна прямо сейчас, то будешь вынужден объяснять моей сестре, почему ты еще торчишь здесь. С ворчанием и холодным взглядом он открыл окно и был уже готов свалить из дома, когда обернулся и состроил улыбку. Это было странно, ведь на его лице всегда сияет снисходительная ухмылка. — Чего тебе? — Это была веселая ночка, — опять эти чувства. Как мне, черт возьми, ответить на это, не ударив его. — Что ж, надеюсь, тебе понравилось, потому что это было в последний раз. — Ну, посмотрим, — с этими словами он спрыгнул с подоконника наружу и побежал по улице хрен знает куда. Вздохнув, я закрыл окно и вернулся в постель, успев подремать полчаса, прежде чем Марго ворвалась в мою комнату и потянула за ухо, приказывая помочь ей. — Dépêchez-vous stupide Maman et Papa vont être bientôt à la maison*, — кричала Марго по-французски, что говорило о ее взбешенном состоянии. Мы говорили на родном языке только когда была необходимость, например, чтобы сохранить секрет. — Margo, ne t'inquiète pas**, — в попытке успокоить сказал я, но, увидев ее лицо, на котором было написано «Еще одно слово — и тебе конец», я сдался и просто взял швабру, собирая в кучу разбросанный по дому мусор. Когда время перешло за полдень, остальные из наших пришли любезно помочь нам в уборке дома, и под «любезно» я подразумеваю откровенный шантаж Марго их обнаженными фотографиями, которые она угрожала разослать по школьным группам. Не спрашивайте меня, как она их достала — это последнее, что вы хотите знать. — Что было с тобой вчера вечером? — Сэм первый осмелился нарушить уютную тишину, которая образовалась вокруг нас. — Напился и меня вырубило. Я мало что помню о вчерашнем, — пропустил я сквозь зубы. И это была сущая правда. — Меньше болтовни и больше работы. Предки прибудут сюда через пару часов, они не должны увидеть здесь гибель Помпеи. С горем пополам мы управились за час до приезда родителей. Когда они вернулись, мы все уже дремали в гостиной от усталости. Марго и я разлеглись по краям длинного дивана. Дюк отрубился на кресле, Стелла лежала у него на груди, листая что-то в мобиле. Джон и Сэм уселись на полу, тихо обсуждая домашку по какому-то предмету. Я был слишком уставшим, чтобы вспомнить даже свое имя. Криста и Дэмиен сидела у эркера и целовались в нескольких метрах от нас. Я люблю их обоих, но иногда мне хочется, чтобы они подавились языками друг друга, ведь это единственное, что может остановить их постоянные поцелуи. Глядя на этих двоих, я вспомнил о прошедшей ночи. Конечно, я сам не помню скольких людей я поцеловал за все время, но ни одна из девушек, с кем я сосался, не оставила воспоминаний о себе. Я мысленно встряхнул головой и просто продолжил смотреть фильм, шедший по телевизору. Я молился, чтобы эта паранойя скорее прошла. Что бы это ни было. * «Поторопись, глупый. Мама и папа скоро будут» (фр.) ** «Марго, не волнуйся» (фр.)