Достижение цели

      Регулусу понадобилось много времени, чтобы найти Андромеду. Гарри не сомневался, что тот использовал заклинания на крови и тёмномагические артефакты, потому что обычные отслеживающие заклинания не работали. Регулус не был особо доволен решением Андромеды (выйти замуж за маглорожденного), но постарался сделать всё возможное в её поисках. Гарри был уверен, что это из-за Сириуса. Мужчина даже не позволил матери выжечь её с семейного гобелена, закатив громкий скандал, что если она это сделает, то может смело выжечь и его портрет тоже, потому что тогда он не намерен будет больше оставаться в этом доме. Боязнь снова потерять сына и больше никогда его не увидеть, пересилила гордость миссис Блэк. Крестный очень сильно любил Андромеду и на этой почве у братьев были частые ссоры. Гарри казалось, что Бродяга видит в ней себя. Ту его часть, которой никогда не суждено будет появится. Потому что он выбрал другой путь: быть Блэком. А это чуть ли не то же самое, что быть королевской крови, как любил повторять Орион Блэк.       Изначально Регулус не собирался искать Андромеду. Но вид Сириуса, который чем дольше пытался, тем казался сломленнее, приносил ему боль. Он не узнавал в нем старшего брата: колкого, острого на язык, умудряющегося поссориться со всеми за одним семейным ужином. Родители умерли через пару лет после его возвращения. Переживания за детей сильно подкосило их здоровье. В память о них Сириус повесил несколько портретов по дому, выкинув коллекцию голов домовых эльфов. Они ему все равно никогда не нравились. Сириусу пришлось принять своё наследие и титул. Он устроился в Министерство работать невыразимцем, удивив этим фактом всех знакомых, и раскрыл тот факт, что является анимагом.       Остальных Блэков Сириус ненавидел, так он себе внушал. Исключением для него были Андромеда и дядя Альфард, который дал ему приличное количество золота, когда он ушёл из дома. Блэк предложил ему даже пожить у него, но тот отказался. Сириус понимал, что дядя многим рискует уже решив помочь ему и не хотел обременять ещё больше. За это Вальбурга выжгла брата с гобелена с семейным древом. Это то, о чем Сириус никогда не говорил, но Регулус видел, что черная точка на гобелене приносила ему боль каждый раз, когда он видел её.       А затем Поттеры погибли. Лили была для него как младшая сестра, которой у него никогда не было; которую можно было задирать по пустякам; красть ради нее сладости с кухни Хогвартса, чтобы развеселить; готовым сделать всё, чтобы она была счастлива. Джеймс был не просто другом, для Сириуса он был братом, больше чем родной. Они были не разлей вода, только Поттеру удавалось усмирить буйный характер Блэка. Юноши почти никогда не расставались, всегда находясь в компании друг друга. Регулуса это очень злило, он видел их связь так, словно, она была осязаемой. Питер же оказался предателем. Тот, от которого меньше всего можно было ожидать. За пару дней до произошедшего они узнали, что кто-то среди них встал на темную сторону. Сириус попросил брата что-нибудь узнать об этом, но Регулус отказался. Он не хотел привлекать к себе внимание, когда Волан-де-Морт казалось забыл о нем, после одного поручения. Сириус хотел убить предателя и даже собирался отправиться за ним в погоню, но Регулус его остановил. А связь с Римусом Люпином потерялась. В день трагедии он прибыл следующим после Блэков и в пылу битвы увидел метку на руке Регулуса. Оборотень потребовал объяснений, посчитав, что Блэки были виноваты. Сириус не стал ничего объяснять, просто став на сторону младшего брата. У него так мало оставалось в тот момент, что молодой лорд выбрал защищать семью. Он не мог позволить, чтобы кто-то ещё узнал правду о неправильном выборе младшего брата. Сириус чувствовал ответственность за чужое решение. Ему казалось, если бы он не ушел из дома, этого бы не произошло. В пылу эмоций и горя, Сириус напал на друга. Блэк до сих пор помнил удивление в глазах Люпина. Таким образом, Блэк остался без друзей, потеряв все в один день. Он чувствовал, что его жизнь была разрушена. Часть него умерла.       С этих событий прошло много времени. Но Регулус до сих пор не понимал одного: решение Сириуса. В детстве старший брат презирал его, чем больше он пытался привлечь его внимание, тем сильнее Сириус отстранялся. Когда Регулус узнал о том, через что пришлось пройти Кикимеру, он хотел сразу же отправиться обратно в пещеру. Но юноша заставил себя успокоиться и подумать. Ему потребовалось пару недель, чтобы разгадать тайну своего хозяина. Блэк уже собирался трансгрессировать, как ему на глаза попалась колдография: он идёт за руку с матерью, Сириус чуть впереди вышагивает рядом с отцом, сцепив руки за спиной. Они куда-то идут. Это была бы самая обычная фотография, если бы не застала момент, как Сириус оборачивается, чтобы посмотреть на младшего брата, улыбаясь уголками губ. Засмотревшись на это повторяющееся движение, Регулус просит Кикимера найти и привести брата, перемещаясь к берегу рядом с Хрустальной пещерой. Регулус стоял на берегу моря, смотря на бушующие волны, когда услышал звук аппарации. Обернувшись, юноша обнаружил, что Сириус был взъерошен, босиком и в одних пижамных штанах. Видимо, домовик насильно перенес его, когда тот готовился ко сну. Сириус только что находился в одной комнате с Поттером, разговаривая с Джеймсом, который плескался в душе, как возник Кикимер и перенес его куда-то. Блэк был просто взбешен произошедшим, он ничего не хотел слушать. Его цепкий взгляд быстро оценил место, где они находились. Регулус попытался ему все объяснить, но как только речь зашла о том, откуда у него информация, Сириус не сдержался. Он ударил младшего брата по лицу, почувствовав облегчение. В следующий же момент Блэки уже катались по песку, избивая друг друга. Кикимер попытался их разнять, но Регулус приказал ему не вмешиваться, пытаясь скинуть с себя брата. Они оба были в бешенстве. Сириус, потому что его брат оказался ещё большим глупцом и трусом, каким он предполагал. А Регулус из-за того, что его брат так легко отвернулся от семьи, вычеркнув их, его, из своей жизни. Возвращаясь в Хогвартс с каникул юноша каждый раз пытался заговорить с братом, но Сириуса всегда окружали его друзья. Даже когда ему удавалось застать его одного, тот ничего не хотел слышать, полностью игнорируя существование младшего брата. Кикимер решился вмешаться в тот момент, когда Сириус смог затащить Регулуса в воду, погрузив его в неё. Младший брат пытался убрать с себя чужие руки, но так как на брате не было верха, ему было не за что зацепиться. И в итоге Регулус лишь сильнее сжал руки Сириуса, из-за чего даже если бы он осознал что сейчас пытается сделать и попытался убрать руки, то не смог бы. Хватка младшего брата была не менее крепкой, чем у старшего. Легкие горели огнем, заполняясь солёной водой. Регулусу хотелось расчесать себе грудь и когда он уже хотел это сделать, то почувствовал эйфорию. Хватка ослабла, отпуская руки Сириуса. В следующий момент их растощило. Это был Кикимер. Их выкинуло на берег моря. Сириус лежал на спине, чувствуя расползающуюся по телу боль, его сильно приложило о твердый песок, наблюдая, как перед глазами мелькают звёздочки. Или это он смотрит на ночное небо? Он настолько засмотрелся, что когда услышал рядом с собой булькающий звук, то вздрогнул от неожиданности. Повернув голову, Сириус увидел перед собой бледного Регулуса, лежащего как и он на спине, кажется, тот был без сознания и захлебывался. Осознание произошедшего затопило Блэка с головой, прямо как бушевавшая вода в море. Приподнявшись, юноша оттолкнул домовика в сторону, кажется накричав на него. Сириус как никогда был рад, что в начале семестра Лили уговорила его записаться на магловедение, недавно они проходили чем можно помочь человеку, если у вас под рукой не было палочки. Сейчас был именно такой случай, Блэк еле вспомнил как сделать непрямой массаж сердца, надеясь, что не сломает в придачу ребра. Нервы Сириуса были оголены до предела, пока он наблюдал, как брат выкашливает всю воду, приходя в сознание. Он затащил его к себе на колени, прижав правой рукой к себе, а левой зарывшись в его волосы. Сириус чувствовал как бешено стучится сердце брата, и стук чужого сердца начал успокаивать его. Он чуть не убил Регулуса. Юноша пришел себя уже в объятиях старшего брата. — Не уходи, — голос был сорван, Регулус практически сипел, мокрая одежда неприятно липла к коже, но ему было плевать, Блэку нужно было выговориться. — Заткнись, Рег, серьезно, прошу тебя, заткнись наконец! — Сириус прижал брата к себе сильнее, чувствуя, как тот хрипло дышит, уткнувшись ему лбом в плечо, не замечая, что кричит. — Я чуть не убил тебя! Я практически убил тебя! Я убил тебя… — последние слова были произнесены совсем шепотом. — Не уходи, — кажется, Регулус не слышал его или не желал слышать. Он вцепился в брата ослабевшими руками и это напомнило Сириусу сцену в воде, переборов желание отцепить от себя чужие руки, он начал поглаживать его по голове, слушая тихий голос. — Прошу тебя, не уходи, не оставляй меня. Я не смогу без тебя, не уходи, только не уходи. Я сделаю, все что угодно, все что захочешь, только останься со мной. Прошу тебя, Сириус, пожалуйста. Останься. Пожалуйста. Не уходи. Мне страшно. Пожалуйста. Не уходи. Не бросай меня.       Его брат рыдал у него в объятиях, цепляясь все сильнее. Сириусу стало плохо от одного вида его слез, он никогда не видел, чтобы Регулус плакал. Они сидели на берегу моря ещё очень долго, в объятиях друг друга. Сириус смотрел на волны, где-то вдалеке начинало светать, монотонно поглаживая брата по спине. Регулус долго не мог успокоиться и в один момент лишился чувств от переизбытка эмоций. Кикимер сидел рядом с ними, держа в руках палочку Регулуса. В пылу драки она выпала, а потом о ней забыли. В голове Сириуса мелькнула мысль, что Джеймс наверное переживает об его внезапном исчезновении. Блэк попросил отправиться домовика к Поттерам и успокоить их, заверив, что все хорошо и он вернётся позже. Сначала эльф отказался, и только после того как Сириус поклялся кровью дома Блэков, тот отправился выполнять поручение, оставив палочку. Чужая палочка приятно легла в руку, ощущаясь, почти как своя. Высушив и очистив одежду, Сириус наложил на Регулуса парочку диагностических чар, чтобы проверить его состояние. Вспомнив некоторые медицинские заклинания, Блэк понадеялся, что они помогут. Регулус пришел в себя через пару минут, он уже не выглядел таким бледным. Сириус собирался встать, но младший брат явно был против этой затеи. — Слезай. — Нет, — Регулус замотал головой, сильнее вцепившись. — Регулус, Регулус, посмотри на меня, Реги, — это был первый раз за долгое время, когда он так называл младшего брата. Сириус взял его лицо в свои ладони, заставив поднять голову. Он прикоснулся своим лбом к его, закрыв глаза на долгие секунды. Когда Сириус снова открыл их, то уже смотрел в серые глаза, такие похожие на его. — Я никуда не уйду. Мы сделаем это вместе.       Дождавшись кивка, они наконец отпустили друг друга, поднявшись с песка. К этому моменту Кикимер вернулся и братья решили отправиться в Хрустальную пещеру. Из-за слабого состояния Регулуса, Сириус и близко не подпустил его к сосуду, решив, что сам выпьет из него. Боль была такой невыносимой и груз произошедшего все сильнее давил на него, что старший из Блэков не выдержал и начал умолять убить его. У Регулуса чуть не случилась снова истерика, он просил перестать старшего брата, решив, что это того не стоит. Сириус же, несмотря на невыносимую агонию, не стал слушать его и через пару глотков достал медальон, положив на его место точную копию, созданную заранее из воспоминаний Кикимера. Когда Регулус вытащил брата из пещеры, то думал, что тот умрет прямо там у него на руках. Он очень любил Сириуса, старался быть лучше, чтобы тот обратил на него внимание. Но это производило всегда обратный эффект. Блэк ещё больше начинал ненавидеть его и родителей. Пока это не дошло до такой степени, что тот решил уйти из дома.       Когда Регулус трансгрессировал вместе с Сириусом домой, тот почти не дышал. Орион Блэк при виде полумертвого старшего сына и почти в бессознательном состояние младшего постарел на несколько десятилетий. Вальбурге Блэк пришлось призвать все своё хваленное хладнокровие, чтобы взять себя в руки и спасти жизнь сыновьям. Регулуса погрузили в магическую кому, ему нужно было отоспаться. Поэтому, когда он пришел в себя Сириус уже все рассказал родителям, опустив подробности произошедшие на берегу моря, показав медальон. Блэки, до этого поддерживающие идеи Волан-де-Морта, разочаровались в нем. Они чуть не лишились обоих сыновей. Эта откровенно пугающая правда заставила их изменить свои взгляды на жизнь. Уничтожить крестраж так и не удалось. Поэтому Блэки открыли ячейку в банке Гринготтс, куда поместили медальон. Там было надёжнее всего. Когда Регулус окончательно пришел в себя, то обнаружил, что напротив его комнаты, дверь в спальню Сириуса была открыта на распашку. А сам ее обладатель занимался перестановкой, пытаясь содрать со стен плакаты, которые сам же когда-то и приклеил. Позже Регулус от Кикимера узнал, что старший брат о чем-то долго разговаривал с родителями, после чего уходил на один день, вернувшись обратно уже с вещами. Больше он не уходил. Сириус сдержал свое обещание.       После произошедшего Волан-де-Морт ни разу не вызывал юного Пожирателя смерти, видимо не почувствовав, что его драгоценный крестраж переместили. А через два года после этого Темный Лорд пал, и Регулус постарался забыть об уродливом клейме на своей руке, сфокусировавшись на том, чтобы удачно сдать ЖАБА.

***

      Праздники подходили к концу, когда Блэки с Поттером решили отправиться к своей двоюродной сестре Андромеде. У семей была маленькая традиция: приезжать друг к другу на праздники. Бывшая Блэк с мужем и дочкой жили на берегу озера в графстве Камбрия. Двухэтажный дом с выходом на озеро и лес производил впечатление. Гарри любил, когда они приезжали сюда летом. Заходящее солнце отражалось в воде, создавая ощущение бескрайнего неба. Можно было летать над водой, почти что касаясь ее рукой. Поток воды был слишком бурным, чтобы в озеро можно было плавать. Рядом находилась туристическая деревушка, посвященная местной достопримечательности. Поэтому в сезон здесь было очень много людей. Двухэтажный коттедж был оформлен в готическом стиле, чем-то напоминающем дом на площади Гриммо 12. Интерьер совмещал в себе теплые и холодные оттенки, отражая внутренний мир обитателей дома. Гарри было здесь очень уютно. Он чувствовал себя как дома.       Поттер равнодушно относился к выбору Андромеды. Его родители были для него ярким примером подобных отношений. И ему казалось, что если он поменяет своё мнение, то предаст воспоминания о родителях. Гарри ничего не помнил о них. Но у него был Сириус и коллекция колдографий, в которых Джеймс и Лили Поттер живы, не зная, что их ожидает. Они застыли счастливыми и это приносило Гарри счастье, ведь он не видит их страдания. Поттер испытывал облегчение, что не помнит как умерли его родители. У него остались братья Блэки. Гарри не мог точно сказать какие чувства испытывает по отношению к этим двоим. Сириус вел себя больше как отец, но мужчина явно видел в нем умершего лучшего друга. Из-за чего для Поттера он был больше крестным, который сделал все ради ребенка своих друзей. А Регулус же вел себя как старший брат, стремящийся всему научить. Он словно пытался вырастить точную копию себя, но чтобы тот уже не повторил его ошибок. С виду может показаться, что младшему Блэку все равно на ребенка, но Гарри вырос под его воспитанием. Он знал его также хорошо, как себя. Тот лишь казался холодным, но на деле был ещё импульсивнее Сириуса. Поттер был уверен, что это он является причиной появления ранних седых волос у Блэков. — Хэй.       Гарри стоял на небольшом балкончике второго этажа, размышляя о чем-то своём. Было ранее утро и он ещё не ложился. Именно в таком задумчивом состоянии его обнаружила Нимфадора, у которой возникли бессонницы на фоне предстоящих экзаменов. Тонкс не нашла решения лучше, чем заниматься в такие ночи. Гарри не был уверен, что это было верным решением. У Доры залегли темные круги под глазами, черные кудрявые волосы спутались и выглядели как гнездо. Поттер не понимал, как девушка еще держится на ногах. Кстати, он заметил, что именно этот облик она принимала чаще всего, когда возвращалась домой на каникулы. Гарри же думал, если у него была бы способность метаморфа, он менял бы свою внешность постоянно. С такой прической Поттеру она напоминала Андромеду в молодости, скорее всего это и была причина. Гарри как-то откопал в подвале старый семейный альбом, засунутый в потёртый рюкзак. Когда мальчик решил спросить об этом моменте крестный решительно отказался комментировать этот момент. Регулус же кинул на него подозрительный взгляд, помчавшись вслед за братом. Но Гарри догадался: даже покинув семью, Сириус хотел что-то взять с собой. В детстве Поттер часто путал колдографии Беллатрисы и Андромеды, сестры были очень похожи. И только познакомившись с одной из них Гарри заметил, что у старшей сестры более резкие черты лица. Андромеда Тонкс была приятной женщина, она нисколько не жалела о своем решении. Ему нравилось наблюдать, как волшебница весело смеется под рассказы Сириуса. Между ними действительно была своеобразная связь. Казалось, они могли слышать мысли друг друга. Гарри как-то узнал от миссис Вальбурги, что семья хотела поженить их, но незадолго до официального объявления Андромеда рассказала семье, что любит маглорожденного и собирается выйти за него. Был большой скандал. Сириус был единственным, кто поддержал ее и защищал перед остальной семьей. Возможно, он действительно любил её. Гарри как-то решился спросить его об этом, но мужчина лишь рассмеялся, сказав, что Блэки не умеют любить. Их любовь может быть неправильной, порочной, грязной, причиняющий страдания. И он не желал подобного своей сестре, Сириус был счастлив за нее. Единственная о ком с таким же трепетом говорил Блэк, была Лили. Поттер никогда не видел крестного в компании женщин, казалось, они его не интересовали. — Чего не спим? — Тонкс встала рядом с ним, прислонившись к плечу. Девушка была выше его на целую голову и иногда это раздражало. Мальчику хотелось поскорее вырасти. — Эй, — Тонкс приобняла Гарри за плечи, заметив, что у друга больно задумчивый взгляд. Она видела его таким не часто. — А что если, — слова, прозвучавшие после долгого молчания, были пугающе громкими. Гарри хотел поговорить о том, что вертелось у него в голове. Но боязнь, что озвученное станет уже не просто мыслями, а обретет конкретную форму, делала его нерешительным. — А знаешь, нет, ничего. Не переживай. — Ты говорил об этом с Регулусом?       Тонкс была больше привязана к младшему дяде, удивив этим остальную семью. Сначала Регулус был крайне недоволен этим фактом, но упорство племянницы сделало своё дело. Они часто шутили, что Нимфадоре удалось растопить ледяное сердце принца Блэков. В последнее время эти двое часто разговаривали, проводя много времени вместе. Девушка хотела стать аврором и Регулус старался ей помочь в этом, так как работает в Министерстве. Он обучал её магии и старался подтягивать по отстающим предметам. — Нет, — Гарри повернулся к девушке, наблюдая за ней. Прохладный ветер теребил растрепанные волосы. Раннее утро создавало ощущение безмятежности, тишины, спокойствия. Впервые с начала каникул мальчик не ощущал растущее беспокойство внутри. — А что если я попаду на Гриффиндор?       Тонкс захотелось рассмеяться. И из-за этого мальчик не спал? Его родители и крестный учились на этом факультете, Гарри точно не стоит переживать по этому поводу. Но заметив слишком серьезное выражение лица, Дора поняла, что проблема была явно не только в этом. — У меня есть знакомый, — он никому не рассказывал о своей дружбе с Тео, и вряд ли сейчас был подходящий момент, чтобы об этом сообщить. Гарри до сих не собирался называть их отношения дружбой. И он хотел сохранить тайну их связи. — Он чистокровный. Точно попадет на Слизерин, другого от него семья не ждет. Но что если… Я попаду в Гриффиндор. Он станет делать вид, что мы незнакомы? Что мы теперь враги? Я не могу поговорить об этом с Сириусом, потому что ему это не понравится. А Регулус может сразу догадаться кто это. Ты ведь знаешь его интуицию. Они явно будут против этого, а я даже не знаю почему. Регулус сам учился на Слизерине. Уж он то должен меня понять. Но они оба закрываются, как только я хочу поговорить об этом.       Девушка знала от матери, что между Блэками раньше были тяжелые отношения. Но потом что-то произошло и между братьями возникло относительное перемирие. В семье было негласное правило не спрашивать о прошлом. Правды все равно нельзя было добиться. Нимфадора понимала, что скорее всего, если бы Гарри рассказал всю правду братьям, те поддержали бы его. Но мальчик отказывался это сделать и она не могла заставить его.       До рождественского ужина Гарри мало волновало что-то подобное. Но после того как Тео отправил ему записку, между ними что-то изменилось. Начало неуловимо меняться. Мальчики начали писать друг другу письма каждый день. Поттеру понадобилась вся его ловкость, чтобы мужчины не заметили слишком частой переписки с кем-то. Чего только стоил воскресный завтрак на прошлой неделе: Хедвиг залетела через окно, когда одна из экзотических птиц Сириуса врезалась в нее и почта разлетелась во все стороны. Поттер был уверен в том, что птица сделала это нарочно. Письмо от Нотта опрокинуло стакан Регулуса, залив его документы кофе. Пока Кикимер наводил чистоту, Гарри постарался незаметно взять письмо. И надо же было Сириусу в этот момент повернуться к нему. Регулус же пошел в кабинет отнести бумаги, сокрушаясь, что если хозяин носится по городу в обличье бродячей собаки, то что можно ожидать от птиц, которых он воспитал. На ворчание брата Сириус никак не отреагировал, лишь любовно погладил «птичку». Не зная куда деть письмо, Гарри не нашел лучшего решения, как выкинуть его обратно в окно. Столовая находилась на первом этаже, так что улететь далеко оно не должно было. Его выходку заметили Кикимер и Хедвиг. Домовик лишь пожал плечами, решив, что не пристало старому эльфу интересоваться делами молодого господина. Хедвиг же от удивления взмахнула крыльями, осуждающее посмотрев на Гарри, расстроившись, что не получила печенье. Она даже задумала цапнуть любимицу Сириуса, но в последний момент передумала, испугавшись большой разницы в размерах. Позже, когда Поттер вернулся к себе, то обнаружил письмо у себя на столе. Скорее всего Кикимер забрал его с улицы и отнес к Гарри в комнату. — Знаешь, если этот твой знакомый отвернется от тебя из-за какой-то межфакультетной войны, то зачем вообще дружба с таким человеком. Не переживай раньше времени о таком. Быть Блэком это все равно что иметь королевскую кровь. И если твой знакомый не захочет связать себя с такой семьей, то он большой глупец.       Шутка Нимфадоры развеселила Гарри и через пару секунд ребята рассмеялись, напугав птиц, дремлющих на ветках деревьев. Он действительно слишком сильно переживал по этому поводу. Через пару минут мальчик оставил Тонкс, наконец отправившись спать. Сам он бессонницей не страдал. Сначала он допоздна с Сириусом, Регулусом и Тедом летали на метле, решив сыграть в мини квиддич. Ради этого компания забрела вглубь леса, чтобы случайно не наткнуться на маглов. Ночью температура у воды резко понижалась и вместе с пошедшим снегом они все промокли и продрогли насквозь, согревающие чары не спасали. Вернувшись домой, Регулус отправился к себе комнату в поисках зелий, болеть никому не хотелось. Сириус же решил остаться у камина в компании Теда, мужчины открыли выпивку и придавались ностальгии. А Гарри же решил забрался в ванную и пролежал в ней настолько долго, что вода успела остыть, из-за чего ему снова пришлось наполнять её. Когда он вернулся в выделенную ему комнату, время было далеко за полночь. Рядом с кроватью стояла клетка с Хедвиг. Гарри не любил расставаться с птицей надолго и везде брал её с собой. Переодевшись в теплую пижаму, Поттер заметил, что к лапе совы привязано письмо. Мальчик удивился этому, он сначала не заметил его. Гарри решил, что прочитает его позже: Хедвиг уснула и ему не хотелось будить её. Но сова сама проснулась, почувствовав хозяина рядом. Удобно устроившись в кровати, Гарри начал читать письмо, под громкие звуки (Хедвиг ела печенье). Теодор писал о том, что его отец пригласил к ним в гости мисс Забини. И пришла она вместе со своим сыном. Нотт еле сдержался от того, чтобы случайно не уронить цветок Блейзу на голову. Мальчик большую часть времени прятался по мэнору, пытаясь не столкнуться с гостями. Его терпению пришел конец, когда он из окна своей спальни увидел, что Забини вынюхивает что-то в оранжерее. Вследствие чего пострадала одна ваза, пару кустов во дворе и ковер в холле, в котором появились проплешины. Теодор буквально вышвырнул незваного гостя из сада, наложив на двери заклинания. Гарри не представлял насколько надо было вывести из себя инфантильного Тео, чтобы тот достал палочку. Когда Поттер решил дать ответ на весьма эмоциональное письмо (местами пергамент был порван от нажатия пера) друга, то обнаружил, что уже рассвело.

***

      Блэки провели у Тонксов ещё пару дней, проводив Нимфадору на Хогвартс-экспресс. К тому времени как они вернулись на площадь Гриммо 12, Кикимер убрал все рождественские украшения. Жизнь Гарри вернулась в обычное русло, он возобновил уроки с портретом миссис Вальбурги. Она обучала мальчика магии. Трапезу мальчик проводил обычно в компании Ориона Блэка. Мужчина был интересным собеседником и ему было много чего рассказать приемнику его сыновей.       Регулус же вернулся обратно к себе в офис в Министерство. Мужчина работал с темными артефактами, из-за чего ему часто приходилось сотрудничать с авроратом. Он предпочитал работать у себя на работе, чем дома. Никогда не знаешь какой на этот раз попадется артефакт и какие проклятия на него наложены. Регулус не хотел проверять защиту дома на себе. Защитная магия, наложенная на дом, могла дать отпор, защищая его обитателей. Блэк не хотел слышать ворчание матери из портрета, что он вышел из ума и решил уничтожить последних представитель прямой линии Блэков.       Сириус же работал в Отделе тайн. Он вообще не любил распространяться о своей работе, впрочем, даже если бы захотел — не смог бы. Все кто становятся невыразимцами, дают непреложный обет, что не выдадут тайны, изученные ими. Блэк довольно часто пропадал целыми дня, а то иногда и неделями. Работа заставляла его часто путешествовать. Регулус действительно был удивлен решением Сириуса выбрать такой путь. Ему казалось, что была бы воля брата, тот он бы носился в облике собаки по магловскому Лондону, пугая прохожих: не часто увидишь бродячую собаку размером с медведя.       Именно в таком привычном ритме протекала жизнь Гарри, пока не наступило лето и приближающийся день рождения.