Осколки памяти

На часах было уже пять утра, а мне не спалось. Понятно, следующий день я буду спать. Благо, что завтра, а точнее уже сегодня, выходной. Я сидела на балконе, пила уже второй бокал вина, наблюдала за редкими прохожими под окнами, и наслаждалась тишиной. Было, конечно, прохладно, но меня спасал плед и то, что я люблю мерзнуть. Но мою идиллию прервал звонок входной двери. Странно. В пять утра я уж точно никого в гости не ждала. Выбравшись из своего кокона, я направилась к двери. И какого же было мое удивление, когда увидела я в глазок Кирилла. — Рита, — радостно произнёс парень, когда я наконец открыла дверь, — как хорошо, что ты дома, — он прошёл внутрь, а я почуяла такой омбре алкоголя от него, что аж в глазах защипало. Ничего не меняется. — Как ты… — я даже не знала, какой из интересующих вопросов задать ему первым. — Как ты узнал мой адрес? — Связи решают, — коротко и лаконично. Кажется, этой фразой можно описать всю жизнь блондина. — Как ты доехал? — я, конечно, догадывалась, как он доехал, но как же мне хотелось ошибаться. — На машине. — За рулём? — тот согласно кивнул, на что тут же получил от меня подзатыльник. — Ты бухой просто в жопу! — не выдержала я. — Ты хоть никого не сбил? А, — я махнула рукой, — ты даже не вспомнишь. Пиздец, — вырвалось у меня. Тема пьяных за рулём всегда была для меня чем-то вроде красной тряпки для быка. Я никогда не садилась выпившей за руль, и крайне резко негативно относилась к тем, кто так делал. — Я никого не сбил, не кипишуй, ежик, — да уж, вот ежиком меня сто лет не называли. Ну, меня вообще только Кирилл и называл такими прозвищами, типа котёнок, малыш, солнце, потому что от других парней мне не нравилось такое слышать. Это звучало как-то… как-то не очень. — Куртку снимай, — тяжело вздохнула я, поняв, что отправлять его домой — это не лучший вариант. Собьёт ещё, не дай бог, кого-нибудь. — Зачем? — парень удивлённо выгнут бровь. — Трахаться будем, — огрызнулась я. — Я… я не за этим приехал, — ты ж мое солнце, еще бы ты за этим приехал. Мне показалось, или он немного растерялся. — Чай налью тебе, и пойдём на балкон воздухом дышать, — сказала я уже серьезно и скрылась на кухне. Свалился же он мне на голову. Я быстро заварила чай, кинула туда лимон и сахар, чтобы парень хоть немного протрезвел. Надеюсь, что в совокупности с холодным воздухом, это поможет ему. Ну, если нет, то у меня всегда есть запасной вариант в виде ледяного душа. — Держи, — я притянула ему кружку и облокотилась на перила балкончика. — Что тебя сюда привело? — Нам нужно поговорить. — Тебе кажется, — улыбнулась я и потянулась к своему бокалу с вином, но Гречкин взял меня за руку, чуть сжав мою ладонь. И меня опять от такого легкого прикосновения будто током прошибло. Почему у меня такая реакция на его прикосновения? — Мне не кажется, я в этом просто уверен, — Кирилл был настроен решительно, даже в таком состоянии. Да, я помню, что он всегда был упёртым и решительным парнем. — Ты же человек, можешь ошибаться. — Не в этом случае. — Кирилл, что нам обсуждать? Мы расстались четыре года назад. Чувств уже нет, расстояние — это хорошая вещь в таких вопросах, какие ещё у нас могут быть разговоры про нас? — Да, чувств нет, — я согласно кивнула головой, а Кирилл тем временем отставил кружку с чаем на столик в углу, — но почему-то тянет, — и тут я усмехнулась. — Честно мне скажи, хотя ты в таком состоянии просто находка для допросов, ты со мной просто переспать хочешь? — Я… — Кирилл замолчал на секунду, но потом продолжил. — Рита, давай честно, посмотри на себя, кто тебя не хочет? Разве, что геи. Но, — я с интересом уставилась на него. На самом деле, я даже немного скучала по такому Гречкину: искреннему и беззаботному, — но меня не только так тянет к тебе. И, кстати, Даня совсем тебе не пара, вы с ним разные. Он не для тебя человек. — А кто мой человек? — взвинтилась я. С детства не любила, когда мне что-то указывали или настоятельно советовали, когда я вообще не просила этих советов. — Ты что ли?! — Да, по отношению к тебе — я, — я удивлённо изогнула бровь, как бы спрашивая, что он имеет в виду. — Да тебе скучно будет с ним, он же весь такой из себя правильный, Рита. Да, ты тоже пытаешься быть правильной, все дела, но не настолько же! Я же знаю тебя, ты ведь зажигалка, тебе нужны эмоции, драйв. А это что будет? — Тормози, Кирилл, тебя понесло уже. Я с ним не встречаюсь, мы друзья. — Ага, конечно. Отличные друзья, один из которых хочет затащить другую в постель! — А ты хотел бы, чтобы это было твоё привилегированное право? — Блять. Маргарита, — спустя несколько секунд молчания выдал Кирилл. Я даже не поняла его реакции. Но потом губы блондина накрыли мои, и я вообще думать перестала. В этот момент из мне будто весь воздух выбили, я вообще все забыла. Это было неожиданно, страстно и… так по-хозяйски, в стиле Кирилла. Видя, что я словно оцепенела, Гречкин легко надавил на мои скулы, совсем чуть-чуть, вообще не больно, просто, чтобы я наконец ответила. Он уверенно расположил руки на моей талии, чуть сжав её, огладил мою поясницу, заставляя выгнуться ему навстречу, а потом его руки стали спускаться ниже. А я… а что я? А мне будто снова шестнадцать лет, а не мои двадцать один. И я снова теряла голову, растворяясь в человеке. Будто не было этих четырёх лет. И мы вообще с ним не расставались. А вот так и встречались, гуляли, целовались на каждом шагу. Но это все было. Эта фраза словно сигнализация орет у меня в голове. И ты рассталась с ним, потому что не могла принять его образ жизни, а исправляться он не хотел. Поэтому бери себя в руки, Салтыкова. Моя рука залепила ему пощечину быстрее, чем я успела все обдумать. — Быстро спать вон в ту комнату, — руку жгло после пощечины, но я не подавала виду. Просто указала направление, надеясь, что Кирилл спокойно уйдёт. И он ушёл. Молча и покорно, пребывая в лёгком недоумении то ли от того, что я дала ему пощёчину, то ли от поцелуя. Он скрылся за дверью гостиной, а я еще минут пятнадцать стояла на балконе, приложив пальцы к губам, потому я потрясла головой, будто приходя в себя, и потянулась за своей электронной сигаретой. Когда-нибудь я брошу, обязательно, но не пока в моей жизни снова присутствует Кирилл Гречкин.