Туфли

Оказавшись в квартире, я резко развернулась, ткнула пальцем в грудь мужа. — Ты! — начала наступать я на Адриана. Он сделал шаг назад, упираясь во входную дверь. Из рук его выскользнул чемодан. Этот гад уже и вещи мои собрал и в багажник их положил. Собирался сегодня меня родителям вручить. — Самоуверенный, несносный блондин! Втихаря вещи мои собрал! — я еще раз ткнула пальцем в него. — Надоела? Так прямо и скажи! Не надо отговорки придумывать! — меня начала бить мелкая дрожь. Меня очень задел тот факт, что он собрал мои вещи. А ведь все было нормально. Я успокоилась, думала посмотрю детскую, поговорю с Адрианом. Но когда увидела, как он достал из багажника мой чемодан… Как не накричала на него прямо на парковке, не знаю. Это просто чудо какое-то. — Нет, — хватая меня за руку, проговорил он. Адриан сейчас такой растерянный, даже немного напуганный, — ты все не так поняла. — Как я должна была тебя понять? — я вырвала свою руку из его. Отошла от Адриана, с остервенением стянула ботинки. Он молчал, растерянно смотрел на меня. Не дождавшись ответа, тихо произнесла. — Я вообще тебя не понимаю, — расстегнула новую куртку, но снимать не стала. Мне хотелось уйти отсюда, подальше от блондина. Закусив губу прошла на кухню, налила стакан воды и залпом выпила. Мне нужно было что-то делать, иначе разревусь. — Прости, — хрипловатый голос блондина прозвучал совсем рядом, а в следующую секунду он обнял меня. Он снова извиняется… Напридумывал себе, накрутил, а теперь извиняется. Как же хочется его стукнуть… Адриан развернул меня к себе. — Послушай, я … — он взял мою ладонь в свои руки, — я как-то говорил, что не хочу тебе врать… Мне… — чувствую, как он сжал ладонь. Блондин нервничает, хоть и выглядит невозмутимым. Вот только взволнованный голос и сбивчивая речь выдает его. Он прижал мою ладонь к своей груди. Вздрогнула. Под пальцами отчаянно билось его сердце. Часто, сильно. Так что эхом отзывается в моих ушах. Или это так мое бьется? — Чувствуешь? Оно так бьется, когда ты рядом, — он отвел глаза в сторону. — Признаю, поначалу я подшучивал над тобой. Мне была интересна твоя реакция. Ты так мило краснеешь, — Адриан сглотнул, поднял взгляд на меня. — Но, — замолчал, подбирая слова, — ты вытащила меня из пучины отчаяния, не дала сломаться окончательно. Была рядом в самые трудные моменты, хотя и не обязана была, — его сердце забилось еще чаще, — и я, — его голос превратился в хрип. Он откашлялся и продолжил, — я влюбился в тебя, — мое сердце остановилось, буквально на мгновение, а затем начало стучать с новой силой. Он любит меня… Адриан только что признался мне… Я умерла? — Мне очень страшно тебя потерять, — он сжал мои пальцы, — Я… — вздохнул. — Я приношу одни проблемы… Отрицательно покачала головой. — Это не так, — шепотом произнесла. Язык не слушался, и слова давались с трудом. — Так, — с горькой усмешкой произнес он, — у меня есть свои тайны… Глядя в его глаза, начала понемногу догадываться, о каких тайнах он говорит. Неужели он не может простить себя за помощь отцу? Корит себя за неправильный выбор. Уверен, что во всем, что произошло после исключительно его вина… Но разве не мучался бы он, если бы не помог? Не стал бы поедать себя за бездействие? Как ни посмотри, ни один из вариантов не принесет облегчение. Все что можно сделать — простить себя. — У всех есть тайны, — взяла руку блондина и положила ее на свою грудь. Он стал быстро переводить взгляд с глаз на руку и обратно. — Вот одна из моих, — облизала губы, собираясь духом. Адриан признался тебе, а ты что не можешь? — Я тоже влюблена в тебя, — на одном дыхании выпалила, чувствуя, как уши начали гореть. — Думаю, это началось когда ты мчался в больницу, нарушая все правила… Нет, — тряхнула головой, — раньше… — мне казалось, что если я откроюсь перед Адрианом, то ему станет легче. — И ты молчала… — Молчала… — Почему? — У нас чисто деловые отношения, помнишь? — отвела взгляд. Уши горели, а руки слегка подрагивали. Я до сих пор не верила, что Адриан признался мне. Вероятно, мне показалось, и сейчас я совершаю ошибку, рассказывая ему все… — Я могла все испортить своим п-при-признанием, — голос дрогнул. Говорить становилось все труднее. Страх шел за ручку со смущением, и я не знала, краснеть мне или бежать. Но я же обещала ему, что больше не убегу. — И ты собиралась просто уйти, когда фирма станет моей? — я никак не могла распознать его настроения. Голос звучал спокойно, но что-то еще в нем было. Неверие? Волнение? — Да… — не удержалась и посмотрела на него. Зеленые глаза внимательно вглядывались в мое лицо. Это смущало сильнее. Он это специально делает? — А как же твои чувства? — он нахмурился. Мелкие морщинки пролегли между его бровей. — Это всего лишь чувства, — пожала плечами, — они тускнеют, если не подпитывать их. Рано или поздно я забыла бы тебя… — Видя меня каждый день на работе? — вздернул бровь. Это выглядело как насмешка. Нет… Он не стал бы смеяться надо мной… или стал? — Я бы избегала Вас… — не заметила, как начала выкать. — Своего начальника и бывшего мужа? — он прав, это глупо. — Уволилась бы… Господи, зачем я все это говорю? — сообразила, что все еще прижимаю руку Адриана к собственной груди. Окончательно смутилась, разжала пальцы и отвернулась. Закрыла лицо руками. — Я вообще не собиралась ничего Вам говорить… Адриан обошел меня. Почувствовала теплую руку на своем затылке, а затем меня прижали к крепкой груди. Адриан обнимал, массируя затылок. Только это не расслабляло. Внутри все натянулось, каждая клеточка была в напряжении. — Принцесса моя, — прошептал он мне в макушку, — я никуда тебя не отпущу. — А как же собранный чемодан? — пробубнила я. С закрытым лицом и прижатой к груди разговаривать сложно. Не уверена, что блондин меня расслышал. Но он расслышал и незамедлительно ответил. — Я вернулся бы за тобой. — Самоуверенный кретин, я никуда бы не вернулась. Из чистого упрямства осталась бы с родителями. Адриан чуть отстранился, убрал руки от моего лица. Присел, чтобы заглянуть в глаза. — А смогла бы? — ответа он ждать не стал. Притянул к себе целуя. Это был самый сладкий и самый романтичный поцелуй. Даже первый поцелуй с Лукой не сравнится с этим. А ведь он моя первая любовь. Говорят, первая влюбленность самая чистая, а первые поцелуи пропитаны чувствами и искренней нежностью. Они навсегда врезаются в память, и все последующие меркнут на их фоне. Это наглое вранье. Вот этот поцелуй Адриана затмил все предыдущие. Столько нежности и невысказанных чувств было в нем, что я млела. Голова закружилась, а коленки задрожали. Так хотелось продолжить этот момент, но нужно уточнить одну немаловажную деталь. — Кто мы теперь? — оторвавшись от столь притягательных губ, я спросила. Меня волновал этот вопрос. Ведь если ничего не изменилось, то какой смысл был в признаниях? — Ты только что перешла из категории «жена фиктивная», в категорию «жена любимая». Я честно старалась скрыть улыбку, но рот все равно изогнулся в широкой улыбке. Блондин тоже заулыбался, потянулся к моему плечу. Снял куртку, про которую я успела позабыть. Я сейчас вообще способна забыть обо всем. Давно не была так счастлива. Аля была права насчет Адриана, я тоже ему нравлюсь. — Зачем к тебе Куффен заходил? — как бы невзначай спросил Адриан. Он вышел из кухни, чтобы повесить курточку. — Интересовался моим самочувствием, извинился за поведение. Подожди, — сообразила я смысл вопроса, произнесенного обманчиво беззаботным голосом, — ты виделся с ним? — Видел, как он выходил из больницы. Букет цветов от него был? — Ты ревнуешь? — заулыбалась я и скрестила руки на груди. Дождалась, когда он вернется на кухню, и поторопила его. — Ну? — Ревную, — ответил он, подходя ко мне. Обнял за талию. — Ты девушка красивая, мужчины засматриваются на тебя, а он еще и бывший. — Засматриваются? — скептически глянула на блондина. — Да. Ты просто не замечаешь этого. А я все подмечаю, — прищурившись, произнес он. Ой, приятно… Облизала губы, заглянула в глазах. Настроение стало игривым, и я решила спросить. — А к Нуару ты тоже меня приревновал? Он сощурил глаза, несколько секунд молча смотрел на меня. Черт, забыла, что о героях люди забывают… — Нуар значит, — задумчиво произнес он, — это тот хвостатый извращенец? — Он не извращенец, — щелкнула его по носу. — К нему не ревную, — после этих слов он притянул меня к себе и поцеловал. Боги, как же приятно… Вспомнив, зачем так рвалась сюда, оторвалась от блондина. Облизала губы и заглянула ему в глаза. Адриан сглотнул. — Что же ты со мной делаешь? — звук его тихого, хриплого голоса отозвался внутренней дрожью. Он потянулся за очередным поцелуем. — Подожди… — с трудом отвернула голову, и губы мужа скользнули по щеке, — я детскую еще не видела. Он опустил голову мне на плечо, выдохнул, отчего все тело покрылось мурашками. — Давай постоим так минутку и пойдем смотреть. — Давай… *** Детская оказалась потрясающей. Все получилось даже лучше, чем на эскизе. Да, потолок не белый, а кремовый, оттенок зеленого получился темнее, чем я рассчитывала, а желтый наоборот светлее, но так даже лучше. На окнах плотные рулонные жалюзи светло-светло-желтые, с темными котятами. Они плотно прикрывали стекла, не пропуская свет в комнату. Их в моем эскизе тоже не было, но они идеально вписались. Их Адриан выбирал? У окна стояла кроватка из светлого дерева. В ней уже лежал матрас, сложенное одеяльце и подушка. На стене, у изголовья кровати висел ночник в виде звездочки. Рядом обнаружился пеленальный столик, в ящиках под ним уже лежали памперсы, салфетки сухие и влажные, присыпка, несколько клеенок, маленькие полотенца. На нем сидел коричневый плюшевый мишка с бордовым бантом на шее. Рядом стояли пара бутылочек, три соски, одна из которых на цепочке. Вдоль стены стоял шкаф. На его полках обнаружилось только несколько комплектов постельного белья. Глаза защипало, и я прикрыла рот ладошкой. Не хватало еще расплакаться. — Нравится? — Адриан обнял меня за плечи. По моим восторженным глазам, из которых вот-вот польются слезы, и так все понятно. А он все равно спрашивает. Стоит теперь, лыбится, ответа ждет. Несколько раз киваю не в состоянии произнести и слова. Адриан улыбается еще шире и теснее прижимается ко мне. Определенно, сегодня мой счастливый день.