Helianthus|Подсолнух

Когда Северус уложил ее на то, что оказалось чудесным мягким матрасом, глаза Гермионы распахнулись, чтобы оглядеться.  Она оказалась в центре его большой кровати с балдахином.  Комната, его комната, была темной — богатое дерево и приглушенный свет от шикарного медного канделябра, украшавшего дальнюю стену, — тем не менее, она не была безвкусной.  Гермиона сразу же почувствовала себя непринужденно в этом месте, концентрированный аромат его альфа-феромонов окутывал ее, когда она лежала на его мягкой постели. Его руки оторвались от ее тела, когда Северус поднялся и встал во весь рост у кровати.  В тот момент, когда его кожа покинула ее, она почувствовала, как вновь разгорается тлеющий жар, когда ее потребность снова взлетела до болезненных высот.  С трудом сглотнув, она повернулась к нему лицом, умоляя о прикосновении.  Однако в тот момент, когда ее глаза встретились с его глазами, она поняла, что он распознал, что от него требуется. Сбросив с его плеч мантию, Гермиона смотрела, как развевающаяся черная ткань падает на пол.  Его глаза не отрывались от нее, пока он начал методично расстегивать пуговицы на манжетах, прежде чем перейти к тем, что делили его туловище пополам.  Когда он снял рубашку и бросил ее на пол поверх мантии, ее глаза расширились.  Северус Снейп был худощавым мужчиной, но призвание Альфы сделало его, несомненно, хорошо подтянутым.  Она видела, как мускулы его предплечий дрогнули под бледной кожей, когда его руки потянулись к подолу расстегнутых брюк, низко свисавших с него. Она смотрела, как он сбрасывает с ног свои кожаные ботинки и спускает штаны и трусы на пол, ее собственная рука находилась между ее бедер, ее жгучее желание становилось всепоглощающим.  Ее глаза закатились, низкий стон вырвался из нее, когда единственный палец скользнул между ее промокшими складками.  Осознание того, что влажность, которую она чувствовала, была не только от ее собственного возбуждения, но и от семени, которое попало на ее тело, только раздуло пламя ее потребности. Она почувствовала, как прогнулся матрас, и резко распахнула глаза, обнаружив, что Северус стоит на коленях, расположившись между ее бедрами.  А затем, она даже не успела произнести ее страстную мольбу, как он снова погрузился в нее. Она застонала от приятного ощущения того, как его толстый член наполнял ее, растягивал.  Северус наклонился вперед, пальцы одной руки зарылись в волосы на ее затылке, а другая рука легла на матрас возле ее головы, когда он оперся об него локтями.  Его губы встретились с ее губами в поцелуе, гораздо более нежном, чем тот, что они разделили в лаборатории для зелий, и все же этот поцелуй не был обделен их прежней страстью.  В этот момент Гермиона поняла, что не только он нужен ей, но и она ему. Северус переместился на нее сверху, его бедра отодвинулись от нее, вызвав еще один низкий, протяжный стон, прежде чем он снова медленно погрузился в нее.  Ее тело теперь было сверхчувствительным, соединенным с его, и она смаковала ощущение каждого неторопливого толчка.  Когда его темп начал увеличиваться, она поняла, что он близок к освобождению. — Пожалуйста, — умоляла она, задыхаясь, — Северус, пожалуйста. Мне нужно чувствовать тебя… Боже, мне нужно, чтобы ты кончил… кончи в меня. В ответ на ее отчаянные мольбы волшебник застонал глубоким гортанным голосом, когда его бедра рванулись вперед, вонзаясь в нее с необузданной силой.  С каждым толчком она чувствовала, как узел у основания его члена набухает все больше, растягивая ее так, что это должно было быть почти невыносимо.  Тем не менее, когда его таз врезался в ее — действие, обеспечивающее великолепное трение о ее набухший клитор — это только довело ее до края.  Гермиона почувствовала, как ее стенки напряглись, сжимая его толстый ствол, когда ее спина выгнулась, а грудь прижалась к его.  Пальцы ног сгибались, а конечности тряслись, оргазм пронзил ее, как всепоглощающее адское пламя. Как только к ней вернулось ясное сознание после ее собственного оргазма, Северус толкнулся бедрами вперед, сдавленный стон вырвался сквозь стиснутые зубы, когда она почувствовала, как его член сжался, и он кончил глубоко в ее сердцевину.  Когда его узел был надежно завязан, она быстро поняла, что его семени некуда деться.  Пока его член продолжал пульсировать, она почувствовала, что растягивается еще больше, а ее глаза расширились.  Давление на шейку матки заставило ее сожалеть о противозачаточном зелье, которое она приняла.  Мысль о том, что его семя ищет свою цель, мысль о том, что ее Альфа оплодотворяет ее, заставила ее еще раз быстро переступить через край, когда ее охватил мощный оргазм. Когда дрожь в конечностях утихла, а тяжелое дыхание стало замедляться, она почувствовала, как ее накрывает усталость.  Северус пошевелился, мягко поцеловав ее в висок, и просунул руки под ее тело.  Одним плавным движением он перевернул их, так что она легла сверху на его тело, а его член все еще был заперт внутри нее.  Удовлетворенная улыбка тронула уголки ее губ, в этот момент она была полностью довольна, когда она рухнула на его грудь и позволила себе погрузиться в сон.