Простая просьба: "Забудь меня"

В тихие ночи выходных Эвермора мало кто отважится выйти за порог комнаты. Это было бы слишком опасно для собственных шкур. У Рико существовала одна заметная привычка. Причинять боль и весь «воспитательный процесс» перед началом новых трех недель. А затем наблюдать за мучениями израненных спортсменов, не приносящих толк в команду. Такие забавы ускоряли выброс из команды многих игроков, только вот в свет это подавалось как всегда абсолютно иным образом. «Очередной первогодка Воронов вышвырнут из команды за недостаточную физическую подготовку» «Скандал в команде! Кого на этот раз выгнали из университета Эдгара Алана вместе с документами?!» Заголовки газет и новостных сайтов бывает пару дней рассасывали эту тему меж собой, только вот она мифическим образом вскоре никого не интересовала. Да и не так часто подобная информация доходила до общественности, как не дойдет и эта. Трясущиеся руки и мутный потерянный взгляд. В потные, от только что просмотренного кошмара рыжие волосы, вцепилась рука, отдернув на себя пряди она притянула голову так, чтобы поставить тело в подобие поклона. Не до конца осознавая, что сейчас происходит от одного удара ноги Рико, Натаниэль выходит из транса. Ему поднимают голову. Сузив глаза и выстраивая лицо так, словно представляет, как бы он убил Рико прямо на месте, Веснински успевает заметить притворяющегося спящим Жана. Увы его можно понять, Натаниэль и не пытается затаить на него обиду, точно не зная, что пришлось пережить французу. Возвращая внимание на вломившихся в комнату, можно было лишь сказать о том, что Кевин не выглядел счастливым, возможно, его и заставили быть вполне спокойным, но взгляд отчаяния с скрываемой жалостью точно выводил на чистую воду. Веснински все еще на кровати, лишь голова удерживается в сантиметрах двадцати от края. Очередной удар. Капля крови из носа стала первым сигналом очередной паники после кошмара и не стала последней. Натаниэль натягивает улыбку, поднимая глаза. На него падал только свет от фонаря одного из приспешников Мориямы, ухмылка психопата, будто на пороге смерти он только видит счастье в такой картине. Сердце Веснински неустанно просится наружу, продалбливая себе выход через плоть. Куда делась его уверенность в силах? Дрожь в руках выбивала из колеи. Стоит ему на секунду усомнится в мыслях и из него выйдет идеальный Жан номер два. Нет. Он не будет таким как Моро, Рико не сможет сломать Веснински. У Жана было все: хорошее детство, любящие родители, экси, — а что было у Натаниэля? Ничего из этого. «Кроме одного человека» В душе тряся головой во все стороны, дабы выбить подобные мысли, он только шире скалится на Рико. Хватка волос оказывается слишком мощной из-за чего Натаниэль все еще остается жертвой. Приспешники Мориямы довольно скалились в сторону мальчишки, Рико точно обещал им нечто стоящее. Кипящее серое вещество помогло прийти только к одному. В Эверморе отлично развита пытка изнасилованием. Идеальный метод не причинить сильного ущерба телу, но разломать психику принуждением и унижением. Не только девушки страдали. За все время нахождения с Жаном, Натаниэль не понимал одного. На нем шрамов, нет следов побоев, каким же образом его заставили подчиниться. Только теперь все стало ясно. Его ждет та же участь. «Но» «Жан, спасибо тебе» Руки же оставались свободны, да мешали своим паникующим дрожанием. Кевин. Наконец обращает хоть каплю внимания на него Натаниэль, как бы не хотелось плюнуть в его сторону, он не мог. Все же Дэй ухаживал за ним все десять дней, носил на руках, одалживал таблетки, даже заставлял поесть. Он не обидится на Кевина так же как на Моро, но в отличии от Жана Дэй останется в огромном долгу. Теперь француз точно стал для Веснински вторым человеком в мире. Незаметно изогнув тело Натаниэль ощущает нож, от вида которого тянет тошнить. «- У меня плохое предчувствие, спрячь его где-нибудь в одежде» От дрожи уже шло раздражение, но ничего не поделать он не выбирал кем ему родиться и не выбирал в каких ситуациях участвовать. Его выводил факт, что все выбрали за него. Все уже готово. Для разных людей он нужен в разных видах. Готов подчиняться кому угодно, но не Рико, а лучше вообще никому. Красная ручка сверкнула в ладошке Натаниэля, с максимально допустимой скоростью на момент он проводит лезвием, как можно глубже по руке, удерживающей его голову. Скривив лицо ему опять мерещится мама. Освободив резко голову, Натаниэль опираясь на одну ногу встает прямо на кровати, показывая свое хотя бы такое превосходство. Дотошно похожий крик того парня на возглас, что издала какая-то жертва из всех животных, убитых мальчишкой. Пытаясь опереться на другую ногу, он испытывает пронзающую боль, закрывая от нее глаза, только вот открыв все становится хуже. Глубоко вдыхая, с надеждой, что частое прикрытие глаз веками вернет его обратно в спальню, но нет. В нос впивается запах крови, свободная ладонь машинально заглушает писк страха. Веснински видит перед собой подвал в особняке отца. — Натаниэль ну что за представление ты тут устроил, — Рико хотел спугнуть криком потихоньку теряющегося в ситуации ребенка. — Эй, вы чего встали! Неужели никогда не резались! Ну же хватайте его! А не то потеряете собственное удовольствие. На рыжего накинулся сначала один, как бы затруднительна не была ситуация они атаковали по одиночке. Скорее всего давая для развлечения шанс мелкому отбиться. Веснински в суете всего только ошарашенно оглядывал комнату в точностях видя во всех углах идеальную копию подвала. Его «Лола» бросилась к нему навстречу. Замах кулака проходит в стену, от чего женщина вопит не своим голосом, нагнувшийся Натаниэль выпрямляется, вонзая и тут же вытаскивая нож из ее живота. Пронзающим взором оглянув комнату, он выпрыгивает из кровати, стараясь перемещать центр тяжести на здоровую ногу. — Блять, что происходит, — приклеенный страх на лице явно показался Кевину не просто случайностью, он точно не думал, что Натаниэлю стало ужасно от их нападения. Это спровоцировало что-то иное. Теперь уже Дэй напряженно, но все же сдвигается с места. — Котенок, слушай, — Кевин медленно подходил к резко напрягшемуся Натаниэлю. — Это я, ты меня видишь? — оставляя расстояние на две вытянутые руки, Дэй разглядывая сквозь кромешную, едва освещающую упавшим давно фонарем тьму. Голубые до ужаса запуганные, но в меру решительные глаза бегали от разных вещей туда и обратно. Он «не в порядке», как бы заметно это не было. В его виде мира было совсем иначе. Будто его собственная мать встала на обрубки, что остались у нее вместо ног. Веснински сфокусировал взгляд внизу. Еще сильнее расширив глаза от ужаса детализации видения. Дыхание полностью сбилось. «Если я сделаю все так же как тогда, это закончится?» — единственная мысль наконец созрела в его рыжей макушке. Наотрез всем своим предыдущим эмоциям он резко становится холоден. Глаза мутнеют, больше не отражая ничего. Приближаясь быстрее, чем Кевин сумел сообразить, что происходит. Рука Натаниэля слетает вперед, как тогда, но без помощи отца, что кажется стоял позади. Лезвие успевает проскользить по скуле, перечеркивая цифру два. Дэй был готов умереть, повезло лишь с вернувшимся в ситуацию Рико. — Жан! — Морияма отдергивая за шиворот Кевина, окрикивает Моро, что резко вскакивает с постели. Он встает перед вломившимися для защиты от Натаниэля. Наконец полностью обрабатывая ситуацию своими глазами. Почти все было в пользу рыжего. — Жан? — проговаривает Веснински, искренне не понимая всего происходящего. — Дьявол, сзади! — Моро выкрикивает Натаниэлю указание, из тьмы за ним стоял второй старшекурсник, которого притащил Рико. Первый в углу истекал кровью уже не в состоянии здраво оценивать ситуацию. Веснински запрограммировано отскакивает в сторону, после мелькнув прямо перед напавшим на него парнем. С глазу на глаз оставаясь секунды две, Натаниэль проводит лезвием по артерии. После отодвигаясь. — Боже…- Кевин дергается от ужаса, вспоминая Натана после матча воронят. И он был не один, каким бы гадом не был Рико, для них обоих это стало травмой. Оцепенев они были не в силах сдвинуться. — Явно ты сын своего отца, Натаниэль, — Морияма первым приходит в норму, пулей вылетая из комнаты. — Ну посмотрим сколько ты проживешь после того, как он все узнает, — ехидство вновь промелькнуло на его морде, не оставив и капли страха. Лишь Моро взглянул на ситуацию в целом. Боялся ли он как все остальные? Конечно да, но разве у него оставался выбор. Перед ним сосед по комнате. Еще днем ярко улыбающийся Натаниэль, а он точно не мог вытворить такого. Жан от этого вечера ожидал только полностью избитого Веснински, разбитого морально или даже изнасилованного, но никак не такого. Решительно убивающего и калечащего всех вокруг. Нельзя не задуматься, что сейчас в голове этого мальчишки. Полнейший хаос. «Разве это был не очередной сон?» Толкнув рукой подальше от себя еще живую тушу напавшего Натаниэль складывает нож. — Эй, рыжик, все в порядке? — Моро, осознавая, что он единственный может сделать первый шаг. Хочет вернуть Веснински в реальность. «Неужели кто-то опять умер от моей руки?» — Теперь я убил троих, — почти плача произносит Натаниэль, безнадежно вздыхая. — Это то, о чем ты говорил, Жан? — голос дрожал, надламываясь на половине слова. Он осматривает комнату, залитую как минимум двумя литрами крови. «Кевин? Он выглядит напуганным» Теперь, когда разум очистился от галлюцинаций, мысли бежали задержавшимся потоком. Натаниэль выронив нож бил себя по голове, не в силах выдержать весь ужас, заполонивший его сознание . — Стой! Перестань себя бить придурок, — Жан срывается к Веснински, что уже присел, схватившись за рыжие кудри, в надежде выдрать их с корнем. Ему хотелось изуродовать себя, с каждым разом. С каждой новой мыслью он ощущал, что становится отцом. Вид его огненно-рыжих волос и глаз, из которых сочились нескончаемые слезы. Моро ловит Натаниэля за руки и кладет на кудри, поверх накрывая, своими горячими ладонями. Дэй смотрит вокруг, сдерживая тошноту в груди. Он не осмеливается подойти к ним, вполне осознавая, что один из виновников происшествия. * * * — Натаниэль, хватит уже реветь, — серьезный тон Моро никогда не нравился Веснински. Он сразу становился старше своих лет, что точно не красило его. Жан держал мелкого за скрещенные руки, которые так же удерживали колени, чтобы удобно упереться в них лбом. — Я бы на тебя посмотрел после убийства двух человек, — язвительно бросает Кевин, поглаживая рыжую макушку, спрятанную в колени. — Тебе слов не давали, да и вообще у тебя щека в крови если ты не заметил, гений, — француз напоследок фыркает на Кевина, в ожидании реакции. Все трое из свиты просиживают время ожидания конца ночи на скамейке около общей раздевалки. Намного лучше, чем в комнате с двумя трупами. В тишине сонного коридора слышались только редкие всхлипы, но и они вскоре исчезли. Все жильцы замка слышали крики, все прекрасно представляли, что должно было произойти в Натаниэлем, какого же будет их удивление утром? — Прости, скорее всего я видел вместо тебя другого человека, думал, что смогу вернутся в реальность повторив действе из прошлого, — вздрагивающим голосом Веснински все же поднимает голову на Дэя. Необычно, но глаза немного покраснели, да и не особо опухло лицо. На скуле Кевина же виднелся глубокий порез, разорвавший цифру два на две части. Щека в свою очередь полностью покрылась коркой вытекшей крови, жуткое зрелище. К счастью, такое уже не пугало после нахождения в излитой багровой жидкостью комнате. — Рико будет в ярости, — заключает из всего Кевин, даже не протерев рукой лицо, оставив все как есть. — Думаю он убежал плакаться хозяину о том какой-же ужасный у нас рыжик в команде, — Жан отпускает руки Натаниэля садясь слева от него, когда Дэй сидит справа. — Какие вообще идеи о том, как это все разрешаться будет? — Кевин потягивается, явно желая поспать этой ночью. — Морияма просто заткнет родителей погибших деньгами и угрозами, а что до нас? — Моро положил руку на макушку Натаниэля поверх руки Дэя. — Мы то уж справимся.