Жемчужное ожерелье

— А-арс, я хочу жемчужное ожерелье. — Чего? Зачем... это во-первых, а во-вторых, на какие деньги? Радость моя, я бы купил тебе весь мир, но мы еле сводим концы с концами. — Концы с концами мы как раз таки сводим постоянно, — ехидно улыбается Антон. — Господи, я не об этом. Угораздило же встречаться с двадцатилетним, один секс на уме. — выделяя букву «е» в слове «секс» говорит Арсений. — А я как раз об этом, — заигрывающе мурлычет Шаст. — Это называется жемчужное ожерелье, — показывая картинку из интернета, говорит он. У Антона был один приколдес. Он любил фоткать так называемые «следы любви» — засосы и царапины всякие. Оставлять их любил, конечно, гораздо больше. Но, к слову, этот фетиш у него появился, только когда Попов вошёл в его грешную жизнь. Как-то особенно эстетично на его подтянутом теле, усыпанном родинками, смотрятся укусы и синячки. А если ещё и вспоминать, в какой момент они были сделаны, вообще кончить можно. Чем, собственно, Антон и занимается одинокими вечерами, когда Арсений работает в ночь. У него даже отдельная папка для таких фотографий в телефоне есть, с трогательным названием «Мой». Поначалу Шаст фоткал Арса в тихую, когда тот спит. Но продолжалось это только до того момента, пока он не решил запечатлеть ключицы любимого, забыв выключить вспышку. Естественно, когда в десяти сантиметрах от твоего лица что-то загорается, волей — неволей проснёшься. Пришлось сознаваться и с пунцовыми щеками показывать остальные свои «работы». А Арсений был не против, это даже приятно. Да и фотографироваться он любит. — А-а, — многозначительно тянет брюнет, глядя на картинку, которую показывает парень, — Так ты у нас ювелир? — он перебирается на его колени, запуская пальцы в русые волосы. Антон сразу же ныряет руками под его футболку и еле заметными касаниями выводит треугольники и квадраты на спине. Губы встречаются в любовном поцелуе, а руки притягивают парня к себе ещё ближе. Антон целует в уголок рта, а потом за ушком, слегка тянет зубами мочку уха, отчего Арсений неожиданно громко выдыхает, а затем спускается по шее к ключицам и обводит их языком. Шаст быстрым движением снимает футболку с парня. Пальцами он играет с торчащими сосками, легонько сжимая их, параллельно засасывая гладкую кожу чуть выше, там где итак просвечивают синячки с прошлого раза. Арсений негромко стонет, сжимая в руках кудряшки и прикрывая глаза. Он руками приподнимает голову Антона, заставляя посмотреть на себя, коротко целует и плавно стекает с колен на пол. Попов разводит длинные ноги Шаста в стороны и тянется к застёжке джинсов, высвобождая уже стоящий член. Он дразнится, еле задевая его кончиком языка, и по-лисьи улыбается. Облизывает головку, собирая смазку и проходится по всей длине несколько раз. Арс обхватывает член рукой и ведёт им по приоткрытым губам, поднимая влажные блестящие глаза на Антона. Тот глядит с поволокой, со смесью любви и желания, поглаживая парня по волосам. Арсений берёт член в рот и начинает двигаться, играя с уздечкой и вызывая стоны сверху. Он помогает себе рукой, двигая ею и головой в такт. Попов насаживается всё глубже и глубже, втягивая щёки и создавая пошлые звуки. У него уже весь подбородок в слюнях и смазке, а за полуприкрытыми глазами и ресницами — огромные зрачки. Выглядит он невероятно пошло и сексуально. Антон чуть давит на его плечи, заставляя лечь на пушистый ковёр, и садится сверху близко к лицу. Арсений высовывает язык и смотрит на парня невинными глазами. Шасту от такой картины хватает нескольких движений рукой. Он ювелирно кончает ему на шею, размазывая сперму на манер чокера. Довольно улыбается и тянется за телефоном, чтобы сфотографировать своё «жемчужное ожерелье» на шее любимого. Эх, жалко в инстаграм такую фотку не выложишь.