Травник

       — Чонгук, — зовёт некромаг. — Поди сюда, — похлопывает ладонью по месту рядом с собой.        — Чего тебе? — спрашивает огневик, присаживаясь рядом с Юнги. — Опять кто-то восстал из мёртвых?        — Нет, — Юнги пожимает плечами. — Просто захотелось кое-что рассказать. Подумал, что раз уж вы с этой грязной чертовкой…        — Э, ты чего Тэхёна обзываешь? — Чонгук, сразу поняв, о ком пошла речь, нахмурил брови. Прежде он ни разу не слышал, чтобы Юнги так о ведьме говорил.        — У некромагов официальное название ведьм: чертовки. Тэхён и подавно — грязная чертовка. Это не оскорбление, а его принадлежность. На нашем языке, естественно.        — Звучало грубо.        — Как будто я не слышал, как ты его обзываешь, когда вы ругаетесь, — Юнги хмыкает, а Чонгук, смущённо надув губы, что-то пробурчал в ответ. — Так вот, я к чему… Хотел рассказать, как мы с ним вообще сошлись.        — Мне Тэхён рассказывал, что у вас какое-то общее дело было, и вы договор заключили.        — Ну… — задумчиво. — Почти всё так и было, только с одним нюансом: лично я пришёл его убить.        — Чего? — Чонгук хлопает глазами. — В смысле убить?.. Убить, это прямо… Убить? Или убить…        — Убить.       Огневик захлопывает рот, уставившись на некромага. С виду дружелюбного. Юнги, на самом деле, очень спокойный и действительно дружелюбный, он хорошо ладит с животными и с мертвецами, но иногда он может пугать своим отношением к смерти.       Некромаги все любят смерть.        — Только Тэ не говори, он не знает, но, думаю, догадывался. Дело в том, что лет так… — прищуривается, пытаясь вспомнить. — Пятнадцать назад, ещё в силе был закон об истреблении ведьм, которые не числятся на государственной службе. Тэхён как раз на государственной службе не числился и не числится до сих пор, он — лесная ведьма границы. Раньше таких нужно было уничтожать, многие были опасны для других существ. Сам знаешь, насколько ведьмы могут быть злыми.        — Оу… — Чонгук делает сосредоточенное лицо, пытаясь собрать картинку в голове. — Вот, почему ты говорил, что Тэхён вообще не злой…        — По сравнению с другими представителями его расы — он душка и вообще ангел во плоти. Когда я нашёл его, то в нашу первую встречу он заставил меня помогать ему тушить его дом.       Чонгук усмехается, подумав, что на Тэхёна это действительно очень похоже.        — Он делал одно из своих зелий и, когда я пришёл, так начал орать, что я забыл, зачем вообще его искал. Орать не на меня, а оттого, что трава, которую ему нужно было быстро просушить, воспламенилась, упав на пол. Его паника как будто переметнулась на меня, и мы, как два идиота, бегали вокруг, пытаясь потушить пожар.        — То есть ты пришёл его убивать, а в итоге тушил с ним его дом?        — Именно. Это невыносимое существо настолько сильно умеет выносить мозги, что до сих пор осталось живым, несмотря на то, что большинство представителей его расы я истребил по распоряжению государственного тайного совета.        — Мне точно можно такие вещи рассказывать? — Чонгука не то чтобы пугает высокая должность некромага, но… Но.        — Тебя либо посчитают идиотом, либо ты умный малый и языком зря не трепешь. Иначе бы я с тобой не дружил, — Юнги огневику подмигивает, а тот смущённо кивает, почесав нос.        — Спасибо, конечно, за доверие, но теперь я точно убедился в правдивости поговорки о том, что чем меньше знаешь, тем крепче спишь.       Юнги учтиво и понимающе кивает.        — Самая комичность заключалась в том, что буквально на следующий день после нашей встречи и моего неудачного его убийства, мне пришло распоряжение об отмене миссии, поскольку закон, по которому мне вообще дали распоряжение, отменили. Если бы Тэхён не был рукожопом, он бы давным-давно умер.        — Обычно в жизни работает наоборот.        — С ним ничего правильно не работает, — подводит итог Юнги, пожав плечами со смехом. — Кстати, на мне он тоже свои привороты пробовал. Правда, тогда они были сравнимы с писком умирающей мыши по силе, поэтому на мне и не работали. У меня много сильных оберегов от таких гениев, как он.        — А ты, получается, отвечаешь за чистку населения?.. — аккуратно спрашивает огневик, и некромаг тяжело вздыхает, опустив голову.        — Да, избавляюсь от неугодных для государства людей. А Тэхён… Везучая тварина просто. Ему здесь было очень одиноко, и я даже проникся к нему сочувствием. Он правда добрая ведьма, и его самые большие злодеяния — шутливые привороты. А порчу, если и наводит, то обычно не со зла, а по рукожопости. Как и обычно.       Чонгук заливается смехом, и Юнги его подхватывает, из-за чего по поляне эхом разносится громкий хохот.        — В общем, как-то не заметил я, что мы подружились. Он меня так отпускать не хотел, всё благодарил за помощь, всякое вкусное мне готовил, и вообще был похож на ребёнка. В какой-то момент мне стало стыдно от мысли, что я собирался прикончить это по-детски дурашливое существо. Тэхён действительно достаточно невинен для своей принадлежности, и ничего плохого другим особо не делает. Он меня пытался научить ворожить, и это на моей памяти одно из самых смешных и светлых воспоминаний за всю мою жизнь. Я очень рад тому, что мы познакомились, пусть и предыстория этого знакомства… Ну, объективно говоря — не очень. В своё время мне тоже не хватало друзей, может, поэтому я так легко принял, что теперь у меня есть друг-ведьма.        — Миленько, — простодушно произносит Чонгук, пожав плечами. — Хотя, думаю, Тэхёну лучше не говорить о том, что вы познакомились из-за того, что ты должен был его убить.        — Да он неглупый, догадался скорее всего. Возможно, отчаялся в своей глуши, поэтому и зацепился за меня. Раньше-то к нему никто не ездил товары покупать, вот чуть и не одичал здесь один. Сейчас хоть поживее тут стало, — Юнги поигрывает бровями, стреляя глазами в Чонгука, и тот усмехается, думая, что сейчас тут действительно более оживлённо. И посетителей гораздо больше.       Наверное, всё с самого начала к этому и шло. Чонгук в шутку думает, что их всех очень символически друг с другом свёл огонь. Совпадение?       Да точно, совпадение.