Виктория Поттер и наследник Слизерина

Поместье Малфоев больше не казалось прежним после событий на балу. Необъятность дома давила на Викторию, его пустота была более очевидной, чем когда-либо, и она начала представлять себе Пожирателей Смерти, притаившихся в каждом углу. Тени удлинились в просторных залах, где нависающие портреты подозрительно следили за любой деятельностью, и прежнее спокойствие садов теперь превратилось в удушающую, гнетущую тишину. Какая-то часть ее знала, что ей все это мерещится, что это она изменилась, а не дом. Портреты были просто портретами, сады были в полной безопасности, а Сквот давно исчез. Однако этой логики было недостаточно, чтобы помешать Виктории запирать дверь своей спальни на ночь, хотя она знала, что этим не удержать решительного волшебника. Она поздно ложилась спать и рано вставала, всегда первой приходила на завтрак, наслаждаясь утренней суетой. Ей не нравилось оставаться одной. К счастью, Нарцисса занимала ее уроками танцев, написанием писем и дальнейшей работой по поместью, напряженный график помогал ей отвлечься от своих страхов. Однако теперь, когда бал закончился, Виктории не нужно было тренироваться в танцах с такой интенсивностью, что создало дополнительное пространство в ее жизни для любимого предмета Нарциссы: генеалогии. Быстро был установлен новый распорядок дня. Каждое утро Нарцисса называла Виктории имя известной волшебной семьи, и затем ее задачей на день - между различными другими занятиями - было узнать о них все, что она могла. Как только ужин подходил к концу, Нарцисса расспрашивала Викторию о том, что она узнала. Все это означало проводить много времени в старой библиотеке. Как следует из названия, это была оригинальная библиотека поместья, расположенная рядом с главным вестибюлем. Это была светлая и просторная комната с высокими окнами, отбрасывающими свет на стену с книжными шкафами. Это была также самая большая библиотека Малфоев, содержащая по меньшей мере четыреста книг, все они были посвящены истории, политике и волшебной географии. Именно здесь Виктория должна была найти такие книги, как «Справочник чистокровных» и «Благородство природы: генеалогия волшебников». Поначалу ей было трудно сосредоточиться на задании Нарциссы. Генеалогия, по мнению Виктории, была ужасно скучной, а в старой библиотеке было полно гораздо более интересных книг. Первое имя, которое ей было названо, было «семья Шафик», и она послушно перешла к «Справочнику чистокровных» и прочитала там записи. Однако ее внимание сразу же привлекла ссылка в тексте на фамильное поместье в волшебном поселении Авалон, что привело к тому, что несколько часов она потратила на изучение красивых, нарисованных от руки карт прекрасного «Детализированного атласа волшебной Британии». К концу дня она знала гораздо больше о различных волшебных городах и деревнях, разбросанных по стране, но очень мало о семье Шафик. Ее невежество было раскрыто довольно неловким образом за ужином в тот вечер. - А теперь, Виктория, - сказала Нарцисса, когда принесли основное блюдо, - почему бы тебе не рассказать нам, что ты узнала о семье Шафик? Люциус и Драко с любопытством посмотрели на нее. - Конечно, - ответила Виктория. - Шафики были родом из Лахора, но они прибыли в Британию в семнадцатом веке. Нынешний глава семьи - Ашраф Шафик, который заседает в Визенгамоте. Согласно «Справочнику чистокровных», они являются одной из священных двадцати восьми семей, и они живут в Авалоне. Нарцисса ободряюще кивнула. - Продолжай... - Э-э... - Виктория больше ничего не читала. Разве она не сказала достаточно? - Что ж, Авалон очень интересен, - добавила она, подыскивая, что бы сказать. - Это остров в Ла-Манше, но его климат больше похож на средиземноморский из-за чар, наложенных Морган ле Фей. Это действительно увлекательно, потому что погодные чары обычно не держатся очень долго, но... - Об Авалоне можно многое сказать, - перебила Нарцисса, - но это не было твоей задачей на сегодня. Конечно, у тебя есть что еще сказать о Шафиках? Ты упомянула Ашрафа, но как насчет его детей? Виктория прикусила губу. - Эм, там Амира... - Которую ты знаешь, наблюдая за моими сеансами с ней, - твердо сказала Нарцисса с неодобрением в голосе. - И Амира - правнучка Ашрафа. Боюсь, ты пропустила несколько поколений. Удивительно, но именно Люциус пытался протянуть Виктории спасательный круг. - Похоже, генеалогические древа не являются сильной стороной Виктории. Тебе больше по вкусу история? Или, может быть, магические достижения? Не могла бы ты рассказать нам о них? К сожалению, Виктория не смогла этого сделать. Не в силах вынести их вопрошающих взглядов, она опустила глаза в свою тарелку, чувствуя, что краснеет. Она никогда не чувствовала себя такой неподготовленной. Она и не подозревала, что Нарцисса отнесется к этому так серьезно. Люциус прочистил горло. - Драко, возможно, ты сможешь помочь Виктории. - Конечно, отец, - ответил Драко. - Во времена, предшествовавшие закону о секретности, семья Шафик занимала видное положение в Великой Монгольской Империи. Во многих отношениях они были самой влиятельной семьей востока, близкими советниками самого императора, и их магия помогла вступить в золотой век при Шах-Джахане. Однако, когда Джахан умер, Устад Шафик поддержал притязания своего старшего сына. Это оказалось плохой идеей, так как он уступил право наследования одному из своих младших братьев. Потеряв королевскую милость, семья бежала через полмира в Великобританию, где, как отметила Виктория, поселилась в Авалоне. - Хорошо, - сказал Люциус, и Драко выпрямился от его похвалы. - Да, после стольких лет, проведенных в Индии, я полагаю, что Авалон был единственным местом по эту сторону Альп, которое соответствовало их предпочтениям. Но как насчет их магии? - Они больше всего известны своей архитектурой, - произнес Драко. - Это то, чем они были знамениты в Индии, и они принесли эту магию с собой в Авалон. Когда они прибыли, Авалон все еще был в упадке, едва ли больше, чем несколько каменных хижин и рыбацких лодок. Однако с Устадом все изменилось, и тамошняя резиденция Шафик считается лучшим домом в Британии, если не в Европе. Несмотря на свое отчитанное состояние, Виктория не могла не почувствовать искру любопытства. - Даже лучшим, чем здесь? Нарцисса улыбнулась. - Это вопрос масштаба, моя дорогая. Красота поместья Малфоев в его утонченности, его сдержанности. Шафики, с другой стороны, предпочитают более... роскошную эстетику. А теперь, Драко, возможно, ты сможешь помочь Виктории с именами детей Ашрафа. Пока шел ужин, Нарцисса и Люциус продолжали проверять Драко на его знание семьи Шафик: имена всех членов их семьи, их деловые интересы, их результаты голосования в Визенгамоте... вопросы продолжались и продолжались, и Драко знал ответы на все из них, хотя иногда Люциус или Нарцисса расширяли его ответ. Со своей стороны, Виктория была поражена - это было чудо, что у Драко было хоть какое-то место для магии в голове, со всей этой историей, застрявшей там, - и ее тревога росла с каждым его ответом. Конечно, они не ожидали, что она изучит такой уровень детализации для каждой чистокровной семьи в Британии? В конце концов, ужин подошел к концу. - Отлично, - сказала Нарцисса. - Ты хорошо поработал, Драко. - она повернулась к Виктории. - Что ж, теперь, когда у тебя была тренировочная пробежка, и ты наблюдала за примером Драко, давай посмотрим, сможешь ли ты завтра выступить лучше. Виктория просто кивнула в знак смирения. - Какая семья следующая? - Обычно мы начинали со священных двадцати восьми, - ответила Нарцисса. - Однако в данном случае, я думаю, есть веская причина сделать исключение. Завтра я хочу, чтобы ты рассказала мне все, что сможешь, о Поттерах. Виктория действительно показала превосходное выступление на следующий день, ее естественное любопытство к собственной семье подкрепило ее усердие, когда она в течение дня готовилась к экзамену Нарциссы. К обеду она могла перечислить своих предков вплоть до Линфреда из Стинчкомба, дать подробный отчет о вкладе семьи Поттеров в зельеварение и травологию, благодаря которым они были наиболее известны, и даже смогла описать семейный дом в Котсуолдсе, благодаря наброску, который она нашла в обзоре волшебных домов Британии. Дом был ближе по размерам к дому Сьюзен, чем к поместью Малфоев, и скорее более деревенский по эстетике, но его сады были обширными и, как говорили, были домом для многих редких магических растений - или, по крайней мере, так было раньше, пока дом не был заброшен во время войны. Как только был создан прецедент с Поттерами, Виктория обнаружила, что ее ежедневная генеалогия стала менее сложной, хотя и не менее трудоемкой, особенно учитывая, что ее другие уроки с Нарциссой продолжались быстрыми темпами. Со всем тем временем, которое она проводила с Нарциссой, у нее почти не оставалось свободного времени для Драко. Он казался довольно расстроенным таким положением дел, особенно после того, как она отказалась летать с ним, через неделю после бала. - Но это же «Нимбус 2001»! - воскликнул он, размахивая гладкой метлой перед ее лицом. Он получил ее на Рождество и с тех пор почти не откладывал в сторону. - Это самая совершенная метла на рынке! - В таком случае, тем более, - сказала Виктория, с трепетом глядя на хорошо отполированную метлу. «Нимбус 2001» была профессиональной метлой, которая летела так быстро, что казалась не более, чем размытым пятном. - Я бы, наверное, покончила с собой. Честно говоря, я удивлена, что ты не пострадал. Драко вздохнул. - Отлично. Тогда как насчет гиппогрифов? Езда на гиппогрифах звучала немногим лучше, чем полет на метле, но по настоянию Нарциссы она сопровождала Драко в конюшню, где он показал ей, как седлать и садиться на гигантских животных. На самом деле они были не так уж плохи, когда вы садились верхом - до тех пор, пока они не двигались слишком быстро. В какой-то момент Драко пустил их галопом, из-за чего Виктория цеплялась за свою жизнь, уверенная, что ее вот-вот катапультирует в воздух. Это был последний раз, когда они катались верхом. В тот вечер, после роскошного ужина и еще одного жаркого - на этот раз от семьи Лестрейндж - Виктория удалилась в свою спальню и приступила к своему новому вечернему распорядку. Она заперла дверь на ключ, на всякий случай наложила на нее запирающие чары, а затем скрылась в своей сверкающей ванной. Затем она налила себе горячую ванну, из кранов полилась вода, смешанная с лепестками роз, и сладкий цветочный аромат наполнил комнату. После долгого купания она вернулась в спальню в ночнушке, взяла свой экземпляр «Ока смотрящего» и читала о заклинании Анаморфозы до поздней ночи, расположившись в кресле лицом к двери. Кот Дамблдор бродил вокруг нее, как страж, как будто понимал ее беспокойство. Когда ее глаза, наконец, начали слипаться, она пошла проверить дверь в последний раз. Все еще заперта. Она обернулась - и подпрыгнула в шоке, короткий крик вырвался из ее горла. На ее кровати стоял домашний эльф. - О! - сказала она, прижимая книгу к груди. - Ты меня напугал! Эльф схватился за свои длинные, заостренные уши. - Добби не хотел пугать Вас, мисс, - ответил он. У него был высокий голос, совсем как у Топси. - Добби так давно хотел с Вами познакомиться! Это такая честь для меня... - Так ли это? - спросила Виктория, задаваясь вопросом, какой интерес может быть у домового эльфа к ведьме. - Ну, э-э, приятно познакомиться, я полагаю. Но... эм, ты вроде как на моей кровати. Действительно, теперь, когда она немного успокоилась, она не могла не заметить, насколько грязным был домашний эльф. На нем было что-то похожее на старую наволочку, с прорезями отверстий для рук и ног, и его босые ноги оставляли грязные следы на ее чистых простынях. Добби посмотрел вниз и заметил это. Его глаза расширились, и совершенно неожиданно он спрыгнул с кровати и начал биться головой о деревянный пол, каждый удар вызывал глухой стук. - Плохой Добби! - закричал он. - Плохой Добби! На мгновение Виктория была слишком удивлена, чтобы что-то сказать. - Прекрати! - крикнула она, приходя в себя. - Ты поранишься! Эльф остановился на середине удара. - Добби должен наказать себя, мисс. Домовые эльфы должны убирать беспорядок, а не создавать его. - Все в порядке, правда, - быстро произнесла она, надеясь, что он снова не начнет биться головой. Грохочущий звук, который он издал, заставил ее желудок перевернуться. - Ты можешь просто принести чистые простыни, не так ли? Добби практически визжал от возбуждения. - Великая мисс Поттер дает Добби работу! Он исчез с легким хлопком, появившись мгновение спустя с охапкой девственно белых простыней. Его длинные уши были едва видны за стопкой белья. - Я и не знала, что домовые эльфы могут трансгрессировать, - сказала Виктория, наблюдая, как он с энтузиазмом принялся за приготовление ее постели. - Я думала, ты просто станешь невидимым... - Домашние эльфы не трансгрессируют, - ответил Добби из-за одеяла. - Не так, как волшебники. Добби находится там, где он нужен в доме. Виктория кивнула. - Значит, ты не можешь, скажем, трансгрессировать в Косой переулок? Одеяло скользнуло обратно на кровать. - Нет, мисс. Нет, если только там не будет хозяина. - Но если ты можешь отправиться только туда, где ты нужен, - рассуждала Виктория, - почему ты пришел в мою комнату? Я уже собиралась ложиться спать... Добби остановился, украдкой оглядываясь по сторонам, прежде, чем жестом подозвать ее поближе. Она наклонилась к нему. - Добби слышал, как мисс Поттер разговаривала с мисс Гринграсс, - сказал он театральным шепотом. - Мисс спрашивала о... Пожирателях Смерти. Внезапно он привлек ее внимание. - Ты говоришь о Сквоте, не так ли? - спросила она. - Пожирателе Смерти на балу? Что ты о нем знаешь? Добби нервно переступил с ноги на ногу. - Добби не может сказать, мисс. Но Добби не может помешать мисс Поттер следовать за ним. Виктория подняла бровь. Она мало что знала о чарах, которые связывали домашних эльфов, но, похоже, Добби переступал тонкую грань. Вопрос был в том, действительно ли она хотела ходить за ним по поместью ночью? Кто знал, к чему он собирался привести ее, и она могла легко попасть в беду, если Нарцисса или Люциус поймают ее. Но ее любопытство было слишком сильным, чтобы ему можно было отказать... она должна была знать, может ли она доверять Малфоям или нет. Она надела тапочки и мантию прежде, чем последовать за Добби в темные залы поместья Малфоев. Ставни на лампах были закрыты, и с портретов доносился слабый храп. Все остальное было тихо, путь впереди освещал только серебристый лунный свет. Добби повел ее вниз по узким боковым проходам и винтовым лестницам, которые она никогда не замечала, и привел в похожие на пещеры кухни на первом этаже. Затем он направился к задней двери, ведущей в сад. - Мы выходим на улицу? - прошептала Виктория, глядя вниз на свои тонкие одежды. Она бы там замерзла. Добби кивнул, и Виктория вздохнула, жалея, что не надела свой браслет. - Ну, если мы будем действовать быстро... Она почти сразу же пожалела о своем решении. Снова шел снег, и ее ноги онемели, когда влага просочилась в тапочки. Они обошли дом по периметру, направляясь к дальнему концу западного крыла. Прошло совсем немного времени прежде, чем ее руки тоже начали неметь. - Пожалуйста, скажи мне, что мы близко, - сказала Виктория. Она пошевелила пальцами, чтобы немного разогнать кровь. - Я не очень-то хочу, чтобы мне предстояло заново отращивать руки. - Уже недалеко, - ответил Добби, указывая пальцем в сторону леса, где жили павлины. - Но мисс Поттер должна вести себя тихо, иначе хозяин услышит ее. Нервы Виктории только больше натянулись от слов Добби - было ясно, что она собиралась шпионить за самим Люциусом. Ей нужно быть очень осторожной. Они вошли в лес, вечнозеленые деревья загораживали лунный свет наверху. Навес, по крайней мере, давал укрытие от снега, но было что-то изначально тревожное в том, чтобы находиться ночью в лесу, какой-то первобытный инстинкт, который кричал Виктории отступить домой. Она протянула руку и взяла маленькую ручку Добби, полагаясь на то, что он проведет ее сквозь темноту. Прошло совсем немного времени прежде, чем они увидели свет, мерцающий между деревьями. Добби приложил палец к губам. Они были близко. Виктория присела на корточки, и они медленно двинулись вперед, теперь продвигаясь тихо, стараясь избегать веток, которые могли громко хрустнуть под ногами. Когда они подошли ближе, перед ними открылась поляна с костром в центре и двумя высокими фигурами, стоящими в тени. К счастью, они стояли спиной к дому. Голос Люциуса донесся сквозь деревья, все еще слишком далеко, чтобы его можно было ясно разобрать. - ...Глупо... попался... - она придвинулась ближе, желая услышать больше. - ...Выдумка... прямо здесь... Суонн... Она все еще ничего не слышала. Выругавшись себе под нос, она подобралась еще ближе, укрывшись за особенно широким деревом и высунув лицо из-за ствола. Это было опасное положение - достаточно было одного взгляда в ее сторону, и она была бы поймана, - но она, наконец, могла слышать их как следует. - Ты, кажется, решил, что место здесь тебе обеспечено, - проговорил Люциус. Теперь она могла слышать его как следует, она могла определить короткий, отрывистый тон, который приобретал его голос, когда он был раздражен. - Ничто не может быть дальше от истины, чем это. Ты гость в нашем доме, и я все больше воспринимаю тебя как обузу. - О, Люциус, - ответила другая фигура. - Ты забываешь, с кем говоришь. - Виктории потребовалась вся сила воли, чтобы сдержать вздох. Она знала этот голос. Она никогда этого не забудет. - Твой дом - мой, пока я не скажу иначе, - произнес Сквот. - Я... - Ты никто, - отрезал Люциус. - Точнее, ты покойник. Мысли Виктории проносились со скоростью мили в минуту. Так Сквот все еще был здесь? Почему он не уехал с другими гостями после бала? Но ответ был очевиден. Он всегда был здесь. Это был тот мужчина, которого она заметила в саду, когда Драко показывал ей окрестности. И именно для Сквота было накрыто дополнительное место за ужином, в ее первый вечер в поместье. Он и был таинственным гостем Малфоев. И подумать только, она говорила себе, что она в безопасности, что Сквот уехал еще до Рождества. Как же она ошибалась! Насколько она знала, он спал в соседней с ней комнате! Каждый ее инстинкт подсказывал ей бежать - бежать обратно в дом, собрать свои вещи и возвращаться в школу. Но она заставила себя остаться и слушать. - Так уж получилось, что я не забываю старых друзей легко, - продолжил Люциус. - Ты остаешься желанным гостем в моем доме, ибо... это дань памяти. Но ты должен быть более осмотрительным. Это не похоже на прежние времена. Дамблдор - Верховный Чародей, Министерство практически принадлежит ему. Один неверный шаг, и Амелия Боунс настигла бы нас. - В принципе, осторожность - это хорошо, - сказал Сквот. - Но когда появляется прекрасная возможность, как мы можем не воспользоваться ею? Я сбит с толку тем, что ты здесь делаешь. Почему ты просто не прикончил девочку? Я уверен, что у тебя есть способы организовать это, сохраняя при этом свои руки чистыми. Виктория затаила дыхание. Не было никаких сомнений, что они говорили о ней; ответ Люциуса скажет ей все, что ей нужно было знать. Люциус вздохнул. - Это твоя проблема. Ты все еще ведешь войну, которую давно проиграл. - Ты не можешь... - Нет, - настаивал Люциус. - Война закончилась. Здесь и сейчас мы должны использовать мир таким, какой он есть, наилучшим образом. Еще не все потеряно. Визенгамот по-прежнему отчасти сочувствует; большинство все еще помнит мир, где они сидели только с разрешения родового статуса. И простые люди тоже все еще возмущены многими идеями Дамблдора. Есть способы получить то, что мы хотим, - мирные способы. - Политика, - выплюнул Сквот. - Наш господин никогда не доверял этому. Он называл это выпрашиванием объедков. - Возможно, ему следовало уделить этому больше внимания, - мягко сказал Люциус. - Он мог и не исчезнуть. - Как ты смеешь!? - Вот так. Теперь это мой мир. А что касается девушки, - Виктория наклонилась вперед, - она меня интригует. Нарцисса считает, что у нее есть потенциал, и я склонен согласиться. Она могла бы стать большим подспорьем для нашего дела. Виктория снова вздохнула, испытав облегчение. Люциус, казалось, не представлял для нее опасности. - Ты преувеличиваешь, - сказал Сквот. - Я говорил с ней; она, казалось, не обладала ни особым умом, ни способностями. Люциус усмехнулся. - Ты ослеплен ее историей. Конечно, во время вашего дурацкого танца перед половиной Министерства ты заметил ожерелье, которое она носила? В разговоре наступила пауза. - Безделушка, - отрезал Сквот, - без сомнения, купленная в каком-нибудь... - Это нонпарель ее собственного изготовления, еще до того, как ей исполнилось тринадцать, - ответил Люциус. Виктория нахмурилась, услышав это странное слово; она никогда о нем не слышала. - Мне не нужно объяснять тебе значение этого. - Но тогда тем больше причин избавиться от нее! - воскликнул Сквот. - Ты должен сделать это сейчас, Люциус, пока ты еще можешь. - Я не буду действовать так опрометчиво, - твердо сказал Люциус. - Несмотря на всю ее славу, она все еще ребенок. Она еще не враг - и никогда им не будет, если Нарцисса добьется своего. Сквот снова сделал паузу прежде, чем пожать плечами. - Ну, я полагаю, Нарцисса действительно стремится добиться своего. - Именно так. - Я видел, как она разговаривала с Фаджем на балу. Творит свою магию, без сомнения? - Этот адский закон о защите магглов... - произнес Люциус. - Конечно, на нем повсюду отпечатки пальцев Дамблдора. Однако в этом случае он был очень умен. Объединился с торговцами и одержимым законом Диггори. И, естественно, всем бюрократам это нравится - больше власти для Министерства. Сквот присвистнул. - Это в основном все, кроме старых семей. Ты уверен, что сможешь от него избавиться? - Нарцисса работает на участке Уайтхорна, - сказал Люциус. - На самом деле им наплевать на магглов. Это брак только по расчету; как только они увидят галлеоны в другом месте, они поменяют свои голоса. - И этого будет достаточно? - Возможно. Но мы также работаем над Дамблдором; подходящий скандал установит дистанцию между ним и бюрократами. Они так ненавидят негативную прессу... Почувствовав, что разговор переходит на политические темы, Виктория решила воспользоваться возможностью отступить - лучше исчезнуть сейчас, пока Люциус и Сквот не вернулись в дом. Она повернулась и увидела большие глаза Добби, пристально смотрящие на нее. Он вопросительно посмотрел на нее; она кивнула в сторону дома. Как можно тише они вернулись тем же путем, которым пришли. Пока они шли, Виктория размышляла о том, чему только что стала свидетельницей. Было ясно, что Дамблдор был, по крайней мере, частично прав - Люциус был Пожирателем Смерти. И не только это, но, очевидно, он все еще верил в «дело» - хотя, по правде говоря, Виктория не была до конца уверена, что это за дело. Им еще не рассказывали о Волан-де-Морте на истории; она знала только то, что слышала по кускам от МакГонагалл и разговоров со своими коллегами-слизеринцами. Однако Дамблдор промахнулся в одном важном отношении. Люциус не хотел причинять ей вред и не позволил бы Сквоту сделать это. На самом деле, он, казалось, относился к ней довольно позитивно... хотя бы в корыстных терминах, рассматривая ее как своего рода политический инструмент. Все было именно так, как предупреждал ее Суонн - она позволяла использовать себя в чужих играх. Она не знала, как это исправить, но в дальнейшем ей нужно было быть более осторожной. Виктория потерла онемевшие руки, пытаясь вернуть хоть какую-то чувствительность окоченевшим пальцам. Скоро она вернется в Хогвартс, подальше от взрослых и их надоедливой политики, и сможет снова погрузиться в простую радость магии. Тем временем в доме будет гореть огонь и, возможно, даже еще одна ванна. Когда она вернулась в свою комнату, то уже не заперла дверь. Наконец-то наступил последний день рождественских каникул. Виктория проснулась и обнаружила, что ее чемодан уже упакован - без сомнения, помог Добби, - поэтому она потратила дополнительное время, чтобы побаловать себя в ванной прежде, чем переодеться в хогвартскую мантию и спуститься к завтраку. Спускаясь по лестнице, она не могла не потратить время на то, чтобы задержаться на уже знакомых коридорах, запечатлевая их в памяти. Даже зная о намерениях Люциуса, после всего, через что она прошла, было бы невероятно глупо возвращаться в поместье Малфоев. Это был бы ее последний шанс оценить его красоту - не то, чтобы она могла позволить Малфоям узнать об этом. Насколько они знали, ей очень понравился ее визит, и она с нетерпением ждала возвращения в следующем году. Несмотря на свои многочисленные обходы, Виктория первой пришла к завтраку. Она положила себе круассан, налила чашку сладкого чая с молоком и взяла номер «Ежедневного пророка». Она быстро пролистала первые несколько страниц, лишь мельком пробежав глазами заголовки в поисках своего любимого раздела «Стиль». Она была полностью поглощена статьей о зимней коллекции «Твиллфит и Таттингс», когда появился Люциус. Он кивнул ей, положил на тарелку копченую рыбу и тосты и взял номер «Хогсмидский вестник». Следующей пришла Нарцисса, принеся с собой ароматы ладана и корицы. Последним шел Драко, чьи аккуратно причесанные волосы все еще были мокрыми. Как только он появился, появилась тарелка с беконом и яичницей. Теперь это была привычная рутина. Виктория пробыла у Малфоев достаточно долго, чтобы никто не чувствовал себя обязанным прислуживать ей или поддерживать с ней праздную беседу. Завтрак был временем для подготовки к предстоящему дню. Пока не прибыла почта, это было время мира и, прежде всего, покоя. На стене зазвенел колокольчик, возвещая о посетителе у входной двери. Нарцисса нахмурилась. - Как странно. - Вероятно, новый посыльный, - произнес Люциус, пренебрежительно махнув рукой. - Пусть этим займется Бертран. Они вернулись к чтению. Но несколько минут спустя Бертран просунул голову в дверь столовой. - Сэр, у дверей несколько посетителей из Министерства. Боюсь, они настаивают на разговоре с Вами. Губы Люциуса скривились. - Я понимаю, это магглолюбивый дурак Уизли, без сомнения? - Именно так, сэр. - наступила тишина, пока Люциус размышлял, постукивая пальцами по дереву обеденного стола. - Должен ли я выдворить их, сэр? - спросил Бертран. - Я могу призвать троллей... - Нет, - сказал Люциус. - У них наверняка есть разрешение. Я поговорю с ними. Он ушел, оставив столовую в напряженной тишине, нарушаемой только скрежетом вилки Драко по тарелке. Прошло несколько минут, а затем послышались приближающиеся громкие голоса. - ...Ты что, окончательно сошел с ума? - это был Люциус. - Закон позволяет вам искать маггловские артефакты, а не магические! Ответил более мягкий голос. - Я буду судить о том, что маггловское, а что волшебное, я думаю. Я специалист в... - Ты специалист только по дешевым мантиям и слишком большому количеству детей! - Тебе следует придерживаться вежливого тона, Малфой. Ты же не хотел бы препятствовать служителю Министерства, не так ли? Пауза. - Ты услышишь ответ от моего адвоката, Уизли. Лично. - Я с нетерпением жду этого, - сказал мистер Уизли. - Я обязательно передам это мадам Боунс вместе со всем остальным. Итак, что здесь? Они ворвались в комнату, рыжеволосый мистер Уизли во главе, в потрепанной мантии и с перепачканными чернилами пальцами. За ним следовал Люциус, весьма контрастирующий в своей утренней мантии, а за ними шла стайка чиновников Министерства, которые оглядывались вокруг с нескрываемым интересом. - Как видишь, Уизли, мы были за завтраком, когда ты грубо прервал нас, - сказал Люциус. - Теперь, что бы ты ни должен был сделать, делай это быстро. Мы должны быть на Кингс-Кросс к одиннадцати часам. - Мы пробудем здесь столько, сколько потребуется, - отрезал мистер Уизли с блеском удовлетворения в глазах. - Никаких исключений. Твои деньги тебе сегодня не помогут, Малфой. Я предлагаю тебе сотрудничать, если ты хочешь, чтобы все прошло быстрее. Губы Люциуса сжались. - Такое удобное время, приходить в первый день семестра. Это почти так же удобно, как если бы ты это спланировал. - Я уверен, что вы справитесь, - произнес мистер Уизли. - Как ты знаешь, у меня тоже есть дети. - он оглянулся на своих лакеев из Министерства и добавил, размахивая свитком, как волшебной палочкой. - Все это нужно будет убрать. Мы проведем тщательный обыск. Люциус собирался возражать дальше, его рот открылся, чтобы произнести то, что, без сомнения, было еще одним оскорблением, но его опередило вмешательство Нарциссы. - Мистер Уизли, - сказала она, вставая, привлекая к себе все взгляды. - Вы, конечно, должны делать все, что считаете необходимым. Наш дом принадлежит Вам. Теперь, хотите ли Вы сообщить профессору Дамблдору о сегодняшнем отсутствии мисс Поттер в Хогвартсе, или это сделать мне? Выражение лица Уизли было бесценным. Хмурый взгляд в замешательстве, взгляд по сторонам, момент осознания, когда его взгляд остановился на Виктории - и затем нерешительность. Люциус воспользовался преимуществом. - Я полагаю, вы осведомлены о мерах безопасности относительно мисс Поттер? Я могу только представить, что произошло бы, если бы она внезапно опоздала на Хогвартс-экспресс... Осмелюсь сказать, что половина Министерства была бы мобилизована на ее поиски. - Мы также должны будем уведомить Корнелиуса, - добавила Нарцисса. - Видите ли, он лично знаком с мисс Поттер и очень заинтересован в ее безопасности. Он захочет знать, что ее не подстерегли. - Подстерегли? - спросил мистер Уизли с недоверием в голосе. - Это немного преувеличение, не так ли? В любом случае, я уверен, что мисс Поттер понимает важность дел Министерства... Виктория переводила взгляд с одного на другого. Она, конечно, понимала, что Малфои используют ее - именно то, чего она поклялась остерегаться. Однако она действительно не хотела опоздать на поезд. Возможно, в данном случае было бы лучше позволить использовать себя. - На самом деле, я не понимаю, - сказала она и сама удивилась силе своего голоса. - Вы не можете просто прийти в другой раз? Честно говоря, я не знаю, что Вы ожидаете найти. Я здесь уже несколько недель и не видела ни одного маггловского артефакта. Толпа работников Министерства забормотала. Один из них шагнул вперед и что-то прошептал на ухо мистеру Уизли. По мрачному выражению лица Уизли было ясно, что он не был доволен тем, что они говорили. - Очень хорошо, - неохотно ответил он. - Мы пока ограничим наши поиски и уедем к десяти часам. Это должно дать вам достаточно времени, чтобы добраться до Лондона. Но я предупреждаю вас, нам придется вернуться в другой раз, чтобы завершить поиски. Это приемлемо? - «Приемлемо» - последнее слово, которое я бы использовал, - произнес Люциус, - но на это... я согласен.