Виктория Поттер и наследник Слизерина

Рука Виктории метнулась к палочке, но Локонс оказался быстрее. С молниеносной скоростью его палочка была направлена прямо на нее. - Остановись сейчас же! - она застыла на месте, проклиная себя за то, что не была как следует настороже. Они были такими глупыми... - Теперь, - сказал он, - я хочу, чтобы вы взяли свои палочки - очень медленно! - и бросили их мне. Они сделали, как он просил, их палочки с грохотом упали на пол у ног Локонса. Осторожно, не сводя с них взгляда, он присел на корточки и сунул палочки в один из карманов мантии. - Я... не могу в это поверить! - Сьюзен плакала, ее голос был обиженным и растерянным. - Это... Вы? Вы наследник Слизерина? Локонс усмехнулся. - Какая же ты глупая девчонка! Нет такого понятия, как наследник Слизерина, моя дорогая. И никогда не было. Но из этого получится отличная история, вам не кажется? Достойное продолжение «Завтрака с банши». Все, что нам сейчас нужно, - это Тайная Комната. - он театрально взмахнул палочкой. - Алохомора! Угол ковра опрокинулся. Локонс вздохнул. - Я так и знала, - произнесла Виктория, ее слова сочились горечью. - Я знала, что Вы мошенник. Выражение лица Локонса посуровело. - Я и не ожидал, что ты поймешь. Теперь откатайте коврик. Медленно. Я предупреждаю вас - мое заклинание забвения работает просто отлично. Им потребовалось вдвоем приподнять край тяжелого ковра, открыв деревянный люк, вделанный в пол палатки. Виктория нервно смотрела на него, ее чувство тревоги росло. Ей не нравилось, к чему это клонилось, но что она могла поделать? Ее мозг предал ее, все умные идеи покинули голову, когда она больше всего в них нуждалась. Локонс махнул рукой в сторону люка. - Откройте его. - неохотно они потянули за металлическое кольцо, чтобы открыть люк. Он вел в длинную каменную шахту, дно которой было слишком глубоко, чтобы разглядеть его, а лестница была лишь с одной стороны. - Спускайтесь, - сказал он. Сьюзен заплакала. Ее рыдания эхом разносились по шахте, пока они спускались по лестнице, смешиваясь со звуком капающей воды внизу. Глаза Виктории оставались сухими: она просто оцепенела, не в силах преодолеть свое недоверие. Происходило ли это на самом деле? Это было похоже на какую-то дурацкую шутку. - Мне так жаль, - выдохнула Сьюзен между рыданиями. - Это все моя вина. - Не говори так, - ответила Виктория, но глубоко внутри часть ее не могла не согласиться. Если бы только Сьюзен послушала ее, они бы сейчас были на вечеринке. - В этом нет ничьей вины. Мы не могли знать правды о Локонсе. - Но ты же говорила мне! - воскликнула Сьюзен. - Ты рассказывала мне о нем, а я не слушала, и теперь посмотри, где мы находимся! И все потому, что я притащила тебя сюда! Виктория не могла придумать, что на это сказать. Она решилась на ложь. - Мы выберемся из этого, вот увидишь. Прямо как с троллем и боггартом. Ее слова, казалось, успокоили Сьюзен, чьи рыдания превратились во всхлипывания, когда плач утих. Виктория только жалела, что сама не могла в это поверить. Тайная Комната назодилась у подножия лестницы. Они стояли в конце длинного скалистого туннеля, потолок высоко над ними был усеян сталактитами, а статуи гигантских пауков высовывались из стен по обе стороны, как горгульи. Многочисленные глаза каждого паука были сделаны из множества драгоценных камней, каждый из которых сверкал, а серебряный свет окутывал туннель неземным, потусторонним сиянием. За туннелем маячила темнота. Локонс спустился по лестнице следом за ними. - Позвольте мне сказать вам, что было нелегко сделать все это незаметно. - он говорил с явной гордостью, как будто водил их на экскурсию за кулисы. - Жаль, что здесь сыро, но, возможно, это придает определенную атмосферу подлинности... в конце концов, это место считается древним. Но давай же, финал происходит в самом зале. Финал. Это слово наконец прорвалось сквозь оцепенение Виктории, она повернулась и побежала, стремясь к лестнице, но ей удалось сделать всего несколько шагов. Невидимая сила схватила ее и подбросила в воздух - она закричала, пролетев всю длину туннеля, размахивая конечностями прежде, чем взлететь вверх в огромную, похожую на купол пещеру. Она приземлилась с сильным шлепком на приподнятую каменную платформу. Схватившись за правое колено от боли, Виктории потребовалось мгновение, чтобы прийти в себя. Она находилась на вершине холма в центре пещеры, на каменной платформе, окруженной со всех сторон кольцом статуй, их глаза давали достаточно света, чтобы Виктория поняла, что сидит на алтаре. Ее паника росла, она попыталась спрыгнуть, но цепи ожили вокруг нее и сомкнулись на ее запястьях и лодыжках, удерживая девушку на месте, как бы сильно она ни сопротивлялась. - Отпустите меня! - закричала она, изо всех сил дергая за цепи, так сильно, что ей показалось, что она оторвет себе руку. Но цепи не поддавались. - Я не твоя... жертва! - Ну-ну. Сейчас еще ничего не происходит, - сказал Локонс, поднимаясь по лестнице к алтарю со Сьюзен перед его палочкой. Ее лицо было красным и в пятнах, но она больше не плакала. - А теперь, если можно, дайте мне минутку подумать. Мисс Боунс - это осложнение, но я уверен, что мы сможем что-нибудь придумать. - он оглядел статуи, но покачал головой. - Нет, слишком далеко. Я хочу, чтобы вы двое были вместе. - он указал на Сьюзен своей палочкой. Вставай рядом с алтарем. Так вы сможете помогать друг другу, понимаете? - Сьюзен шмыгнула носом и зашаркала к Виктории. В тот момент, когда она приблизилась, цепь протянулась и защелкнулась на ее запястьях, заставив ее ахнуть от прикосновения холодного металла. - Да, это прекрасно работает, - произнес Локонс, кивая самому себе. - Это будет гораздо более динамичная сцена, если освободить ноги Сьюзен. Еще один всхлип вырвался из горла Сьюзен, слезы снова грозили пролиться. - Не волнуйся, Сьюзен, - сказала Виктория, пытаясь поднять ей настроение, хотя ее собственный голос дрожал, когда она говорила. - Снейп спасет нас, вот увидишь. Локонс рассмеялся. - Северус? Я думаю, что нет. Видите ли, в прошлом он проявлял раздражающую склонность вмешиваться, поэтому на этот раз я позаботился о том, чтобы он был занят. - он постучал пальцем по виску. - Тщательное планирование, девочки, вот секрет успеха. Ну, это и заклинание Конфундус. Пока мы разговариваем, юный мистер Уизли пытается пронзить сердце дорогого Северуса колом. Я осмелюсь сказать, что он будет отвлечен на довольно долгое время. - сердце Виктории упало. Снейп был их единственной надеждой. Кто еще мог спасти их, Хагрид? - Теперь, - продолжил Златопуст, - давайте подготовимся к кульминации, не так ли? Он протянул руку к алтарю, и желудок Виктории сжался от страха, ее руки дрожали, как желе. Был ли это конец? Все происходило слишком быстро, она не была готова. - Оставь ее в покое! - плакала Сьюзен, ее цепи звенели, когда она пыталась освободиться. Но когда Локонс встал, в его руках не было ножа или какого-то другого ужасного орудия ритуального жертвоприношения. В руках у него была косметичка. Локонс подмигнул им. - Не то, о чем вы подумали? Шоу-бизнес, дамы. Нам нужно, чтобы вы выглядели наилучшим образом для спектакля, если мы хотим, чтобы клиенты были довольны. А затем, на удивление умело, он начал наносить макияж на лицо Виктории. Она попыталась отвернуться, когда он пудрил ей щеки - что угодно, лишь бы отказать ему, - но у него была сила взрослого мужчины, и его хватка на ее подбородке была твердой. Как ни странно, привычный повседневный макияж помог успокоить ее охваченный паникой разум. Они ничего не могли сделать, чтобы остановить Локонса, это было ясно. Но... возможно, они могли бы замедлить его. Если бы они могли просто заставить его говорить достаточно долго, возможно, это дало бы Снейпу время понять, что они пропали. - Так вот как Вы это делаете, да? - спросила она сквозь стиснутые зубы. - Все Ваши книги. Это все просто... подделка? - Из твоих уст это звучит так просто, - ответил Локонс. - Это совсем не так, уверяю вас. Не многие волшебники могут использовать магию, необходимую для манипулирования воспоминаниями. - Ты просто... меняешь фрагменты воспоминаний, которые не подходят? - поинтересовалась Сьюзен. Неужели она ухватилась за идею Виктории? Это было хорошо - она оправлялась от шока, начинала собирать картину воедино. - Тогда зачем беспокоиться обо всем этом? Локонс перешел к нанесению теней для век. - Есть пределы, - сказал он, его голос был непринужденным. Как всегда, он был очень рад рассказать о себе. - Вот почему это требует тщательного планирования. Вы же знаете, что нельзя создать воспоминание с нуля! Его слова напомнили Виктории момент из «Завтрака с банши» - сюжетная дыра, которая ее никогда не устраивала. - Так вот почему Вы сначала отправились в дом детектива. Вы все время знали, что он банши, Вы были в этом замешаны с самого начала. - И боже мой, каким это было тяжелым испытанием, - произнес Локонс со вздохом. - У банши ужасно неприятный запах изо рта, вы знали? Не говоря уже об их плохом контроле над импульсами. Я никогда больше не буду с ними работать. - Но в конце концов ты предал банши, не так ли? - спросила Сьюзен, как раз в тот момент, когда Виктория поняла то же самое. Все это начинало обретать смысл. - Вот почему она сказала, что тебе это не сойдет с рук, как раз перед тем, как ты изгнал ее из башни. Локонс поморщился. - Крайне неудобное замечание. Я не мог избавиться от этого, независимо от того, сколько заклинаний забвения я наложил. И вот так в голове Виктории зародилась идея. Могут ли они испортить сцену Локонса, как это сделала банши? Если они все испортят достаточно сильно, возможно, ему придется начать все сначала, чтобы выиграть им больше времени. Закончив с тенями для век у Виктории, Локонс перешел к Сьюзен. Это было почти нежно, то, как он провел пористым камнем по ее лицу, стирая следы слез. Сьюзен свирепо смотрела на него, пока он работал. - Моя тетя обязательно поймает тебя, - прошипела она, ее глаза были полны отвращения. - Я надеюсь, тебе нравятся дементоры. - О, какой огонь! - воскликнул Златопуст. - Мисс Боунс, я не знал, что в Вас это есть. Это хорошо - это сделает сцену лучше. Но я бы не стал беспокоиться о Министерстве... они поймают своего преступника. - Хагрида, - сказала Виктория, поняв это. - На этот раз он Ваша банши. Локонс кивнул. - Именно так. Конечно, я понятия не имел о его прошлом, пока мистер Обскурус не рассказал мне об этом. Вот тогда все кусочки начали складываться воедино. - Ваш издатель знает? - недоверчиво спросила Виктория. - И помогает Вам? - Ну, конечно! - он взмахнул рукой, указывая на зал. - Вы вряд ли думали, что я смогу сделать все это в одиночку, не так ли? Для поддержания бренда требуется гораздо больше, чем один мастер. В конце концов, мы здесь делаем бестселлер. Если вам повезет, мы можем даже распродать двадцать тысяч копий! Она недоверчиво уставилась на него. В конце концов, все это было из-за... денег? - Я не могу поверить, что Вы причинили боль всем этим людям только для того, чтобы продать несколько книг. Вы чуть не убили Джастина! Локонс фыркнул. - Этот очень грубый мальчик, всегда смеялся на моих уроках. Ты же знаешь, я приложил много усилий к этим урокам. - Вы пытались убить Джастина потому... что он смеялся над Вами? - Виктория была ошеломлена. За все те долгие часы, что слизеринцы провели, размышляя о планах наследника, они ни разу не рассматривали возможность того, что выбор жертвы был продиктован чисто уязвленной гордостью. - А что насчет Колина? - спросила Сьюзен. - Он тоже смеялся над тобой? Локонс начал распутывать ее рыжие волосы из косы, пальцами встряхивая их. - Этот чертов мальчишка и его камера. Он снижал мои цены своими фотографиями, я просто не мог позволить этому продолжаться. На мгновение Виктория и Сьюзен просто потрясенно замолчали. Все это было так невероятно мелочно. - А я? - спросила Виктория, вспоминая свое отравление. - Чем я Вас обидела? - О, ты была просто очаровательна, - мягко сказал Локонс. Он посмотрел на нее с почти отеческой гордостью. - Из тебя вышла бы настоящая знаменитость. Но я боюсь, что каждой хорошей истории нужна девушка в беде. Виктория сердито посмотрела на него. - Обычно их спасают. Локонс ответил на ее пристальный взгляд веселым взглядом. - Ах, но, боюсь, критики предпочитают трагедии. - он закончил с макияжем Сьюзен. - Вот так. Теперь вам понадобятся ваши палочки для сцены, иначе все закончится довольно быстро. - он вернулся к Виктории и сунул ее палочку в петлю на поясе ее мантии. Но она была вне досягаемости, цепи не позволяли ей добраться до нее. - Не волнуйся, - произнес бывший профессор, увидев, как она натягивает цепь. - Сьюзен здесь должна быть в состоянии помочь вам. Как только у нее будет своя палочка, конечно. - он бросил палочку Сьюзен на каменный пол, и она нырнула за ней, но и ее палочка была вне досягаемости, ее пальцы едва могли коснуться рукояти. Пока Сьюзен пыталась достать свою палочку, Локонс подошел к ближайшей статуе, с которой свисала еще одна цепь, и привязал себя. - Поехали, дамы. Постарайтесь устроить достойное шоу. - он глубоко вздохнул. - Хагрид! - проревел он. - Тебе это с рук не сойдет! Его слова эхом разнеслись по пещере, и на мгновение их встретила только тишина. Но затем высоко над ними, где-то в темноте потолка, раздалась быстрая, дребезжащая серия щелкающих звуков. Сердце Виктории замерло. Она узнала эти звуки - она слышала их раньше, во время своего задержания в Запретном лесу... до того, как Локонс увел ее и Хагрида. Пришло осознание. Он не убегал, он пытался помешать им раскрыть его тайну. Щелчок приближался, быстро перемещаясь по потолку. Несомненно, это был звук акромантула. Просто так все умные мысли о том, чтобы испортить сцену Локонса, исчезли. Им повезет, если они продержатся пять минут. - Сьюзен! - кричала Виктория. - Твоя палочка! Поторопись! Но палочка Сьюзен все еще была вне досягаемости, и каждый раз, когда ее пальцы касались ручки, они отодвигали ее дальше. - Я не могу дотянуться до нее! - ответила Сьюзен со слезами. Акромантул был теперь достаточно близко, чтобы они могли слышать шорох его ног по сталактитам. - Тогда используй мою! - крикнула Виктория, поворачиваясь, чтобы вручить свою палочку Сьюзен, которая бросилась ее хватать. Сьюзен указала палочкой на оковы на своем левом запястье. - Алохомора! - сказала она, но ничего не произошло, чужая палочка сражалась против нее. Виктория дернулась, чтобы выхватить свою палочку обратно, натягивая цепи. - Дай ее сюда! - Сьюзен сунула палочку в руку Виктории. - Алохомора! - произнесла она, изо всех сил стараясь направить палочку на запястья Сьюзен. Кандалы распахнулись как раз в тот момент, когда с потолка упала огромная черная тень. - Берегись! Сьюзен нырнула в сторону, едва увернувшись от похожего на копье удара ноги гигантского паука, от силы удара каменный пол раскололся. Вид паука изгнал все рациональные мысли, и Виктория могла только кричать, когда он поднялся - он был массивным, размером с пони, и к тому же отвратительным, сплошь черные волоски и ноги, щелкающие клешни и темные, страшные глаза. Он встал на задние лапы, как будто испуганный ее криком, а затем бросился на нее. - Кейдер! - воскликнула Сьюзен, наконец-то найдя свою палочку, и паук замер. - Вот так, Сьюзен! - воскликнул Локонс. - Точно так, как я тебя учил! На одно безумное мгновение Виктория подумала, что заклинание сработало. Но ее надежды быстро рухнули: с неистовым сердитым щелканьем паук развернулся лицом к Сьюзен. - Виктория! - воскликнула Сьюзен. - Помоги! - Алохомора! Цепи упали, она была свободна. Паук встал на дыбы, чтобы ударить Сьюзен, Виктория взмахнула палочкой, ее разум рефлекторно перешел в правильное русло мыслей, и каменные шипы взлетели из земли. Камень сломался там, где ударился о хитиновую нижнюю пластину паука, не сумев пробить его броню, но паук завизжал, когда шипы подняли его в воздух, его ноги замахали в поисках поддержки. Сьюзен воспользовалась возможностью, чтобы отползти в сторону. - Сюда! - крикнула она, бегом направляясь к лестнице, ведущей вниз с холма, и Виктория скатилась вниз, чтобы последовать за ней. Ее правое колено пронзила боль в тот момент, когда она перенесла на него вес, но она стиснула зубы и заставила себя не обращать внимания. - Спасайтесь, девочки! - кричал Локонс. - Оставьте зверя Хагрида мне! Не потребовалось много времени, чтобы топот ног раздался позади них, спускаясь по лестнице. - Прыгай! - крикнула Виктория, и они вдвоем прыгнули вперед, преодолев последний лестничный пролет одновременно, приземлившись так сильно, что покатились вперед по каменистому полу. Сьюзен оглянулась, и ее глаза расширились. - Двигайся! Инстинктивно Виктория откатилась в сторону, от удара паук сотряс пол, приземлившись прямо там, где они лежали мгновение назад, достаточно близко, чтобы почувствовать его отвратительный, тухлый запах, как от испорченных яиц. Это было слишком близко. Паук ударил одной из своих лап, коготь зацепился за мантию Виктории, пригвоздив ее к полу как раз в тот момент, когда она попыталась убежать. Другая нога опустилась вниз, на этот раз целясь ей в грудь. - Перкуссио! - раздался оглушительный хлопок, такой громкий, что у Виктории зазвенело в ушах, и паук отпрянул от шума, бросившись обратно вверх по лестнице, как испуганная собака. - Он не любит шума! - воскликнула Виктория и резким движением взмахнула палочкой, повторяя заклинание. - Перкуссио! Они произносили заклинание снова и снова, наполняя пещеру эхом грома, но паук быстро понял, что звук не представляет реальной угрозы. После мгновения дезориентации его взгляд снова остановился на девушках у подножия лестницы. - Бежим! - крикнула Виктория, поворачиваясь. - К лестнице! Они побежали обратно в туннель, проносясь мимо статуй пауков и направляясь к шахте, ведущей к палатке Локонса. Сьюзен тащилась впереди, боль в колене замедляла Викторию, и она ковыляла позади. Она оглянулась через плечо, ожидая увидеть паука, наступающего ей на пятки, но там никого не было. - Нет! - закричала Сьюзен, и Виктория резко обернулась, чтобы увидеть паука, свисающего с потолка, спускающегося по шелковой нити и приземляющегося прямо между ними и выходом. Их рывок к выходу был не так удачен. Они оказались в ловушке. - Что теперь? - спросила она. Виктория оглянулась. - Сюда, - она дернула Сьюзен за руку. - Давай, может быть, есть другой выход. Они побежали обратно к лестнице, намереваясь не подниматься на холм, а обойти его, надеясь вопреки всему, что темные края пещеры скрывают выход. Паук бросился за ними, его огромная форма набирала обороты, как Хогвартс-экспресс. - Он нагоняет нас! - воскликнула Сьюзен. Не сбавляя скорость, Виктория ткнула палочкой в потолок. Каменные сталактиты превратились в лед, еще один щелчок, и лед начал обрушиваться вниз, как копья, каждое из которых с оглушительным треском отламывалось от потолка. Паук взвизгнул, - было ли ему больно или он просто разозлился?- но Виктория не осмелилась оглянуться. Ее магия выиграла им несколько драгоценных секунд. Они дошли до конца туннеля, где он выходил в пещеру, и свернули направо, стараясь держаться поближе к стене пещеры. - Люмос! - произнесла Виктория, освещая путь вперед. Виднелись только скалы: не было никаких потайных туннелей, ведущих из пещеры, никаких лестниц, которые могли бы привести их к скрытым выходам. Хуже того, почва вокруг края была настолько неровной, что по ней было невозможно пробежать, что заставляло их карабкаться между выбоинами и высокими сталагмитами, торчащими из земли. Голос Локонса эхом донесся с вершины холма. - Я свободен! Держитесь, девочки, я иду! Сьюзен втащила Викторию на высокий плоский валун, ее мантия порвалась, зацепившись за зазубренный кусок скалы. - Здесь ничего нет! Единственный выход на другой стороне, где паук! Виктория в смятении огляделась вокруг, воспользовавшись их положением. Сьюзен была права: насколько она могла видеть, каменная стена просто огибала пещеру, образуя сплошной, непроницаемый барьер. Но должен был быть другой способ. Локонсу удалось проложить маршрут, не так ли? - Если выхода нет, нам просто придется его найти, - ответила Виктория, и в глубине ее сознания зародилась идея. - Но мне нужно время, чтобы поработать. Время было единственной вещью, которой у них не было. Локонс спускался по лестнице, как ни в чем не бывало, и тут паук выскочил из туннеля. Его панцирь треснул там, где лед ударил его сверху, но он был в основном невредим и, судя по шипящим звукам, которые он издавал, был злее, чем когда-либо. - Одна минута, - сказала Виктория, глядя Сьюзен в глаза, - это все, что мне нужно. Сьюзен направила свою палочку на паука, который пытался перелезть через большой валун, он был слишком большим, чтобы пролезть в щель, через которую проскользнули девочки. - Я постараюсь. Виктория отвернулась от паука лицом к стене пещеры, пытаясь заглушить звуки того, как Сьюзен накладывает проклятие за проклятием. Это должно быть ее лучшей трансфигурацией на сегодняшний день. Ее палочка двигалась, как кисть художника, рисуя высокую арку в стене, камень контура трансформировался в деревянную раму. - Фурункулус! - воскликнула Сьюзен. Медленный, обдуманный поворот ее палочки наполнил арку деревянными планками. - Ничего не работает! - кричала она. - Таранталлегра! Все просто отскакивает! - палочка Виктории задвигалась быстрее, и из деревянной поверхности выросла металлическая ручка. Все, что ей сейчас было нужно, - это несколько петель. - Виктория! Она рискнула бросить взгляд в сторону, это зрелище почти заставило ее замереть от страха. Паук был почти рядом с ними, пытаясь протиснуться в узкую щель между двумя сталагмитами, как только он пройдет, его уже ничто не остановит. Локонс шел чуть позади, осторожно пробираясь между камнями. - Я почти закончила, - сказала Виктория. - Тебе нужно что-то более мощное! - Есть одно заклинание, - ответила Сьюзен неуверенным голосом. - Я слышала, как тетя Амелия говорила об этом, когда думала, что я сплю. - Используй его. Челюсть Сьюзен сжалась в мрачном выражении. Пылинки зеленого света начали собираться вокруг ее палочки, и воздух наполнился тяжелым, чуждым чувством страха. Она выставила вперед свою палочку. - Авада Кедавра! Вспыхнул зеленый свет, раздался грохочущий звук, похожий на приближающийся поезд, паук завизжал, в ушах Виктории зазвенело от его ужасного крика боли, а Сьюзен была сбита с ног, кровь текла из ее носа, глаз и ушей. - Этого нет в сценарии! - крикнул Локонс. Впервые за этот вечер в его голосе прозвучала злость. Виктория закончила с петлями. - Алохомора! - закричала она, с силой тыча палочкой в дверь, которую она трансфигурировала, и она распахнулась. Теплый ветерок проникал через арку, а за ней был лес в сумерках. Позади них возобновился неистовый скрежет когтей по камню, какое бы заклинание ни наложила Сьюзен, оно не остановило паука. - Давай же! - Виктория позвала, но Сьюзен все еще сидела на полу с ошеломленным выражением лица, даже не пошевелившись, чтобы остановить поток крови. Виктории пришлось схватить ее за руку и поднять на ноги. - Мы почти выбрались! Она потащила Сьюзен через арку в лес. Потребовалась всего секунда, чтобы понять, где они находятся: на спуске с полосы препятствий, где горилла стреляла в них пушечными ядрами. Теперь он был окутан тьмой, но свет костра мерцал у подножия холма. Бах! Она инстинктивно пригнулась, увлекая Сьюзен за собой, мгновение спустя земля содрогнулась, и на нее посыпался град грязи. Горилла все еще была там! - Импервиус! - у Сьюзен все еще было отстраненное выражение лица, так что Виктория так же заколдовала и ее. - Мы должны бежать сейчас, хорошо? - сказала она, как раз в тот момент, когда внутри тоннеля раздался оглушительный треск - паук пробрался сквозь сталагмиты. - Вперед! Они бросились вниз по склону, не обращая внимания на пушечный выстрел, и бежали так быстро, что один неверный шаг мог отправить их кубарем вниз. Правое колено Виктории болело каждый раз, когда ее нога приземлялась, вся сила ее инерции обрушивалась на эту ногу, но она стиснула зубы и продолжала бег. Были вещи и похуже, чем ушибленное колено. Горилла заворчала, когда они приблизились, едва различимая в темноте, но явно приходящая в ярость. Виктория приготовилась преодолеть это, но потом ей в голову пришла идея получше. - Опуньо! - закричала она, произнося заклинание во второй раз за день, горилла бросилась в атаку, но не на девочек. Виктория послала ее вверх по склону сражаться с Локонсом и пауком. Она еще не могла их слышать, но, конечно, они не могли быть далеко позади. Они вышли на финишную прямую полосы препятствий, прямую тропинку между деревьями, которая вела на вершину утеса. Оттуда будет короткий обратный путь к палаткам учителей. Виктория испытала облегчение. - Сьюзен, у нас все получится! Пробежка, казалось, несколько оживила Сьюзен. Она вытерла лицо рукавом мантии, ткань стала красной от крови. - Я не знаю, смогу ли я еще бежать, - произнесла она, и ее голос был пустым. - Я чувствую себя не очень хорошо... - О, но мы не можем остановиться сейчас, - ответила Виктория, - не сейчас, когда мы так близки к спасению! Давай же! Она потянула Сьюзен вниз по прямой, не совсем бегом - было очень трудно бежать и тащить кого-то одновременно, - но они двигались быстрее, чем шагом. Пока они пробирались к утесу, Виктория навострила уши, ожидая первых звуков погони. Ее тело было напряжено в ожидании, что паук в любой момент может появиться из-за угла, но лес оставался странно тихим. Казалось, прошла целая вечность, но прошло не более тридцати секунд прежде, чем они миновали опушку деревьев и вышли на вершину утеса. С озера внизу дул сильный, прохладный ветер, и листья леса шелестели от его прикосновения. Виктория нахмурилась и оглянулась. По-прежнему не было никаких признаков Локонса или паука. - Неужели мы оторвались от них? - Может быть, - сказала Сьюзен. Она кивнула в сторону тропинки, которая должна была привести их обратно к палаткам учителей. - Или, может быть, он ждет нас там, наверху. Такая возможность не приходила Виктории в голову. Внезапно перспектива возвращения в лагерь перестала быть такой заманчивой. - Как насчет искр? Снейп может их увидеть... - Или Локонс, - ответила ее подруга. - Что, если мы спрячемся в лесу? У нас все еще есть... Раздался треск. Внезапно Локонс оказался рядом, а паук маячил у него за спиной. С его прибытием всякая надежда исчезла. На открытом месте паук выглядел еще больше, и Виктория сразу поняла, что бежать нет смысла. Теперь не было ни скал, ни узких проходов, которые могли бы замедлить его движение. Локонс посмотрел на них с выражением нескрываемого разочарования. - Вы испортили мой финал. Но неважно... нет ничего такого, что я не мог бы исправить во втором черновике. Единственным оставшимся выходом было сражаться. Виктория угрожающе подняла палочку. - Не подходи! - Не говори глупостей, - произнес Локонс. - Я не могу похвастаться своими боевыми навыками, но я все еще могу победить второй курс. Время для вашего трагического конца пришло, мисс Поттер. - Нет, подожди! Но бывший профессор закончил разговор. - Экспульсо! Она ничего не могла поделать. Его заклинание обхватило ее за талию, дернув назад, как веревка. Она летела по воздуху, крик сорвался с ее губ, - а затем она оказалась над краем утеса, стремительно падая вниз к скалистому берегу озера. Ее разум застыл в ужасе, в неверии, крики эхом отдавались в ее мыслях. Это был кошмар, она желала проснуться как можно быстрее, но земля неслась к ней навстречу. Виктория протянула руки, долгий крик все еще рвался из ее горла, но камни упрямо приближались. Она врезалась в землю с хрустом костей. Ее руки оказались сломаны, невероятная боль едва ощущалась прежде, чем ее голова с треском ударилась о камни, сила удара ослепила ее. Была только боль, раскаленная добела, наполняющая все ее существо, поглощающая каждую мысль, каждое чувство. Время остановилось, одно мгновение агонии растянулось на целую вечность. И все же она терпела. Избавление смертью не пришло, мучения продолжались, и сквозь туман боли вернулось осознание. Оно возвращалось медленно, как пробуждение от долгого, глубокого сна, полусформированные мысли ненадолго всплывали над болью прежде, чем снова раствориться. "Жива... Как?.. Не могу пошевелиться..." - с этой мыслью сознание вернулось. Вода плескалась о ее изломанное тело, прибывая и убывая со звуком волн, разбивающихся о берег. Ей потребовалось титаническое усилие воли, чтобы открыть глаза и оглядеться вокруг. Она была распростерта на неровных, зазубренных камнях. Над ней возвышался высокий утес, а над ним - полная луна. Вода, которая образовалась вокруг нее, была темной от крови, каждая новая волна окрашивала чистую воду заново, и ее палочка качалась в воде рядом с ней, каким-то чудом не сломавшись. Казалось, что каждая кость в ее теле была раздроблена, но она была жива. Никогда еще она не была так благодарна своей магии. «Спартанский напиток» достаточно укрепил ее тело, придав ей силы пережить падение. С ней все будет в порядке. Локонс думает, что она мертва, он не придет за ней. Все, что ей нужно было сделать, это ждать, и в конце концов кто-нибудь найдет ее. Откуда-то сверху донеслись крики девушки. Ее мысли все еще были вялыми, потребовалось некоторое время, чтобы звуки зафиксировались в сознании Виктории, и еще больше времени ей потребовалось, чтобы определить их происхождение. "Сьюзен..." - вспомнила она. Ждать было нельзя. Сьюзен нуждалась в ее помощи. Ее рука поднялась, дрожа от усилия, и новая боль пронзила запястье, когда кость заскрежетала о кость. Это было слишком - ее рука упала обратно на землю, силы иссякли. Она не могла ничего сделать. Это было слишком больно. Она была слишком слаба. Непрошеный образ пришел ей на ум: видение, которое она увидела в Зеркале Еиналеж, о себе, как о могущественной ведьме. Дамблдор сказал ей отбросить эту мечту, но даже сейчас этот образ взывал к ней. Стала бы ведьма в зеркале ждать спасения, пока ее подруга была в опасности? Стиснув зубы, превозмогая боль, она практически перекинула руку через себя. Ее рука опустилась на палочку, ее пальцы дрожали, когда они сомкнулись вокруг рукояти. Ощущение родного дерева согрело ее, и пальцы перестали дрожать, когда они остановились на гладких выступах, оставленных на древесине многими часами использования. Еще один крик эхом разнесся среди ночи, более долгий и ужасный, чем предыдущий. Виктория в нерешительности посмотрела на вершину утеса. Локонс был там, наверху, и паук. Что она могла сделать, на самом деле, чтобы помочь Сьюзен? Разве она уже не постаралась изо всех сил? Никто не стал бы винить ее, если бы она сейчас сдалась. Даже если бы ей каким-то образом удалось взобраться на скалу, Локонс наверняка убил бы ее, и Сьюзен оказалась бы в точно такой же ситуации. Раздался третий крик прежде, чем он резко смолк. Викторию охватило чувство вины. С душераздирающим рыданием она вспомнила дверь своей спальни в доме Сьюзен, на которой было написано ее имя на табличке с вырезанными кошками и змеями. Сьюзен сделала это только для нее. Они были лучшими подругами, Сьюзен - единственный настоящий друг Виктории. Как она могла теперь оставить ее на растерзание Локонсу? Как бы она смогла посмотреть мистеру Боунсу в глаза, если бы сделала это? Но она боялась. Она не хотела умирать. Храбрость имеет основополагающее значение. Так сказал Дамблдор, но Виктория не была храброй. Конфронтация никогда не была ее сильной стороной. Было намного проще просто сделать так, чтобы все были счастливы, идти навстречу ветру, а не противостоять ему. Вот так она выросла. Она не была похожа на Дамблдора или Тома, ей просто не хватало их силы воли. И все же Дамблдор сказал важную вещь: «Храбрость - это чистейшее проявление воли, решение пренебречь риском и болью в неустанном стремлении к цели». К ней пришло понимание, урок, который она усваивала весь год, наконец-то был понят. Действия имели значение. Сила воли - это не то, чем вы обладаете, она предназначена для немногих избранных, которым она была дарована. Сила воли - это то, что ты решился сделать. Она могла быть у любого, все, что ему нужно было сделать, это принять решение. Точно так же, как она приняла решение плакать стальными слезами. Виктория решила спасти Сьюзен. Ее хватка на палочке усилилась. Она знала, что должна была сделать. Заклинание вырвалось из Виктории с высоким, пронзительным криком, который расколол ночь, чистая сила ее магии сотрясла берег, наполнив воздух запахом озона. Ястреб-тетеревятник наконец подчинился ей. Земля загрохотала, а затем она начала подниматься в воздух, ее изломанное тело покоилось на платформе из движущегося камня. Когда она поднялась на утес, заклинание разорвало его скалистую поверхность, вырывая огромные валуны, которые вращались вокруг нее, как планеты вокруг звезды. Она взобралась на край утеса и увидела Локонса, стоящего с палочкой у виска Сьюзен, а акромантул стоял на страже рядом с ним. - Оставь ее в покое! - прокричала Виктория. Он повернулся к ней лицом, его лицо отразило настоящий шок. - Как, черт возьми, ты выжила? - он покачал головой. - Ты действительно очень раздражаешь, ты знала об этом? Теперь мне придется снова изменять воспоминания Сьюзен. Гнев наполнил Викторию от его признания. Как он смеет копаться в сознании Сьюзен? Как он смеет стоять там, как ни в чем не бывало, не выказывая даже намека на сожаление? Она закричала от ярости, выставив вперед палочку; плавающие валуны полетели в Локхарта, как пушечные ядра. Его палочка взметнулась вверх. - Импервиус! Гигантские камни отклонились как раз в тот момент, когда собирались ударить его. Один приземлился на деревья с треском раскалывающейся древесины, другой отлетел назад, резко упав на берег внизу, но третий полетел вправо на акромантула. Он приземлился с оглушительным хрустом, раздавив паука своим огромным весом, и куски внутренностей и хитина разлетелись во все стороны от силы удара. Локонс уставился на мертвого акромантула, ошеломленный его внезапной кончиной прежде, чем снова повернуться к Виктории. Его лицо было суровым, теперь в нем не было никакого спокойствия. - Впечатляющее заклинание, - сказал он с горечью в голосе. - Но, в конце концов, большие камни - это все равно просто камни. Все кончено! Внезапно летающая платформа упала на вершину утеса, бесцеремонно сбросив Викторию на землю. Ее тело перекатывалось, как тряпичная кукла, каждое движение посылало новые волны головокружительной боли в ее сознание, а зрение померкло. Все, что она могла сделать, - это остаться в сознании. Локонс навис над ней. - Время опускать занавес, мисс Поттер. Она протестующе хрипела, не имея сил сопротивляться. Он поднял свою палочку. Но на вершине утеса с громким треском появилась женщина. Это была ведьма средних лет с квадратной челюстью, одетая в темную рабочую робу и с моноклем на одном глазу. В одной руке она держала волшебную палочку, в другой - медный колокольчик. - Локонс? - спросила женщина, нахмурившись, когда увидела его. - Где Темный... - она замолчала, когда ее взгляд упал на Викторию и Сьюзен. Ее челюсть сжалась. - Отойди от моей племянницы, Локонс. Виктории потребовалось меньше секунды, чтобы понять, кто эта женщина: Амелия Боунс, глава Департамента Магического Правопорядка и одна из самых могущественных ведьм в стране. Тетя Сьюзен пришла, чтобы спасти их. Локонс пятился от девушек. - Итак, Амелия, это не то, на что похоже. Мы просто... да, просто занимались немного продвинутой защитой от Темных Искусств. - Он... лжет, - произнесла Виктория слабым голосом. На лице Златопуста отразилось смятение. - Он... пытался... убить нас. Тот лишь нервно хихикнул. - Как драматично! Теперь, осмелюсь сказать, я немного напугал девочек... но уверяю Вас, все под контролем. - Амелия Боунс многозначительно посмотрела на Викторию. Должно быть, она представляла собой довольно впечатляющее зрелище, вся в крови и синяках, с костями, торчащими из ее кожи во многих местах. - Ах, да. Крайне прискорбный несчастный случай, - сказал Локонс. - На самом деле, я как раз собирался позвать целителя. Почему бы нам не обратиться с этим в Министерство, чтобы обсудить все с Министром... я уверен, что Ваша племянница может подтвердить мою историю. Но Амелия не выглядела убежденной ни в малейшей степени. - Не нужно идти с этим в Министерство, Локонс, - ответила она. - Министерство уже здесь. Кожу Виктории покалывало, волосы встали дыбом, когда воздух наполнился магией. Раздался характерный, похожий на удар хлыста призрачный треск - один, два, три раза, каждый раз с разных сторон, - а затем их стало слишком много, чтобы сосчитать, трески многократно отдавались эхом по всему лесу, как фейерверк. Их, должно быть, были сотни, каждый из которых был квалифицированным взрослым волшебником, звуки их прибытия сливались в рев, который разносился по склону, раскатываясь подобно грому. Прибыло Министерство. Позади Амелии появились две фигуры, обе высокие и с суровыми лицами. Виктория узнала в одном из них Руфуса Скримджера, главного мракоборца Министерства, с гривой рыжевато-каштановых волос и пронзительными желтыми глазами. - Министр в безопасности, мэм, - проговорил Скримджер. - Вы видели Темного Лорда? - Я подозреваю, что это ложная тревога, - сказала Амелия, не отрывая глаз от быстро бледнеющего лица Локонса. - Но не случайная. Руфус, отведите этого человека в Азкабан. Я думаю, мы нашли нашего темного волшебника. На лице Скримджера появилось хищное выражение. - Локонс, не так ли? Воистину, как пали могущественные. Ну, а теперь пойдем. Он щелкнул пальцами, даже не потрудившись воспользоваться палочкой - в мгновение ока Локонс был связан и подвешен веревками и с кляпом во рту, его палочка пролетела по воздуху в ожидающую руку Скримджера. Мгновение спустя они с треском исчезли. Амелия подошла к тому месту, где Сьюзен все еще стояла на коленях. Ее глаза все еще были остекленевшими в трансе. - Мракоборец Темз, присмотрите за Поттер. Я отправлю Сьюзен в больницу Святого Мунго. Другой мракоборец подошел к Виктории. Это был седой мужчина с длинными темными волосами и зельями на груди. - Вот черт, - произнес он, оглядывая ее с ног до головы. - Весьма респектабельная передряга, в которую ты попала. - Виктория только застонала в ответ, а мистер Темз рассмеялся. - Да с тобой все будет в порядке. Я видел и похуже на играх по квиддичу. Тем не менее, все пройдет намного легче, если ты будешь без сознания. Она даже не возражала. Вспыхнул красный свет, и темнота окутала ее.