Тёмный артефакт

Драко устал. До смерти устал жить. В кутерьме дел и всё больше растущих амбиций он самоуничтожался, ведя всё к логичному и даже желанному исходу. Ослепленный, он в глубине своей всё-таки ждал проблеск настоящего золота среди руин павших идеалов. Но в данный момент просто ждал. Не золото. Еще одну, на сей раз рыжеволосую проблему. Малфой стоял, облокотившись о стену, и глядел на вечерний Лондон, омывающийся осенним дождем. Несмотря на навес ближайшей лавки, защищающий от грубых громких капель, он слегка продрог. Руки, спрятанные в карманы черных брюк, были холодными. Где же эта выскочка Грейнджер? Опять засиживается в своем бездушном царстве? Поттер явно набрался ума за пять лет, но утонченности ему явно не хватает. Приставь он к нему кого-то менее выдающегося, тогда, очень маловероятно, но Драко не догадался бы о тайных мотивах золотого мальчика. Но Грейнджер… ммм, очевидность – второе имя. Он привык к подозрительности со стороны окружающих. Имя, растоптанное в грязи, до сих пор напоминало об исключительности, но теперь его произносили с интонацией «напоминаю тебе, что ты подонок». И Малфой не возражал. Он упивался этим первым взглядом на него, когда его представляли – смесью страха, отвращения и открытой неприязни. Так, как будто он лично замучил щеночка какого-то господина. Драко всё еще преследовали призраки прошлого, но он научился встречать их ухмылкой. Как старого гостя в холодной квартире без отопления. «Да, да, заходи, ты не скажешь мне ничего страшнее, чем я сам о себе знаю». Только в редкие моменты его демоны вырывались наружу, но тогда было лучше, если в радиусе двух миль не было ничего живого. Так и сейчас он успокаивал равномерным звуком дождя рокот внутри. Наплевав на Поттера, он мог бы уже сейчас найти артефакт и, наконец, забыться сном на одну короткую ночь, чтобы утром продолжить заново. Но он стоял здесь, тратя время. Шептал свою мантру. Мэнор, Малфой-мэнор, мэнор… Память подкидывала высокие тёмные своды, Пожирателей и Тёмного Лорда. Драко пытался ухватиться за одно единственное – кладбище на краю территории, его спокойную заброшенность, покосившиеся камни времен Вильгельма Завоевателя, на которых уже почти не различить имен. Наконец, на безлюдной улице показался зонт. Он закрывал лицо, но спешная походка и рыжая копна, спадающая ниже плеч выдавали неизменную Грейнджер. Наконец-то. Всего-то 23: 07. Зонтик почти приблизился к парадной, когда Драко очертил палочкой дугу: - Метео дурате. Капли тут же застыли над улицей, погрузив её в тишину и образовав над головой искрящийся от фонарей непроницаемый потолок. Грейнджер на секунду застыла, а когда убрала зонт, уже оглядывалась вокруг с палочкой наготове. - Добрый вечер, Грейн… В Драко тут же полетело оглушающее заклинание, которое он успел отразить. - Малфой… – удивленно прошептала Гермиона, распознав его. Он сделал шаг вперед, немного выходя к свету. Холодные и твёрдые черты лица казались острыми. Черной одеждой он почти сливался с брусчаткой. Только яркие мраморные глаза и волосы выдавали в нем человека, которого она когда-то знала. - Очень радушно, - он ухмыльнулся, заметив тот самый знакомый взгляд неприязни, - хотя другого от тебя я и не ждал. - Зачем ты здесь? – строгий тон заставил Малфоя поморщиться и тяжело вздохнуть. Всем всегда нужно объяснять. Как же он устал. - Уверен, что Поттер довел до твоего ведома, что у нас есть неотложное дело. - Да, и я поговорю с тобой завтра в своем кабинете. Да неужели? Внутри что-то протяжно взвыло от такого пренебрежения и высокомерия. Он боролся с тем, чтобы не поджечь её дом. Но как-нибудь в другой раз. Стоит запомнить эту идею. Драко сделал еще шаг вперед, оказавшись в метре от Грейнджер. - Разумеется. Когда будешь писать отчет об успешном завершении, - Малфой взмахнул палочкой, и прежде, чем дождевой поток снова упал вниз водопадом, он трансгрессировал, схватив Грейнджер за локоть. Они оказались в парке. Темные мокрые лужайки расходились в стороны, а над дорожками возвышались еще пышные, но уже пожелтевшие клены. Драко был уже на три шага впереди, направляясь к выходу из аллеи, когда услышал за спиной недовольные возгласы. Малфой остановился, но не обернулся, лишь покосив взгляд в сторону отстающей Грейнджер. Он держал над собой палочку, как зонт, наблюдая, как Мисс Лучшая Ведьма Вселенной промокала, в угрозе наставив палочку на него. Драко тихо злорадствовал. О да, позлись. Никто же не смеет так к тебе относиться. Это моё исключительное право. - У меня был плохой день. Еще хоть один шаг без объяснений, и я превращу тебя в лужу, - процедила она. Малфой мысленно поставил галочку в её характеристике – срываться на других из-за собственного дурного нрава. Или это был его список? Не важно. - И чем тебе это поможет, Грейнджер? - Ничем. Но мне будет приятно. Может, даже пару раз случайно наступлю, учитывая радость, которую ты привнёс своим нежданным появлением. Он обернулся, и наклонив голову, процокал языком: - У котёнка появились зубки. – почему-то его порадовало это открытие, хотя он скорее насмехался. - Куда ты меня перенес?! - Уэмбли, парк Эдварда VII. - Мы будем искать артефакт здесь? - Не здесь. И пока ты изучала моё досье, я уже нашел. - Откуда ты знаешь про до… - Так всё-таки изучала? – улыбка заиграла на лице Драко. И всё-таки что-то осталось неизменным. Было приятно поддевать Грейнджер. Как будто снова оказаться дома. – О, не нервничай. Если долго сидеть в тепле за чьей-то спиной, теряешь сноровку. - Это я сижу за чьей-то спиной?! Кто бы говорил. Твой отец… - Не смей! – Малфой повысил голос. – Мой отец не имеет никакого отношения, - прорычал, сдерживая накатывающее раздражение. Но глянув на промокшие волосы и одежду гриффиндорки, поубавил свой пыл. Что с неё взять? Маглорожденная, тщеславная и сующая свой нос в чужие дела гриффиндорка. Она выглядела откровенно плохо в юбке до колен и старомодном жакете. Ситуацию спасали разве что ботильоны на каблуке, но дрожащие то ли от озноба, то ли от злости губы слились в тонкую полоску, накидывая возраста. - Что ты собираешься делать? - Выпить. А дальше посмотрим. Тебе, впрочем, тоже не мешало бы. - И ты притащил меня сюда, чтобы развлечься?! – палочка была угрожающе наставлена в грудь Малфою. Святой Мерлин, где закончили – там и начинаем. - С тобой? Вряд ли получится. Гермиона метнула заклятие, которое прошло в метре от слизеринца. - Ради Салазара! Ты что творишь, сумасшедшая?! – он дрогнул, пытаясь отклониться. Драко был уверен, что, как и в школьные годы, это были простые, ничего за собой не несущие угрозы. Но нет. Пора было заканчивать. Гермиона была зла: - Еще одна колкость в мою сторону – и все твои рекомендации и заслуги превратятся в ничто. Я лично разнесу их в клочья росчерком своего имени. - Ну Грейнджер, я удивлен. Неужели самая справедливая и честная девочка превратилась в того, кого всегда презирала? - Ты не представляешь, через что я прошла. И если мне придётся немного приукрасить, чтобы поставить твою павлинью задницу на место, я это сделаю! – Ну да, а теперь посмотри на себя, - Драко окинул её взглядом с ног до головы, - и возьми себя в руки. Иначе я правда буду разочарован. - Да кто ты такой, чтобы указывать мне! – Гермиона приблизилась с неутолимым желанием занести кулак и сломать ему нос. - Экспелиармус! - палочка гриффиндорки отскочила прямо в руки Малфою. Её выражение лица в этот момент он мог бы использовать для вызова Патронуса. Раскрасневшееся от негодования, шока и беспомощности – мёд на душу. – Так-то. Веди себя хорошо – и получишь обратно. Теперь за мной. Меньше эмоций. Драко почти услышал за спиной сдерживаемый вой отчаяния, но угроз больше не поступало. Он ровно шагал к главной арке парка, слыша за спиной торопливый стук каблуков. Нечаянно бросая взгляд за спину, он следил, как девушка, насупившись и обняв себя руками от холода, семенила за ним. Перейдя улицу и завернув за угол, они зашли в паб. Сразу окатило теплом и гамом. Посетителей было чуть меньше, чем обычно, но всё равно музыка не могла заглушить неумолкаемые голоса, и люди толкались, то и дело соприкасаясь локтями и бормоча извинения. Втиснувшись между двумя магами, Малфой крикнул заказ бармену. Те начали супиться и поднимать голос, но увидев платиновую макушку, а тем более столкнувшись с холодными глазами, выказывая молчаливое недовольство, устранились. Драко это нравилось. В его положении презираемого изгоя есть преимущество – соблюдение личного пространства. Грейнджер уселась рядом, и Драко бросил её палочку на столешницу. - Приведи себя в порядок. И не истери больше. Грейнджер тут же схватила палочку, как самое дорогое сокровище и применила осушающие чары. - Я тебе этого не забуду, - пробурчала она. - Уверен в этом. Но давай начнём заново, - начал Малфой, когда перед ними поставили два бокала огневиски. Он хотел продолжить, но Гермиона тут же приложилась к стакану, выпив залпом и крикнув «Еще!». Драко застыл с бокалом в руке, глядя на такое отчаянное зрелище. – Кхм, может, я и ошибался. - Что? – подавив слёзы от обжигающего напитка, Гермиона повернулась в его сторону. - Мы с тобой весело проведём время. Итак, ты уже успела углубиться в суть? Или каждый раз объяснять с начала? - А ты каждый раз забираешь у девушек палочки, чтобы пригласить в бар? – решила съязвить Грейнджер. - Нет, они сами готовы их отдать за это, - он подмигнул бровями и расплылся в самодовольной улыбке. Гермиона проглотила его слова, взяв второй стакан: - Вероятно, два месяца назад из поместья Гринграсс была похищена серебрянная монета, о пропаже которой было заявлено меньше недели назад. И здесь уже несостыковка, что наталкивает нас на мысль о том, что либо пропажу хотели утаить, либо причастен кто-то из ближнего круга семьи. Ты уже говорил с ними? - Разумеется, нет. - Но зато успел испортить мне настроение. Большего я от тебя и не ожидала, - Грейнджер самодовольно сделала глоток. - Что ты знаешь о домах чистокровных магов, Грейнджер? - Ты про подземелья, где пытают менее благородных? – Гермиона с вызовом приподняла подбородок, прижав правую руку к телу. – Или о темницах, куда сажают тех, кто осмелился вам противоречить? Малфой пытался выдержать этот взгляд, полный давней боли и страха, в медовых крапинках которого затаилась как червоточина, уязвленная гордость. Он помнил. Помнил слишком отчетливо, чтобы отмахнуться или ответить колкостью. - Нет. О традициях коллекционирования. - Чего? Черепов умерших от пыток, из которых вы строили стены поместий? Во имя Салазара! Это уже слишком. Что в голове у этой девчонки? Суеверия и мрачные сказки. Мы же не в 13-ом веке. Драко, скрипя зубами, равномерно объясняет: - Нет. Темные артефакты, как и черепа, - часть наследия. - Использовал как игрушки в детстве, наследничек? – язвительно усмехается Гермиона, отчего скулы Малфоя сводит в раздражении еще больше. - Грейнджер… – он уже рычит. Эта рыжеволосая стерва точит его упрёками, будто играя с огнем. – Чем больше ты говоришь в таком духе, тем более выказываешь свою некомпетентность и необразованность. - Чем больше ты будешь делать вид, что тебя это больше не касается. - Больше нет. Не касается, - прошипел Драко ей в лицо. Между ними играют искры неприязни. Одна искра в такой близости – и они вцепились бы в шею друг друга. – Так и передай Поттеру, когда он снова вызовет тебя по команде, как свою верную ищейку. Гермиона замахивается для пощечины, но Малфой перехватывает её руку. Её глаза кричали о ненависти, и пускай она сдерживала этот порыв, он видел, как много она хотела сказать. И Драко позволяет себе проникнуть в её сознание. Девушка пытается вырвать руку, но он не отпускает, сжимает крепче. Он ясно увидел воспоминание о сегодняшней встрече с Поттером. Переплетенные руки, а затем разнимающиеся пальцы от просьбы. Он угадал. Усмешка, и он легко высвобождает рыжеволосую, которая за секунду не успела осознать невербальную легилименцию. Быть Слизеринским принцем неплохо, когда названный дядя Северус так талантлив в чтении мыслей, а тётя Беллатрисса учит окклюменции. Гермиона делает еще один глоток, пряча свои раскрасневшиеся щеки. - Я не намерена терпеть твоё общество ни секунды больше. Говори, иначе я ухожу прямо сейчас. - Не спеши. У нас есть еще приблизительно двадцать минут до того, как появится Розье-старший. Лицо Гермионы стало бледным. Один из Пожирателей Смерти. - Как он причастен? - О, неужели тебе стало интересно? – скосив острый взгляд и нарочно растянув паузу, Малфой сделал небольшой глоток. – Спрашивать Гринграссов бесполезно. Дафна замужем и из большой любви к семейству посещает поместье два раза в год. Остаются Гарет и Астория. Астория, мягко сказать, отстранена от дел, в силу обстоятельств. Старший Гринграсс работает в Отделе Тайн, отчего какая-то маленькая безделушка ему явно безразлична. Благо, что он вообще заметил её отсутствие. Как он сам заметил – довольно случайно. - Но сбрасывать их со счетов совсем – явно не стоит. Малфой скептически поморщился. - Как хочешь. Но я обратил внимание на их посещения через сеть каминов. Статистические регулярные визиты в малом количестве. Такие семьи ведут весьма закрытый способ жизни. Но несколько выбивалось. Например, семейство Кэрроу и Харпер-старший… - И Уильям Розье. Он бывал там раньше? – Малфой кивнул. – И, разумеется, видел коллекцию. Знал, где именно искать, - тот кивнул еще раз. - Что с защитными чарами? - Мэнор – это обитель. Какой ты аристократ, если тебя можно обчистить в собственном доме? - Ты хочешь сказать, что эти убийственные «безделушки» вообще не охраняются?! – Грейнджер захлебнулась возмущением. - Не совсем. Но не так, как ты думаешь. Они сами по себе опасны, так что никому и в голову не придет их трогать, чтобы не схлопотать пожизненную порчу. - Мерлинова борода! Ладно. Как он может использовать монету? – вот оно, Гермиона начала думать. - А вот это куда занимательней. Гринграсс не поделился такими сведениями. - Ради Годрика, да что с вашим видом не так! Вертливые, как… - она искала самое подходящее сравнение, но смутилась, выпалив очевидное. – как… змеи. - Мы знаем, какова цена секретов. И сколько галлеонов за них можно получить, просто сохраняя молчание. - Малфой положил на стойку несколько серебрянных сиклей: - Пойдем. Пора. Гермиона резко встала и тут же пошатнулась, вцепившись пальцами за стойку. - Ты серьезно? – Драко неверяще уставился на неё. Все планы коту под хвост? Два бокала, и мы идём домой пьяненькие? - Я… я нормально. - Если меня убьют сегодня, мой призрак пожалуется на тебя Поттеру. Гермиона не сдержала нервный смешок, но отлипнув от опоры, на ватных ногах поплелась вперёд, пытаясь держаться ровно. Малфой лишь закатил глаза. За что мне всё это? Зря распинаться полчаса, подставляться, когда можно было быть эффективней, надеясь только на свои силы. Они вышли на холод, и, хотя дождь прекратился, в воздухе ощущалась густая влажность, будто с минуты на минуту, беззвездное небо снова рухнет осадками вниз. Малфой шел впереди, повернув с главной дороги несколько раз. - Что ты вообще собираешься делать с Розье? Какой план? Ты же не надеешься, что вы поговорите по душам, и он из кармана достанет монетку в знак дружбы, - Гермиона понемногу приходила в себя, и на её лице Драко замечал всё более глубокий мыслительный процесс. Он видел её такой на уроках, в тёплых карих глазах теперь была сосредоточенность. - Разумеется, Грейнджер, именно так я и хотел сделать. - Сейчас твой сарказм не уместен. - Куда уж. Ты стоишь здесь и не высовываешься, - Драко толкнул её в едва освещенный переулок, из которого просматривалась главная улица. Справа была невысокая живая изгородь из плюща, за которой высилась церковь, а слева неприметные двухэтажные домики. – Твоя задача следить, чтобы в меня не полетел Круциатус. Справишься? Или это слишком много? - Нельзя отразить непростительные. - Отлично. Ты снова в форме. - Почему ты думаешь, что я буду тебя защищать? – на удивление спокойным тоном Грейнджер сказала очень трезвую жестокую вещь. Разумеется, этот человек - ни её друг, ни знакомый, ни даже питающий каплю уважения маг. Но Малфой впервые за вечер ответил искренне без зажимов и ухмылок. Его глаза приобрели настоящий оттенок – серая одинокая пустошь без иллюзий. - Я так и не думаю. Гермиона лишь кивнула, наблюдая как черный силуэт слизеринца отдаляется, выходя из тени.