Тени

— Поттер, — Гарри поморщился. Когда Панси злилась или нервничала, ее аристократичный акцент становился почти таким же ярким, как у Драко. — Если тебя не будет здесь через пять минут, я за себя не ручаюсь.    — Прости! Накладка с подарком, но я уже разобрался со всем, скоро буду. Открой мне камин в кабинете.    — Быстрее, Поттер. Я тебе этого не говорила, но Драко уже явно нервничает.    Гарри чертыхнулся, когда из трубки послышались гудки. Закончив подготовку подарка к транспортировке, Гарри наскоро помазал лодыжку мазью от растяжений, проклиная гребаную ступеньку, о которую он так неудачно запнулся утром.    Вообще весь день всё шло наперекосяк. Гарри был уверен, что у него всё схвачено: утром должна была прийти вторая часть подарка Драко, позже Гарри планировал спокойно собраться и прийти к Драко пораньше, чтобы помочь ему подготовить все к днерожденной вечеринке. Празднование планировалось в довольно тесном кругу друзей, потому что Драко не очень любил скопления людей и не мог чувствовать себя достаточно комфортно даже с приятелями. В прошлом году Панси не смогла его уговорить даже на малюсенькую вечеринку, и этот день Драко провел в одиночестве. Гарри тогда до самой ночи не мог найти себе места и порывался наведаться в квартиру Драко с поздравлениями, но так и не решился.    Драко запланировал небольшое празднование в своем домике на окраине Бейквелла, где буквально полгода назад они праздновали новоселье: дом был небольшим, но был много комфортнее, уютнее и лучше, чем малюсенькая квартирка в глубинах Косого, которую Драко снимал с тех пор, как мэнор конфисковали. К тому же Бейквелл, по скромному мнению Гарри, был одним из лучших мест для жизни: маленький город, утопающий в зелени и аромате цветов, хранящий старинные улочки и здания, не первый век радующие глаз. Если бы Гарри не боялся перемен так сильно, то, может, и сам бы обосновался здесь.    Уже ближе к обеду Гарри понял, что его заказ, судя по всему, приходить не собирается. На десяток писем в магазин, который должен был отправить Гарри заказ, он получил один ответ: «Доставка задерживается, извините за неудобства, завтра, может быть, все придет». Гарри впервые пожалел, что сделал заказ под липовым именем. Пришлось в срочном порядке выдвигаться в Косой, чтобы найти подходящий магазин и купить там все необходимое, желательно, максимально похожее на то, что Гарри заказал у недобросовестных продавцов еще неделю назад.     Из-за коварной ступеньки, о которую Гарри запнулся на входе первого же магазина, и рассеянности, по косому он хромал, что не прибавляло ни скорости, ни настроения. В двух первых магазинах не нашлось даже половины искомого, а время поджимало, так что Гарри позвонил Рону и попросил его помочь Драко с приготовлениями вместо него и сообщить, что Гарри немного задержится.    К тому моменту, как Гарри наконец нашел хороший магазин и собрал заказ, максимально похожий на тот самый первый, немного плавно перетекло в непозволительно много. Когда Гарри вернулся домой и поспешно переоделся, ему позвонила Панси: она была одной из немногих, кто в их компании пользовался телефоном. Гарри чувствовал себя ужасно уставшим, но его подбадривала мысль о том, что его страдания на сегодня уже, наверное, окончены. А еще ему не терпелось наконец увидеть и поздравить Драко, и посмотреть на его реакцию на подарок. Гарри хотел верить, что мучился он не зря.    Поблагодарив Блэков за такой огромный камин, Гарри собрал все необходимое и четко выкрикнул заученный адрес, бросая летучий порох под ноги. Круговерть решеток, скрывающих гостиные, кабинеты, кабаки, спальни и людей, занятых своей жизнью — и вот он уже видит знакомый кабинет и нервно притопывающую на месте Панси.    — Поттер! — Панси, явно собиравшаяся ругаться, забавно округлила глаза и бросилась помогать Гарри вытаскивать подарок. Здесь камин был куда меньше, потому провозились они долго, пыхтя и чертыхаясь. Гарри был весь покрыт пеплом и порохом, тогда как Панси осталась идеально чистой. Магия, не иначе. — Гарри, ты безумец. Он сойдет с ума от счастья.    — Думаешь? — спросил Гарри, покрываясь румянцем. Он верил, что Драко оценит подарок, но не мог не переживать.    — Знаю. А теперь живо в окно и стучись в двери, — Гарри уже развернулся к распахнутой створке, когда Панси остановила его. — Будто в грязи валялся, — скривилась она, взмахнув палочкой и обдав кожу Гарри неприятным покалыванием. Не очень нежно. Зато теперь он был чистым.    Приземлился Гарри удачно, однако ногу все равно прострелило болью. Во всей этой суете он уже и забыл о травме.    Доковыляв до входа, Гарри зажал кнопку дверного звонка. Шаги по ту сторону двери раздались почти мгновенно.    — Привет, — неловко улыбнулся Гарри, разглядывая Драко. Свет из прихожей подсвечивал его волосы, и казалось, что у Драко над головой сияет нимб. Простая свободная рубашка, брюки песочного цвета, намек на улыбку в уголках губ, поблескивающая сережка в ухе. Гарри не мог оторвать от него глаз.    — Привет, — так же тихо и робко ответил Драко.    — С Днем рождения.    — Спасибо, — намек на ямочки от едва заметной улыбки. И снова тишина.    Гарри не знал, что сказать или сделать. Он не мог прервать зрительный контакт, не мог выдавить ни одного бессмысленного по сути слова, не мог заставить сердце перестать так странно сжиматься в груди.    — Ура, Поттер наконец пришёл, и мы можем открыть подарки, — проворчал Тео за спиной Драко, вырывая их обоих из оцепенения. Гарри наконец вошел в дом, стараясь не хромать слишком заметно.    — Вы ждали меня, чтобы открыть подарки?    — Драко ждал, — ответил Тео с хитрым выражением лица.    — Все должны быть в сборе в священный момент вскрытия подарков, — серьезно сказал Драко, почему-то не глядя в сторону Гарри.    Войдя в гостиную, Гарри не успел даже рассмотреть украшения: каждый друг требовал отдельного приветствия, в том числе трогательно круглый живот Гермионы. Панси так профессионально сделала вид, будто они до этого момента не виделись, что Гарри даже усомнился, с ней ли бок о бок он только что боролся с камином в кабинете.    — Итак! Соревнование за звание лучшего друга или подруги великого Драко Малфоя объявляется открытым! — воскликнул Блейз, поднявшись. Панси и Тео захлопали, когда Драко закрыл лицо руками.    — Объяснитесь, — потребовала Гермиона. Прошлый День рождения Драко не праздновал, а до этого никто, кроме слизеринцев, еще не входил в категорию его друзей.    — Всё просто: кто дарит Драко лучший подарок, тот на год получает почетное звание его лучшего друга, — объяснил Тео, не обращая внимания на обреченный стон, что издал именинник.    — Это придумал не я, — со страданием произнес Драко, и Панси похлопала его по плечу.    — Это придумали мы в Хогвартсе. Тогда Драко… — Панси замолчала, заметив, как Драко едва заметно напрягся. — В общем, тогда мы не дружили между собой, а ожесточенно боролись за внимание Драко. Так и появилась эта традиция.    — И кто победил в самый первый раз? — спросил Рон, подкладывая Гермионе в тарелку тарталетки.    — Гойл, — ответил Блейз, зарабатывая удивленные взгляды почти всех присутствующих.     — Он подарил мне лимитированную версию «Моря в чашке», — ответил Драко чуть смущенно.    — Нерд, — фыркнула Джинни.    — Эй! У меня День рождения! И я не нерд! — тут же ответил Драко, вызывая у всех смех.    — Так, мы и так задержались, — Блейз красноречиво посмотрел на Гарри. — Я начну как победитель прошлого года — я подарил Драко лимитированную коллекцию инклюзов.    — Нерд, — тихо буркнула Джинни, и Драко показал ей язык.    Блейз тем временем вручил Драко небольшую черную коробку, украшенную голубой лентой. Драко с едва заметным нетерпением открыл коробочку, доставая из нее какое-то странное маленькое устройство с проводками.    — Это плеер. Почти такой же, как был у Парвати на Рождество. Я знаю, что Драко очень любит слушать музыку, так что…    — И в этой маленькой штучке можно хранить музыку? — с сомнением спросила Джинни, с любопытством глядя на аппарат, который Драко с блеском в глазах вертел в руках.    — Да. Много музыки. А выходит она через эти веревочки, их нужно засовывать в уши. Это называется вуш… наушники, — с заметным трудом все же вспомнил Блейз. — Мне помогли загрузить в него немного музыки.    Блейз тут же потыкал на какие-то кнопочки, хмурясь и пытаясь вспомнить, как это делал консультант в магазине. Приложив наушник к уху, он довольно улыбнулся:    — Попробуй, Драко.    С некоторой опаской, но заметным энтузиазмом, Драко засунул странные штучки в уши. Лицо его тут же озарилось удивленной улыбкой:    — Правда музыка! Вау! Спасибо! — достав наушники и бережно положив плеер в коробочку, Драко приобнял друга. Блейз сиял как новенький галеон.    — Ублюдок всегда знает, что дарить, — нахмурилась Панси, но не смогла долго сдерживать улыбку.    Луна и Джинни подарили огромный ловец снов, энергия от которого чувствовалась, даже если до него не дотрагиваться; Рон и Гермиона как самые зрелые в их компании (Гермиона так точно) подарили три набора бамбукового постельного белья, которому Драко обрадовался так, будто у него никогда не было ничего подобного; Тео подарил большой органайзер с автоматической сортировкой и чарами расширения — Гарри знал, что Драко любит рисовать, так что решил, что это было для его художественных материалов; Панси же подарила сертификат на очень внушительную сумму в магазин, про который никто из присутствующих никогда не слышал, но Драко выглядел растроганным до глубины души.    — Итак, Поттер, пришла твоя очередь удивлять нас, — Блейз задорно посмотрел на заметно нервничающего Гарри. Драко тоже смотрел на него с любопытством и легким нетерпением.    — Мой подарок… он в кабинете, — лицо Драко почти комично вытянулось от удивления.    — В моем кабинете? — Гарри кивнул. — Каким образом?    — Нет ничего невозможного для Гарри, — сказала Луна, заставляя Панси и Джинни рассмеяться. Гарри смущенно покраснел. По его мнению, слова Луны были далеки от правды.     — Давайте, пожалуйста, просто… — не договорил Гарри и, встав с диванчика, поковылял в сторону кабинета. Все пошли за ним.    — Давно ты хромаешь? — спросила Гермиона.    — Нет. Это ерунда, — Гарри отмахнулся и встал перед закрытой дверью. Драко, идущий прямо за ним, от любопытства едва ли не подпрыгивал. — Я не умею толкать речи, поэтому просто скажу, что надеюсь, что тебе понравится.    После этих слов Гарри открыл дверь и включил свет, проходя в комнату и отходя в сторону, чтобы не загораживать Драко обзор.    Первое, что бросалось в глаза, — это довольно большая прямоугольная клетка с выдвижным поддоном, заполненным морским песком для птиц; волшебным поильником, кормушкой и несколькими жердочками из неострых плодовых ветвей ивы; рядом стояли мешки с наполнителем, различными кормами, витаминами, украшениями для клетки, прутьями. Уже позже на глаза попадался небольшой бело-серый попугай с хохолком и черными глазками-бусинами. Он сидел на жердочке, с интересом разглядывая незнакомцев.    — Привет, — вежливо поздоровалась птица, переступая с лапки на лапку. За спиной Драко тут же вспыхнули разговоры и восклицания, пока сам Драко, кажется, даже дышать перестал. Гарри заволновался лишь сильнее: подобную реакцию можно было трактовать как угодно.    Он уже начал жалеть, что не подарил что-то более… приземленное.    — Попугай! — глупо воскликнул Рон и зачем-то добавил: — Белый.    — Это белолицая пестро-жемчужная корелла, — слабым голосом уточнил Драко, делая к клетке несколько неуверенных шагов. Джинни многозначительно фыркнула на подобную ремарку. Гарри же готов был взорваться от напряжения.    — Это девочка? — спросила Джинни, отталкивая брата от прохода.    — Мальчик, — сказал Гарри, не сводя глаз с Драко, что уже вплотную подошел к клетке, протягивая руку.    — Привет, — жизнерадостно повторила птица, перепрыгивая на более близкую к человеку жердочку.    — Привет, — нежно ответил Драко, просовывая палец через прутья и мягко поглаживая кореллу по голове. Попугай издал довольный клекот, ластясь к пальцу. — Какой ты красивый.    — Черт побери, я не стану в этом году лучшим другом! — страдальчески воскликнул Блейз, однако с интересом поглядывал то на птицу, то на Гарри. Взгляд его казался каким-то смущающе многозначительным.    — Ты можешь позже поменять что-то в клетке, сделать на свой вкус, или вообще все поменять на то, как тебе понравится. Я не стал много чего устанавливать, потому что это все же твой питомец, и…    — Гарри, — прервал уже почти бессвязное бормотание Драко и посмотрел на Гарри так, что у него сердце застряло в горле. — Спасибо. Это один из лучших подарков за всю мою жизнь. Я, кажется, вечность мечтал о таком попугае, как Космо.    — Ты уже и кличку ему придумал? — воскликнула Джинни.    — Ты назвал его Космо? — одновременно с ней спросил Гарри, безмолвно поражаясь тому, какой хриплый у него стал голос.    — Я думал над именем для своего попугая лет с четырнадцати, — усмехнулся Драко. От его улыбки Гарри хотелось разорвать на себе рубашку, а затем и собственную грудь, чтобы хоть немного облегчить давление под ребрами.    — Все, мы поняли, Поттер победил. И пока тебя еще реально оторвать от клетки, мы можем вынести торт, чтобы ты загадал желание, а потом покинул нас до конца праздника, общаясь со своим пернатым другом? — Панси улыбалась, глядя на Драко так, словно он был ее ребенком. Гермиона, кажется, испытывала похожие чувства. Гарри мог понять их. Драко одним своим видом вызывал у него желание о нем заботиться.    — Да… Да, давайте, иначе я и правда не смогу уйти отсюда.    — Привет, — снова поздоровался Космо, и Драко начал ворковать над ним, словно мама-наседка.    — Уводите его, пока не поздно, — засмеялась Джинни и вслед за остальными вышла из комнаты. Драко с тяжелым вздохом оторвался от клетки, и вместе с Гарри пошел на выход из кабинета.    — Подожди! — воскликнул Драко, и Гарри чуть не споткнулся на ровном месте. Он развернулся, вопросительно уставившись на Драко. Его неуверенное выражение лица запустило в голове Гарри бесконечное количество сценариев того, что Драко может ему сказать и чем это закончится. Самые безумные включали в себя помолвку прямо в дверном проеме кабинета.    — Можно я вылечу твою ногу? Я знаю хорошее заклинание. Не могу смотреть на то, как ты хромаешь, — Драко выглядел смущенным, пока крутил свою палочку в руке. Гарри был уверен в том, что Драко ни за что не навредит ему, так что лишь кивнул. Когда Драко взмахнул палочкой, пробормотав какое-то незнакомое Гарри заклинание, он ахнул от внезапной прохлады, окутавшей его ногу. На несколько мгновений она полностью онемела, а когда чувствительность вернулась, Гарри с любопытством пошевелился и пошагал на месте. Боль исчезла.    — Спасибо, — удивленно и благодарно сказал он, и Драко улыбнулся в ответ с выражением лица, что так и говорило «пустяки». После этого между ними повисла тишина. Гарри не знал, почему они продолжают стоять здесь, хотя их уже ждут друзья, но не мог сдвинуться с места. А еще он не мог объяснить себе, отчего он потеет так сильно, будто стоит в школьном коридоре в ожидании начала итогового экзамена по Зельеварению. — Ты уже знаешь, что будешь загадывать? — спросил Гарри, не в силах вынести это молчание.    Драко странно посмотрел на него и едва заметно улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. Время будто снялось с паузы, и парни, не сговариваясь, двинулись в сторону гостиной плечом к плечу. На ходу Драко ответил:    — Мое желание не меняется примерно с тех же пор, как я задумался над именем для моего попугая. Вряд ли оно сбудется, но я продолжаю его загадывать.    — Может быть, в этот раз оно все же исполнится? — спросил Гарри, с трудом перенося печальное выражение лица Драко.    Тот молчал так долго, что Гарри уже решил, что он не ответит, а потом задумчиво сказал:    — Может быть.   

*** 

  — Это просто кошмар! Все как будто сошли с ума! — Гарри кричал от раздражения. Он отбросил в сторону «Пророк», но тот, как назло, упал так, что Гарри прекрасно видел заголовок.    «БЕСПОДОБНЫЕ ТЕНИ ВСЕ ЕЩЕ СКРЫВАЮТСЯ В ТЕНИ. ПЯТЬ ВЕЛИКОЛЕПНЫХ НОВЫХ ОБРАЗОВ НИ НА ШАГ НЕ ПРИБЛИЗИЛИ НАС К РАЗГАДКЕ. КТО ЖЕ СКРЫВАЕТСЯ ПО ТУ СТОРОНЫ КИСТИ ДЛЯ МЕЙК-АПА?»    Мда, с заголовками у них всегда было туго. Зато фотографии были хороши: необычные макияжи можно было рассмотреть в деталях и повосхищаться вдоволь. Сама статья, правда, почти ничем не отличалась от десятков предыдущих. И это тоже бесило. Тени не оставили и шанса разоблачить их!    — Милый, по ощущениям, ты сошел с ума похлеще остальных, — ласково, как дурачку или ребенку, сказала Гермиона. Гарри надеялся хотя бы на второе. — Люди, по крайней мере, больше заинтересованы в их, согласись, невероятном таланте, тогда как ты зациклился на тайне личности. Ты уже почти так же одержим, как на шестом курсе, когда хотел раскрыть тайну Драко.    Гарри не стал говорить о том, что тогда он был прав. Эти слова всегда сопровождались воспоминаниями о сцене в туалете, которая иногда до сих пор снилась ему в кошмарах, но заканчивалась обычно смертью и Гарри, что стоял на коленях, весь в крови и слезах, обнимая безжизненное тело. А если учесть, каким прекрасным стал Драко сейчас и как сильно он нравился Гарри, вспоминать о таких мрачных временах не хотелось вовсе. Гарри и так знал, что никто ничего не забыл — прошлое невозможно просто перечеркнуть, нельзя вырвать как страницу из книги, но его можно оставить позади. И они оставили его там уже тогда, когда с восьмого курса Гермиона вернулась едва ли не лучшей подругой Панси Паркинсон и Теодора Нотта.    — Извини за сравнение, — искренне попросила Гермиона. — Но ты, правда, немножко выходишь из-под контроля.    Гарри тяжело вздохнул и поднялся, чтобы накрыть на стол. Он не мог поспорить со словами Гермионы, ведь она была права, а Гарри уже не был подростком, отрицающим все, что ему не по душе. Но и с собой он ничего поделать не мог. Тайна Теней стала его идеей фикс, и это раздражало. Гарри в целом бесило, что он был человеком, который и года прожить не мог, не зацикливаясь на чем-то. Первые два года после войны это были кулинарные шоу. Гарри готовил так много, что друзья порой заходили к нему просто чтобы поесть — не пропадать же еде.    — Ты ведь знаешь меня, Герми. Я не могу не думать о них. Я так ненавижу тайны.    — Ты мог бы записаться на сеанс и удовлетворить свое любопытство. От одного макияжа еще никто не умирал, знаешь? — Гермиона посмотрела так проницательно, что Гарри поспешил скрыться на кухне. Ему как раз нужно было взять салфетки.    Гарри никому не рассказывал про свое детство, Гермиона и Рон знали лишь то, что могли увидеть и додумать сами. Но Гермиона была очень проницательной и была Гарри как сестра, так что не удивительно, что она понимала чуть больше, чем кто-либо другой.    Гарри трусливо решил перевести тему.    — Напомни, кто должен прийти?     — Тео, Панси, Блейз и Невилл. Джинни и Луна снова отправились в поход, потому что Луна ждет вылупления каких-то очередных невидимых тварей.    — Приветик, — сказал Рон, выходя из кухни. Видимо, он закончил с поливкой цветов в саду и вошел через заднюю дверь. За ним плыла по воздуху вереница различных блюд, большую часть которых приготовил Гарри. Проходя мимо Гермионы, Рон поцеловал ее в макушку, и Гарри почти забыл, что хотел спросить. Но вопрос был слишком важным, чтобы забить на него.    — А Драко?    Гермиона абсолютно не умела врать. Её глаза тут же подозрительно забегали.    — Он занят сегодня.    — И чем же? — что-то в животе Гарри скрутилось в узел. Первой мыслью было, что Драко пошел с кем-то на свидание. У Гарри не было ни единой причины считать так, но глупое сердце думало вместо мозга.    Гермиона стала смотреть на притихшего Рона, что смотрел на нее в ответ. Раньше Гарри находил очаровательным то, как они умели общаться одними глазами, но сейчас это выводило его из себя.    — Эй!    Гермиона опустила взгляд, а Рон тяжело вздохнул.    — Дружище, послушай…    — Он, что, запретил мне говорить? — Гарри был задет до глубины души.    — Нет. Ты ведь знаешь, он никогда никому ничего не запрещает. Но он определённо не хотел, чтобы ты узнал, — Рон поджал губы и развел руками.    — Вы хоть представляете, о чем ваши слова теперь заставляют меня думать? — Гермиона беспомощно округлила глаза, а Рон испуганно посмотрел на нее. Кому как не им знать силу воображения Гарри и его привычку себя накручивать. — Вам остается только рассказать мне. Думаю, Драко будет более неловко, если при следующей встрече я спрошу у него, чем он был занят.    — Ты зря тогда отказался от Слизерина, — проворчал Рон недовольно, но было видно, что он сдался. Гарри не любил вынуждать кого-то что-то говорить или делать, но, снова же, он ненавидел тайны. И, когда дело касалось Драко, у него порой срывало тормоза. — У него встреча с отцом. Они разрешены раз в полгода в определенный день. И сегодня такой день.    Гарри глупо поморгал, чувствуя смутное облегчение и сильное недоумение.    — Я ничего не понимаю. Почему он не хочет, чтобы я знал, что он навещает отца в Азкабане?    — Ты ненавидишь Люциуса, — сказала Гермиона так, будто это все объясняло.    — Вы тоже, но вам он сказал!    — Это другое, — Гарри свирепо зыркнул в сторону Рона. — Наша история с Люциусом и наши потери не сопоставимы с твоими, Гарри. Трудно искренне ненавидеть кого-то, когда, грубо говоря, даже не разговаривал с ним ни разу. Хотя Люциус, конечно, редкостный ублюдок.    Гарри снял очки и потер лицо руками. Рон был прав, но это ничего не объясняло.    — Ладно, хорошо, я ненавижу Люциуса. Но почему Драко не захотел, чтобы я знал? Он ведь его отец, было бы странно, если бы Драко не навещал его, когда это возможно. Неужели он думает, что это как-то повлияло бы на мое мнение о нем?    — Ты ведь знаешь Драко, Гарри. Наверное, даже лучше, чем мы. У него в голове такой кошмар, что никто и никогда не может наверняка знать, о чем он думает.    Гарри прекрасно знал это. В школе никто не мог бы подумать, сколько на самом деле тараканов у Драко в голове. Он всегда был немного странным, но это не могло сравниться с тем, каким он был с друзьями и каким странным он стал после войны. Никто, кроме них, и представить не мог, насколько на самом деле Драко не уверен в себе, одержим странными идеями и мрачными мыслями. Да и они, пожалуй, знали далеко не все. Драко никогда не жаловался и предпочитал держать все в себе. Это всегда расстраивало Гарри, хотя в некоторой степени он был таким же.    — Я… — Гарри не был уверен в том, что собирался сказать, но его прервал рёв камина. Панси изящно переступила решетку, смахивая со своего черного платья невидимые пылинки. Стоило ей отойти, как из камина выглянул Блейз, тряхнув кудряшками.    — Всем добрый вечер, пахнет умопомрачительно, — сказал Тео. Панси поцеловала Гермиону в щеку и довольно посмотрела на стол.    — Поттер, сукин ты сын, если бы ты открыл свой ресторан, я бы заставила тебя сделать для меня столик с постоянной бронью, — сказала она, и Гарри улыбнулся. Искренняя похвала всегда пускала приятную щекотку и тепло у него в груди.    К сожалению, в этот раз чувство было смазанным из-за недавнего разговора. Гарри понимал, что тема закрыта, но он точно знал, что еще вернется к ней. Только в этот раз в личном разговоре с Драко.    Гарри отмахнулся от мрачных мыслей, когда из камина буквально вывалился Невилл.