Рыжая бестия.

***

      Натаниэль открыл глаза и уставился в потолок. Такой знакомый и в то же время чужой.       Он здесь, дома у Эндрю, вот уже месяц и, видимо, этот кусок недоделанный даже и не думает о том, когда отправить его домой.       С одной стороны Веснински нравилось не находиться около гребанного мясника отца и его работников, которые не прочь его изнасиловать в любой рандомный момент.       А с другой стороны он ждал, когда же то же самое сделает, собственно, сам Миньярд.       Потому что этот придурок поселил Ната у себя в комнате и после того, как его вынесли из подвала, они спят на одной блядской кровати.       И Натаниэлю искренне хотелось бы послать главу немецкой мафии на хуй и потребовать собственное помещение для жилья, вот только это бы доказало, что ему неловко находиться рядом с альфой с такими феромонами.       Именно поэтому рыжий парень молчал, как бы говоря этим, что вообще не считает Эндрю тем, кто мог бы до него дотронуться.       Натаниэлю надо было всего лишь повернуть голову, и его глазам тут же представало лицо Эндрю: он был бледный, со светлыми платиновыми волосами, которые сейчас, после сна, были в жутком беспорядке.       У этого парня были припухлые изгибы бледных губ, совершенно незаметные веснушки под глазами и на носу, которые можно было обнаружить лишь находясь вот на таком вот близком расстоянии.       И в такие моменты, когда Миньярд не представлял какой-то опасности, Нат мог спокойно сказать о том, что это всего лишь такой же человек, как и он сам.       Они, скорее всего, даже были одного возраста, ну, возможно, Эндрю и был его старше, но от силы на года три, не больше.       На такого альфу, скорее всего, вешается очень много красивых омег и бет. Жаль, что характер у него такой отвратный, что дольше одной ночи просто невозможно с ним находиться.       Откуда Натаниэль об этом знает? Все дни, что они живут в одной комнате, они очень часто общались, ели вместе и всё тому подобное.       Миньярд не расспрашивал его об отце, хотя и говорил, что цель нахождения здесь Натаниэля именно в том, чтобы рассказать всё о Натане Веснински — балтиморском мяснике, правой руке Кенго Мориямы.       Светлые ресницы задрожали и Нат тут же отвернулся. Улыбку Эндрю можно было почувствовать даже, блять, затылком.       — Разве твои родители не говорили тебе, что пялиться на спящего человека — это некультурно?       Рыжий парень закатил глаза, но поддаваться на такую манипуляцию от этого придурка он не собирался, так что решил просто никак на это не реагировать.       Откуда же он знал, к чему это приведёт?       Всë, что почувствовал Натаниэль, это как тело Миньярда на кровати начало двигаться, но он не придал этому значения, подумал, что тот решил собираться и уëбывать по своим делам.       А в итоге Веснински оказался в ловушке между главой мафии и кроватью.       Нат поднял бровь в вопросительном жесте, смотря на лицо нависшего над ним парня, а внутри молясь, чтобы этот придурок не решил совершить чего-то непристойного с ним. Натаниэль ему этого просто не простит.       Эндрю пялился на него своими сонными карими глазами, словно пытаясь что-то увидеть в его выражении лица, но Веснински оставался непреклонен.       — Неужели ты даже не пожелаешь мне доброго утра? Я не думал, что ты настолько бесчувственный.       Нат закатил глаза. И вот так вот постоянно.       Рыжему уже начинает казаться, что Эндрю — это просто ребëнок, который строит из себя взрослого вне этой комнаты.       Веснински улыбнулся. Правда, это была настолько саркастичная усмешка, что даже самый оптимистичный человек сказал бы, что это фальш.       В глазах Натаниэля стоял холод, по крайней мере, так думал он сам. Да и выражение лица Миньярда сменилось на какое-то хищное.       Словно он ждал, когда же добыча окажется достаточно близко, чтобы наброситься и съесть её полностью.       — Извини, но я могу пожелать тебе только удачно сходить нахуй.       Эндрю усмехнулся.       Рыжий знал, что Миньярд даже и не думал о том, чтобы надеяться на какой-то другой ответ.       Его, этого ненормального придурка, кажется взбудораживала и даже слегка возбуждала саркастичность и невероятное сквернословие.       Одна из ладоней хозяина этой комнаты начала поглаживать кудряшки Натаниэля, приятно зарываясь в них своими длинными пальцами.       Веснински всегда нравилось, когда его гладили по голове, это, отчего-то, всегда было ну очень приятно.       Нат даже прикрыл один глаз, но продолжал смотреть Эндрю в лицо.       Потом эта самая рука опустилась чуть ниже, исследуя кожу на щеках рыжего парня, проводя большим пальцем по огромному созвездию веснушек и парочки белых шрамов, которые выделялись на фоне основного цвета.       Сейчас Веснински так напоминал Эндрю кота, что его просто хотелось сжать в объятиях из-за того, насколько он может быть милым.       Вот только это желание было также похоже на то, что Миньярду хотелось придушить Натаниэля.       Он не сопротивлялся. Просто смотрел своими глазами, словно читал Эндрю как открытую книгу.       А потом, на удивление даже для себя, из уст главы мафии вырвались слова.       — Да или нет?       Натаниэль улыбнулся. Взгляд его глаз сузился, превращаясь почти полностью в кошачий.       — Смотря что тебе от меня надо.       Сказал он медленно, будто специально подбирая и обдумывая слова. Будто знал, как же сильно он мучает Миньярда.       — Подаришь мне утренний поцелуй?       Нат поднял одну бровь в вопросительном жесте, словно чего-чего, а уж такого он от Эндрю уж точно не ожидал.       Парень сделал какое-то задумчивое лицо, словно это был вопрос просто Вселенского масштаба.       — Ну уж нет, мечтай, придурок.       И в тот самый момент, как это слетело с его губ, он вывернулся из "ловушки" Эндрю.       Хозяин комнаты закатил глаза.       А чего, собственно, он ожидал от такого омеги?       Хотя, в этом-то и было все очарование Натаниэля Веснински — так легко Миньярд уж точно не смог бы его заполучить, он это прекрасно понимал.       Этот рыжий парень не был таким как все и никогда им не будет.       Если он добровольно и пойдет в кровать какого-то альфы или беты, то он будет полностью его.       Эндрю повернул голову, наблюдая за тем, как это рыжее недоразумение уже щеголяет по комнате в одной пижаме, которая ему не принадлежала, явно намереваясь отправится в ванную на утренние процедуры.       А Миньярд шмякнулся обратно на спину, все ещё наблюдая за Веснински.       — Рыжая бестия.       Беззлобно фыркнул он и принял сидячие позу. Вставать и идти по каким-то слишком уж важным делам сегодня не хотелось, но глава мафии прекрасно понимал значение слова "надо".       Миньярд встал с кровати и, конечно, первым делом ему стоило бы сходить в душ. В котором сейчас Натаниэль.       Очень плохие мысли залезли в его голову и...       Дверь в комнату, где были слышны звуки разливающейся воды, конечно же, была закрыта.       Жаль, конечно, что подобная мелочь ни разу в жизни не останавливала Эндрю.       Набор тонких отмычек у него имелся прямо тут на всякий случай. И вот, этот момент, когда он ими воспользуется, настал.       Достав их из ящика в прикроватной тумбочке он вернулся к двери.       Для рук Миньярда это было секундное дело: всего-то подковырнуть слегка — и вот дверь уже нараспашку.       Вот только он не увидел и частички голово тела.       Веснински стоял уже одетый, но с влажными после душа волосами у раковины.       — Повезëт в следующий раз.       И сразу после этих слов рыжий парень вышел, специально задевая плечом Эндрю — пусть этот отбитый на голову придурок знает, с кем связался.       Натаниэлю не раз и не два в своей жизни приходилось с ужасом наблюдать за тем, как кто-то входит к нему, пока он моется. Именно поэтому он прекрасно знал звук отпирающегося по волшебству замка.       Поняв, что собирается сделать эта светловолосая задница, Нат сразу же инстинктивно начал одеваться так быстро, как только мог.       "Пока горит спичка, или сгоришь ты, Младший".       Это тоже были игры Лолы, но, все же, хоть где-то это Натаниэлю действительно помогло.       Вот только что ему делать сегодня? Все дни до этого он не высовывался из комнаты, пока Эндрю работает, а еду приносили словно по часам.       Но он здесь уже месяц и не делать ничего так долго? Это будет мучительно для любого, особенно учитывая то, что у Веснински была неплохая форма, а терять её из-за самовлюблённого засранца он не хотел.       Он дождался, пока сам хозяин комнаты выйдет из душа, и конечно, этот придурок всего-лишь обернул полотенце вокруг бёдер, и то это выглядело так, словно оно держится на соплях.       Так он ещё и феромоны свои выпустил, как блин, некстати.       Но Нат усердно делал вид, словно все, что тут сейчас происходит, это их обычная утренняя идиллия, и ничего нового Эндрю не сделал.       — У вас тут есть гантели?       Эндрю вопросительно поднял бровь, тем временем как его руки обильно вытирали полотенцем светлые волосы на голове, пытаясь избавить их от влаги.       — Возможно, а зачем тебе?       — Не знаю, как ими пользуешься ты, но я просто не хочу терять форму.       Миньярд усмехнулся.       — Чего ещё извольте?       Натаниэль прекрасно понял по тону этого придурка, что это просто-напросто сарказм и стëб, так кто же он такой, чтобы не подыграть этому парню?       — Один миллион и яхту, пожалуйста. А ещё я не хочу видеть твоë.. Лицо. — парень приулыбнулся и закатил глаза, а потом решил сказать более серьëзным тоном. — Нормальную одежду, а то я уже заебался носить чужое.       Глаза Эндрю свернули каким-то странным огоньком. На лице расплылась странная усмешка, и чувствовал Веснински, ни к чему хорошему это не приведëт.       Но он всего-то надел свой дорогущий костюм и поспешно покинул комнату, как в жопу ужаленный. В принципе, ничего нового.       Нат закатил глаза и лëг на кровать в позе звездочки, совершенно точно даже и не предполагая, чем можно заняться в этой комнате ещё один день.

***

      Эндрю вышел из комнаты направляясь в свой кабинет, но сегодня он собирался закончить все свои дела пораньше.       Зайдя, он кинул лишь один взгляд на Кардана, который уже был здесь, хотя обычно опаздывал на несколько минут.       — Удивляешь, Нейджел.       Кардан закатил глаза. Он сидел на кресле из чёрной кожи, а сейчас развалился ещё больше.       Этот парень легко дёрнул рукой, показывая этим на часы и Миньярд посмотрел на них.       — Вообще-то, Эндрю, это ты меня очень даже удивляешь. Неужели всë из-за того рыжика?       Эндрю удивленно смотрел на часы в своём кабинете. Он в первый раз в своей жизни пришёл не вовремя: он опоздал на целых 10 минут.       Тем не менее, глава мафии даже с каким-то презрением посмотрел на лучшего друга.       — Не говори всякой чуши, Кардан Лорен Нейджел, на работе.       Темноволосый парень поднял руки на уровне плеч, как бы в знак полной капитуляции.       На его лице была слегка удивлëнная улыбка, ведь такая бурная реакция от Миньярда это не просто редкость — это как грëбанное 29 февраля.       — Воу воу, друг, успокойся. Это была просто шутка, тем более, ты реально какой-то странный в последнее время.       Эндрю почти зарычал, хотя он и сам не понимал своей злости, которая переполняет его при упоминании Натаниэля из чужих уст.       Наверное, взглядом его ореховых глаз в тот момент можно было спокойно заморозить всю преисподнюю за считанные минуты.       — В любом случае, омеги это не касается. Тем более, я до сих пор жду отсчёт и план на сегодня. Собираюсь закончить пораньше.       Миньярд сел за свой стол, который находился посередине комнаты, устроившись в большом чёрном кресле на колесиках.       Эндрю никогда не мог объяснить свою любовь к этому цвету, но буквально всë, что только можно было сделать чёрным, он делал.       Как будто хотел что-то кому-то доказать, но пока он не знал, кому и что.       И его самого потрясло то, что в его голове бродили мысли о том, что Натаниэлю стоит купить побольше вещей.       Больше цветных вещей. Наверное, этой рыжей бестье отлично подошёл бы кроваво-красный или небесно-голубой.       Из этих мыслей его вырвал Кардан, который буквально буравил Эндрю убийственным взглядом.       Миньярд моргнул и его зрачки наконец-то сфокусировались на парне, который стоял с планшетом и, видимо, озвучивал то, что совершенно недавно потребовал сам глава.       — Какого хуя ты меня не слушаешь? Эндрю, я всë понимаю, но сейчас твоя голова забита явно не тем, что нам надо заключить сделку о поставке фема. Ты должен присутствовать лично, сам понимаешь, работаем с Арне.       Эндрю кивнул.       — Во сколько и где?       Кардан закатил глаза. Его изумрудный взгляд так и говорил о том, как он зол на Миньярда за то, что он совершенно не слушал Нейджела.       — В 17:30, на трассе.       Миньярд вновь кивнул, и Кардан продолжил то, что им надо успеть за сегодня сделать.       На самом деле, список был не такой внушительный, каким его представлял глава, так что поняв, что сегодня всего две встречи с договором о перевозке фема и о разделе территорий, где недавно умер Джереон.       Подумав об этом, он даже слегка улыбнулся, но тут же начал внимательно читать бумаги, которые стоит подписать или еще что-то тому подобное.       — Кардан, сходи, пожалуйста, за кофе. О, ещё скажи Барбаре, чтобы купила что-то на выход. Типа, футболку, джинсы и нормальную обувь. Размеры я ей скину.       Парень удивленно уставился на своего лучшего друга, которого совершенно не узнавал последние недели.       Эндрю стал более мягким, что ли.       Но раньше выражение апатии не покидало его лица ни на секунду, взять хотя бы ту историю, когда этот паршивец взял трубку, пока трахал какую-то бету, и Нейджелу приходилось слушать не только беспристрастным голос босса, но и стоны.       А теперь он так бегает вокруг этого чертового Натаниэля Веснински, словно это дорогущая ваза его умершей матери.       — Сейчас всë сделаю.       Сказав это, чëрноволосый вышел. На лице Кардана было слишком смешанное выражение.       Какого хрена происходит с Миньярдом? Почему он ведёт себя настолько странно?       Неужели этот омега действительно так хорош, что смог повлиять даже на эту бесчувственную скалу?       Уже через пару минут он вновь был в кабинете Эндрю с кружкой такого обожаемого Миньярдом фраппе.       Кардана просто неимоверно мутило от просто феноменально огромного количества сладкого, которое потреблял глава, но что он вообще мог тут поделать?       Поморщившись, он поставил его рядом с Эндрю, который подписывал и подписывал бумаги, ведь до выезда на встречи времени было ещё с лихвой.

***

      Натаниэль, который спокойненько заснул и даже этого не заметил, открыл глаза и почти подскочил с кровати.       Ему показалось, будто кто-то стреляет и прямо сейчас ему нужно бежать, куда — неважно, главное подальше от этого звука.       Вот только его тело не двигается. Нат всего-лишь поворачивает голову на дверь и облегченно выдыхает.       В дверях стояла девушка, лет так 27. Она была хорошо одета: на ней сидело белое платье, которое идеально сочеталось с туфлями.       Она ничего не сказала, только подняла одну бровь, как бы вопрошая, что вообще только что произошло.       В руках у шатенки с карими глазами был пакет неизвестного происхождения. Она каким-то оценивающим взглядом полностью прошлась по телу Веснински.       — Я удивлена, что он настолько точно рассчитал твои размеры, малыш.       Натаниэль удивленно уставился на неизвестную девушку. Какого чëрта вообще сейчас происходит, о ком она говорит и какого хрена, блять, Нат стал "малышом"?!       — Простите, а вы для начала не хотите представиться, прежде чем начать раздавать мне какие-то прозвища?       Это прозвучало из его губ даже слегка оскорблённым тоном. Но в чём его винить, если он, как всегда, абсолютно не в курсе, что здесь происходит и что вообще с ним собираются делать?       Девушка закатила глаза, а потом просто кинула Веснински в руки пакет с непонятным содержимым.       Натаниэль, конечно же, по инерции и из-за своих навыков, которые его заставляли нарабатывать не то что часами, а целыми годами, поймал его.       Это было и не удивительно, Нат ловил и ножи в воздухе. Парень поднял одну бровь, как бы показывая, что он не собирается открывать его, пока не услышит ответа на свой вопрос.       Надо ли говорить, что она снова закатила глаза, так ещë и цокнула, как будто рыжий был недостоин знать её имени.       — Я — Барбара Клейторн. А теперь давай, открывай и примеривайся, тебе надо быть готовым к пяти вечера.       Натаниэль моргнул. Потом ещë раз. Ему либо послышалось, либо он и в правду только что узнал о том, что его куда-то везут.       Теперь Веснински стало понятно, о ком же Барбара говорила, вернее, кто же такой этот загадочный "он".       — Эндрю наконец-то решил отправить меня домой?       Девушка приподняла брови и подошла ближе к Натаниэлю. Она долгую минуту просто смотрела в его глаза, словно там могла найти ответы на все вопросы этого мира.       Нат даже сглотнул от того, насколько пронзительный взгляд у этих карих глаз.       — Малыш, не глупи. Ты и сам давно должен был понять, что он отправит тебя обратно только тогда, когда ты захочешь этого сам.       Потом Клейторн потрепала его по голове, улыбнувшись. Натаниэлю даже стало легче дышать.       Она вела себя так, словно была готова стать рыжему второй мамой. Он моргнул, пытаясь убрать эту пелену со своих глаз.       Никому ни за что и никогда нельзя доверять. Всë это может спокойно оказаться простой игрой, но он на это не поведётся.       Нат убрал её руку от себя, слегка удивив девушку и заставив усмехнуться. После он закатил глаза и кинул пакет на кровать.       — Можешь даже и не пытаться вешать мне эту лапшу на уши. Я не ребёнок, чтобы слепо верить всему.       Барбара только покачала головой и развернулась к выходу. Когда Клейторн была уже в косяке открытой двери, она повернулась так, что Натаниэль мог видеть профиль её лица.       Слегка курносый нос, прямо как мечта любой девушки, а также заметные скулы. Сейчас в глазах у неё не было ничего.       — Не забудь, тебе надо быть готовым к пяти. А отвечать из-за твоего характера я не собираюсь.       Веснински ничего не сказал, но он бы в любом случае не успел, Барбара тут же ушла и через секунду дверь захлопнулась. Впервые в жизни Нат вздрогнул из-за чего-то подобного.

***

      Эндрю взглянул на часы на запястье. Парень вздохнул и вновь его глаза устремились на мужчину, сидящего ровно напротив.       Сейчас они находились в какой-то забегаловке, главное, что Миньярд точно знал, что это безопасное от копов место.       Ему надоел бред этого человека ещё минут так 20 назад, но им была важна территория, о которой сейчас шла речь.       — Простите, но вы ведь и сами прекрасно понимаете, что хотите откусить больше, чем сможете съесть, верно?       Мужчина, помощник Эльгардов, занервничал, что сразу было понятно. Имя этого человека Эндрю даже и не попытался запомнить, тем более, видимо, Кардан просто забыл сообщить его Миньярду.       Пот у этого горе-помощника тëк рекой и Эндрю это уже начинало действовать на нервы.       — Мистер Миньярд, вы и сами должны понимать, что по-другому мы просто не сможем договориться.       Эндрю снова вздохнул. А потом поднял руку и просто пошевелиться двумя пальцами.       Нейджелу не нужно было слов, он понял всë сразу же, да и, видимо, полностью разделял раздражение главы.       Не успел оппонент Эндрю дыхнуть, как Кардан уже стоял за его спиной. Одно неосторожное действие или даже дыхание — парень умрëт от острейшего ножа Нейджела, который сейчас был у его горла.       — А теперь давай поговорим серьёзно. Передай своему главному, что я хочу увидеться именно с ним, или я без разговоров заберу всю территорию. Средства и люди у меня есть и этого достаточно, чтобы растоптать вас как мошек под ногами. На этом всë.       После этого Эндрю просто встал со своего места, кинул взгляд на Кардана, и парень сразу же направился за ним. Вот только перед этим он сделал небольшой надрез на коже того мужчины.       Так, чтобы не расслаблялся.       Как только Миньярд покинул эту кафешку, то тут же достал пачку сигарет, которая была заполнена лишь наполовину.       Он сунул одну из никотиновых палочек в зубы и зажëг, а потом посмотрел на своего помощника.       Нейджел от сигареты не отказался, и через секунду оба уже вдыхании такой расслабляющий, но в тот же момент опасный дым.       Они ничего друг другу не говорили и даже не смотрели в глаза. Им было комфортно и так: просто молчаливо стоять, тем не менее, это не вызывало ни у одного какой-либо неловкости.       Сигареты были выкурены и выкинуты, а парни уже садились в машину, и на этот раз за рулём оказался именно Эндрю.       Кардан на это лишь пожал плечами и удобно устроился в переднем пассажирском сидении, пристегнув ремень. Ведь кому, как не Нейджелу знать, что когда Миньярд водит — лучше перестраховаться несколько раз, хотя этот несносный светловолосый парень и вечно закатывает глаза, когда темноволосый пристëгивается, и говорит одну и ту же фразу, кстати, этот раз не стал исключением.       — Не бойся сдохнуть, малыш, а то какой же ты тогда мой помощник?       Кардан никак на это не отреагировал — привык.       А Эндрю жал педаль газа в пол, словно от этого сейчас зависела его жизнь. Как никак, Эндрю Джозеф Миньярд всегда выполняет свои обещания и ненавидит ложь, так что успеть сегодня надо просто край.       Когда машина остановилась у дома, глава посмотрел на часы на своëм запястье, сверяя время.       Он еле успел и тут же покинул салон автомобиля, широкими и размашистыми шагами направляясь к дому, а после и к своей комнате.       Эндрю резко открыл дверь и, конечно же, увидел рыжую макушку. Только сейчас парень осознал, что не дышал, так что впустить кислород в лёгкие было благодатью.       Натаниэль повернул к нему голову, направляя свои прекрасные голубые глаза прямо в его карие.       Веснински сощурился и почти фыркнул, а потом взглянул на часы, которые висели над входной дверью, и закатил глаза.       — Жаль, Барбара, но сейчас меня куда-то увозят. И, честно говоря, мне и самому очень интересно, куда же.       Эндрю резко перекинул свой взгляд на постороннего человека в комнате, а потом слегка успокоился. Это была всего лишь Барби, которую он посылал к Нату, чтобы она его одела.       На самом деле, называть Клейторн Барби могли очень немногие люди, а то, что эти оба — буквально два непокорных пожара, каким-то абсолютно волшебным образом смогли найти общий язык, остаётся загадкой.       Девушка встала с кровати и оглянула Эндрю такими глазами, словно оценивала, достоин ли он вообще Веснински, или же нет.       И, в итоге, просто молча ушла, закрыв за собой дверь спальни с каким-то слишком уж громким хлопком, или, возможно, Эндрю это просто показалось.       Парень улыбнулся, смотря на то, как же красиво выглядит омега в этой одежде, хотя нормально посмотреть не было никакой возможности, поскольку тот продолжал сидеть на кровати, только теперь уже лицом к Миньярду и по-турецки сложив ноги.       — Ну что, рыжая бестия, готов прогуляться со мной немного?       Парень закатил глаза и приподнял бровь, как бы до сих пор ожидая ответа на свой завуалированный вопрос о том, куда же, чëрт возьми, его собираются везти.       — Миньярд, я действительно не понимаю, как вообще работают твои мозги. Ты так спрашиваешь, как будто у меня вообще есть выбор.       Натаниэль встал с кровати, говоря эти слова, а после он скрестил руки на груди, стоя слегка поодаль.       Эндрю это даже немного смутило. Он долгую минуту пытался осознать, и лишь потом до него дошло.       — Ниэль, если ты реально не хочешь никуда ехать мы и не поедем. Я просто думал, что тебе нужно развеяться, вот и всë, но делать что-то против твоего согласия я не собираюсь.       Это заставило Веснински зависнуть. Он выглядел так, словно в его голове сейчас не одна загрузка, но и шестерёнки двигаются, переваривая эту информацию. А после он всë же сказал то, о чëм думал.       — Первое: что это за прозвища такие? То бестия, то Ниэль, ты определись уж. А второе — я согласен. Если бы я не был согласен, Барбара бы ни за что не смогла бы заставить меня надеть это.       Ах да, Нат сейчас был в одежде, которую специально выбирала эта девушка, и она просто идеально знала что надо делать, чтоб раскрыть все самые прекрасные изгибы этого тела: талию, спину, ноги, тем не менее, открыла она их не в буквальном смысле, конечно.       На омеге красовалась прямые чёрные, в белую клетку брюки на высокой посадке и чëрная рубашка с рукавами примерно три четверти. На улице не было тепло, так что под рубашкой была белая водолазка, а на ногах кеды.       Этот парень был чертовски красив.       — Тогда пошли? — Эндрю протянул свою руку и на мгновение ему показалось, что Натаниэль сейчас потянется, ведь его прелестные глаза слишком долго буравили ладонь, но потом он просто подошёл, закатил глаза. Миньярд лишь улыбнулся, зная, что именно так Веснински и поступит. — Злая рыжая бестия.       — А ты богатый придурок.       Обменявшись любезностями, они сели в машину и транспорт тронулся, а омега до сих пор и не подозревал, куда же его везут, но даже и не чувствовал тревоги по этому поводу.