Несоразмерный привкус

      Последующие дни Глючный провёл за просмотром «АндерНовеллы», поеданием украденного шоколада, вязанием и шитьём тряпичных кукол, а также небольшим сном и размышлениями. Глубокими и весьма запутанными мыслями, что кружились в голове, не находя себе нужного места, собираясь в огромную свалку. Уничтожением аномалий он не занимался, а, следовательно, не виделся и с главной ошибкой в лице поехавшего хранителя. И нет, он не прятался от него, словно собака, поджавшая облезлый хвост, и не избегал встречи, — просто сейчас его заботило кое-что другое. После недавних событий мнение об Инке менялось чаще, чем должно было. Вроде бы его такие резкие перемены настораживали и не вызывали приятных чувств, хотя с другой стороны повод для радости всё же имелся.       Не каждый же день твой заклятый враг, отчаянно борющийся против зла и «неверно поставленных убеждений» переходит на твою сторону, и становится при этом в разы сильнее и опаснее. Вот поэтому, его мнение разнилось как с чувствами, так и со здравым смыслом. По-хорошему, ему следовало бы принять это как должное и особо не беспокоиться, ибо для него такая перемена лишь в выгоду, однако, поводов для тревоги было не мало, учитывая характер художника. Если разум подсказывал ему, что стоит просто радоваться и использовать такую возможность, то душа была совершенно иного мнения. Она как-то болезненно сжималась и ныла, будто пыталась о чём-то сказать, но никак не могла до него это донести. Скелет ведь привык скрывать свои чувства ото всех, даже от себя, и теперь ему сложно было в них разобраться.       — «Раньше я вообще не верил в его слова и сомневался во всём, что он делал и говорил, но теперь понимаю, что был не прав. Каждый день, уничтожая жалкие ошибки с ним бок о бок я начал осознавать, что это именно то, чего я всегда хотел. Уничтожить мусор, стереть всё ненужное, избавиться от ошибок. Делать это со своим заклятым врагом — да о таком любой злодей мечтает! Только вот не нравится мне эта версия радужного урода. Слишком уж он жестокий, эгоистичный и алчный. Нет, если это настоящий он, то это многое объясняет, но я же вижу, что это не так. Он просто притворяется таким. Просто играет свою роль, как делал это всегда. Конченый ипокрит», — размышлял скелет, лёжа в гамаке, осуждающе смотря на «потолок» представляя там чужое лицо.       — «Нефтяной хмырь со мной, на удивление, согласился, стоило нашему горе защитничку убить его отряд. А исходящая от него в тот момент аура… брр. Она была до того тёмной и наполненной ненавистью, что я, казалось, утонул в ней, как в болоте. Уж не знаю, чего он так всполошился, но эмоции из него так и пёрли. Он ещё и засесть на дно решил, переждать чего-то, как будто к концу света готовится. Мне, честно, должно быть похую на его мнение, и мне реально плевать. Пусть этот выблядок хоть все миры изрежет — пофиг, хоть конец света, — меня не волнует. Только вот не могу понять, что с душой творится? Чувства разнятся с тем, что я думаю по этому поводу. Вот и чему верить? Как будто я что-то упускаю, как будто чего-то не вижу или не хочу замечать. Что же меня так тревожит?..» — сжимая вязаный свитер на груди, из его уст донёсся усталый, безнадёжный вздох, полный печали и разочарования.       Но он бы не был собой, если бы не стремился к простоте. Вместо того чтобы лежать и накручивать себя, пытаясь разобраться в том, в чём он не силён, Эррор решил просто увидеться с источником своих многочисленных вопросов и решить всё на месте. Того и гляди ответ придёт сам собой. Так что, недолго думая, он слез с гамака, открыл портал в один из миров, и пошёл на поиски Чернильного. Так как он не знал, где сейчас находился скелет, пришлось обойти несколько вселенных, дабы его отыскать. Разумеется, что он заходил именно в те, куда бы тот пошёл только в самый редкий случай, ибо искать в самых частых — слишком предсказуемо. Чернокостный посетил «УльтраТейл», «ЛитлТейл», «АндерФелл», «СвапФелл», «ОушенТейл», даже в «АндерТайл» зашёл, о чём потом пожалел. Однако мастера игры в прятки не было ни в одной из вселенной.       В каждой царила могильная тишина и летали частички праха, который находился практически везде. Пустые миры, ставшие такие из-за одного монстра, немного нервировали Глюка и настораживали, так как подобное было уже за рамками чего-то нормального, хотя у них нет понятия о нормальности. Но он не стал так сильно заострять на этом внимание и просто продолжил поиски, будто так всё и должно быть. Следующим местом стал «ОутерТейл». Скелет надеялся отыскать в нём сидевшего на краю пропасти бывшего хранителя, что от безысходности не мог найти себе места и просто прятался. Только вот его надежды не оправдались. Оказавшись в этой космической вселенной, такой же пустой и тихой, как и предыдущие, он собственными глазами увидел как его «товарищ» лишал жизни, кажется, последнего жителя.       Столь прекрасная и светлая местность превратилась в жуткое кладбище, где на каждом шагу лежали кучки праха, а в воздухе стоял запах смерти. Тишина лишь нагнетала и без того ужасную атмосферу, нагоняя страха и тревоги. Разрушитель встал как вкопанный и молчал, словно был ограничен в собственных действиях. Его руки до хруста сжимались в кулаках, душа стала стучать быстрее, дыхание походило на огнедышащего дракона, а глаза, сузившиеся как у змеи, нервно подрагивали. Впервые он позволил эмоциям возобладать над собой и совершенно не контролировал их. Он чувствовал лишь горячую злость, что обжигала рёбра. Чувствовал слабую боль, как от лёгкого покалывания в фалангах. И он прекрасно осознавал причину её появления, однако раскрывать свои тайны не стал.       — Какого хуя ты делаешь, а? — чуть ли не прокричал он, привлекая внимание стоявшего к нему спиной существа. Тот лишь поднял голову и опустил опасное оружие, только что убившее какого-то монстра. — Забыл? У нас был блядский договор. Так какого хрена ты делаешь без меня нашу общую работу?       — Ты мне больше не нужен, — невозмутимо ответил тот не громко, но с нотками раздражения в низком голосе. Он чуть повернул влево голову, словно говорил куда-то в плечо.       — Ах, так это я-то тебе не нужен? — насмешливо возмутился тот, нахмурившись и стиснув зубы. — А как ты без меня, огородное пугало, собрался миры уничтожать? Насколько я помню, ты не можешь видеть код в принципе, а уж тем более взаимодействовать с ним.       — Да к чёрту пошли эти бесполезные мироздания! — сердито выкрикнул Чернила, резко повернувшись к собеседнику лицом, чем вызвал лёгкое удивление. Его глаза, ранее пылающие рубиновым светом, сейчас не сияли так ярко, скорее были опустошёнными и неживыми. — Я просто хочу вырезать всех в этой мультивселенной и остаться в одиночестве, чтобы не пришлось ни с кем воевать.       Его уста буквально кричали об изменённом плане, однако глаза говорили иное. Они были… потеряны, сломлены и неуверенны в завтрашнем дне, не говоря уж о том, что будет в будущем. И это лицо, это умоляющее о помощи лицо Эрр вспомнил, ведь видел его сравнительно недавно.       — «Когда он обещался меня убить, но в последний момент передумал и предложил этот глупый план, его лицо было точно таким же. Совершенно потерянным и неуверенным в том, что он делает. Почему-то я уверен, что изначально он хотел только моей смерти, но в последний момент, наверное, понял, что не сумеет этого сделать и в качестве оправдания сказал первое, что пришло на ум. Он даже не думал о последствиях. И сейчас всё повторяется. Он никак не может определиться с тем, что делать. Именно поэтому и творит всякую дичь, чем пудрит мне мозги», — мысленно прокрутил в голове чернокостный, пытаясь разобраться в мотивах врага, но так ничего и не понял.       — Подожди, а как же твой план? Как же эта «месть Создателям»? Разве ты не ради этого так старался? — недоуменно обратился он с уточнением, желая получить хоть какой-нибудь ответ.       — Пошли они на хуй эти сраные лицемеры, — сквозь зубы процедил тот, со злостью сжимая своё оружие. — Разрушать вселенные — пустая трата моего времени. Они всё равно их восстановят, да и внимания это нисколечко не привлечёт. Уж лучше я всех тут порешаю, и то веселее будет, — с этими словами он сделал шаг по направлению к собеседнику.       — Стой! Мы же на одной стороне, зачем тебе и меня убивать? — насторожился Глюк, отходя назад, сохраняя зрительный контакт.       — Я ни на чьей-либо стороне. Я — сам за себя, — грубо поправил бывший защитник, делая резкий выпад в его сторону, но удар своей цели достигнуть не успел, из-за чего тот недовольно цокнул. — Запомни уже наконец.       — Я понял-понял, — поднял руки скелет, успев телепортироваться тому за спину, тем самым избежав первого удара. — Но ты точно уверен в том, что делаешь? Не будешь потом сожалеть?       — А ты что, о моём психологическом благополучии заботишься? — с издёвкой выпалил тот, вновь нанося удар, но промахиваясь. — Не делай вид, что тебе есть до меня дело, лжец.       — Ага, кто бы говорил.       За этот упрёк противник атаковал костями, одна из которых всё же достигла цели и порезала его под глазницей. Неприятно сощурившись от проскочившей боли, он успел уклониться от следующей атаки, вот только в последний момент не смог сдвинуться с места и бревном рухнул на землю. Инк успел перевооружиться и воспользоваться кистью, дабы его связать. Вновь вернув оружие, он медленно шёл к жертве, что пыталась перевернуться на спину. Удачно. Стоило это сделать, как оппонент уже возвышался над ним, сверкая красной мишенью и восклицательным знаком.       — Давно нужно было с тобой покончить, — тихо пробормотал себе под нос художник, замахиваясь острым концом бедренной кости, крепко сжимая ту с иного конца. — Возможно сейчас я бы не мучился от безысходности.       Острый конец оружия решительно летел в череп лежачего, впрочем, буквально через секунду между ними пролетела светящаяся голубым светом стрела, попавшая прямо в камень слева. Они одновременно повернули головы туда, откуда её запустили, и заметили яблочных близнецов. С достаточно сильными аурами и серьёзными лицами.       — Не делай этого, — мрачно изрёк Сон, натягивая тетиву для следующей стрелы. В следующий раз он точно попадёт в цель.       — Тц, я ещё вернусь, — ворчливо цокнул художник, убирая оружие и, превратившись в чернила, покинул их.       Разрушитель, вздохнув то ли с облегчением, то ли от усталости, быстро освободился от верёвки и поднялся, отряхивая куртку и широкие шорты. К нему уже подошли двое братьев, один из которых недовольно осматривал местность, а второй, испытывая какое-то сожаление не пойми к кому, ёжился от негатива, исходящего от стоящего рядом. Скелет несколько раз удивлённо и широко проморгал, не понимая, что вообще здесь происходит. Близнецы, ранее сражавшиеся друг против друга, внезапно сдружились и беззаботно пришли вместе, чуть ли не под ручку. Это ли не странно?       — Боюсь спросить, что такого уже случилось, раз вы пришли вместе? — осторожно осведомился он, всё ещё настороженно, готовясь в любой момент уйти в сторону. — Вы же должны были друг друга загрызть или я чего-то не знаю?       — Мы немного переговорили, — покосился на брата Мар, — и решили, что лучше объединиться против общего врага, нежели сражаться в одиночку.       — Инк сейчас не в том состоянии, чтобы здраво мыслить и отвечать за собственные действия, и вряд ли удастся его как-то вразумить, не избегая драки, — пояснил младший, печально смотря в сторону, — всё же мёртвые миры были ему не по душе. — Сам я вряд ли смогу ему навредить, поэтому мы решили объединиться. У нас что-то вроде перемирия.       — Временного, прошу заметить, — напомнил старший, вызывая у того тяжкий вздох. — Когда мы разберёмся с главной проблемой, то я убью тебя. Не забывай об этом.       — Окей, звучит вполне неплохо, так что я, пожалуй, присоединюсь, — задумчиво кивнул Эрр, наконец выбирая чью-то сторону. — Жизнь мне ещё дорога, а тратить свои силы на то, чтобы от этого мудака съебаться — себе дороже. Но почему вы решили действовать вместе именно сейчас?       — Просто поступила новая информация, касательно хранителя, — тот снова покосился на брата с презрением, вызывая у того чувство неловкости и стыда, заставляя отвести взгляд, — после такого грех не начать беспокоиться не только о сохранности негативных миров, но и о своей шкуре.       — Информация? — изумился чернокостный, непонимающе смотря на близнецов. — Я чего-то не знаю?       — Видишь ли, Инк держал это в секрете и только мне было об этом известно, — виновато начал Мечтатель, неловко улыбаясь. — Я обещал, что сохраню эту тайну и никогда никому не скажу, но, по всей видимости, для скелетов в шкафу сейчас самое подходящее время. В общем, он-       — Короче, — закатив глаза от недовольства и слышно вздохнув, перебил его кальмар, — Инк у нас, оказывается, бездушный. Совсем. А ещё он из-за этого не может чувствовать и пьёт краски, чтобы не так сильно от нас отличаться.       Слушая всё это с раскрытым ртом, Глючный неожиданно замер. Его радужки исчезли, глазницы опустели, волна лагов прошлась по телу, и он отправился в минутную перезагрузку. Видимо, это было слишком для одного дня. Сначала твой «напарник» убивает без твоего ведома, потом решается делать что-то другое, его планы меняются, и в итоге он пытается тебя убить, но тебя спасают два брата, которые воюют друг с другом вот уже сколько лет. Конечно, он ушёл в перезагрузку, дабы обработать информацию. А кто бы не ушёл? По истечении данного времени, когда двузначное число сменилось на трёхзначное, скелет встряхнул головой и вернулся в реальность.       — Нельзя было обойтись без этой резкости? — недовольно вымолвил младший, сжимая кулаки, явно беспокоясь о чужих чувствах, пускай и в неподходящее время.       — Мне сейчас не до твоей поганой любезности, — огрызнулся старший, чьи вектора за спиной жутко подрагивали, намереваясь кого-нибудь придушить.       — То есть как он не чувствует? — вставил своё слово всё ещё удивлённый Ошибка, привлекая к себе внимание спорящих, заставляя тут же прекратить. — Типа совсем?       — Эмоции существуют в душах как людей, так и монстров, — сказал вполне логичный и всем известный факт Позитив, — у Инка же её нет, так что и чувствовать он просто не способен. Для этого у него есть краски, которые он носит на поясе. Благодаря им он может быть тем, кем мы его знаем, не отличаться от других, не быть «странным». Но, ясное дело, — это всего лишь замена, и то не слишком качественная, поэтому полноценно ощущать весь спектр того, что и мы, он не может. Мало того, краска имеет свойство заканчиваться, и разные дозировки действуют по-разному. Это недолговечный эффект.       — Теперь понятно, почему его эмоции казались мне такими фальшивыми, — довольно усмехнувшись, позволив улыбке чуть задержаться на лице, Глюче хмыкнул. Кажется на душе стало как-то полегче, будто бы один из камней медленно сполз куда-то вниз.       — А мне стало понятно, почему только его эмоции ощущались так искусственно и наигранно, — пожал плечами осьминог.       — Но подождите: а что с его душой? Разве можно без неё жить?       — По-видимому всё же можно или он просто исключение из правил, — неуверенно ответил светлый принц, отводя взгляд в сторону. — К сожалению, мы не знаем: родился он таким или стал, так как он не помнит своего прошлого. Остаётся лишь гадать.       — Ты знаешь, что с ним произошло? — поинтересовался Эрр, вскидывая надбровные дуги. — В смысле, почему он вдруг взбесился и начал делать то, что делает? Какая у него цель?       — Если честно, я без понятия, — горько произнёс тот, опуская шафрановые глаза. — Он редко когда прибегал к таким большим дозировкам, так что не знаю. Возможно, в его голове что-то щёлкнуло, он на всех обозлился и стал делать то, против чего всегда сам выступал. Увы, мне он так и ничего не сказал.       — Просто он решил поиграться с красной краской и проверить свою силу, только и всего, — равнодушно предположил Мар. — Вот и заигрался.       — Окей, и каков план? Как мы его победим, если у него нет души? Он, получается, неуязвим?       — У всего есть слабость, а его мы можем поискать кое-где, — сверкнул нефритовым глазом негативный. — Библиотека в замке, конечно, не самая большая, но книг там полно. Наверняка найдём что-нибудь про души и тех, кто без них живёт. Если Инк — такой не единственный.       — Тогда в замок? — уточнил Глючный, намереваясь открыть портал. Однако нефтяной кальмарчик схватил скелетов своими щупальцами и растворился в воздухе.

***

      Владелец огромного, но мрачного замка перенёс компаньонов прямо в коридор, недалеко от входной двери. Подобный переход из вселенной был не в привычке у гостей и потому их немного укачало, благо быстро отпустило. Не тратя времени на пустые разговоры и экскурсии, хозяин особняка пошёл прямо по коридору, как раз в ту сторону, где и находилась библиотека. За ним следом шёл Глючный, осматривая фиолетовые настенные плитки, под которыми была ровная дорожка чёрного цвета, а ниже — чёрные плитки. Кафельный тёмно-серый пол гармонировал с остальным цветом. По обеим сторонам располагались различные картины, напольные растения и цветы, некоторые из них были больше остальных. Ну, а где-то в конце плёлся Дрим, с детским ребячеством и любопытством осматривая дом брата, в котором ему ещё не доводилось бывать.       От впереди идущего шла хоть и слабая, но какая-то печальная аура, словно весь негатив куда-то пропал. От второго же брата шла вполне радостная и светлая, что явно не была к месту. Избыток подобных эмоций немного давил на Разрушителя, ибо они были противоположны друг другу и немного конфликтовали. Из-за этого его подташнивало, хотя дело могло быть ещё и в самом помещении. Пускай коридоры широкие, а потолки высокие, что-то всё равно давило и заставляло чувствовать себя крайне напряжённо. Ещё и эта непривычная тишина…       Пока они шли, Позитивный остановился возле странного растения и собирался его потрогать, как вдруг то раскрыло «пасть» и чуть не откусило ему палец. Негромко охнув от испуга, он вздрогнул и отдёрнул руку, с опаской смотря как живое существо закрывает свой опасный рот. К такому жизнь его точно не готовила, а с виду казался вполне милым и безобидным цветочком. Кто же знал, что на них тоже распространяется правило: внешность бывает обманчива.       — Дрим, ей-богу, не беси меня, — грубо бросил Мар, даже не обернувшись. Вот как почувствовал.       Всё же решив не провоцировать брата на что-нибудь, скелетик нагнал своих новых напарников и вместе с ними направился дальше, хотя и дальше продолжал осматривать большие хоромы.       — Давненько же я тут не был, — присвистнул Ошибка, осматривая совсем неизменившийся коридор. Однако когда они прошли мимо кухни, он заглянул туда и с интересом спросил: — А что это там за дырка такая? — на это даже любопытный хранитель обернулся.       — Парни хотели что-то приготовить, но вместо этого устроили пожар. Шторы сгорели, обивка дивана и ковёр, а также обуглилась часть стены и остались пятна на полу. Вместо того, чтобы дождаться Даста с огнетушителем, Хоррор, по настоянию Киллера, выломал дыру в стене, так как тот сказал, что это поможет уйти дыму и огню.       — И как, помогло? — с ухмылкой хмыкнул тот.       — Кстати, да.       — И что, вы её так и не заделали?       — Собирались на днях заняться этим, но…       — Не успели, — понимающе кивнул Эрр, замолкая.       Кто бы что не говорил, но даже у того, кто уничтожает аномалии есть чувства. Пускай эти парни и не были такими уж хорошими и благовоспитанными, но они были ему как товарищи, хоть и недолгое время. А знать, что кто-то убил их по необъяснимой причине, и, мало того, ещё хорошо его знать, — неприятненько. Но сделанного уже не воротишь. Как бы ни было грустно, нужно продолжать жить дальше, ведь на этом ничего не заканчивается. Масла в огонь подливала и чуть искажённая печалью аура Мечты, постепенно становящегося всё тише и тише. Аура его старшего брата наоборот, становилась сильнее и впитывала весь негатив, так что не было ясно, что её обладатель на самом деле чувствовал.       Под давлением двух враждующих аур Глючный чувствовал себя мерзко и тошно, благо они преодолели длинный коридор и повернули направо, сокращая расстояние до конечной цели. После поворота коридор продолжился, однако цветов уже не было, только светло-голубой диванчик, да журнальный столик. Они бы прошли мимо, совершенно не обратив на него внимания, если бы не одно «но». На мягком сидении лежала аккуратная горстка праха, возле которой лежала одежда её бывшего обладателя. Сон, увидев столь ужасную картину, прикрыл рот руками и замер. Аура в тот же час изменилась и стала походить на ауру старшего брата, так как была такой же сильной и тёмной. Сглотнув, смотря дрожащими глазами на новую смерть, он осторожно приблизился и сел подле дивана. По одежде стало ясно, кто перед ними.       — Кто же сотворил такое?.. — крайне тревожно, с нотками страха и беспокойства тихо изрёк он, с сожалением рассматривая то, что осталось от всеми «любимого» Киллера.       Эррор, впавший в ступор вовсе не от страха, а от простой неожиданности, сначала не понял, кто перед ним, ведь кальмар ясно сказал, что Килл выжил, хоть и был ранен. Но сложив весь пазл, он сразу догадался, кто сотворил подобное злодеяние. Это как раз в его духе. Кошмар же, особо не реагируя на это, будто ему всё равно, невозмутимо подошёл к столику и поднял сложенную вдвое записку, развернул её и прочёл. И тут же изменился в лице.       — Инк, — раздражённо процедил он, источая всё больше и больше злобы. Глюк поднял надбровные дуги, не угадав с убийцей. Записка была смята и брошена куда-то в сторону окна, а само существо с ненавистью посмотрело в сторону брата. — Ну? Чего молчишь, урод? Достаточно доказательств или ещё один труп нужен? Можем принести в жертву вашего дурачка. Его точно не жалко.       — Не надо, — просяще пробормотал младший куда-то в сторону, будто сам с собой. — Ты прав, — Инк действительно перешёл черту и представляет для всех нас угрозу. Теперь и я это вижу. Просто мне всё ещё сложно в это поверить.       — Перешёл черту? Да ты издеваешься! — громко и возмущённо повысил тот голос, позволяя жуткой ауре медленно распространяться в разные стороны. — То есть, до этого он вёл себя, как обычно, в порядке вещей? А тебя не смущает тот факт, что он уничтожил добрую часть миров со всеми их порождениями? Меня это просто поражает.       — Не кричи, я прекрасно тебя слышу, — всё также тихо подал голос хранитель, поднимая взгляд на брата.       — Тогда, я надеюсь, ты слышишь, как абсурдно сейчас звучит твой нелепый план о переговорах. Ты с ним ни о чём не договоришься. Он, скорее всего, тебя прирежет, прежде чем ты рот свой откроешь.       — Понимаю.       — И?       — Я подумаю.       Мар молча закатил единственный глаз и неприятно цокнул, поражаясь подобному упрямству и наивности. Не смея тратить драгоценное время на вразумление младшего, он пошёл дальше, словно ничего такого не произошло, словно Киллера никто и не убивал, даже его аура вернулась в нормальное состояние какого-то безразличия. Глюче, ставший свидетелем забавной сценки между близнецами, посмотрел на одного, затем на другого и, пожав плечами, поплёлся за нефтяным. Он только недавно решил, что новый художник ему не нравится, а вот как его останавливать — над этим он ещё не задумывался. Поэтому и принимать чью-то сторону не хотел, раз сам не знал, что делать. Позитивный ещё пару секунд посидел возле останков и, что-то тихо прошептав, догнал остальных и возобновил совместный поход в зал с книгами.       Они, кстати, уже пришли. Открыв однотипную стальную дверцу, владелец замка пустил гостей внутрь, после чего зашёл и сам. В этот раз не только Мечтатель замер в восхищении, но и Глюк. Мраморные синие плиты на стенках красиво переливались с тёмными и низкими шторами, деревянный паркет излучал некий уют и тепло, а множество изящных и богатых люстр освещали достаточно большое помещение. На прямоугольных столах стояли золотые подсвечники, на стенах, возле двери и некоторых стеллажей висели золотые подсвечники бра. Помимо этого были ещё длинные ряды стеллажей, примерно двенадцать, которые тянулись вглубь пространства. Чернокостному не доводилось тут бывать, а хранителю и подавно. Правда только один из них мог источать позитивную ауру детского восторга, чем заставлял второго чувствовать себя… счастливым.       А вот принц ночи такое не оценил, поэтому морщась от переизбытка светлых чувств, он нервно повёл плечами и нахмурился, ступая вдоль одного из рядов.       — Давайте разделимся и покончим с этим, — отдал «приказ» былой босс плохишей из середины ряда, — только прошу, не потеряйтесь.       Это адресовалось не столь Ошибке, сколько младшему и ненавистному брату, ибо тратить время ещё и на чьи-то поиски у них не было. Выбрав себе по несколько рядов, скелеты разделились и пошли искать что-то, что могло бы помочь им избавиться от Инка или, хотя бы, найти его слабое место и как следует надавить. У Дрима попадались книги по кулинарии, садоводству и всяческие романы, сказки, которые он, чисто из любопытства, пролистывал, но потом вспоминал, для чего здесь, и ставил на место, продолжая поиски. Разрушитель находил книжки по психологии, борьбе с фобиями, о правильной вязке одежды, о различных видах шоколада и способах его приготовления. Но ничего, что касалось бы души не было. Видимо хозяин замка всегда следит за порядком даже в таком огромном месте.       Сам кальмар, зная, где что находится, сразу потопал в нужный отдел с книгами о душах, вероятно решив найти ответ самостоятельно. Наверное, не желал давать такую возможность остальным. Книг было действительно много: о душах людей и монстров, о всяких экспериментах над ними, о качествах личности душ людей, о силах и слабостях души монстра, но ничего такого, что им было необходимо. Это его подбешивало, однако он не собирался опускать руки и продолжал искать, позволяя ауре злобы распространиться и охватить несколько рядов, что остальные и почувствовали, решив действовать быстрее. Сколько у них ушло времени одному только Создателю известно — часов-то тут нет.       Эрр уже набрал приличную стопку книжек о душах, которые нашёл в совершенно других местах, где им, как раз таки, не место. Небрежно разложил всё на столе и принялся штудировать страницу за страницей, поглядывая в содержания для более быстрого поиска. Дрим ещё не сдавался и продолжал искать, постепенно ощущая страшный негатив брата всё больше и больше, — это его и ускоряло. Старший же просмотрел добрую часть книжек и уже не мог спокойно продолжать занятие, ибо сгорал от негативных чувств, что его буквально пожирали изнутри, благо ему удалось немного успокоиться и прийти в себя, чтобы продолжить. И вскоре случилось чудо. Чудо, о котором никто не подозревал, но кем-то упрошенное.       — Я нашёл! — крикнул Сон, сообщая остальным радостную новость. В его руках был толстенький томик «Бездушие: слабости бессмертных», с которым он, весьма довольный, зашагал в сторону столиков, где они решили встретиться, если кто найдёт книгу. Эррор, находившийся через ряд стеллажей, заметно приободрился и, сунув руки в карманы, направился к месту встречи. Мар же облегчённо вздохнул и также пошёл в ту сторону.       И всё, казалось бы, шло хорошо, вот только после одного пройденного стеллажа, стоило хранителю выйти к столам, как кто-то заехал ему по внутренней стороне колена, заставив растянуться на полу и выронить книгу, отлетевшую в сторону стены. Только нападавший хотел стащить книгу, как его схватили вектора, покрытые ненавистью, и притянули к своему хозяину. Тёмный принц довольно ухмыльнулся пойманной жертве, но совсем позабыл, на что та способна. Инк тут же превратился в чернила и просто стёк из чужой хватки, запачкав пол. И, не теряя времени, материализовался из неё и попытался задеть противника, благо тот вовремя ушёл в сторону.       Покуда неуклюжий скелетик, валявшийся на полу, медленно поднимался, придерживая голову, кончиками фаланг ощущая небольшую трещинку на лбу, Глючный уже телепортировался к ним. И весьма удачно: книга лежала очень близко к нему, бери — не хочу. Впрочем, художник её тоже заметил и, переглянувшись с чернокостным, они оба бросились за ней. К сожалению, противник оказался хитрее и быстрее, так что бывший хранитель, оттолкнув скелета от своей добычи, открыто забрал книгу и был таков. Негативный раздражённо и нервно цокнул, стремительно приближаясь к тому, кто, по его мнению, был во всём виноват.       — Болван кривоногий, — схватив брата за ворот плаща, он поднял его, притянув к себе, — ты что, ходить разучился? На кой чёрт ты ему книгу отдал? Из-за тебя мы потеряли свой единственный шанс с ним покончить. Что мы теперь без неё делать будем?       — Из-за меня? Я, по-твоему, виноват в том, что меня толкнули? — возмущённо вопросил тот, недовольно смотря в нефритовый, сверкающий злобой глаз.       — Конечно, разве может «хранитель добра и надежды» быть в чём-то повинен? — с отвращением изрёк старший. — Легко сбрасывать свою вину на других, прячась за милой мордашкой.       — Прямо сейчас этим занимаешься именно ты, — нахмурился хранитель, чья аура немного исказилась от злости.       — Так, давайте-ка мы сейчас успокоимся и подумаем над тем, что делать дальше, — вмешался Глюче в неприятный разговор, вследствие которого обе ауры накаливались и неприятно на него давили. — Сейчас не время и не место вспоминать старые обиды. Не будьте детьми.       — Хорошо, — отпустив толчком брата, тот произнёс: — но только потому, что я так решил.       — Отлично, — согласился чернокостный, возвращаясь к важной теме. — Книгу у нас этот урод забрал, так что план накрылся медным тазом. Откуда он вообще узнал о том, что мы ищем?       — Не знаю, либо следил за нами, либо кто-то ему доложил, — недовольно покосился тёмный принц на брата, сверля того взглядом.       — Ага, как же, делать мне нечего, — устало и немного раздражённо закатил тот глаза. — Придумай что получше.       — Окей, тогда нам нужен новый план, — будто сам с собой говоря, решил Ошибка. — Ну, есть идеи как убить бессмертное существо? Насколько я понимаю, без души он неуязвим к физическим атакам, может, нужно воздействовать психологически?       — Вариант такой же дебильный, как и у моего братца, — с недовольством прокомментировал Мар. — Если бы у нас была книга, мы бы узнали о его слабостях и могли бы убить.       — Это не факт.       — Но книги у нас нет, так что надо думать, в ином ключе, — предположил Эрр, намекая на прошлый вариант Дрима. — Например, что-то сделать с тем, что ему не безразлично. Может, шантажировать как-то или ещё что.       — Только не говори, что ты за то, чтобы просто уладить конфликт мирным разговором, — поднял надбровные дуги Кошмар. — Не превращайся в этого идиота.       — А почему нет? Мне кажется, что его что-то может терзать или тревожить, и, вместо того, чтобы с кем-то этим поделиться, он просто закрылся в себе и обозлился на окружающих, — пожал тот плечами.       — Говоришь как какой-то психолог.       — Уж прости, но, ничего лучше пока предложить не могу.       — У меня появилась идея, — вдруг произнёс Позитивный, привлекая внимание удивлённого кальмара.