Забытые воспоминания лета 1979

      Внутри Ночного Рыцаря было душно и не совсем комфортно. Несколько пассажиров настоятельно попросили не открывать ни одного окна, пусть и самого дальнего, ибо, знаете как бывает! Немного полежишь на сквозняке, после туго будет, однако. Глядишь, и драконью оспу подхватить не далеко! Хорошо, с этим слишком перегнули.       Двухэтажный фиолетовый автобус быстро привёз её на площадь Гриммо за несколько галлеонов. Такое путешествие Пандоре совсем не понравилось; эффективно — да, быстро — разумеется, безопасно — нет, спокойно — хотелось бы. Несколько волшебников, явно привыкшие к такому виду транспорта, развалились на кроватях, дожидаясь своей остановки. Многие хотели попасть в Лондон и дырявый котёл. Ведьма не сразу села, ведь думала, что за поручень держаться будет достаточно, однако водитель, — старик Джон, — водил пренебрегая некоторыми правилам дорожной безопасности, хоть Пандора не знала всех подробностей маггловских правил поведения за рулём.       Кондуктор говорил, что до Лондона, то есть до Гриммо, далековато, потому стоит прилечь и отдохнуть. Ведьма пропустила это мимо ушей, пытаясь не обращать внимание на храпящих волшебников. Звук раздражал; как никак Дора была чистокровной, следовательно озы аристократического поведения было. Может поэтому она несмело доверилась этому транспорту, до конца полагаясь хотя бы не метлу. Хоть трансгрессия.       Тот малец кондуктор, — звали его Карл, — самодовольно улыбнулся, когда Дора чуть не упала на сидящую позади неё рыжую даму с кошечкой в руках. Животное потом вскочило с ног хозяйки, злобно точа ногти и глядя горизонтальными зрачками в беловолосую девушку.       Поправляя беретик, Пандора опустилась на один из кроватей, предварительно проведя по поверхности ладонью, как бы смахивая пыль. А вот пыли было вполне достаточно!       Совсем скоро, под шум сигналов маггловских авто и свестящий звук рассечения воздуха, Ночной Рыцарь вновь остановился, да вот в этот раз ведьма не упала, усевшись и держась за поручень.       — Ваша остановка! Площадь Гриммо! — поспешил сообщить юнец, приоткрывая шторку. Типичный осенний пейзаж. Меланхоличный. Грустный.       Ручного багажа у неё было, как и дорожной сумки, а деньги были выплачены ещё в начале пути, потому Пандора медленно, но твёрдыми шагами направилась к выходу, бросая взгляд на кошечку рыжей дамы. Та мирно спала.       Стоило ей выйти из транспорта, её легкие наполнил осенний воздух. Он был каким-то другим. Не заставлял дрожать как зимнее, не освежал, как весеннее, не приносил удовольствия, как летнее. Дора была бы не прочь свернуться калачиком на диване у себя дома, пить чашку кофе вместе с Ксено. Он бы рассказывал ей про свои новые статьи, вдохновлял бы небылицами и собственными идеями, подобными невесомым полётам фантазии волшебника. А вот ах и увы.       Сильный порыв ветра заставил её отойти ближе к улице, подальше от дороги. Она опомнилась. Уже довольно позднее время. Пять часов вечера.       Пожелтевшие листья падали подобно золотому дождику, опускаясь к ногам Лавгуд. Редко можно было встретить зеленую листву. Со дня «пропажи» Джейн-Лилиан прошло не так много. Сегодня 23 сентября. Блэки похоронили Джейн среди своих, хоть ее гобелен и не принимал. Ради того, чтобы стать истинной Блэк, Джейн-Лилиан обязана родить ребенка, чье имя было бы Блэк.       Фонарь легонько освещал улицу, время от времени мигая. Битый час Пандора неотрывно смотрела на Гриммо. Голова буквально раскалывалась, треща и повторяя Блэки. Фамилия никак не забывалась. Как и те кто носили её. Даже иногда проплывал образ Сириуса Блэка!       Возвращаться в шумный Лондон было сложнее, чем придти в Блэковское гнездо. Стоя на расстоянии в несколько футов, Пандора уронила лицо в руки, глубоко вдыхая влажный воздух. Из глаз появились капли слез и девушка предпочла думать, что это от долгого нахождения на улице в довольно холодную погоду. Да вот сильные порывы ветра не могли заставить довольно взрослую волшебницу так плакать, роняя жемчужины слёз.       Берет синего цвета норовила упасть: Ночной Рыцарь не имел спокойного маршрута, чуть не сбивая другие транспортные средства, а после, сидя у лавочки, Дора откидывала голову назад и вперед, наблюдая за различными птицами. Они не спешили уходить, хоть в этом году Лондон сменил погоду столь резко, что невозможно было угадать — пойдет ли завтра снег или же будет светить солнце.       Пару раз проходили мимо красные двухэтажные автобусы, похожие на Темный Рыцарь, которым и воспользовалась Пандора.       Магглы проходили, находя забавной ведьму. Она не спешила куда-то идти, но в то же время ходила вокруг Гриммо. Площадь был пустым несколько раз, пока Дора находилась там, однако эти шансы девушка пропустила, не осмеливаясь навестить Мадам Блэк.       В последний раз Дора ее видела на похоронах Джейн-Лилиан на днях. Некогда статную и великолепную женщину теперь можно было сравнить с пожилой женщиной, хоть она таковой и являлась судя по возрасту. Несколько седых прядей аккуратно зачесанные назад все же обращали внимание. Орион Блэк отличным здоровьем не отличался. Его вид стал хуже и все, в особенности он сам, точно знали, что смерть дышит ему в затылок. Потому откинет копыта не сегодня, так завтра.       Следом пойдут родители Джейн, после Лукреция. Точнее так говорят. Она потеряет магические силы. Но это спустя пару месяцев. Ричард одолеет проклятие, а Чарльз умрет в одном из заданий, предварительно отправив дочку Вивьен и жену Кьяру на родину — в Италию. Словно чувствовал, что вот-вот случится беда.       В 81 году никудышный Ричард останется единственным Паркером. Иронично, что Лорд Паркер рассчитывал на Чарли, а если не он, то на Лу, игнорируя то, что она девушка. Лукреция теперь не претендовала, пусть и была жива. В отличии от брата-близнеца, она смогла одолеть проклятие лишь на половину, утратив какие-либо способности к магии. Ричи никогда не было его любимцем: даже Джейн имела куда больше амбиций, чем он, несмотря на принадлежность к одному и тому же факультету. Тем не менее, Ричард обзавелся семьей.       Причем в Италии нашел француженку Вейлу. Она переехала туда по семейным обстоятельствам. Отныне Паркеры были полукровками. Все трое детей Ричи были полукровками. Восемьдесят первый год для всего магического общества стало роковым; что для Блэков, которые потеряли оба наследника: Сириуса приговорили к пожизненному заключению в Азкабане, для Поттеров: их сын, — Гарри, — останется один и никто не будет знать, где Избранный, для Паркеров: как и ранее упоминалось, все кроме Ричи, покоились под землей. Земля им пухом. Что до Лу, так она слаба. Тепер точно.       В Италии говорили, что Ричард Паркер упрятал сестру, отправив обратно в Англию, прожить жизнь отлично и даже помог ей сменить имя. Да вот кому верить, решать может каждый. Некоторые говорили, что, нет, без магии волшебница умерла: просто не перенесла. Частичку души уничтожили. Когда волшебник теряет хоть самую малость сил, он сходит с ума, ведь теряет по сути самого себя. Полная потеря магического дара, должно быть, способствовало скорой кончине Лукреции Эмилии Паркер.       Пандора пусть и была талантлива настолько, чтобы освоить легилименцию, но до пророчеств, пусть и мелких, ей было далеко. Она была не близка к такому виды магии. Разум и бдительность были ее отличием, потому об освобождении разума и полета мыслей речи и не шло, хоть Ксено и просил так много не нагружать себя навязчивыми мыслями. Вот он мог бы освободить разум от земных оков.       О трагедиях ближайших лет Лавгуд удачно не знала, погружаясь в любимое занятие: эксперименты по Зельям. Мелкие взрывы и побочные эффекты побороть было легко и весело.       Подойдя к тротуару, Пандора даже и не заметила, каким образом вошла сюда. Ноги знали дорогу и вели сами. Вот и момент, когда разум покидал её. Совсем ненадолго. Обходя с настороженным видом головы эльфов, темные артефакты и мрачные углы, Дора поскорее хотела оказаться на четвертом этаже: в комнате Вальбурги Блэк. Девушка хотела лишь поздороваться ради приличия и во имя манер.       После надо быстро заключить воспоминания в омут памяти. Джейн оставила кусочек пергамента с некоторыми подробностями: в комнате Регулуса, на верхнем этаже, есть большой шкаф. Там несколько склянок и омут.       Поднимаясь на четвёртый этаж, Пандора постучала в дверь и глухой стук, похоже, Вальбурга не слышала. Девушка замерла на месте, пытаясь услышать, что по той стороне двери. Ни шороха. Возможно чары наложены. Когда ведьма хотела ещё раз настойчивее постучать, появился эльф. Не Кикимер. Младше него. Гораздо. Большие глаза, огромные уши и на маленьком тельце балахон, старательно обернутый вокруг эльфа.       — Хозяйка Вальбурга ушла на кладбище, — сообщил домовик, поджимая уши в руках. — Виттер должно узнать, Вы же Пандора Лавгуд?       Дора как-то не задумывалась о домовиках. Но почему-то этот казался глупенький. Если она не была желанной гостью, то вход бы ей даже не показался. Не мучая домовика ожиданием, Лавгуд положительно ответила, держа дорогу в комнату Регулуса.       Шаг за шагом всё больше приближаясь к заветной двери, девушке потребовалось некоторое время, чтобы открыть дверь. Касаясь ручки двери, Лавгуд повернула её со скрипом. Домовиха будто следила за ней: вжилась в стенку и огромными глазами, похожие на фонарики, смотрела на Пандору. Приоткрывая дверь, ведьма поняла: домовики, похоже, сюда даже не заходили, ибо в прошлый раз, когда она была тут, Джейн-Лилиан кидалась всем что было и осколки, вещи находились ровно там, куда их кинула Джейн. Приторный запах духов тоже ощущался. Надо проветрить, иначе можно задохнуться. Не переступая порога, Лавгуд посмотрела на Виттер. Она также стояла, пытаясь слиться со стеной, стараясь не издать хоть писк.       — Разве уборке не ваша обязанность? Зачем вы тогда тут ходите?       — Леди Блэк запретила входить сюда, — пробубнила Виттер.       — Зачем тогда вы все здесь?       — Для поддержания чистоты. Мы убираемся во всех этажах кроме этой, — оправдалась эльф, исчезая.       Долго смотря на тот угол, где стояла эльфийка, Пандора, глубоко вздохнув, решилась войти, игнорируя приторный запах женской парфюмерии. Джейн-Лилиан вроде не отличалась тем, что выливала на себя очень сладкие духи: Лавгуд никогда прежде не слышала такого аромата рядом с ней в таком количестве. Да, ощущался лишь лёгкий шлейф, а ведь если буквально вылить весь флакон, аромат будет скорее раздражать.       Осматриваться особо не хотелось, ибо комната Регулуса напоминала о нём. И о Джейн тоже. Стоило взгляду бесцветных глаз проскользнуть по газетным вырезкам, Пандора и забыла, что Джейн тоже жила тут. Она бы никогда не позволила никому клеить статьи о Тёмном Лорде и о его «подвигах» в собственной комнате. Над кроватью.       Честно, Дора думала, что Джейн-Лилиан Паркер станет в жизни Регулуса простым продолжением разочарований, подобно их сокурсницы Доркас Медоуз, его брату Сириусу Блэку и кузине Андромеде Тонкс. Но это уже после того Лавгуд узнала девушку поближе.       Доркас их отвергла на момент пятого курса, заявив, что сражаться будет за добро, то бишь против Регулуса, Барти, Эвана… Пандора была серединой: она не была за добро так отчаянно как Доркас, но и не была за злобу и жестокость подобно парням.       Когда неожиданно появилась Джейн, Лавгуд почувствовала, что не одна она Слизеринка с нейтральным мышлением. Поначалу да, казалось, что Паркер красивая куколка рядом с Блэком, у которой даже нет собственного голоса. Она не особо говорила, лишь сидела с Регулусом, иногда отвечая на вопросы. Позже стало заметно: Джейн-Лилиан тоже не выбирает берег, лишь плывёт по течению, стараясь не оказаться на суше.       Стоило Пандоре узнать Джейн ещё ближе, она поняла: в то время Паркер, не поступит так подло, как Сириус. Подавленность Регулуса на четвёртом курсе была заметной. Самую малость.       Беспорядок, что устроила уже Блэк, не коснулось этих самых вырезок журналов и газет. Странно. Даже очень. Стараясь пройти вдоль комнаты и оказаться у шкафа, Пандора быстро сделала задуманное, а личико её застыло в недовольной мине: дышать было буквально нечем! Даже проветрить не удосужились!       Открывая чёрный внушительный шкаф, Пандора увидела омут. Правда только верхнюю часть. А чуть выше находились стеллажи с разными колбами, которые, разумеется, были наполнены воспоминаниями.       — И она сказала что это всего лишь несколько? — в пустоту сказала белокурая, попытаюсь сосчитать всех. Порядком между 30 и 40.       Недовольно оглядев сосуды, Пандора попыталась вспомнить, какие побочные эффекты могли произойти, если бы Джейн-Лилиан была жива. Кратковременная память, может и тяжёлые формы: разные синдромы или полная потеря рассудка. Так и есть. Никому не пожелаешь такого.       Пройдясь ещё по колбам, Лавгуд достала палочку с кармана брюк, взяв предварительно один из подготовленных сосудов. Многие были пусты. Видимо кто-то оставил в наследство Блэкам, чтобы те хранили величественные моменты своей жизни. Джейн-Лилиан воспользовалась по-другому.       Наставляя палочку у виска, Пандора сосредоточенно вспоминала дни, важность которых приравнивались к одному году. Письмо, приславший Регулус, когда Джейн-Лилиан пришла рассказала про Чевиот-Хиллс… а позже и последний раз, когда она навестила Лавгудов.       Пандора с особым усердием сжимала рукоятку палочки, попытаясь вытянуть нужное из всего сумбура в голове. Древесина с характерным еле заметным шорохом упала на пол. Правая рука заметно вспотела. С раздражением протирая руку о мантию, Дора обратно взяла палочку.       — Вдох, выдох… — попыталась привести в порядок мысли девушка, дабы не усложнить ситуацию.       Шутки с магией, а в особенности связанного с разумом, очень опасны. Да вот об омуте было не так много информации, даже владельцев сосчитать не трудно. Директора Хогвартса, такие влиятельные люди подобные Блэкам.       Сейчас, стоя и не двигаясь с палочкой у головы, Лавгуд напоминала стойкого оловянного солдатика из маггловской сказки. Также не шелохнулась, смиренно приняв позу солдата.       Поджав рукоятку, прикрыла глаза, а у виска начал поступать светло-серая нить, которую она тянула к себе с помощью волшебной палочкой. Взяв склянку в руки, Пандора наполнила её собственным воспоминанием. Бережно положив палочку около омута, Дора взяла со стола пергамент и перо. Оторвав кусочек и написав пару слов для обозначения, она поставила колбу на прежнее место: сзади третьего и четвертого ряда, будто бы пряча склянку.       Прикрыв пятый по счёту сосуд, девушка не верила самой себе. Столько воспоминаний. Без каких-либо этикеток или же кусочков пергамента. Одинаковые, полностью идентичные. Не разобрать ничего.       Омут так и манил, призывая и шепча: тебе разве неинтересны чужие тайны? «Нет!» твёрдо твердила себе волшебница, быстро заперев шкаф.       В её планы не входило откупоривать все до единой, чтобы вспомнить о былом. Прошлое не вернуть. Вспоминать можно, но с головой лезть в омут, лишь бы уйти от ответственности, не стоит. Прошлое будет с нами, жить нужно в настоящем, думая о будущем.       Попятившись назад, Дора ощупала ручку двери сзади себя и со свистом покинула комнату, будто там был призрак, боггарт… Любое магическое существо, которое может напугать. Кровавый барон был не столь страшен по сравнению с тем чувством, которое сейчас испытала Лавгуд. Конечно не мог быть тут никакой боггарт. Он бы превратился в умирающего Ксенофилиуса.       В школьные года главным страхом для неё было не удовлетворительно от Слизнорта. Этим она была похожа на Лили, которая в свои года видела то же самое. Да вот они не пересекались.       При покупке дома там тоже находился боггарт: на чердаке. Настолько тёмной была комнатка! Это существо превратилось в трупы близких людей: родители, Слизеринцы, Ксено. В число тех якобы умерших входил и Эван. Барти, Джейн-Лилиан, Регулус. Страх потери близких. Так и сказали. Да вот из всех близких остался лишь Ксено. Лавгуд не расстраивалась, наоборот, так лучше.       Эван особо не общался с ними после того как покинул купе поезда, предпочитая «грызть граниты темной магии» вместе со Снейпом, Эйвери и Мальсибером. Крауч тоже не прислал ни весточки. Может и слал, да вот до адресата точно не доходило: мало кто знал о местонахождении Пандоры Лавгуд. Большинство, с кем она отлично общалась, отправились в мир иной.       Отойдя на расстоянии вытянутой руки от двери, Пандора шла по дому. Оказалась и у гобелена. Благороднейшее и древнейшее семейство Блэк гласила надпись огромными буквами. Чуть ниже чистота крови навек. Так грустно, может быть, что столько стараний и всё пусто. Однако, может это они и заслужили. Ибо сейчас Дора глядела в гобелен, пытаясь осмыслить всё. Орион и Вальбурга Блэки приходились друг-друга троюрдным братом и сестрой.       Разве от таких кровосмешений не рождаются мутанты, про которые упоминает сама Мадам Блэк? Регулус дитя инцеста? Мерлин… Либо Блэков охраняли сами Мерлин и Моргана, либо им чертовски везёт. Родиться вполне здоровым и с красивой внешностью не всем удаётся: девушка вспомнила о Габсбургах. Она некоторое время читала историю маггловского мира, ибо скучно было ждать доставки ингредиентов зелий, а та семья, которая продали им дом, увлекалась историей: и маггловской, и волшебной. Оставили пару книжек. Конечно же у них там было посерьёзнее, чем троюрдные.       Гобелен никогда не был чем-то особенным для Пандоры. Да, на всю стену, да огромный, но она не хотела узнавать в подробностях кто чьим ребёнком является. Сейчас, над надписью Регулус Арктурус Блэк красовался череп со смешным головным убором. Стоило отметить, что так называемое древо заканчивалась на нём, а это значило одно: Чистота крови навек соблюдена, да вот теперь продолжения рода не будет. Вальбурга не справилась со своей задачи, пусть и была близка.       Бывало так, что она открыть высмеивала Друэллу Блэк, мол, родила столько девушек, а о сыне речи и не шло. Та злилась, один раз даже сказала: «Родить это не конец. Главное воспитать достойного Блэка!».       Сириус с самого начала выбыл из игры, когда поступил в ненавистный львиный факультет Гриффиндор. После начал активнее показывать, что он, видите, особенный, а-ля, я не такой как вы. Кровь не обманешь. И внешностью и характером Сириус пошёл в свою матушку. Если бы разделял её мысли, стал бы одним из величайших Блэков. Вальбурге не повезло, она родилась девочкой. Настолько была горда тем, что она Блэк, что решила выйти за троюрдного брата.       Но и сама Друэлла не была свята: Андромеда сбежала вместе с грязнокровкой, как любила повторять Мадам Блэк своим наследникам, замарав репутацию своего отца, это во-первых, и конечно же благороднейшей семьи Блэк.       Зато Регулус был столь блестящим сыном: послушным, полностью разделяет семейные предрассудки про кровь. Позже, в 16 лет, стал и Пожирателем! Столько радости было в глазах родителей. Нет, они не просили вступать в их ряды. Регулус сам решил поступить так.       Разочаровался в Тёмном Лорде, осознал ошибки, поговорил с Джейн-Лилиан и, как бы грубо это не звучало, сгинул в молодые года жизни. Совсем юнец, а уже под землёй. С Джейн-Лилиан было то же самое, только вот она никогда не была слугой Тёмного Лорда и умерла, конечно, не своей, но более спокойной смертью.       Пандора представляла, каким способом мог быть убит Регулус Блэк. Один вариант хуже другого. Спустя время Джейн сообщила, что эти гады, убившие её мужа, инферналы. Лавгуд сообразила: умирал Регулус мало того что мучительно, но ещё и медленно, пока укусы действовали, а лёгкие наполнялись водой.       Поспешно выходя с дома, волшебница оглядывалась пару раз: казалось, что кто-то пристально смотрит на неё, следя за каждым движением. Следит. Как шпион.       На душе остался осадок от Виттер и ходя по довольно тёмной улице, в голове промелькал образ домовика. Эти большие серые глаза то прятались в кустах, то выглядывали за мусорные баки.       Белокурая, стоя у тротуара, подняла палочку вверх, зовя Ночного Рыцаря. Здесь было опасно. Не из-за чувства слежки, а из-за того, что маггловские районы не были столь доброжелательны, как хотелось бы. И ведь магию в некоторых случаях не применишь. Статут и правила.       У доброго стекла виднелся силуэт старика Джона и Лавгуд чуть не упала от неожиданности, ведь автобус двигался прямо к ней. Карл сразу открыл дверцу с быстротой молнии, чуть этим не смахивая девушку с её места.       Недовольно отойдя на приличное расстояние от транспорта, Пандора демонстративно поглядела на кондуктора взглядом, а-ля, тебе совсем не стыдно? Тот не понял контекста, лишь глупо улыбнулся.       — Чего стоим? Куда направляемся?       Карл приоткрыл дверцу, впуская внутрь девушку и говоря то же самое что прежде: цену и бонус в виде одеяла.       Заходя внутрь, прежней душной атмосферы ведьма больше не ощущала: что в автобусе, что за её пределами, одинаково прохладно.