Небеса возненавидят нас

      — Нари? — Юнги не ожидал её сейчас увидеть, поэтому удивление не заставило себя долго ждать. — Ты же взяла выходной сегодня, — мужчина невозмутимо поднялся с кресла и покинул своё рабочее место. Совсем скоро он оказался напротив Нари, нерешительно стоявшей у порога его кабинета. Девушка осторожно закрыла дверь и неловко сжала губы.       — Да... Но, — растерянное лицо девушки дало Юнги благоприятный повод сократить ничтожную дистанцию между ними и расположить руки на хрупких плечах Юн.       — Что-то произошло? — господин Мин не планировал скрывать своё инстинктивное беспокойство. И, как обычно, задавал щекотливые вопросы сразу, если они у него возникали.       — Не совсем. Я просто хочу кое-что понять...       — Что? — нетерпеливо перебил её мужчина. Всё-таки некие переживания могли лишать его привычной уверенности, пусть это происходило и на некоторое время.       — Почему Хосок говорит так, будто знает о нас с тобой? — несмотря на смело выдвинутый вопрос, Юнги заметил, как Нари нервно облизала свои губы. Она не переставала пристально следить за выражением лица Юнги. Несмотря на негласное желание скрыться от ответов.       — Оу... — мужчина слегка опешил, но быстро взял себя в руки. — Я уж думал, он не сдержит своих слов, — Юнги детально вспомнил былую встречу с Хосоком однажды.       Господин Мин тогда поставил себе твёрдую пятёрку за умение вести диалог с обиженным бывшим Нари, но на данном этапе его больше интересовала Юн и её эмоциональное состояние. Ведь подняла она эту тему не просто так.       — Каких ещё слов? — беспомощно опустила плечи Юн. Устала.       Устала от загадочных диалогов. Сейчас. Когда она вот-вот привела терзающие мысли в порядок и пришла хоть к какому-то решению.       — Пойдём... — Юнги взял её под локоть и помог сесть на диван. После чего расположился рядом. — Хотелось бы мне соврать и сказать, что я не ждал этого разговора, — начал он, вдумчиво заглянув в лицо Нари, — но если Хосок всё рассказал, значит, состоялся не самый приятный ваш разговор, — мужчина виновато вытер спадающую слезу по щеке Юн, стараясь рассказать всё как можно мягче. Хоть и прекрасно понимал, сколько затаённой боли она всё ещё испытывала из-за имён Хосока и Киёна.

The flashback.

      — Юнги... Юнги... — рука Нари расслабленно лежала на мужском плече, пока настырные поцелуи господина Мина лишали рассудка и накаляли температуру внутри автомобиля, — отпусти. Это становится невозможно... — усердно старалась говорить Юн, пока её губы были в плену.       — А я предлагал остаться, — досадливо констатировал факт её отказа Юнги, постепенно оторвавшись от девичьих уст. — Вы непостоянны в своих желаниях, юная леди, — мужчина немного отодвинулся, но продолжил смотреть на Нари и оставил свою ладонь на её худощавом бедре.       — Это был сейчас упрёк? — беззлобно поинтересовалась девушка, зная, что заслужила. А вот сладкие поцелуи мужчины — нет.       — Возможно, — хитро отвечал господин Мин и отстранился ещё дальше, откидываясь на спинку сиденья. — Не люблю, когда ты исчезаешь, а затем возвращаешься. И так по кругу, — всё же поделился своими появляющимися порой мыслями, смотря сквозь лобовое стекло на прохожих людей, которым не было до них никакого дела.       — Мне правда нужно быть сегодня дома, — девушка робко спрятала глаза, нервно перебирая ткань рукава пальцами. — Отец не может остаться один. Не получается пока рассчитывать на госпожу Шин каждый день...       — Сколько нужно? — Юнги тут же оборвал речь Нари, возвращая свой взор к ней.       — О... Нет. Я даже не хочу обсуждать это, — храбро высказала свои возражения Юн. — Я не хочу быть чем-то обязана. И вообще... это не из-за денег, — девушка всё безостановочно отрицала помощь от Юнги, теряя прежнюю робость и чувство вины перед ним.       — Забавная, — мужчина мило остановил поток её слов. — Кажется, ты забыла, что заработную плату тебе устанавливаю я. Хочешь уволиться? — господин Мин приподнял её голову, обхватив подбородок одной рукой, и смело подарил ещё один чувственный поцелуй.       — Не хочу, — ответила правдой Нари, облизав губы. Девушка перенесла ладонь на кисть его руки и внимательно осмотрела лицо Юнги, будто искала ответы. — Но и ты не обязан...       — А это уже мне решать! — быстро переспорил её господин Мин. — Уже поздно. Дай мне знать, когда будешь дома.       — Или как уйти от ответа, — безобидно съязвила Нари, чем только позабавила мужчину, который не смог сдержать широкой улыбки.       — Я жду звонка, — напомнил он вдогонку, когда девушка покинула салон автомобиля.       И Нари перезвонила, как обычно, перед сном, искренне благодаря мужчину за вечер. Казалось, его ничего не посмеет испортить, но стоило господину Мину припарковать свою машину у дома и выйти из салона автомобиля, романтическое настроение от долгожданной встречи с Нари изменилось на нервозное.       — Видимо, стоит написать жалобу на охрану. Ты как сюда заехал?.. — Юнги въедливо изучил Хосока, который вальяжно покуривал сигарету, оперевшись ягодицами на капот своей машины. Господин Мин отзеркалил позу парня и заносчиво скрестил руки на груди.       — Я всегда умел договариваться, — с особым презрением проговорил Хосок, хоть он и приехал сюда не для этого.       Но чертовски плохо было лишь от одного воспоминания, где он видел счастливую Нари около Юнги.       — Ну, попробуй, — господин Мин тоже не упускал возможности сноровисто уколоть соперника. — Ты ведь для этого здесь?       — Возможно, — Хосок лениво выбросил окурок, чем задел самообладание мужчины. — Нари — это не игрушка.       — Знаю, — спокойно говорил Юнги. Именно смиренный тон был не по душе эмоциональному Хо.       — Ей нельзя больше делать больно, — на этот раз он ощущал неуважение лишь к себе.       — Я думал, это твоя забота сейчас. Я для другого, парень, — господин Мин знал, что с лёгкостью выведет Чона из себя. Но ведь он сам осмелился заявиться сюда.       — Избавь меня от этого, — иронично фыркнул Хосок. — Всё равно она всегда возвращается, — брюнет провёл рукой по волосам, неотрывно наблюдая за мужчиной.       — Не возвращается, а принимает. Это разные вещи.       — Я люблю её.       — А она любит тебя. Это я тоже всё знаю, — Юнги сдвинулся с места и уверенным шагом подошёл к Хосоку. — Ты приехал зачем?       — Мне нужно убедиться...       — В чём? — резко перебил его мужчина.       — В том... В том, что она может быть счастлива без меня, — Хосок достал очередную сигарету и, прикрыв один глаз, подкурил её. — И в том, что её оргазмы регулярны. А то, знаешь ли, мне потом... — конечно он больше не смог продолжить говорить. Господин Мин молча нанёс ему сокрушительный удар по лицу за столь мерзкое упоминание о Юн.       — Ты говоришь о Нари, мразь!.. — Юнги вскипел мгновенно. Но больше одного раза его рука не поднялась. Потому что неоднозначная реакция от Хосока заставила задуматься о провокации после того, как неконтролируемая улыбка парня вылезла наружу.       — Чанъми... — Чон провёл рукой по лицу и жёстко сцепил челюсть, дабы больше не усугублять раскалённый диалог. Что бы господин Мин не думал, а Хосок находился здесь ради Нари.       — Забудь о ней. И живи дальше, — Юнги сделал шаг назад, засунув руки в карманы своей куртки. Молча намекая собеседнику покинуть его территорию.       — То есть, ты говоришь, что знаешь о её любви ко мне и всё ещё хочешь быть с ней?.. — Хосок не имел должной смелости говорить это всё прямо в глаза. Но когда господин Мин дал скорый ответ, он тут же перевёл свой тоскливый взгляд на него.       — Она однажды уже любила двоих одновременно. В чём дело? — это и был главный козырь мужчины, который не предугадал Хо.       — Ты действительно нуждаешься в ней, — словно не обращая на его слова, Хосок продолжил говорить.       — Будь хоть раз полезным и подумай, нуждается ли она во мне? — мужчина бесчувственно похлопал ночного гостя по плечу и спокойно направился в сторону своего подъезда.

The end of the flashback.

      — Я... — первой тихо отозвалась Нари, — так трудно всё, — девушка устало выдохнула и закрыла лицо руками, оперевшись о спинку дивана.       Финальные слёзы жалили похлеще осознания того, что решение одного человека влияет на всех. Юн с ужасом вспомнила, как имела возможность остановить Киёна в тот роковой день. И вот история повторялась.       — Тш, девочка моя, — Нари плакала много раз рядом с Юнги.       Но такой растерянной и настоящей истерики он ещё не видел от неё. Мужчина неспешно придвинул девушку к себе, ощущая мокрые следы её состояния на своей рубашке, когда Юн доверительно уткнулась носом в его шею.       — Я не понимаю... — девушка со временем немного успокоилась и, приподняв голову, с грустью заглянула в лицо Юнги, — не понимаю, зачем тебе я?.. Я сделала так много плохих вещей...       — О каких страшных вещах ты постоянно говоришь? — прекратил её самобичевание господин Мин. — Больше ничего не изменить в прошлом. Подумай о будущем. Почему я, взрослый мужчина, имеющий свой опыт, которым я тоже не всегда горжусь, должен обвинять тебя?       — Потому что я заслужила. Я причина всего того, через что проходит Хосок. И через что... прошёл Киён, — жутко больно было вспоминать эти два имени вновь.       — А кто причина твоих страданий? — умело уточнил мужчина, вытерев слёзы на щеках Юн.       — Тоже я?.. — девушка свела брови к переносице и задумалась над вопросом от Юнги.       — Не думаю, — господин Мин не нашёл больше нужных слов для неё. Казалось, что продолжение этой темы запутывает Юн ещё больше. А мужчина видел, как она старательно работала над собой в эти дни. — Иди ко мне, — Юнги усадил Нари на свои бёдра, а сам прислонился к спинке дивана. — Хочешь сегодня остаться у меня и поговорить?       — Если ты хочешь... — рука девушки медленно блуждала в волосах Юнги, принимая его крепкие объятия. Нари сильней прижалась к нему, перенося вторую ладонь на плечо.       — Ты же знаешь, что я хочу тебя рядом всегда... — мужчина выдержал паузу, прокручивая в голове сказанную фразу, и неосознанно прикусил нижнюю губу, не переставая смотреть на Нари снизу вверх.       — Это звучит не хуже признания в любви, — былое настроение Юн немного отступило под натиском нежных объятий мужчины.       — Я уже в том возрасте, когда «люблю», говорят иначе.       — Я знаю.       — То есть, я старый, да? — мужчина тоже почувствовал явное облегчение после трудного воспоминания и разговора. Было приятно наблюдать за изменениями на лице Юн. Нечитаемые эмоции, с которыми она вошла в его кабинет, сменились привычными шутками в его сторону.       — Нет. Скорее дотошный, — Нари медленно сняла очки Юнги, в которых он обычно работал перед ноутбуком, и отложила их в сторону. — И почему-то всегда прав.       — О, как! — удивился столь откровенной правде от Юн. — И в чём я прав на этот раз?       — Не буду говорить, — девушка скрутила губы трубочкой и обняла его за шею. — Иначе ты зазнаешься ещё больше...       — Уже, — мгновенно перебил её Юнги, приближая к себе, и держа руками за тонкую талию. — Я хочу, чтобы в будущем ты больше говорила мне о своих ощущениях. И тогда ты забудешь о том, что чего-то то там не достойна. Не хочу больше слушать этот бред, — господин Мин тяжело выдохнул и невесомо притронулся к губам Нари, так ясно слыша, как трудно ей давался очередной вздох.       И ему хотелось бы верить, что это из-за наступивших приятных эмоций, а не по иным причинам. Для пущей уверенности мужчина перенёс одну руку на затылок Юн, углубляя поцелуй. Девушка не сопротивлялась, и именно этого ей не хватало после горького упоминания прошлого: чтобы ей напомнили о том, каким она может сделать своё будущее.       Таким же стабильным, как терпение Юнги.       Светлым, как аура, которой он укутывал её, измученную.       Таким же честным, как его слово.       Сокровенным, как его прикосновения, от которых она каждый раз таяла, даже если старательно отрицала это.       — Ты меня поняла? — настоятельный голос Юнги вытащил Нари из её беглых мыслей.       — Трудно не согласиться с тобой при таких обстоятельствах, — тихо проговорила девушка, указывая взглядом на мужскую ладонь, которая нежно массировала её грудь, немного приподняв кофту Юн.       — Это для закрепления результатов, — вскоре мужчина освободил тело Нари от вещи, помогая ей снять её через голову.       — Тогда не останавливайся, пожалуйста, — девушка неторопливо прикрыла глаза, ощущая первые приятные скольжения мужских рук по спине.       Вдруг осознав, что Юнги был единственным человеком, прикосновения которого она не могла идентифицировать по ощущениям ещё тогда, когда её отношения с братьями Чон были на пике эмоциональной связи.

The flashback.

      — Этот мужчина снова здесь? — освободила своё любопытство Нари. Девушка держала стакан с холодным чаем, спасаясь от душного вечера в саду семьи Чон.       — Снова? — Хосок в недоумении свёл брови к переносице и окинул взглядом господина Мина, а затем и Нари.       — Что?.. — хоть Нари и нечего было скрывать от Хосока, его реакция оставила после себя холодный шлейф.       — Я просто не помню, когда у тебя была возможность увидеться с ним.       — Только здесь, конечно. Просто Киён однажды представил нас друг другу. Вот и всё, — девушка поставила ёмкость с остатками чая на стол и подошла поближе к Хо. — Иногда я забываю, насколько ты ревнивый.       Юн привстала на носочки и бережно обняла парня за шею, пользуясь моментом, пока они находились в отдалении ото всех. Да и, по правде сказать, люди здесь были все слишком увлечены другими вещами. Не будь это чем-то важным для Киёна, ни Нари, ни Хосок здесь не задержались бы.       — Обычное удивление, — пожал плечами Хосок. — Просто это «мужчина», — парень скорчил гримасу, чтобы передать эмоции, которые он ощутил, — странно прозвучало из твоих уст.       — Ты неисправим, — Нари хихикнула в ладошку и встала сбоку Хосока, чтобы их общение не привлекало много лишних глаз. Да и ей почему-то хотелось наблюдать за Юнги, даже если невзначай и нерешительно. — Чимин по сей день для тебя красный флаг.       — Заслуженно, — тут же проговорил Хосок.       — Как знать... — задумалась Юн, не до конца воспринимая серьёзность чувств своего друга детства. — Ладно, — девушка махнула рукой, стараясь окончить бессмысленный, как ей казалось, диалог. — Я скоро вернусь. Ок?       — Увидишь Киёна, напомни ему, что нам сегодня на гонки, — Хосок невесомо провёл рукой по девичьей спине, когда Нари оставила лёгкий поцелуй на его щеке.       Юн редко чувствовала себя комфортно среди гостей семьи Чон. Даже милые и утешительные разговоры с господином Чоном не всегда помогали. Сегодняшний вечер не исключение. Да и это упоминание господина Мина. Почему-то с Киёном гораздо проще говорить о других, нежели с Хосоком, который одним взглядом заставлял смущаться своих слов. Зато в других вещах она всегда могла на него положиться.       — Балуешься? — Юнги не планировал пугать девушку, но Нари всё же не ожидала такой компании сейчас, с учётом того, что она ушла в другой конец дома, на веранду.       — Что?.. — громко откашлявшись, произнесла Юн, неловко выпуская сигаретный дым.       — Не в затяжку, говорю, — мужчина скрестил руки на груди и продолжал наблюдать за Нари, не подходя слишком близко, но и не упуская из вида её забавную реакцию.       — Балуюсь, — своенравная Юн вдруг превратилась в маленького зверька, которого вот-вот должны за что-то отругать.       Естественно, ей больше не хотелось делать то, зачем она изначально сюда пришла. Поэтому Нари, стыдливо пряча глаза, потушила сигарету об ограждение и выбросила окурок подальше. От надоедливого, как ей тогда казалось, гостя, конечно, последовала реакция — надменный смешок.       — Значит, бунтарка?.. — Юнги сделал несколько шагов вперёд, так как любопытство всё же брало вверх и ему хотелось получше рассмотреть Юн сегодня. Ноги сами умышленно привели сюда, когда заметил, как задумчиво наматывая локон на свой палец, Нари направлялась в сторону веранды.       — Уверена, что Вам, господин, такие не по вкусу, — Юн будто превратилась в ту прошлую Нари, которая изучала новые возможности своего общения с противоположным полом.       Нари вдруг стала той, у которой было просто два друга близнеца.       И это порядком насторожило её. Девушка успокоительно сжала губы и по инерции поправила юбку, которая уже не казалась правильной длины. Ей просто нужно как можно скорее закончить диалог и найти Киёна. Он точно сумеет быстро привести чувства Нари в прежний лад.       — Я же не есть тебя собрался, — склонив голову, с улыбкой произнёс господин Мин. — Ладно. Я шучу. Кажется, кто-то продолжит пускать в меня свои когти ещё долго.       — Вам показалось, — снова этот кокетливый взгляд на мужчину, за который хотелось дать себе пощёчины. Но Юн будто ощущала интуитивно, что именно действует на его рычаги, и отдавала ему ровно столько эмоций, сколько смогла бы сама осознать.       — Это ты тоже балуешься? — проницательно сощурившись, проговорил Юнги. Для большей эффектности он подошёл ещё ближе и не спускал с девушки глаз.       — Где? — стало немного стыдно. Немного страшно. И немного. Приятно?       — Парень курить разрешает? — игра слов, которая была для господина Мина самым сладким десертом этого момента.       — Нет. Киён не знает, — с треском провалилась перед натиском глаз напротив. У Нари всегда была установка не называть ничьего имени в контексте с этим словом.       — Понятно, — задумчиво ответил Юнги и, не сдержавшись, щёлкнул пальцем по кончику девичьего носа. — До встречи, колючка.       — Колючка?.. — Нари провела ладонью по лицу несколько раз и произвела затяжной выход.       Никаких противных ощущений она не испытала, но ей однозначно было не по себе от того, что здесь произошло. Юн округлила свои глаза, представив реакцию Хосока, если бы он увидел, и поэтому как можно скорее попыталась вернуться к нему.       — Искала меня, а сама заблудилась? — такой родной голос и так вовремя. Нари обернулась и увидела подходящего к ней Киёна.       — Нет. Просто отдыхала от людей. Ну, ты знаешь...       — Конечно, — одобряюще кивнул парень и приобнял Нари, мягко касаясь губами к её макушке. — Хосок надоумил? — ему не нужно было произносить больше ничего, чтобы Нари поняла, о чём речь.       — А? — снова стыдно. Очень.       — А кто же ещё? Даже Чимин не научил, — старшему Чону всегда было проще вспоминать друга Юн.       — Я просто... балуюсь, — плотно поджала губы девушка. — Помнишь тот вечер, когда надоедливая блондинка всё не затыкала свой рот про меня и мою семью?       — Ты не каждый день дерёшься до счёсанных костяшек, — Киён взял девичью руку и нежно поцеловал место, о котором говорил. — Конечно, помню.       — Вот... Я просто попробовала и всё. Если хочешь? Я не буду, — Нари перенесла свою свободную ладонь на его щёку, поглаживая большим пальчиком в ожидании ответа.       — Ты должна решить. А не я. Или Хосок. Или кто-либо ещё. Поняла? — Киён звучал строго, но его глаза даже в такие моменты всегда были полны понимания и поддержки.       Затем парень снисходительно улыбнулся, что окончательно успокоило Нари, а после сделал то, что снова вернуло её мысли к господину Мину. Потому что Чон повторил те же действия с её носом, что и мужчина ранее.       — Поняла, — рассеяно кивнула Нари.       — Кстати, господин Мин не теряет надежды на то, что ты всё-таки захочешь провести свою практику у него, — Киён был так увлечен разговором об учёбе и будущем Нари, что и не заметил, как глаза девушки недовольно закатились при упоминании имени мужчины. Парень осторожно взял её за руку и направился в сад, где их ожидал Хосок.       — Какой же упрямый, — только и ответила Юн.       — Не знаю, с чего ты такая категоричная? — продолжал удивляться старший Чон. — Это, кстати, он мне сказал, что ты меня ищешь. Хороший же мужчина. И профессионал во! — Киён приподнял палец вверх и в глубине души желал, чтобы его желание исполнилось.       Но вот какой ценой...       «Нет. Киён не знает» – невольно промелькнуло в голове у Нари, когда она уловила на себе застывший взгляд господина Мина, пока братья Чон активно обсуждали предстоящую гонку, а Хосок по-хозяйски расположил на её талии свою ладонь.

The end of the flashback.

      — Чего задумалась? — Нари всё-таки осталась у Юнги.       Девушка уложила голову на его плечо и наслаждалась присутствием рядом. А господин Мин в этот момент незамысловато выводил узоры на её руке, которой она его обнимала. Телевизор звучал скорее для фона. Всё это время Юн рассказывала мужчине рандомные воспоминания из своей жизни. И очень много говорила об отце и матери. А потом в какой-то момент пауза затянулась.       — Ты действительно не оставишь меня ни при каких обстоятельствах?.. — Юн испытывала лёгкий страх, задавая вопрос. Но ей очень хотелось услышать ответ.       — Ну... Есть обстоятельства, которые мне неподвластны. А в целом — да, — Юнги приобнял её ещё сильнее, чтобы она не расслышала никаких сомнений в его словах.       — Так интересно получается. Каждый из нас живёт собственную жизнь, на которую влияют так много других...       — Не думай слишком много о плохом сейчас.       — Ты прав. Мне нужна пауза.       — Такое редкое согласие от тебя, — господин Мин поцеловал девичью макушку и устало прикрыл глаза. — Давай спать. У меня на завтра большие планы на тебя, — Нари смогла лишь согласно кивнуть и искренне улыбнуться. Ведь и сама испытывала усталость в конце трудного дня, несмотря на все удачные попытки от Юнги сделать вечер благоприятным.       Юн развернулась спиной к мужчине и придвинулась максимально близко. Было так приятно ощущать его рядом. Быть в его футболке. Пахнуть им и верить в будущее. Впервые за долгое время рисуя его у себя в голове. Но что-то всё равно не давало ей полного спокойствия. Даже когда господин Мин крепко обнял её и вскоре уснул, Нари продолжала думать о каких-то случайных вещах. Девушка недовольно цокнула, когда устала от своего же состояния. Ей пришлось немного отодвинуться от мужчины, чтобы дотянуться рукой к телефону, который был на маленькой тумбочке около кровати. Юн быстро убавила яркость на экране и просмотрела сообщения. Быть может, она просто забыла кому-то ответить? Но было пусто. Да и кто ей писал просто так? Затем Нари проверила почту... Будильник... Некоторые социальные сети... Но одно приложение почему-то засело в её голове, и она осторожно провела по экрану большим пальцем.       «Пять дней задержки» – предложение из трёх слов не давали ей уснуть в эту ночь.       «Пять дней задержки» – предложение из трёх слов, которые поставили на кон всё.