Небеса возненавидят нас

      — Нари? — господин Юн находился около дома и наслаждался прохладным ранним утром, сидя в своём инвалидном кресле.       Мужчине нравилось находиться за пределами дома в такое время суток, когда вокруг было не так много осуждающих глаз, и пока госпожа Шин в это время привычно готовила завтрак. Но вот увидеть дочь, выходящую из такси с поникшей головой, было странным.       — Доброе утро, па, — безэмоционально произнесла девушка.       И нет, это не потому, что она не испытывала ничего к отцу. Дело было в другом. В том, что её мысли сейчас чрезмерно контролировали все её чувства. Единственное, что она ощущала — это безысходность и жалость...       Впервые её так сильно поглотила постыдная жалость к самой себе. Казалось, всё то, что произошло с ней за всю жизнь, скопилось в одну осложнённую эмоцию, которая так умело, ежесекундно давила на больное, предоставляя картинки из прошлого. Одну за другой объединяя их в историю, изменившую Нари: травма отца и уход матери, непринятие со стороны госпожи Чон, несостоявшиеся отношения, смерть Киёна, манипуляции Хосока, ссора с другом детства, быт и попытки реализоваться.       Всё это тяжестью осело на её плечах.       До такой степени ощутимо, что даже попытки господина Мина сделать её жизнь лучше, просто обнулились по одному щелчку пальцев. Собственно, именно данное шаткое состояние Нари и привело её домой в такую рань.       — Рассказывай, — расстроено выдохнул господин Юн.       Мужчина принялся утешительно поглаживать макушку дочери, как только она присела около его ног и уложила голову на колени. Он не слышал этого, но знал, что его маленькая принцесса внутри кричала от боли.       — А я не знаю, что сказать... — правдиво ответила Юн, прикрывая глаза. Несмотря на холод и то, что их кто-то мог увидеть сейчас, она хотела бы остаться в этом положении надолго. — Правда, не знаю... Все мои планы постоянно рушатся. И всегда из-за меня.       — Это определённо не так. Думаю, на это есть разные причины и факторы. Не скидывай слишком много на свои хрупкие плечи.       — В любом случае исправлять нужно всё только мне, — Нари подняла голову и грустно посмотрела на отца, поджав досадно губы. — Пойду к себе и подумаю об этом... — не дожидаясь ответа отца, девушка направилась в свою комнату, по пути здороваясь с госпожой Шин. Казалось, что сил не было ни на что. Даже на спокойные разговоры с отцом, в которых она нуждалась.       Поникшее настроение и нестабильное эмоциональное состояние в совокупности с усталостью и недостатком сна не дали ей долго копаться в своих спорных мыслях. Нари уснула, как только смогла согреться в своей кровати, а проснулась незадолго до обеденного времени и, после посещения ванной комнаты, спустилась вниз.       — Кажется, ты вовремя, — встретил её господин Юн, который усердно что-то рассматривал сквозь окно прихожей.       — В каком смысле? — не понимая, о чём он, Нари как можно скорее подошла поближе.       — Ты знаешь этого мужчину?.. — не спеша поинтересовался господин Юн, замечая, как молниеносно изменилось лицо дочери.       Он заметил удивление, заинтересованность и страх? Но не тот, который он замечал всякий раз, когда Нари вспоминала о Хосоке. Скорее это было похоже на сильное замешательство. Появление этого человека явно застало дочь врасплох. Но господин Юн не ощущал опасности для неё.       — И как давно он здесь? — Нари отодвинулась от окна, но продолжала мельком наблюдать за тем, как Юнги нервно расхаживал около своей машины, припаркованной возле её дома.       — Я только заметил, так что... — мужчина пожал плечами, ведь не владел информацией и не мог дать точный ответ.       — Ладно, — девушка беспокойно похлопала себя по карманам штанов и поняла, что даже не помнила, где оставила свой телефон. Нари шумно выдохнула и направилась к входным дверям. — Тогда пойду и узнаю.       Господин Мин сразу же устремил свой вопросительный взгляд к Нари, возникшую на пороге своего дома. Девушка продолжала держаться за дверную ручку, не имея сил разомкнуть пальцы и сделать шаг к мужчине. Юнги тоже был озадачен и задумчив. Юн в своей домашней одежде, сонная и растерянная. Конечно, этот облик давил на него, и чувства, которые он ощутил с утра, не увидя её около себя на кровати, удвоили его многочисленные переживания.       — Будем так разговаривать? — наконец-то первым заговорил Юнги. Мужчина посмотрел по сторонам и скрестил руки на груди.       — Я... не знаю, что сказать, — смиренно проговорила Нари, обняв себя за плечи и наконец отпуская дверную ручку.       Было жутко стыдно перед Юнги, а ещё сердце...       Её сломленное сердце вновь ощущало боль другого человека.       — Ладно. Тогда просто ответь... мне уехать или остаться? Это ведь не сложно, — не хотелось звучать с иронией или поддаваться эмоциям и язвить, но Юнги на этот раз действительно ощущал что-то другое.       Будто Нари убегала от него, пока за его спиной стоял ещё кто-то.       — Это сложно, — сжав болезненно губы, отвечала девушка. — Как видишь, выбирать, это не моё, — ей тоже не хотелось проявлять плохих эмоций к тому, кто их не заслужил. Но Нари, пожалуй, впервые видела испуг, застывший в его глазах. Самое время начать ненавидеть себя за это.       — Что случилось, пока я спал?.. — мужчина громко вздохнул и прикрыл глаза, пытаясь быть максимально терпеливым. Вместо того, чтобы поддаться эмоциям, затащить девушку в машину и увезти куда-то подальше.       — Я испугалась...       — Чего именно?       — Своих решений. Я боюсь, — если бы он только знал, какой именно она ощущала страх и по какой причине.       — Нари... — Юнги сделал несколько шагов вперёд и остановился, пристально следя за реакцией девушки. — Дай мне руку, — на этот раз голос господина Мина звучал спокойно, бережно окутывая Юн. И ей не было смысла сопротивляться. Теперь она не отрицала своей привязанности к мужчине.       Спокойствие и желанная тишина. Вот что Нари ощутила, стоило ей подойти к Юнги и принять его крепкие объятия. Сердце продолжало совершать ритмичные удары, но на сей раз из-за близкого присутствия мужчины. А тревожные мысли послушно замолчали, предоставив девушке возможность насладиться успокаивающим голосом Юнги.       Волнение и огромное желание понять её. Так много раз Юнги списывал действия и эмоции Нари на прошлые тяжёлые отношения и спонтанные появления Хосока в её жизни. Но на этот раз он не мог найти причину того, почему Нари пыталась уйти. Даже после их первой совместной ночи она не смогла сделать это, остановившись на пороге гостиничного номера. Он хранил каждое воспоминание.       — Прости, — освободила такие важные слова Нари, поднимая голову и неотрывно смотря на мужчину.       — Не хочу выглядеть как... Ты так нужна мне, Нари, — Юнги тоже подарил ей ключевые слова, в которых она сейчас нуждалась. Господин Мин крепче обнял её, осторожно расположив руки на талии, стараясь не отпугнуть её своими решительными действиями.       — Ты говорил о каких-то планах на сегодня?       — Угу.       — Что, если мы изменим их? Госпожа Шин делает отменные торты, а отец давно заподозрил меня...       — В чём? — поинтересовался Юнги, улыбаясь. Так редко румянец на щеках Нари выдавал всё её смущение.       — В том, что я счастлива... опять, — честно ответила Юн, взяв мужскую ладонь в свою, нежно переплетая пальцы.       — Ну, — мужчина осмотрел свой внешний вид, после чего задумчиво обхватил подбородок большим и указательным пальцем, — предлагаешь мне представиться в таком виде?       — Скорее настаиваю, — не сдержав доброй улыбки, ответила Нари, моментами ощущая, что за ними уже точно наблюдали через окно. Девушка повернула голову и заметила, как дверь потихоньку приоткрылась, а затем она увидела отца.       — Мне просто нужно знать: господин пьёт чай или кофе?.. — мужчина сложил руки на коленях, с удовольствием изучая гостя. А госпожа Шин подошла к нему со спины и придерживала инвалидное кресло. Всегда боялась каких-то чрезвычайных ситуаций на пороге дома или там, где есть ступеньки.       — Ну... Я не думаю, что их интересует твой внешний вид, — часть плохого настроения растворилась с прохладным ветром этого дня.       Приятное любопытство близких людей к Юнги и поведение господина Мина остановили её самобичевание. Но всё вернулось вспять, когда перед сном Нари получила на свою электронную почту подтверждение о завтрашнем визите к врачу.

***

      — Давайте проверим ещё анализ крови. Потому что УЗИ на данном сроке не всегда достоверно. А я по глазам вижу, что нужен более точный ответ, — доктор внимательно заполняла бумаги, а Нари сидела за столом напротив неё в ожидании хоть каких-то новостей.       — Я просто... Просто не знаю... Мне бы примерную дату... — голос девушки без стеснения выдавал её состояние. Но говорить женщине всё так, как есть, оказалось проще простого. Ведь самый главный выбор у Юн был ещё впереди.       — Ну что сказать, — доктор сняла очки и положила их на стол около себя, а затем устремила взгляд к Нари. — Беременность есть. Срок примерно три или четыре недели. Плод ещё слишком мал, чтобы говорить более достоверные сведения.       — Есть... — растерянно повторила Юн, не вникая в дальнейшие слова. Девушка увела взгляд в сторону, замечая различные стенды с изображением беременных женщин и прочей информацией на эту тему.       — Я выпишу сейчас кое-какие лекарства. Точнее сказать, витамины, — женщина быстро заполнила электронный бланк, проворно перебирая кнопки на клавиатуре, — и назначу дату следующего приёма...       — Следующего?.. — внезапно перебила её Нари. — Я... — девушка свела брови к переносице и жалостливо прикусила нижнюю губу, пытаясь объяснить доктору то, что, скорее всего, она слышала миллион раз.       — Я вижу Ваши сомнения, — наконец-то произнесла женщина, складывая руки в замок на столе, — вернётесь, когда всё решите.       — Решу.

***

      — Хосок, ну ты чего? — блондинка скрутила губы в трубочку и обиженно наблюдала за тем, как Хо наспех застёгивал свои джинсы. — Что за срочность? — девушка продолжала показывать своё недовольство, поправив лямку лифчика.       — Ты получила то, что хотела? — вмиг огрызнулся парень. Хосок подошёл к столу и забрал свой мобильный телефон, который оставил там ранее.       — Я думала, ты останешься.       — Почему я должен это делать? — Хосок недовольно цокнул, ощущая раздражение от постоянного нытья девушки. Да и мобильное устройство зависло, слишком медленно открывая сообщение. Любопытство стало слишком велико, когда отправителем оказался Пак Чимин. — Мы просто трахаемся, — спокойно проговорил Хосок, не отрываясь от телефона. — Тем более это правда срочно, — лишь одно имя на экране мобильного смягчило его даже в таких условиях.       И он, как обычно, ушёл без слов и прощаний.

***

      Нари просидела некоторое время около кабинета гинеколога и перебирала маленькие бумажки с различными направлениями на сдачу анализов и рецепты лекарств для аптеки. Их было небольшое количество, но под воздействием эмоций Юн казалось, что в этих четырёх листах вся её жизнь. Девушка тяжко вздохнула, но всё-таки поднялась со стула, пряча всё в рюкзак, направляясь к выходу, где её ждал внезапный гость.       — Хо?.. — всё ещё по инерции проговаривалось.       — Чанъми, — безнадёжно вырвалось из уст парня.       — Ты же сказал, что больше не придёшь... — в голосе была то ли грусть, то ли радость от того, что он не сдержал обещания.       Нари подошла чуть поближе, не замечая на крыльце поликлиники никого, кроме Хосока. Удивительно, но её шаткое состояние стало более уравновешенным, когда она смотрела в глаза своему разбитому прошлому.       — Я же сказал: не верь мне, — нервно усмехнулся Хосок, облизывая губы. — Это то, что я думаю? — парень указал на вывеску с названием гинекологического центра.       — Смотря, о чём ты думаешь? — становилось всё труднее держать высоко голову и не отводить взгляда.       — Ты всё прекрасно понимаешь, — он точно знал, что они подумают об одном и том же дне.

Flashback.

      — Пап?.. — Нари находилась у себя в комнате, слушая музыку в наушниках, но ей вдруг показалось, что кто-то произнёс её имя.       Девушка оставила гарнитуру на столе и подошла к приоткрытому окну, замечая отца во дворе.       — Вернулись... — тихонько произнесла Юн с улыбкой и обернулась к дверям, в которых уже стоял счастливый Хосок.       — Чанъми моя, — он мгновенно сократил между ними дистанцию и подхватил девушку под ягодицами, тут же ощущая её крепкие объятия на своей шее. — Хотел сделать сюрприз, а она ждёт, — Хосок прикоснулся кончиком носа к её.       — Я увидела отца на улице и поняла, что он, как обычно, воспользовался вашим приходом... Кстати... — девушка посмотрела в сторону двери, которая по-прежнему была открытой, — ... где Киён?       — Скоро будет. Подъём на второй этаж тоже скоро будет, — Хосок сел на край кровати, а Нари удобно расположилась сверху него. — Отец обещал хорошо отблагодарить, если поездка пройдёт успешно. А ты знаешь, что Киён никогда не возвращается с пустыми руками, — гордо похвалил брата, заключившего выгодную сделку.       — Хорошо устроился, хитрец, — прищурившись, произнесла Юн, продолжая обнимать парня за шею, вдыхая его родной аромат духов. — А говорил, что семейный бизнес — не интересно...       — Так и есть, — громко перебил её Хосок. Не было желания, чтобы Нари думала так о нём. — Это исключительно ради Киёна. И тебя, — дополнил важную деталь.       — Спасибо. Правда, — Нари опустила плечи, чувствуя себя обузой для братьев Чон. — Вы так много сделали для нас. Теперь отец самостоятельно может выйти из дома, если находится на первом этаже.       — Остальные проблемы тоже будут решены, Чанъми моя, — подбодрил её Чон, проводя костяшками пальцев по щеке.       — Их бы не было, если бы хоть одна спальная комната была на первом этаже. Этот дом такой проблемный, — недовольно цокнула Нари, — и хранит страшные воспоминания...       — Эй! — остановил её Хосок. — Здесь было так много хорошего. Прекрати, — он обнял девушку чуть крепче, пытаясь таким образом придать их встрече нужного настроения.       Хосок знал, что в таких вещах Киён имел лидерство, но всякий раз пытался быть более нежным, понимающим и спокойным, если того требовала ситуация. А Нари очень часто грустила в их отсутствие, загоняла себя в депрессивные мысли, даже не пытаясь найти плюсы одиночества. Поэтому Хосок так не любил оставлять её одну.       — Просто мне было одиноко. И я много думала... — жалостливо прикусила нижнюю губу Юн. А Хосок лишь коротко кивнул, замечая, что его мысли отразились в словах Нари.       — О чём, Чанъми? — голос парня звучал настолько негромко, что можно было расслышать дыхание друг друга. Хосок снял резинку с девичьих волос, наблюдая за тем, как осторожно они расположились на плечах Нари.       — О нас.       — Я и ты? Я, ты и Киён? — попросил больше конкретики, понимая, что, скорее всего, именно в таком порядке и рассуждала Юн.       — Мы. Все.       — Вы с Киёном очень много думаете на темы, которые меня раздражают...       — Тебя раздражает наше будущее? — резко остановила его Нари, убирая руки от шеи парня.       — Да нет же! — вспылил Хосок. — Ваше умение уходить в негатив. Почему видишь только то, что заставляет тебя грустить?       — Так получается, — капризно пожала плечами Юн. — Например, по улице идёт пара влюблённых, держатся за руки и мило улыбаются. На них никто не обратит внимание. Но если это будем мы...       — Вообще похуй на всех, — в своей манере ответил Хо.       — Это ты сейчас так говоришь, — несмотря на эмоциональную реакцию парня, Нари не могла злиться на него или продолжать грустить при нём. В этом и была индивидуальность Хосока. Его голая правда практически всегда смогла остановить сумбурный поток мыслей Юн. — Мы будем расти, и ситуации могут быть разные.       — Это будет потом. Ты уже ответила на свой же вопрос. Ведь так?       — Наверное, ты прав.       — Прости, но... — Хосок нервно облизал губы и ловко уложил девушку на кровать, оказавшись сверху неё. — Я не могу думать ни о чём сейчас. Я очень соскучился, — он слегка приподнял футболку Нари, ладонью добираясь к мягким полушариям, а второй рукой упёрся в кровать. — И меня действительно не волнует ничего, кроме того, чтобы моя Чанъми была счастлива. И я знаю, что и Киён сделает то же самое для тебя. Поэтому не будет никаких нерешённых проблем.       — Хо... — прикосновения парня приобретали всё более яркие краски, а Нари послушно таяла в его руках. Но было кое-что, что мешало ей полностью расслабиться, — мне нужно сказать... — но Хосок никак не отреагировал, то ли не услышав просьбу Юн, то ли проигнорировал под воздействием нахлынувших чувст. Поэтому вместо ответа девушка ощутила, как сильно он скучал, когда его губы непременно оказались на её. — У меня задержка... — наконец-то произнесла Нари после того, как парень оторвался от её губ и стал опускаться ниже. Конечно, после этих слов Хосок застыл на мгновенье, а затем выровнялся и сел на кровати около Нари.       — Не понял, — растерянно проговорил он.       — Всего лишь пару дней. Иногда такое бывает. Но ты... ты не используешь презервативы, как Киён... — девушка тоже привстала и расположилась рядом с Хо, уводя взгляд в сторону, ощущая нотки стеснения, говоря ему об этом.       — Как обычно. Идеальный старший брат, — почему-то этот факт воспринялся Хосоком в штыки. Не нравилось быть эгоистом и в очередной раз подводить Нари? — ты про эти ситуации упоминала?       — Ну... возможно... — тихонько ответила Нари, повернув голову в сторону парня.       Несмотря на озвученные слова, девушка не прочла на лице Хосока каких-то сомнений или опасений. Будто этот человек не боялся ничего и готов найти решения для всего. А быть может, это маска? Чтобы не показывать Юн своих правдивых эмоций. Таких, как шок или страх. Она видела такого Хосока однажды. Когда он стал её первым мужчиной.       — Поехали, — резкий голос парня выдернул Нари из собственных мыслей.       — Куда? — всё так же растерянно проговорила девушка, поправляя свою футболку и наблюдая, как Хосок подошёл к окну, чтобы осмотреть двор около дома.       — За тестом. Или что там...       — Тест? — раздался взволнованный голос Киёна, который только что появился в дверях.       — Киён... — машинально произнесла имя парня Юн, — привет, — девушка тут же поднялась с кровати и без раздумий оказалась рядом с ним, крепко обнимая за спину и доверительно укладывая голову на его плечо.       Вот он, тот, кто сможет успокоить лишь одним своим появлением. Да и Нари знала, что её объятия подействуют на него также, и он не будет сейчас задавать много вопросов Хосоку. Но по строгому взгляду Киёна Хосок и без комментариев понял, что в отсутствие Нари он доберётся до него и, как обычно, будет учить ответственности.       — Не по математике, если ты понимаешь, — наконец-то отозвался Хосок, пряча свои сопутствующие переживания под якобы уместную шутку.       — Куда уж яснее, — Киён обнял Нари за плечи и с любопытством заглянул в лицо, перенося пальцы на девичий подбородок, чтобы голова Юн была повыше, и он смог рассмотреть её. — Я тоже очень скучал, — произнёс он со всей нежностью, которой только мог обладать его голос. — Тебя что-то беспокоит?       — Нет, ничего, — послушно ответила Нари. — Просто нужно убедиться в том, что это просто сбой. Ведь...       Девушка стыдливо пыталась увести взгляд в сторону, не имея в себе так много смелости для того, чтобы озвучить Киёну факт из её интимной жизни с Хосоком. Ей всегда казалось, что старшему Чону трудней обсуждать такие вещи, в отличие от Хо.       — Да хватит уже стоять там! — вспылил Хосок, подходя к брату и Нари. — Я жду в машине, — парень неоднозначно осмотрел их и вышел из комнаты, случайно задев плечо брата.       — Я всё испортила, — на тяжёлом выдохе поделилась своим переживанием Юн. Прекрасно знала, от чего у Хосока такая реакция. Ему бы не хотелось, чтобы об этом знал Киён.       — Точно не ты, — спокойный голос Киёна не разрешал ей раскиснуть окончательно, а его искренняя улыбка — будто яркий луч света среди темноты.       — Он так переживает всякий раз, когда где-то совершает ошибки, зная, что ты не допустил бы такого. Это началось ещё... Я думаю, всё усугубилось с той самой ночи, — слова полились нескончаемым потоком.       Это удивило и Киёна, и саму Нари. Девушка много раз прокручивала разные варианты того судьбоносного дня, но ей никогда не приходила мысль о том, что это принесло им больше проблем, нежели счастливых моментов. А сейчас она вдруг осознала, какой груз был на плечах Хосока и как на самом деле он мог винить себя. Затем Нари посмотрела в глаза Киёна и в груди кольнуло ещё сильней, когда задумалась о том, что он до последнего пытался быть для неё лишь другом и никогда не отбирал первенство у Хосока.       — Пойдём, — всё, что удалось произнести Киёну. Не хотелось ни отрицать слова Нари, ни соглашаться с ними. Но Киён, как и она в данный момент, задумался об озвученном.

***

      — Ну и что там? — Хосок нервно расхаживал по комнате Нари, а Киён сидел на кровати. Тоже нервничал, но не был столь очевидным, как брат.       — Одна. Всё в порядке... думаю, — Юн прикоснулась ладонью к животу и наконец-то искренне улыбнулась сегодня, ощутив радость от долгожданного приезда братьев Чон.       — Повторим через день, если ничего не поменяется, — голос Хосока тоже изменился, как и его эмоциональное состояние. Напряжение понемногу стало отступать, даже при мысли о том, что брат точно попытается провести с ним беседу дома. Только вот у Киёна сегодня были совершенно другие планы.       — Отлично! — проговорил Киён, подымаясь с кровати. — А теперь я украду у тебя Нари, — молодой человек подошёл поближе и взял девушку за руку, наблюдая за тем, как её вторая ладонь всё ещё находилась в руках Хосока.       — Не понял...       — Ты же сам сказал, что вечером занят, а я могу провести время с Нари.       — Чёрт, — расстроенно выругался Хосок, посмотрев на настенные часы в комнате Юн. — Время с тобой всегда проходит слишком быстро, Чанъми, — парень отпустил девичью ладонь и обнял её лицо руками, тут же подарив мимолётный поцелуй, непринуждённо скользив по губам. — Завтра исправлюсь. Окей?       — Угу, — послушно кивала Нари, не прекращая ощущать, как большой палец Киёна нежно касался её руки.       Хосок оставил прощальный непринуждённый поцелуй на устах Юн и вышел из комнаты, по-прежнему стараясь не акцентировать внимание на Киёне и оставляя позади сегодняшние эмоции.       — Посмотрим какой-то фильм? — проговорила Нари, когда заметила слишком задумчивое лицо парня.       — Есть идея получше. Я вызову нам такси и помогу господину Юну, а ты соберись и спускайся во двор, — Киён вдруг резко приблизил к себе Юн, крепко держась руками за её тонкую талию. — Так скучал... — наконец-то произнёс он вслух то, что так долго желал.       Ещё по дороге из аэропорта словил себя на мысли, что в этот раз разлука была какой-то невыносимой. Он постоянно переживал за Нари. Писал. Звонил. Будто ощущал её моральное состояние даже на расстоянии. А ещё Киён был рад услышать, что сегодня ему не придётся делить Нари с братом. Поэтому план на вечер был хоть и спонтанным, но от этого станет только лучше.       И Нари действительно была в приятном удивлении. Обычно сдержанный Киён позволил себе в этот день быть более эмоционально открытым и тактильным. Девушка до последнего не знала, куда направлялась машина такси, а прикосновения парня заставляли не задумываться так сильно над этим. Когда рука Киёна то невзначай останавливалась на её бедре, то по-хозяйски блуждала чуть ниже колен. Но как только они прибыли к месту назначения, Нари поняла столь игривое настроение Киёна. Парень быстро переговорил с администрацией на ресепшене, и совсем скоро они с Нари оказались внутри просторного гостиничного номера.       Как только дверь закрылась, Киён тут же взял Нари на руки и, не смотря на неё, быстро внёс в комнату. Девушка цепко обняла руками его шею и не смогла сдержать улыбки. Ей нравилось, когда он терял контроль над собой, а причиной всему этому была она. Даже желваки на его лице, от которого Юн не могла отвести своего взгляда, играли в предвкушении. Совсем скоро Нари ощутила спиной мягкую поверхность кровати, а Киён навис сверху, осторожно раздвинув её ноги коленом. Даже в такие страстные порывы он действовал аккуратно и с присущей ему медлительностью. Но это никогда не казалось Нари чем-то плохим. Наоборот. Ей льстило то, с каким интересом он рассматривал её и предвкушал близость с ней.       — Прости... Я очень скучал. И... — поделился Киён своими ощущениями сквозь спонтанный поцелуй.       Парень упёрся в кровать одной рукой, пока вторая старательно добиралась к платью, в котором была Юн, предпринимая попытки поскорее приподнять его. Касания его пальцев так сильно отпечатались на её бедре, что Нари непроизвольно простонала, зарывшись руками в волосы парня. Юн ощущала его поцелуи чуть ниже шеи, когда Киён медленно добирался к выразительным ключицам, а рука освобождала тело Нари от нижнего белья.       — Тебе не за что извиняться, — наконец девушка смогла произнести хоть что-нибудь. — Я тоже очень скучала... — чуть тише добавила она, прикусывая нижнюю губу в нетерпении. Киён сделал движения бёдрами, имитируя секс, а затем привстал для того, чтобы расстёгнуть молнию на своих джинсах и немного приспустить их вместе с боксерами.       — Правда? — у него не было в этом сомнений... до ситуации с тестом.       Киён вновь придвинулся к Нари и медленно заполнил её собой, прикрывая глаза от долгожданного удовольствия. Бывали дни, когда ему хотелось поглощать её ежесекундно и не думать ни о чём. Рассказать ей о своих чувствах с помощью языка тела. И сегодня тот самый день.       — Конечно, правда, — девушка обняла его лицо руками и крепче обвила ногами его корпус, даря ему сдержанные стоны на каждый последующий толчок. — Киён?.. — Нари посмотрела в глаза парню, ожидая, что он ответит быстрее, чем она произнесёт вопрос вслух.       — Я знаю. Я буду аккуратным, — и парень догадался, о чём беспокоилась Юн. Ведь обычно Киён всегда использовал защиту в виде презерватива.       — Я доверяю тебе... доверяю, — успокоила его Нари, будто ощущая новую степень доверия между ними.       Киён одарил Нари сдержанной улыбкой и не переставал вдалбливаться в её податливое тело. Парень слегка привстал и поменял угол проникновения. Одна рука упёрлась в кровать, а другая удобно расположилась на талии Юн, придвинув её ещё ближе к себе. Киён закусил нижнюю губу и произвёл несколько резких движений бёдрами, а затем ещё и ещё, ощущая, что тело Нари, как и его, совсем скоро получит нужную разрядку. Девушка обхватила его кисть ладонью, слегка приподнимая таз навстречу его толчками, и совсем скоро освободила победный стон, облизав после губы. Киён не смог оставить без внимания этот жест Нари и вновь склонился к её лицу. Тут же впился в влажные уста, войдя в неё на всю длину, и после нескольких толчков кончил внутрь Юн.

***

      — Что... Что, если я всё же беременна? — Нари осмелилась задать вопрос, пока продолжала смотреть на их с Киёном переплетённые руки.       Её голова расслабленно лежала на плече парня, а прохладная ткань одеяла, которым они были укрыты, остужали тело, но не мысли. Поэтому избежать предстоящего диалога у Юн не получилось.       — Сейчас? Или в целом?..       Что всегда отличало Киёна от Хосока — это холодный взгляд на, казалось бы, провокационные вопросы. Парень даже не открыл глаз, он просто продолжил держать руку Нари и наслаждаться моментом. Он слишком много думал, пока они были в разлуке, и теперь ему хотелось заполнить пробелы своим присутствием рядом с ней.       — Ну, например, если моя задержка продолжится?       — Это нужно будет обсуждать с Хосоком, — Киён открыл глаза и задумчиво посмотрел в потолок, ощущая, как Нари прижалась к нему ещё ближе.       — А если?..       — Что бы ни произошло, моё сегодняшнее действие не повлияет на исход, — заметив то, как тяжело давалось ей каждое слово, Киён быстро расставил все точки и запятые.       В мгновенье к нему стало подкрадываться состояние, которое удручало его в последнее время. Ему нравилось проводить время с Нари и Хосоком. Он гордился их связью и тем, что им удалось построить. Но именно Киён всегда был тем, кто в какой-то мере зависел от мнения. Всех. Будь то семья, общество или случайный прохожий. Когда в старших классах новый учитель сделал ему некорректное замечание о глубине его знаний, он сделал всё для того, чтобы до конца учёбы стать лучшим по этому предмету. Когда в детстве мама рассказывала своим знакомым, как много у неё планов на старшего сына, он старался никогда её не подводить, быть идеальным и послушным. Когда нравящаяся ему во время учёбы в институте девушка упрекнула его тем, что он не до конца соответствовал её стилю. Киён обновил свой гардероб и больше никогда не подходил к ней. И во всём этом идеальном хаосе, который Киён пытался контролировать, была она. Нари.       Такая смелая и открытая. Казалось бы, доверчивая, но осторожная. Киён ощущал некую ответственность за неё и то, как Юн будет воспринимать окружающий мир. Ему хотелось быть маяком. Пусть он и доверял Хосоку и его безоговорочной любви к Нари. Да, именно Киён был тем, кто первый понял и принял чувства Хосока к Нари. Было интересно наблюдать за тем, как Хосок жил, подавляя в себе это. Киён будто смотрел на самого себя. Но старшему брату всегда было проще скрывать эмоции и быть верным своему плану. Он догадывался, что брат однажды сорвётся. В какой-то мере это и было его решением — дождаться этого момента и отойти на второй план для Нари, надеясь, что его чувства тоже однажды утихнут.       Но Киён не предугадал того, что Нари не захочет отказываться от него, а брат даже будет не против. И пока Хосок наслаждался своим новым состоянием, когда не нужно было скрывать истинное отношение к Нари, Киён по-прежнему был в тени и зависящим.       Зависящим от мнения людей вокруг и от самой Нари.       В этот вечер Юн не вернулась домой. Киён не смог расстаться с ней и до утра они были вместе. По возвращении домой Нари обнаружила небольшое красное пятно на своём нижнем белье.       И с облегчением выдохнула.

End of flashback.

      — Он будто всегда знал, что это будешь ты... — Нари всё ещё блуждала в воспоминаниях, неуклонно смотря на Хосока, который не до конца понял её фразу, но имел догадки.       — Нари...       — Уходи, — достаточно смело перебила его Нари, как только парень сделал внушительный шаг к ней, стремительно сокращая дистанцию. Плечи девушки были опущены, пусть она и пыталась держать лицо перед ним, но глаза начинали блестеть от беспомощных слёз.       — Просто скажи, что... — Хосок не знал, как лучше произнести то, что у него на душе. Он прекрасно помнил их последнюю встречу в машине, а теперь они стояли около этого здания, а состояние девушки говорило само за себя.       — Сказать что? — не дождавшись того, что её просьбу услышат, Нари эмоционально вспылила. Юн уже несколько дней плохо спала, и усталость давила морально. — Никакого ребёнка нет и не будет. Ты сказал мне быть сильной и выбрать его? Я выбираю... Чон Хосок, я выбираю быть счастливой, — голос Юн становился всё громче. И на этот раз она сама предприняла попытки приблизиться к нему, сделав крохотный шаг вперёд. — Я выбираю быть той, которой Киён будет гордиться... — эти слова дались с трудом. Смотреть на растерянное лицо Хосока и вспоминать Киёна было невыносимой пыткой. И она знала, что ему тоже больно. — Я выбираю не любить тебя.       Но боль — это единственная возможность отдалиться друг от друга.       Нари подошла впритык к Хосоку, который молча наблюдал, как по её красной щеке стекала слеза. Парень сглотнул тяжёлый ком в горле и всунул руки в карманы своих джинс. Она правда, сделала ему больно. Но он знал, что заслужил это и даже больше. На этот раз Хосок решил уйти молча. Он просто обнял её лицо руками и поцеловал настолько чувственно, как умел. Нари не противилась этому. Руки медленно прикоснулись к груди парня и интуитивно сжали ткань его кофты. Как только Хосок остановился, она неспешно открыла глаза и увидела, как он также медленно уходил от неё.       — Так сильно... Выбираю не любить тебя так сильно, Чон Хосок, — произнесла шёпотом. Нари прикоснулась ладонью к губам и интуитивно расположила вторую руку на животе.

***

Спустя шесть лет.

      — Юджи, просто слезь оттуда. Послушай маму, — Нари пыталась не показывать своего беспокойства дочери, так как высота, на которую девочка взобралась по лестнице, была для неё уже опасной и даже пугающей.       Добраться до неё самостоятельно Нари не могла. Поэтому единственный выход — это полагаться на самостоятельность малышки.       — Мамочка, мне страшно... — обеспокоенная Юджи крепче схватилась руками за конструкцию.       — Просто... — Нари не смогла дальше говорить, потому что была остановлена неожиданным появлением человека рядом.       — Давай посчитаем до трёх и опустим одну ножку. А затем ещё до пяти и перенесём ниже вторую. Ты ведь знаешь цифры?       — Знаю, — девочка недоверчиво посмотрела на подошедшего человека, но всё же ответила ему. А затем и не заметила, как вновь оказалась внизу. Юджи мило улыбнулась и, застеснявшись, убежала играть в песочницу неподалёку, позабыв о своём маленьком приключении.       — Я думала, мы договорились, — Нари не сводила глаз с дочери и знала, что Хосок делал то же самое, расположившись по правую руку от неё.       — Я просто хотел кое-что передать, — Юн повернула голову в сторону молодого человека и тут же обратила внимание на бижутерию в его руке, которую он протянул ей. Девушка неспешно взяла кулон небольшого размера в свою ладонь и вопросительно посмотрела на Хосока.       — Я хочу, чтобы это было у Юджи. И это не обсуждается, — строго добавил он, как только заметил отрицание в глазах Нари.       — И ты больше не приходи. Обещаешь? — с каждым разом становилось всё проще говорить ему об этом, хоть и ощущался холодный ветер, знобящий душевную рану от человека рядом.       — Не обещаю, — иронично хмыкнул Хосок и продолжил наблюдать за Юджи. — Но я планирую уехать в другую страну, и... — каждое прощание с Нари давалось ему трудно.       Будь это сейчас или пять лет назад. Или в любой другой период, когда тоска по ней накрывала, и он намеренно искал повод для встречи. Даже на секунду. Просто чтобы незаметно увидеть её и убедиться в том, что она в порядке и счастлива.       — Береги себя, — Нари крепко сжала кулон в своей ладони и по-прежнему училась не плакать из-за своего прошлого.       — Просто передавай иногда Киёну привет от меня, — ещё одно имя, которое болезненно отзывалось внутри. Юн тяжело вздохнула, и если бы не попытки уследить за бегающей дочерью, слёзы бы заслуженно оказались на пьедестале. — Я правда рад за тебя, Чанъми, — Хосок ощутил странное послевкусие на губах после произнесения этого слова вслух.       Молодой человек сперва осторожно наблюдал за реакцией Нари, а затем, заметив Юджи неподалёку, помахал ей рукой. Конечно, девочка не особо отреагировала на это и просто продолжила игры с остальными детьми. На мгновенье он представил, как взрослая Юджи узнает о нём, о том, как он был иногда рядом. Но она не запомнит его и сегодня Хосок должен навсегда уйти.       — Просто дай себе шанс быть счастливым, — банальные попытки утешить его и себя. Нари слегка прикоснулась пальцами к ладони парня, но затем быстро отстранилась, проглатывая тяжёлый ком в горле. — Чтобы я тоже радовалась за тебя, — произнесла напоследок Юн.       Девушка спрятала в карман украшение, которое ранее получила от Хосока, и повернула голову в его сторону. Нари попыталась запомнить его таким, ведь на этот раз она ему поверила. Он пообещал не возвращаться, и больше Нари не видела его никогда.

***

      — Мамочка, а ты позвонишь папе? — уставшая Юджи протёрла маленькой ручкой глаза, но продолжала послушно идти за Нари, держась за её руку.       — Конечно, моя принцесса. И папа купит тебе твоё любимое мороженое. Дай только маме одну минутку, и мы с тобой встретимся с папой.       Юн не планировала сегодня посещать кладбище. И тем более ехать сюда с Юджи. Но разговор с Хосоком и кулон в сумочке напомнили ей о прошлом, а Киён являлся неотъемлемой его частью. Нари не так часто бывала здесь, боясь встретить семью Чон. Но сегодня в ней не было ни капли страха. Лишь чувство горькой тоски. И если Хосока девушка старалась целенаправленно забывать, за исключением сегодняшней встречи, то Киёна Нари боялась не вспомнить. Так странно, но только после его смерти она сполна смогла ощутить разницу между братьями. Отличие в том, как она их любила. Но обоих так сильно, как только могло её юное сердце. Юн грустно поджала губы, когда увидела знакомую улыбку на фотографии. Около могилы была небольшая лавочка, на которую она посадила Юджи.       — Держи, — проговорила Нари, предлагая дочери бутылочку с её любимым соком. — Посиди тихонько здесь, и мы скоро уедем. Хорошо? — девочка молча кивнула и принялась открывать ёмкость с напитком, не обращая внимание на маму.       Нари подошла чуть ближе к могиле, задумчиво смотря на фотографию в попытках отыскать подходящие слова. Несмотря на то, что прошло уже так много времени после несчастного случая, было по-прежнему больно, пусть и не так сильно кололо в груди. Внезапно на лице девушки появилась искренняя и тёплая улыбка. Впервые после рождения Юджи её не тяготила схожесть дочери с семьёй Чон. Нари прикрыла глаза и освободила лёгкий вздох. Она посмотрела на сложившуюся ситуацию с другой стороны. Со стороны Киёна, которого она любила так же сильно, как и Хосока. А Юджи — будто заключительная точка в их истории. Теперь Нари готова отпустить прошлое и, самое главное, посмотреть на собственного ребёнка иначе.       Беременность Юн была лёгкой, и её мало что беспокоило. Но гормоны довольно сильно руководили её моральным состоянием. Девушка до конца не могла принять случившееся, несмотря на бесчисленные попытки близких помочь ей в этом. Поэтому у Нари было не так много фотографий того времени. Вторую половину беременности она и вовсе уверяла себя, что это ребёнок Юнги и никак иначе. Но стоило Юджи появиться на свет, и связь с семьёй Чон стала слишком очевидной. С возрастом она становилась всё больше и больше похожа на Хо. В какой-то момент Нари с ужасом осознала, что не до конца приняла собственного ребёнка. Именно тогда она позвонила Хосоку спустя долгое время. Ей казалось, что встреча дочери и отца закроет все её личные гештальты с прошлым. И по началу действительно так и было. Даже редкие тайные встречи с Хосоком и наблюдение за ним и его общением с Юджи устаканили её мысли и подавленное моральное состояние. Но чем старше девочка становилась, тем больше опасности в итоге возникало. И Нари снова оказалась в тупике, который сама же и построила. С одной стороны, чувства к Хосоку всё ещё имели власть над ней. С другой стороны — подрастающая дочь и её будущие вопросы, на которые у Нари не было ответов. Юн поборола один страх, но появился другой.       И вот, наконец-то она ощутила то, что искала так много лет. Долгожданный момент лёгкости и принятия того, что всё произошло именно так и не иначе. С каждым новым вздохом её покидало чувство вины, пустившее сильные корни в её сознании.       — Прости меня, — произнесла Нари, оказавшись около дочери, которая смотрела на неё своим невинным взглядом с нотками непонимания. — Иногда мама не понимала, какое счастье растёт у меня. Такая красивая, — Юн осторожно поправила локон волос, мешающий Юджи, и мягко улыбнулась, беря маленькую ладонь своей рукой. Затем Нари достала из сумки кулон, который ей отдал Хосок, и перенесла его на детский браслет, недавно подаренный Юджи. — Тебе нравится?       — Красивый, — ответила девочка, слегка встряхнув ручкой. — Это теперь моё?       —Ага. Когда-то я расскажу тебе историю о девочке...       — Которую спас принц от злого дракона? — Юджи нетерпеливо опередила Нари и с интересом ожидала ответа.       — Ах, это, — добрый смех вырвался наружу. — Бери выше. Король. Её спас король.       — Сам король? Вау!       — Да.       — А что случилось с принцем? — внезапно поинтересовалась девочка.       — Принц? — Нари обернулась и посмотрела на могилу, а затем достала из своего кармана мобильный телефон и внесла Хосока в чёрный список во всех социальных сетях, а так же сам номер телефона, — с принцем всё будет в порядке. Однажды...

***

      — Всё хорошо?.. — Юнги удивился месту, в котором он встретил Нари после её звонка, но не хотел ничего говорить при Юджи.       — Да, — Юн решительно подошла к мужчине, который стоял около припаркованной машины, и привычно поцеловала в щёку. — Как прошёл твой день? — поинтересовалась Нари, слегка отвлекаясь на дочь, которая неподалёку пыталась поймать бабочку.       — Рад, что сегодня пятница и этот упрямый козёл, который никак не может определиться, уйдёт из моей головы на пару дней, — легко поделился господин Мин, вспоминая важного клиента.       — Хочешь, я попробую поговорить с ним? — несмотря на то, что Юджи посещала детский сад с раннего возраста, как и большая часть корейских детей, Юнги ещё не желал возвращения Нари на работу.       И на это были обоснованные причины. Хоть ему и не хватало её как сотрудника, но моральное состояние девушки для него было на первом месте. А он замечал многое даже тогда, когда молчал. Да и зная характер Юн, мужчина придерживался единственного варианта — это дать ей время. И вот сейчас, смотря в её глаза, которые были полны различных эмоций, он понимал, насколько был прав.       — Я не знаю... — поддавшись внутренним размышлениям, мужчина избежал прямого ответа.       Помимо прочего к тому моменту Юджи уже требовала внимания. Юнги поднял её на руки и с улыбкой поинтересовался, как прошёл её день. На что воодушевлённая девочка рассказала о своих приключениях на детской площадке. В том числе и про незнакомого дядю, который помог ей.       — Что это за мужчины ходят около моих девочек? — шутя, произнёс Юнги.       — Не волнуйся, папочка, мама сказала, что король бывает лишь один! — Нари громко засмеялась и даже не нашла, чем подкрепить ответ для Юнги, ведь дочь справилась на твёрдую пятёрку.       — Мне нечего добавить, — развела руками Нари и отвлеклась на звук своего мобильного телефона. — Да, пап, привет. Всё хорошо... Да, малышка рядом конечно, — продолжила девушка, когда отец спросил о Юджи. — Я напишу тебе ответ позже. Целую.       — Ответ на что? — поинтересовался господин Мин, пристёгивая ремень безопасности на детском автокресле, в котором уже находилась Юджи.       — Папа просит оставить Юджи у себя сегодня.       — Поедешь, красавица моя? — тут же задал вопрос Юнги.       — Да! Хочу!       Совсем скоро они оказались у дома, который хранил в своих стенах лучшие и худшие воспоминания Нари. Юджи часто гостила у дедушки, ведь господин Юн всегда имел поддержку в лице госпожи Шин. У девочки здесь была её собственная комната, одежда и игрушки. Поэтому такие спонтанные просьбы являлись нормой. Господин Юн уже ожидал на крыльце, когда автомобиль остановился у дома. Юнги вышел из машины и помог нетерпеливой дочери как можно скорее оказаться около дедушки.       — А мы?.. — Юнги остановил Нари, осторожно ухватившись за локоть. — Получается, сегодня останемся одни? — в такие дни мужчина становился особенно зависимым от Нари.       Всё же появление ещё одного человека в их отношениях изменило их, и им пришлось жить по другому. Несмотря на то, что Юнги никогда не давал ей повода сомневаться в себе, сам он не мог похвастаться тем же. Мужчина боялся появления ребёнка, и на это было несколько причин. В том числе и то, что он мог отдалиться от Нари или она от него. Но, кажется, его чувства к девушке стали только крепче, а сама она стала к нему ещё ближе. Это был один из главных факторов для того, чтобы мужчина поставил себе цель стать идеальным отцом для девочки и жить без мыслей о том, что в ней нет его ДНК.       — И я знаю, на что ты намекаешь, — Нари крепко обняла его за шею. — Я соскучилась. Да, — девушка придвинулась к нему поближе, ощущая, как мужские губы прикоснулись к её макушке.       Рабочая неделя выдалась трудной для господина Мина. Поэтому он возвращался домой к ночи, когда на его месте в кровати мило сопела Юджи. А по утру, когда Нари и малышка просыпались, мужчины уже не было.       — Я понял, — и это было правдой. Юнги понял всё без каких-либо дополнительных объяснений.       — Ну, подойдите хоть попрощаться, и я вас больше не задержу, — шутливо крикнул господин Юн, замечая, как Нари и Юнги не могли оторваться друг от друга.       — Дедуля, а мы позовём в гости Хёндэ? — Юджи вспомнила своего нового друга, с которым она иногда играла.       — Конечно, только уже завтра. Время позднее, а утром я позвоню госпоже Пак. Обними родителей и пойдём ужинать.       — Если что, звони. Ладно? — произнесла Нари свою привычную фразу. Юджи не была капризным ребёнком, и Юн обычно не слишком переживала, но, как и любая мама, всегда была на связи, держа телефон под рукой.       — Может, в ресторан поужинать? Я могу позвонить, — предложил Юнги, как только они отъехали. Мужчина потянулся в карман за телефоном, но заметил, как Нари отрицательно мотнула головой.       — Поехали в гостиницу... — негромко ответила Юн, уложив руку на бедро мужчины, — нашу. Помнишь? — девушка расслабленно откинулась на спинку сиденья и смотрела на серьёзного Юнги за рулём.       — Туда ехать около часа, — озадаченно отреагировал мужчина, уложив свою ладонь на руку Юн.       — Мне так много нужно тебе рассказать.       — У тебя есть от меня секреты? — Юнги сразу догадался, чем Нари хотела бы поделиться. Он видел её сомнения после рождения дочери. И, по правде сказать, надеялся на этот разговор намного раньше.       — Не совсем. Просто, кажется, именно сейчас я поняла, как сильно люблю тебя, — девушка тут же ощутила крепкое сжатие на своей руке.       — Ну. Лучше поздно, чем никогда, — это не расстроило Юнги, потому что лично для него Нари была открытой книгой ещё после их первой совместной ночи в гостинице. Но слушать её признания сквозь года было долгожданным событием.       — Нет. Ты не понял, — Нари как можно скорее стала исправлять свои слова, подозревая, что они были неверно расценены. — Я никогда не врала тебе, касательно чувств. Но я блуждала в тёмной комнате, и вот наконец нашла выход, — девушка расстроено вздохнула, ведь, кажется, она всё равно не внесла ясности.       — Детка, тебе незачем говорить мне что-либо, если ты не найдёшь слов, — голос господина Мина звучал успокаивающе. Знал, что Нари нуждалась в этом. — Я всё видел и ощущал интуитивно. Но я ждал... Честно, я ждал хотя бы одной фразы.       — Ты правда думаешь, что у нас получается? — Юн понятия не имела, откуда в ней сегодня столько неуверенности в том, что длилось уже больше пяти лет.       Будто она просто рандомно вспоминала свои эмоции за последние годы и произносила их вслух, чтобы избавиться окончательно от оков прошлого и отдать Юнги то, чего он заслуживал по праву.       — Более чем, — и ему было достаточно этого.       Разговор в автомобиле поменял свой оттенок, больше не давая повода для сомнений. Подъезжая к гостинице, господин Юн позвонил Нари. Юджи планировала идти спать, и после короткого пожелания спокойной ночи разговор был закончен.       По пути Юнги забронировал комнату в гостинице, быстро переговорив с администратором по телефону, не отвлекаясь от дороги. Поэтому всё, что им нужно было, это просто забрать ключи. Заказав ужин с доставкой в номер, Юнги и Нари покинули хол гостиницы. Мужчина пропустил Юн вперёд и запер дверь на ключ.       Девушка попыталась включить свет в прихожей, но господин Мин остановил её, перехватив руку. Юнги осторожно снял лёгкую ветровку с Нари и перекинул девичьи волосы на одно плечо. С ума сходил, когда она была в одежде, так естественно подчёркивающей её острые ключицы и аккуратные плечи. Именно это отвлекало его в тот день, когда девушка пришла к нему на собеседование. Юнги сперва невесомо провёл костяшками пальцев по щеке Нари, а затем аккуратно развернул её лицом к себе. Хотелось что-то сказать, но слова никак не собирались в предложение.       Несмотря на то, что их отношения перешагнули первый пятилетний юбилей, мужчина по-прежнему находил что-то новое в своей молодой спутнице.       И надеялся, что он также ещё умел её удивлять. Быть может, поэтому оба не стремились к тому, чтобы узаконить эти отношения, хоть и беременность Нари была хорошим поводом для этого. Но так как этот период был одним из трудных как для Нари, так и для них в целом, было принято единогласное решение оставить всё так, как есть. И, несмотря на некоторое осуждение со стороны других людей, это никак не ухудшило их взаимосвязь.       Юнги продолжал свои раздумия, обнимая Нари за талию, следом медленно приподнимая её кофту. Девушка последовала его примеру и также молча расстегнула пуговицы на его рубашке. Юн подозревала, что они оба молчали об одном и том же. Несмотря на безмерное количество диалогов, между ними всегда присутствовала недосказанность, которая не напрягала, а создавала их отдельный мир для двоих. В этой тишине они просто наслаждались друг другом.       И любили.       Молча. Но до самых сокровенных стонов.       Господин Мин облизал свои губы и расправился до конца с кофтой Нари, откидывая вещь в сторону. Следом за ней на полу оказалась мужская рубашка.       — Почему я нервничаю, будто это впервые?.. — поделилась своей правдой Нари, пока крепкие руки господина Мина оставляли нежные прикосновения на её лопатках, со временем добираясь к застёжке на лифчике.       — Потому что ты скучала? — ответил Юнги, оставляя позади свои размышления. Мужчина опустил поочередно лямки на бюстгальтере, который мгновенно упал к ногам девушки. Господин Мин медленно скользил взглядом снизу вверх, останавливаясь на груди Нари. — Или?..       — Или, — отчётливо проговорила Юн, хватая мужчину за локоть и приближая максимально близко к себе. — Спасибо, — девушка привстала на носочки и крепко обняла Юнги за шею, неспешно зарываясь пальцами в его отросшие волосы. — Спасибо, что всегда верил в нас, — Юнги глубоко выдохнул и подхватил девушку под ягодицами.       Нари продолжала выражать свои чувства подходящими словами, что было для неё редким явлением, которое безупречно действовало на господина Мина. Мужчина ловко накрыл девичьи губы своими, успешно добираясь до кровати.       — Девочка, которая осела в моей голове с первой встречи, — наконец-то отозвался Юнги, после того, как уложил Нари на шёлковое постельное бельё. Господин Мин приподнял длинную юбку, в которой была Нари, и неторопливо снял с неё трусики, намеренно проводя мизинцем по бёдрам девушки.       — Я тебя не заслужила, — в привычной для себя манере проговорила Нари.       Девушка приподнялась на локтях и наблюдала за тем, как Юнги кропотливо осыпал её тело поцелуями. Начиная от лодыжек и поднимаясь всё выше к самому интимному месту. Негромкий стон Нари окутал гостиничный номер, стоило мужчине невесомо провести кончиком языка между её влажных половых губ. Девушка широко развела ноги и стала неспешно приподнимать таз в такт его движениям. Руки господина Мина неосознанно оставляли отметки на теле Нари, то хватко цепляясь пальцами за ягодицы, то чуть нежнее поглаживали бёдра, пока движения языка становились всё интенсивнее. Юн полностью вернулась в лежачее положение и раскинула руки в стороны, сжимая простынь в ладонях и ощущая, как низ живота вот-вот содрогнётся в приятных импульсах. Юнги прекрасно выучил тело Нари, поэтому ускорил свои действия, чтобы девушка как можно скорее достигла оргазма, что и произошло в скором времени. Мужчина приподнялся чуть выше, упираясь коленями в кровать, расстегнул пояс и молнию на своих брюках, освобождая возбуждённый половой орган. Юнги уловил расфокусированный взгляд Нари и одним рывком заполнил её собой.       — Я люблю тебя. Слышишь? — он произнёс слова еле слышно, задерживая дыхание при каждом последующем толчке.       — Если я скажу «и я тебя тоже», это будет слишком мало. Понимаешь? Верь мне. Ладно?       Нари приблизила его к себе, расположив руки на мужских плечах, и закрепила своё редкое признание страстным поцелуем, который становился всё более интенсивным на каждое движения господина Мина. Он не прекращал своих фрикций и входил на всю длинну, ощущая сдавленность вокруг члена и приближение финала. Юнги сделал ещё несколько резких и последовательных толчков и излился внутрь Нари. Мужчина прекратил поцелуй но лишь для того, чтобы перевернуться на спину, сгребая Юн к себе в объятия. Девушка удобно расположила голову на его плече и пыталась восстановить сбившиеся дыхание, а господин Мин обнимал её одной рукой и неспешно скользил ладонью по предплечью.       — Разговор в машине... — Нари закинула ногу на мужчину, немного поменяв расположение для того, чтобы иметь возможность смотреть на его лицо, — пойми меня правильно.       — Я рад, что ты разобралась в себе. Но я никогда не сомневался в твоих чувствах, — успокоил её господин Мин, повернув голову в её сторону.       — Ты поэтому уговорил меня оставить ребёнка?       — Частично, — не всегда разговоры о прошлом давались ему легко. Но он научился с этим жить и даже искренне полюбил ту, которая так или иначе напоминала о старых временах.       — Иногда мне очень стыдно перед вами. Ты и Юджи.       — Ты справилась, малыш. Хватит искать в себе изъяны.       — Наверное, ты прав. Как всегда, — шутливо уточнила Нари. — Давай сегодня здесь останемся, — предложила девушка, чувствуя приятную усталость и желание быть рядом с мужчиной ежесекундно.       — Конечно, да, — Юнги резко навис над Юн, хитро приподнимая уголок своих губ. — Если у нас есть возможность заняться сексом без внезапных криков: «мамочка, я хочу писать», — мужчина смешно скорчил лицо, имитируя детский голос, — я использую её.       — Я правда люблю тебя, — всё, что удалось ответить Нари, прежде чем мужские губы вновь пленили её.

***

      — Юджи, помаши дедушке и полезай в машину.       Нари пыталась достучаться до слишком энергичной дочери, но девочка то и дело убегала от неё, радостно хлопая в ладоши. Наконец, когда Юнги чуть строже произнёс её имя, Юджи послушалась родителей и направилась к автомобилю, около которого стоял мужчина. Несмотря на замечание, он с улыбкой приподнял её на руки и помог удобно расположиться в автокресле, замечая, что пора купить новое, ведь это вот-вот станет ей мал.       — Похоже, кто-то не наигрался, — Нари прокомментировала поведение Юджи и закатила рукава своего лёгкого пиджака.              Погода сегодня была солнечная и тёплая. На секунду Юн даже пожалела о том, что они слишком рано приехали за Юджи, лишая её возможности вдоволь насладиться играми на свежем воздухе, но Юнги не хотел остаться без внимания дочери на все выходные. И ещё будучи в гостинице нашёл мультфильм, который планировал посмотреть с малышкой.       — Ей здесь нравится. Тем более, когда Хёндэ приходит. Они хорошо ладят.       — Это славно...       — Как и вы однажды с Чимином, — закончил господин Юн, с доброй улыбкой вспоминая детство дочери.       — Па-а-а, — растянуто произнесла Нари, больше не ощущая тяжёлых эмоций, когда слышала имя из прошлого. Ей даже нравилось то, что племянник Чимина был так близок с её дочерью. Казалось, что судьба дала им второй шанс. И она планировала беречь его тщательней на этот раз.       — Передать привет? — добродушно поинтересовался мужчина, видя реакцию Нари.       — Конечно. Передай, — легко согласилась девушка. — Возможно, в следущий раз я увижу его лично, — с некой надеждой проговорила Нари, крепко обнимая отца и целуя его в щёку на прощание.

***

Спустя ещё пару лет.

      — Всё в порядке? — девушка озадаченно смотрела на Хосока, который сидел за столом и что-то внимательно рассматривал в телефоне.       — Да, — коротко ответил он, даже не подняв голову.       Конечно, Хосок не смог сдержать обещаний, которые он давал Нари, и оставить своё прошлое всецело. Молодой человек украдкой следил за тем, как росла Юджи. И в это утро он, как обычно, хотел проверить обновление на странице Нари, но новый пост от девушки вонзил в его разбитое сердце острый нож.       Теперь их четверо. Похоже, Нари единственная смогла сдержать слово и стать счастливой.       Ради Киёна и той, которой он бы гордился.       — Это она? — Арым осторожно прикоснулась к плечу Хосока, неловко задавая вопрос.       — Она, — абсолютно честно отвечал Чон, расположив свою ладонь поверх девичьей руки.       Он научился не вздрагивать при упоминании Нари. Научился жить с её тенью и нашёл ту, которая не боялась быть третьей. Как однажды этого не побоялся Киён.       — Мы никогда не будем такими же, — в ней не было ни капли сомнений в своём выборе.       Она просто полюбила и нуждалась в этом человеке. А ещё инстинкт благодетельницы привязал её к случайному прохожему так быстро.       — А мне и не нужно всё это, — Хосок отложил телефон в сторону, предварительно заблокировав его, и посадил девушку к себе на колени, немного отодвигая стул. — Меня всё устраивает сейчас. Я больше не хочу ломать ничьи судьбы. И ты знаешь, что ты всегда можешь уйти...       — Если хочу, — тут же отозвалась Арым, крепко обнимая его за шею. — Ты никогда не врал мне. Верно?       — Верно.       — Нам хорошо вместе. Так?       — Соглашусь, — Хосок и не заметил, как скоро убрал из своих воспоминаний фотографию, которую сейчас увидел.       Однажды Арым спасла его и продолжает по сей день латать его раны, хоть он и абсолютно не ручной дикий зверь.       — Ты никогда не сможешь её забыть. Верно?.. — аккуратно продолжила девушка, совершенно не боясь смотреть Хосоку в глаза.       — Забыть её? — он не хотел казаться грубым, но голос прозвучал с нотками удивления и презрения.       Забыть Чанъми? НИКОГДА.       Невыносимая пауза повисла на плечах Арым. Не дождавшись ответа, она просто уложила голову на плечо парня, мечтательно закрывая глаза. Так ей проще представить их будущее вместе. Пусть и не идеальное. Хосок осторожно расположил ладонь на её спине, тихонько поглаживая. Заметил, что стал больше винить себя за такие моменты, когда девушка ощущала себя не единственной. Но, с другой стороны, Хосок никогда не врал ей. В его жизни всегда первой будет только его Чанъми.

Flashback.

      — Ты не видел Хосока? — устало спросила Нари у проходящего мимо парня. Но тот просто отмахнулся и пошёл дальше. Явно не понимая, чего от него хотели.       Девушка недовольно цокнула и решила проверить второй этаж. Вокруг было много людей и большая их часть абсолютно ей незнакомы. Хосок уговорил пойти её на эту вечеринку, но Нари уже жалела о своём решении. Видимо организм Юн требовал отдыха, а не коктейлей от незнакомых парней. Нари скорчила гримасу, понимая, что её тошнило и от первых, и от вторых. Наконец девушка услышала знакомый голос и постаралась как можно скорее оказаться рядом.       — Ой... — несдержанно вырвалось у Нари, когда поняла, что оказалась здесь в ненужный момент.       — Что-то произошло? — обеспокоеный Хосок мгновенно оторвался от девушки, с которой проводил время в укромном тёмном уголке коридора, до появления Нари.       — Мне просто плохо, — честно ответила Юн, не обращая внимания на недовольное лицо блондинки, продолжавшей висеть на шее Хосока. — Но ты не переживай, — быстро дополнила девушка. — Я вызову такси и уеду домой, — Нари приподняла большой палец вверх и с натянутой улыбкой покинула компанию парня и девушки.       — Поехали, — Хосок мигом догнал её и на ходу обнял за плечо, вызывая такси второй свободной рукой.       — Тебе не стоило портить себе вечер, — в глубине души Нари нравилась такая реакция. Но всё чаще девушка задумывалась над тем, что знаки внимания от других парней ощущались иначе.       — Кто сказал, что он испорчен? — гордо заявил Хосок.       Такси прибыло достаточно быстро, несмотря на ночь. Вот только Хосок не планировал увозить девушку домой.       — Тебе нужно побыть на свежем воздухе, — объяснил, заметив озадаченное лицо Нари. Парень расплатился с таксистом и, взяв девушку за руку, направился к небольшому озеру, которое находилось в парке неподалеку. Хосок снял свою лёгкую куртку и постелил на траву, а затем удобно расположился на ней. — Садись на коленки, места не так много, — пожал плечами Хосок и вытянул руку вперёд, чтобы помочь Нари.       — Ты правда не должен был, — казалось, Нари только сейчас осознала, на какие поступки он всегда шёл ради неё.       — Выбирать тебя? — произнёс Хосок, когда Юн всё же оказалась на нём, а он смог крепко обнять её.       — Да, — отстранённо ответила Нари, осматривая руки друга на своей талии.       — Всегда буду выбирать тебя, — без сомнений поделился правдой.

End of flashback.

      — Мамочка! Посмотри, что у меня в руке! — громкий голос Юджи сперва встревожил сердце Нари, но когда радостная девочка оказалась рядом, Нари поняла, что переживать нечего.       — Очень красивая. Но лучше отпусти её, — спокойно ответила Юн, наблюдая за тем, как очередная гусеница оказалась в руках дочери. — Наверное, она будет ветеринаром, — шутливо проговорила Нари, когда Юнги подошёл к ней. Мужчина улыбнулся и склонился к креслу, в котором находилась Нари, а на её руках тихонько спал новорожденный сын.       Юнги никак не мог поверить своему долгожданному счастью и при любой возможности целовал малыша и Нари. До встречи с ней он и не думал о семье. Максимум — это брак по расчёту для благоприятного инвестиционного вклада в свой бизнес.       — Люблю вас, — коротко произнёс Юнги, прежде чем вернуться к своим делам.       — Мама! Мама! А ты всегда будешь любить папу? — Юджи вдохновилась милой сценой между родителями и внезапно озадачила Юн.       — Папу?.. Конечно, золотце.       Забыть его? НИКОГДА.