Топкапы: история будущего.

Махидевран засияла от счастья при виде единственного сына. Прошло не больше двух лет с начала похода на Персию, но Мустафа заметно возмужал. Густая чёрная борода заменила былую еле заметную щетину. Взгляд стал тверже и увереннее. И когда они обнялись, то Махидевран даже показалось, что Мустафа стал и выше и плечи шире. И пока все остальные чествовали Султана Сулеймана, Махидевран не могла и на минуту отойти от Мустафы. Материнское сердце, наконец, успокоилось. Ее сын тут, живой и невредимый. Хюррем Султан тоже сияла от счастья, ведь повелитель вернулся и ей можно расслабиться. Каждый раз, когда тот отправлялся в поход, все злейшие враги вылазили из своих нор, чтобы напасть на неё. Селим стоял и не мог поверить, что своими глазами видит Сулеймана Великолепного. На какую-то секунду ему показалось, что он все ещё находится в бреду или во сне. Уж слишком нереальным это все казалось. – Рад видеть вас, – Мустафа подошёл к Селиму и Баязеду, обнявшись с каждым по очереди. – Все хорошо? Селим кивнул, продолжая посматривать на султана, сидевшего в шатре в окружении Хюррем Султан, Махидевран, Рустем паши и остальных слуг. – Возмужали, – подметил старший Шехзаде. – Ты, брат, тоже, – согласно кивнул Баязед, улыбаясь. – А где Мурад? Мустафа посмотрел на Селима, который не сразу понял о ком идёт речь. Поняв, что он говорит о его сыне, Селим осмотрелся и увидел Нурбану, выходящую из шатра. – Надо узнать, – Селим отошёл от братьев и подозвал к себе обеспокоенную Нурбану. – Где Мурад? – Ему нездоровится, – после паузы ответила венецианка, хмурясь. – Надеюсь, что ничего серьёзного. Повелитель зайдёт к нему вечером сам. – Я пойду и проведаю его. – Хорошо. Прихрамывая, Селим пошёл во дворец. Он хотел подняться на второй этаж, как услышал со стороны гарема женский смех. – Сегодня я пойду к Шехзаде Мустафе! – Нет, я! – Сегодня к Шехзаде идёт новенькая наложница Мелек! Так ведь, Мелек? – Никуда я не пойду! Знакомый голос заставил Селима вздрогнуть. Он поспешил к гарему. – Сафи? – тяжело дыша, спросил он и все наложницы удивленно обернулись на Селима. Сафи, сидевшая в углу, медленно встала с места и ее удивлённое лицо сменилось злостью. Она подобрала подол своего белоснежного платья, украшенное серебристым кружевом и пошла к Селиму, несмотря на удивлённые взгляды окружающих. – Ты больной? – закричала она и ударила Шехзаде в грудь. Двое стражников напряглись, но Селим покачал головой, чтобы они не трогали ее. – Что за шутки ты тут со мной проделываешь?! Селим шикнул, посмотрев как за ее спиной наложницы любопытно смотрели в их сторону. Взяв ее за локоть, он отвёл Сафи в сторону за угол. – Звучит безумно и будто я слетел с катушек, но это не шутки. Каким-то образом мы оказались здесь. Сафи засмеялась, скрестив руки на груди. – Чего ты смеёшься?! Это вообще-то твоя вина! Это ты увидела эту проклятую дверь и по твоей милости мы оказались здесь. – Значит теперь я виновата? Ее глаза вспыхнули злым огоньком. И она ещё раз ударила Селима в сильную грудь. – Да пошёл ты, – психанула она и быстрыми шагами пошла в гарем. Селим запрокинул голову назад и тяжело вздохнул. Бежать за ней он не стал, да и не смог бы. С этой больной спиной он чувствовал себя столетним стариком. Как только Сафи вошла в гарем, то она почувствовала, что все взоры устремлены на неё. Высокая светловолосая наложница Гульбахар из Болгарии подошла к ней и отвела в сторону. – Тебе нельзя видеться с другими мужчинами. Ты знаешь об этом? Сафи отдёрнула свою руку, раздражено посмотрев на девушку. – Если кто-то узнает об этом, то в лучшем случае тебя просто выпроводят из дворца. А в худшем... – Мне все равно, – перебила ее Сафи. – Я попросила девочек никому не рассказывать о том, что сейчас было. Сафи молчала. Гульбахар сомкнула пухлые губы, а потом вздохнула и оставила ее одну. По ее мнению Мелек была очень странной и скрытной. Прошло ещё немного времени, когда в гарем вошла Махидевран. Она была очень взволнованной и каждая частичка ее тела была напряжена. Она глазами отыскала Мелек и подозвала к себе. – Ты была в хамаме? – строго спросила она, оценивая ее платье. Сафи кивнула. – Сегодня ночью пойдёшь к Шехзаде Мустафе. Готовься. Она не дала ей ответить, молча ушла восвояси, о чём-то думая. По телу пробежались мурашки. Она вспомнила взгляд Селима. И теперь ей стало по-настоящему страшно. Сердце болезненно защемило в груди. Вдруг стало не хватать воздуха. Сафи поняла, что поймала паническую атаку. – Мелек! – гаркнул евнух, ковыляя к ней. – Будь готова, скоро пойдёшь к Шехзаде. Слова Сюмбюля отдавались эхом в ее голове.