С пятницы по четверг

      — Как я вообще на это согласилась, — пробормотала Кайли, через голову натягивая радужный свитер крупной вязки. Вещь была с чужого плеча и удушливо пахла духами миссис Картман, но брезгливая Брофловски старалась не обращать на это внимание — в качестве альтернативы был только совершенно жуткий кожаный топик, который ей подогнала с распродажи Кенни. Его она не надела бы ни за что на свете.       Расправив складки, Кайли отступила от зеркала на пару шагов и бросила на своё отражение долгий критический взгляд. В ушах болтаются пластиковые зеркальца Венеры, под глазами умелой рукой Картман выведены би-флаги, уродливый свитер сполз до середины бедра. Спасибо, что хоть джинсы разрешили оставить.       — Тебе хоть сейчас на постер «Эти чудовища развращают наших детей гей-пропагандой», — хихикнула Эрика, появившаяся в дверном проёме в одном лифчике и белоснежных шортах. — Главное, жирной стерве на глаза не показывайся. А то я, если честно, и без того заебалась слушать про своё дурное влияние, испортившее их сладкую еврейскую девочку… — поймав мигом потухший взгляд Кайли, она недовольно щёлкнула языком. — о, чёрт, ты правда до сих пор из-за них переживаешь?       Кайли, до этого пребывавшая во вполне сносном расположении духа, раздражённо засопела. С недавних пор родители стали для неё больной темой — но избегать разговора было гораздо проще, чем признать это.       — Всё в порядке, — отмахнулась она, в сотый раз проводя рукой по волосам, собранным из-за жары в высокий хвост. Любимую шапку дома пришлось оставить по этой же причине. — Не смотри на меня так, Картман, всё правда окей.       Всего лишь единственные близкие люди — Айк не считался, он ещё слишком мал — не принимали её главный жизненный выбор. Кайли иногда казалось, что даже если бы она на глазах у матери прилюдно отреклась от иудаизма, это не смогло бы возмутить её больше, чем каминг-аут. А уж когда по сети начали гулять фотки их поцелуя с Эрикой… Брофловски нахмурилась, вспоминая ту кошмарную неделю. По сравнению с ней даже день, когда ей пришлось пересадить почку, казался походом в Диснейленд. С тех пор она практически поселилась у Картман — благо что та, хоть и сравнивала её издевательски с «нищенкой Кенни», никогда по-настоящему не возражала.       Но из головы не выходила мысль: куда бы Брофловски пошла, если бы не она?       Из тяжёлых мыслей её вывела прохладная рука, осторожно коснувшаяся щеки. Эрика большим пальцем провела по контуру нарисованного флага — её тёмные глаза в разводах розового блеска казались неожиданно серьёзными. Обычно с таким сосредоточенным лицом она пыталась вытряхнуть из пачки остатки чипсов или придумывала очередной оскорбительный твит. Подумав об этом, Кайли против воли поджала дрогнувшие в улыбке губы.       — Не знаю, над чем ты сейчас ржёшь, рыжая, — усмехнулась Картман. — Но я тебе обещаю: сегодня будет такой охуенный день и мы так нажрёмся на этом параде, что ты и думать забудешь о своих дерьмовых родителях. Рано или поздно они всё равно смирятся. Ты всего лишь любишь вагины — я уверена, у твоей мамаши есть и более стрёмные сексуальные фетиши. Например, помнишь, один мужик был копрофилом и…       — Так, я думала, у нас тут редкий трогательный момент, — Кайли поморщилась. — Поверь, сейчас последнее, о чём я хочу думать — это интимная жизнь моих родителей. Господи, да я вообще никогда не хочу о ней думать!       — Ты просто зануда, — Эрика чмокнула её в губы и тут же отстранилась, тыльной стороной ладони пробуя, не стёрлась ли помада. К ней тут же вернулась деловитость. — Надеюсь, ты не пропустила мимо ушей ту часть, где мы нажираемся. Это очень важный пункт.       — Я выпью, если ты пообещаешь надеть футболку, — фыркнула Кайли, оценивающе разглядывая чужой макияж.       Если у Эрики и были положительные качества (в чём Брофловски, даже будучи её девушкой, часто сомневалась), то растущие откуда нужно руки определённо возглавляли этот малочисленный список. Идеально ровные стрелки тёмно-розового цвета превосходно сочетались и с яркой помадой, и с аккуратными «Yes Homo» на веках. Заметив её интерес, Картман показательно похлопала ресницами и послала воздушный поцелуй:       — Только ради тебя, — усмехнулась она. — Но я не могу обещать, что не скину её. Кенни сказала, на гей-парадах полно горячих девочек.       — Кенни говорит так даже о героиновом притоне на своём заднем дворе, — Кайли подхватила походную сумку, в честь события увешанную разноцветными значками. — И хоть я и согласилась на банку сидра, помни, что мы идём не пялиться на девочек, а, в первую очередь, поддерживать акцию видимости лесбиянок, что очень важно для общественного…       Картман закатила глаза и выпихнула её из комнаты:       — Я рада, что к тебе вернулось настроение, святоша. Но вместо того, чтобы капать мне на мозги, иди лучше выясни, не наблевала ли Марш в машине моей матери опять, — посоветовала она, а когда разрумянившаяся от возмущения Брофловски хлопнула дверью на первом этаже, вздохнула. — Надо запретить ей общаться с Вендалом. Ещё немного, и станет не просто занудой, а занудой-феминисткой. Бр-р.

***

      — Посмотри на это с хорошей стороны. Теперь у нас дома есть свой огромный радужный флаг…       — Картман, этот флаг ты пьяная стащила с главной платформы шествия, крича, что, цитирую, «в рот ебала всех голубых»! Я не удивлюсь, если парады в Колорадо теперь вообще отменят!       — Может, я так пытаюсь наладить отношения с твоей гомофобной роднёй, а?