Два Птенца

Нил

      Нил проснулся полчаса назад, но никак не мог заставить себя встать. Ему хватало сил лишь смотреть в потолок и размышлять о том, что он натворил.       Вся его невзрачная жизнь осталась за океаном. Не то чтобы Нил особо скучал по школе, по «друзьям», которых скорее можно было назвать хорошими знакомыми, но, в конце концов, это всё, что у него было.       Единственное, по чему он по настоящему скучал было экси. На поле не важно кто ты: одиночка, зубрила или изгой. Там все равны. Экси всё равно в какой семье ты рос, какая у тебя успеваемость. Ты лишь должен чувствовать, как по венам растекается лава, как громко клокочет твоё сердце каждый раз, когда ты берёшь в руки клюшку. Ты должен чувствовать, как адреналин заставляет тебя каждый раз бежать быстрее, бросать сильнее, обгонять всех, кто стоит на пути, и с упоением смотреть, как ворота противника загораются красным.       Нил жил, дышал экси, хоть его маме его помешательство никогда не было по душе. Вспомнив о Мэри, Нил почувствовал стыд, за то, что она – не первое, что пришло ему в голову. Конечно же, он скучал по ней. Как он не мог? И хотя отношения с ней за несколько месяцев до их отъезда совсем испортились, это не отменяло того, что она – его мать.       Он стащил телефон с ночной тумбочки, и, разблокировав, нажал на иконку мессенджера. Новых сообщений нет. Нил понимал, что ждать бессмысленно. Она наверняка ещё долго будет злиться. Может быть, ему самому стоит написать? Спросить как у неё дела? Зная её, она либо его проигнорирует, либо ответит чем что, что заставит Нила сомневаться в себе. Дядя Стюарт напоминал ему каждый день, с момента когда они сели на самолёт, что всё, что произошло, – не его вина. Но его мать хорошо умела переубеждать. Иногда казалось, что она смогла бы убедить его в том, что дважды два равно пяти.       Нил, отложив телефон, повернулся на бок и тут же невольно сощурился от утреннего солнца, просачившегося из окна сквозь полупрозрачный, кружевной тюль. В Южной Каролине оказалось куда жарче, чем он предполагал. Температура за ночь заметно спала, поэтому Нил позволил себе ещё несколько минут полежать в кровати и насладиться прохладным воздухом, сочившимся из приоткрытой форточки.       Из полудрёма его вывел едва различимый шорох. Нил тут же вскочил с подушки и с испугом огляделся. Неужели мыши? Прислушавшись, он понял, что шорох исходит извне, из приоткрытой форточки. Нил спрыгнул с кровати, открыл окно нараспашку, высунул голову наружу. В их дворе, рядом с клумбой кто-то копошился. Нил узнал в незнакомце того самого соседского мальчика, который забросил вчера к ним мяч. Его руки были по локоть в земле, пока он старательно рыл в клумбе ямку.       “Что он вообще творит?”— Пролетело в голове у Нила, пока он не заметил стоявший рядом горшочек, из которого выглядывали бледные, маленькие пучки цветов. Мальчик взял один из этих пучков и осторожно посадил в ямку, рядом с уже растущими клубными цветами. Они совершенно друг с другом не сочетались.       — Это незабудки? — Поинтересовался Нил.       Незнакомец дёрнул голову вверх. Изучив Нила несколько секунд, он вернулся к своему монотонному занятию.       Как же его звали? Кажется, вчера кто-то за оградой выкрикнул имя "Эндрю”.       — Наверное, — ответил он, засыпав ямку землёй и прихлопнув ладонями сверху.       — Они полевые.       — И что?       — Они сюда не подходят.       Мальчик отряхнул руки, хотя это ему помогло мало.       — А эти где достать? — Показал он пальцем на цветы с клумбы.       — Не знаю, они всегда тут были.       — Всегда – это со вчерашнего дня? — Выгнув бровь, спросил он.       — Типа того.       Как он вообще сюда забрался? Снова через забор? Наверно, стоит сказать дяде Стюарту поменять ограду, раз через неё может перелезть даже подросток. Или установить камеры. Хотя от этой идеи Нилу самому было некомфортно.       Эндрю принялся рыть руками следующую ямку. Он рыл её слишком глубоко. Такими темпами из земли будут выглядывать одни соцветия и растения не получат достаточно солнца. У Нила чесались руки пойти вниз и всё исправить. Поразмыслив пару секунд, он принял решение.       Захлопнув окно, он, не переодев пижаму, на цыпочках вышел из комнаты. Дверь в конце коридора была закрыта, значит, дядя Стюарт скорее всего спал. Стараясь не шуметь, Нил взял из кладовки две пары резиновых перчаток и лопатку. Лестница в доме не скрипела, но мальчик всё равно старался спускаться как можно тише. Он проверил время на гостинечных часах: семь тридцать. Вчера дядя спустился вниз только к половине девятого, к тому же прошлым вечером лёг довольно поздно. По крайней мере, хотя бы полчаса в запасе у него есть точно.       Надев в прихожей сландцы и отперев входную дверь, он вышел во двор. Утренняя прохлада обволакивала его тело. По спине пробежали мурашки. За углом Эндрю так же сидел на корточках напротив клумбы.       Когда Нил вышел к нему, в глазах Эндрю промелькнуло что-то похожее на изумление, прежде чем он подвинулся, чтобы уступить место. Вблизи можно было увидеть как сильно у него обгорели плечи. Не смотря на это он всё еще сидел в тонкой белой майке. По сравнению с грязными руками, его одежда была на удивление чистая.       Нил, однако, вместо того, чтобы сесть, положил инструменты на землю и, обойдя клумбу, направился дальше вдоль дома. Где-то тут должен был быть шланг. И правда, на крючке под одним из окон, через которое можно было увидеть гостиную, висел поливочный шланг. Осталось выяснить как его включить.       Нил покрутил рычаг.       После того, как ничего не произошло, он попробовал повернуть его в другую сторону. Снова ничего. Может, дядя Стюарт отключил воду? Нил проверил предохранитель, торчащий из стены. Он действительно был перекрыт. Повернув его так, чтобы ручка смотрела вдоль направления шланга, Нил снова покрутил рычаг. Ничего. Может, он забился? Повернув рукоятку лицом к себе, он заглянул в отверстие трубки. Вроде пусто, хотя разглядеть было трудно. Внезапно его руки почувствовали вибрацию и мгновение спустя Нила окатило ледяной струей воды. Но даже в состояние шока, он услышал, как сзади него кто-то прыснул. Нил повернулся и нахмурившись, уставился на Эндрю.       — Ты похож на мокрую крысу, — сказал он. Несмотря на очевидное сопротивление, уголки его губ настойчиво ползли вверх.       — А ты – на шахтёра, — ответил Нил, подойдя ближе.       Парень инстинктивно отстранился.       — Только попробуй, — предупредил он.       Нила угроза ничуть не впечатлила. Закатив глаза, он указал шлангом на руки собеседника и, настроив напор, ещё раз включил шланг. Эндрю подставил их под струю воды.       После того, как парень отряхнул мокрые руки и вытер их о свои шорты, Нил натянул на себя перчатки и протянул пару Эндрю. Они были на несколько размеров больше, чем необходимо. Присев на корточки рядом с соседом, он взял в руку лопатку и внимательно изучил клумбу.       — Яму такую огромную не делай. Они там задохнутся.       Взяв немного лишней земли ,он насыпал её обратно в углубление.       — Маленькие цветы лучше сажать ближе к краю. А те, что повыше, – посередине.       Эндрю достал из горшка с незабудками пучок и посадил его внутрь ямки.       — Ты не похож на садовода, — прокомментировал он, аккуратно похлопав по земле.       — А как, по-твоему, выглядят садоводы?       Эндрю пожал плечами.       — Уныло.       Нил не совсем понял, что он имеет в виду.       — Моя мама любит цветы.       — А ты?       — Наверное, тоже. Просто не так, как она.       Нилу не особо хотелось дальше о ней говорить.       — Я не рассказал дяде Стюарту про мяч,- сменил тему он.       Эндрю, выдержав паузу, ответил:       — Ладно.       Как только они закончили с остальными цветами, то с облегчением стянули резиновые перчатки. Нил подумал, что их кожа наверняка была благодарна за возможность снова дышать.       После этого он поднял с земли шланг и убрал его на законное место. Повесив его обратно на крючок, он не забыл повернуть предохранитель. Когда он вернулся, чтобы открыть дверь калитки, Эндрю уже перекинул одну ногу через забор.       — Что ты делаешь?       Его слова заставили парня обернуться.       — Дверь, — с замешательством произнёс Нил, с щелчком открыв калитку.       Несколько секунд они пялились друг на друга, прежде чем Эндрю спрыгнул обратно. Он подошёл к Нилу, и вблизи, казалось, его лицо ещё сильнее покраснело от солнца. Хотя, может быть, ему просто показалось. Не говоря ни слова он проскользнул через калитку и скрылся из виду.       Странный.       Когда Нил вернулся в дом, то сразу почувствовал запах еды. Стюарт стоял на кухне и, по-видимому, готовил завтрак. Подойдя поближе, он услышал, как дядя что-то раздражённо шепчет себе под нос, добавляя яичную смесь на шипящую сковородку. Когда он обернулся, чтобы взять с кухонного стола солонку с перцем, то заметил Нила.       — Почему ты мокрый? — спросил он.       — Я облился шлангом.       — Зачем?       Нил почувствовал себя неловко. Не стоило без разрешения его включать. Мама бы за такое сразу всыпала.       — Я случайно.       Вместо последующего упрека или наказания дядя Стюарт повернулся к плите и добавил перец в содержимое сковородки.       — Когда я сказал: – «проводи больше времени на улице», я не имел в виду: – «ночуй на траве и умывайся проточной водой, как Маугли».       Нил открыл рот, собираясь что-то ответить, но тут Стюарт выругался:       — Чёрт, —недовольно произнёс мужчина, схватив со столешницы лопатку.       Нос Нила защекотал едкий запах гари. Стюарт впопыхах переложил нечто, напоминавшее омлет в ближайшую тарелку. Подойдя поближе, Нил выглянул из-за спины дяди и оценил масштаб трагедии. Обратная сторона омлета была абсолютно чёрной.       — Я это есть не буду, — предупредил парень.       — Как и я…       Открыв шкаф под раковиной, Стюарт с досадой выбросил содержимое тарелки.       Такими темпами Нилу придётся либо готовить самому, либо умереть с голоду. Ну, или на худой конец отравиться тем, что дядя решит приготовить в следующий раз.       — Предлагаю позавтракать в кофейне, — объявил он, убрав грязную посуду в раковину, — я видел одну рядом с торговым центром, мимо которого мы проезжали. За одно и купим тебе новую одежду.       Нил согласился, подумав, что, по крайней мере, это лучше, чем жевать сгоревшее нечто.

Стюарт

      Сидя за столиком возле окна, Стюарт мысленно похвалил себя за то, что выбрал именно это кафе. Скромная посадка и уютный интерьер напоминали ему о днях в университете, когда он часто допоздна задерживался в подобных местах с компьютером в руках и, ловя на себе косые взгляды официантов, пытался поставить мировой рекорд за самую быстро написанную курсовую.       Нилу, похоже, это место тоже пришлось по душе. Когда они выходили из дома, Стюарт не мог не заметить маленькие голубые цветочки, появившиеся на клумбе на месте раздавленных. Он про себя улыбнулся тому, как Нил постеснялся признаться, но всё равно решил загладить вину. Пускай и вышло весьма коряво. Это не могло не заставить умилиться.       Стюарт умиротворённо смотрел в окно, изучая жизнь оживлённой мостовой, пока Нил, прокашлявшись, не привлёк его внимание:       — Ты ненавидишь её, да? — Спросил он.       Стюарт помешал свой кофе и сделал долгий медленный глоток, мысленно подготавливив себя к неприятному разговору.       — Твою маму? — Уточнил он, на что получил ясный кивок.       Стараясь подбирать слова как можно аккуратнее, он ответил:       — Нет, я не ненавижу её. Скорее я ненавижу то, чем она стала.       Улыбчивая официантка принесла Нилу его чёрный чай и круассан с ветчиной. Уходя, она пожелала им приятного аппетита.       Парень откусил большой кусок пышного хрустящего круассана. Он тщательно прожевал, прежде чем произнёс:       — Она не плохая. Это не её вина.       — Это не отменяет того, что за свои поступки нужно отвечать. Плохая или нет, перед законом все равны .       — Вы, юристы, всегда такие дотошные? — С пренебрежением в голосе спросил Нил.       — В этом и смысл нашей работы.       Настроение у Стюарта было на редкость удовлетворённое, несмотря на утреннюю провальную попытку в приготовлении завтрака.       — Ты – хороший юрист?       Мужчина не сразу нашёл, что на это ответить. В глазах многих, работа адвокатом представлялась эталоном вершения правосудия. Многие студенты, включая Стюарта, грешили таким мнением на первых курсах. С огнём в глазах они впитывали в себя всё, что давали преподаватели, мечтали наконец появиться в суде и отстоять честь клиента, параллельно ловко улавливая во лжи своего оппонента и изощрённо щеголяя правовыми терминами и сводками из статей уголовного кодекса. К сожалению, жизнь – это не фильм. В реальной жизни судебный процесс был довольно нуден и рутинен. Невинные клиенты попадались куда реже, чем хотелось бы. Иногда адвокату приходилось защищать людей, от преступлений которых кровь стыла в жилах.       — Да.       — Ты задумался.       Стюарт напряжённо выдохнул. Нил слишком пытливый для своего же блага. Из него самого вышел бы неплохой адвокат. Мысль об этом показалась Стюарту довольно забавной.       — Мой ответ зависит от того, что ты подразумеваешь под словом «хороший».       — Ты защищаешь невинных людей?       — Да.       — А виновных?       — Да, — без колебаний признался он.       Нил скорчил недовольную гримасу.       — Зачем?       — Потому что это то, что делают адвокаты.       — Но если они виноваты, значит, должны быть за решёткой, — не понимал парень.       — Согласен.       — Тогда зачем их защищать?       Стюарт слегка сместился, чтобы удобнее устроиться на стуле.       — Чтобы получить справедливое наказание, — начал объяснять он. — Согласись, нечестно держать человека десять лет в тюрьме за то, что он обокрал кассу магазина, пытаясь прокормить младшую сестру. Или отпустить под домашний арест богатого мудака, переехавшего школьника на зелёный цвет. В суде нет добра или зла. Только твоя правда против чужой.       Это на время заставило Нила задуматься. Он лениво помешивал ложкой свой чай.       — Тебе такие попадались?       — Да, — честно ответил Стюарт.       Колокольчик на двери игриво зазвенел, когда в кафе зашла еще одна пара посетителей.       — И что потом?       — Потом ты должен сделать всё, чтобы добиться справедливости.       — У тебя получается?       — В большинстве случаев.       Стюарт оглядел Нила. Он всё ещё был в кофте с длинными рукавами и потёртых джинсах. Смотреть на него без жалости было тяжело.       — Надо купить тебе приличной одежды.       — Меня и моя устраивает.       — Ради бога, — утомлённо закатил глаза мужчина, — ты в них, как бездомный щенок.       — Почему ты не отправил маму под суд?       Это не та тема, которую Стюарту хотелось с ним обсуждать. Сейчас или когда-либо ещё. Однако, он чувствовал себя обязанным хоть как-то объяснить свои действия. Может, сейчас мальчику они покажутся слишком экстремальными, но когда-нибудь он его поймёт.       — Я хотел дать ей выбор. Либо отпустить самой, либо лишиться родительских прав.       — Откуда ты знал, что это сработает?       Потому что нет никого в мире, кого Мэри любит больше себя. Естественно, Стюарт не стал говорить этого вслух.       — Если Мэри захочет тебя увидеть, то сможет навестить. Если бы мы пошли в суд, она бы не смогла больше этого сделать.       Нил выдержал паузу.       — А она захочет?       — Конечно, — ответил мужчина, хотя сам не был в этом полностью уверен.       — Она на меня злится.       — Я знаю. На меня тоже. Знай, что это…       — Не моя вина, — перебил Нил. — Я понял.       На этом разговор был закрыт. Закончив с завтраком и оставив щедрые чаевые, они поспешили в ближайший торговый центр.       После всего времени, проведённого там, Стюарт чувствовал, как из него высосали все жизненные силы.       Чего только стоили попытки одеть Нила во что-то, помимо, больших футболок и широких трикотажных шорт. По какой-то причине джинсы он на дух не переносил, то же самое относилось и к приталенным футболкам или рубашкам. Майки и безрукавки он наотрез отказался даже примерять.       Сначала Стюарт подумал, что мальчик просто привередлив к качеству, но после обхода нескольких магазинов разной ценовой категории, он пришел к выводу, что Нилу просто не нравится что-либо, сильно прилегающие к телу. Накапливающемуся раздражению способствовало и некомпетентность консультантов, пытающихся впихнуть им что угодно, лишь бы повысить продажи.       С выбором обуви проблем не было. Нил взял с прилавка первую попавшуюся пару черных сандалей и заявил, что готов идти. Стюарт еле уговорил его хотя бы их померить.       Говоря о примерке, это тоже была своего рода бойня. По началу Нил просто отказывался что-либо надевать, аргументируя это тем, что “на глаз всё и так понятно”. Когда Стюарт всё-таки его уговорил, он ясно дал понять что заходить в примерочную к нему нельзя. Требование показалось Стюарту странным. Он и не собирался смотреть, как переодевается его племянник. В какой то момент, когда они наконец что-то выбрали и Стюарт стоял в очереди на кассу, мальчик и вовсе пропал из поля зрения. Стюарт нашел его только через двадцать минут внутри магазина с инвентарем для экси. На вопрос, что он там делал, мальчик отказался отвечать.       Поездка назад прошла в тишине. Стюарт был слишком вымотан, чтобы пытаться завести разговор, а Нил задремал, когда они выехали с парковки торгового центра. Он проснулся только когда Стюарт завернул на Франклин стрит. Солнце уже садилось, и через приоткрытое окно можно было услышать, как в высокой траве вдоль обочины звонко стрекочут цикады. Не успел Стюарт опомниться, как день уже подходил к концу.       Он искренне надеялся, что на ближайшее время с поездками по магазинам покончено.       На заднем кресле Нил томно зевнул.       Подумать только, ещё полгода назад он заботился только о себе, а сейчас посмотрите на него: он в ответственности за ещё одну жизнь. Это осознание как будоражило, так и пугало. Он знал, что будет ошибаться, что недопонимания где-то да возникнут, но они обязательно справятся. Будут решать проблемы по мере их поступления.       Стюарт уже подъезжал к их дому, когда заметил, что на газоне рядом соседи развели барбекю. Когда он припарковался, то обернулся к Нилу и спросил:       — Поздороваемся?       Немного подумав, тот кивнул.       Когда они вышли из машины и направились в сторону соседского дома, их встретила средних лет женщина с каштановыми, убранными назад кучерявыми волосами и мягкой, располагающей к себе улыбкой.       — Хороший вечер, не правда ли? — Спросила она.       Губы Стюарта сложились в привычную вежливую улыбку.       — Не смею не согласиться, Миссис…       — Мисс Добсон. Бетси Добсон. Приятно с вами познакомиться.       Просторная рубашка свободного кроя и штаны парашюты добавляли ей дружелюбности и непринужденности.       — Взаимно, — ответил Стюарт, закрепив знакомство рукопожатием, — а вы, молодые люди?       — Аарон, — ответил паренёк, сидевший за раскладным столом и резавший овощи. — А это Эндрю, — мотнул он головой в сторону брата.       Эндрю стоял напротив гриля и периодически поглядывая то на Стюарта, то на Нила, следил за шипящим мясом.       — Я – Стюарт. Это мой племянник – Нил. Мы позавчера переехали в ваш район.       — Приятно с тобой познакомится, Нил, — помахала она мальчику. — Не хотите присоединиться? Мы практически закончили с приготовлениями.       Предложение ввело Стюарта в небольшой ступор. Там, откуда он родом, мало кто приглашал едва знакомых соседей к себе на ужин. С другой стороны это может быть хорошим поводом для Нила завести друзей и быстрее адаптироваться на новом месте. К тому же всегда выгодно находиться с соседями в хороших отношениях. Да и эта еда в любом случае будет лучше того, что сегодня может предложить Стюарт.       — Конечно, почему бы и нет, — ответил он. —С чем вам помочь?       — Нет, нет, спасибо. Помощь не нужна.       — Что вы, мы будем чувствовать себя неудобно.       Бетси задумалась.       — Хорошо. Если Вам не трудно, то можете выжить оставшиеся лимоны в кувшин. Я принесу сироп и мы закончим лимонад. Нил, — обратилась она к мальчику, — пожалуйста, принеси из гаража ещё пару стульев, чтобы вам с дядей было где сесть.       По указаниям Бетси, Нил удалился в направлении гаража, а Стюарт, протерев руки влажной салфеткой, принялся выжимать сок из сочных, спелых фруктов. Краем глаза он заметил, как Эндрю смотрит в сторону его машины.       На лице Стюарта появилась маленькая улыбка.       — Нравится?       Эндрю оторвал взгляд от чёрного Мазерати и, пожав плечами, вернул своё внимание обратно к грили.       Похоже, этот парень ещё более закрытый, чем Нил. Неужели подростки все такие?       Когда Нил вернулся из гаража, Стюарт и Бетси уже закончили с приготовлениями.       — Вы – не местный? — Спросила она, когда они втроем сели за стол.       — Нет, я – британец.       — Вы не похожи на британца, — заметил Аарон.       —Это потому, что я из Уэльса. Много времени я прожил в Англии, но, видимо, мой родной акцент так никуда и не делся.       — Он тоже? — Указал столовым ножом на Нила Аарон.       — Нет, не совсем. Он родился в Штатах. Потом переехал.       — А почему он переехал?       — Солнце, — аккуратно забрала нож из его рук Бетси, — усмири пыл.       Аарон тут же замолчал, и с досадливым выражением лица засунул в рот кусок огурца.       К этому моменту Эндрю закончил с прожаркой мяса. Сняв последнюю порцию с огня, он аккуратно сложил все на тарелку и отнёс к столу. Бетси поблагодарила и подвинулась, чтобы освободить рядом с собой место.       — Как вам Каролина? — Перевела она тему, протянув гостям кувшин с лимонадом.       — Благодарю, — забрал его Стюарт из рук Бетси и наполнил стаканы себе и Нилу.       — Здесь славно. Правда жарковато.       — Лучше закупитесь солнечными кремами, —шутливо отозвалась она. —Дальше хуже.       — Какой ужас! Наша северная кожа к таким пыткам не привыкла.       Какое-то время они с Бетси занимали себя светскими разговорами то о жарком климате юга Штатов, то о возмутительной цене бензина, то об утомительных перекрестных перелётах из Британии. Пару раз Стюарт останавливался, чтобы искренне поблагодарить Мисс Добсон за гостеприимство и дать слово, что следующий ужин они берут на себя.       — А сколько ему лет? — Снова проявил интерес Аарон.       К этому времени Стюарт уже молился о том, чтобы Нил сказал хоть что-нибудь. Но тот лишь сидел молча и задумчиво разрезал кусок стейка маленькие ровные кусочки.       — Ему четырнадцать.       — Он немой? Ай! — Вскрикнул парень, метнув яростный взгляд в сторону брата, когда тот пнул его под столом.       О Боже.       — Аарон.— строго произнесла Бетси.       — Что? Это не оскорбление, просто стало интересно.       — Нет, — подал голос Нил, — я не немой.       — Сегодня был тяжёлый день, — объяснил Стюарт, — мы оба немного устали.       Бетси понимающе кивнула.       — Конечно. Не переживайте, всё в порядке.       Она обернулась к Аарону, и когда тот поймал на себе её взгляд, то недовольно выдохнул.       — Извините. Я не специально.       Они снова перевели тему. Следующий раз, когда Нил заговорил, его вилка и нож звонко стукнулись о дно пустой тарелки.       — Спасибо за еду, — сказал он, встав из за стола. — Где можно помыть тарелку?       — Можешь оставить здесь или отнести на кухню. Через стеклянную дверь и сразу направо. Эндрю тебя проводит.       Прежде чем они ушли, она обратилась ко второму мальчику:       — Аарон, солнце, помоги ребятам с оставшейся посудой. Тот, бормоча недовольства себе под нос, снова послушался.       Стюарт мысленно поблагодарил Бетси. Пускай это будет толчком для Нила завести новых друзей.       — Вы раньше бывали в Штатах? — Спросила она, когда стеклянная раздвижная дверь их дома захлопнулась.       — Да, мы с сестрой учились в Принстоне.       Несмотря на то, что они и учились в одном месте, они пересекались довольно редко. Мэри никогда не была близка ему настолько, чтобы держать связь в свободное от учёбы время. Он знал, что это чувство взаимно. Когда Стюарт заканчивал последний курс, Мэри познакомилась с мужчиной по имени Натан. Через год после того, как он окончил университет и вернулся в Англию, от родственников он узнал, что они поженились и ждут ребенка.       — Ого, — удивилась Бетси, — это замечательно. Она тоже здесь?       — Нет. К сожалению, у неё сейчас нет возможности приехать. В её отсутствие я слежу Нилом.       — Как ему новое место?       — Ему тяжело. Это заметно.       — Для любого ребенка переезд – это большой стресс, — понимающе согласилась Бетси.       Стюарт задумчиво усмехнулся.       — До того, как я забрал его, я жил один. Не представляю, как вы справляетесь с двумя подростками.       Она сочувственно улыбнулась.       — Со временем становится легче. Открывая своё сердце и принимая их такими, какие они есть, ты начинаешь понимать через какую боль им пришлось пройти прежде, чем попасть к тебе. Ты помогаешь им прожить эту боль вместе с тобой, и, в конце концов, они тоже идут навстречу.       — Прежде чем попасть к вам?       — Я – не их биологическая мать. Эндрю я взяла к себе, когда ему было семь. Аарона мы забрали в одиннадцать. Мы втроём прошли долгий путь. Сейчас я не представляю, как бы сложилась моя жизнь, если бы у меня их не было.       Он не знал, что сподвигло его на такой откровенный разговор. Пусть он не собирался рассказывать историю в деталях, ему действительно не помешал бы совет. Особенно от человека, у которого явно в этом есть опыт.       — Я не знаю, как ему помочь, — признался он.       — Дайте ему время освоится. Доверие не может появиться так быстро.       Стюарт задумался. Возможно, это действительно то место, где Нилу будет хорошо. Спокойный пригород, приятные соседи, тёплый климат. Возможно, это достойное место, где он сможет вырасти здоровым и счастливым. Стюарт пообещал себе, что сделает всё возможное, чтобы ему в этом помочь.