Моя жена зомби №1

Вечером того же дня Чжань Бэйтянь сделал громогласное заявление: новости о том, что Му Ифань ранил Ван Ли, тем самым превратив ее в зомби, являются не более чем слухами, которые кто-то намеренно разнес по городу, а клевета на Му Ифаня призвана разжечь поутихшую было вражду между двумя семьями. Семья Чжань обязуется тщательно расследовать это дело, дабы очистить имя семьи Му. Едва удалось подавить всеобщие страсти, как на следующий день заговорили уже о том, что сын Чжань Бэйтяня, которого он привез с собой в прошлом году, родился от женщины из семьи Му, а значит между Му и Чжанями установились близкие, фактически родственные отношения. Следовательно, ради матери своего ребенка Чжань Бэйтянь решил помочь молодому господину семьи Му скрыть факт его принадлежности к зомби. За пределами лагеря было немало людей, которые знали Ван Ли. Они просили разрешения навестить ее, чтобы воочию увидеть произошедшие с ней изменения, и тем самым убедиться в виновности Му Ифаня. Другие выжившие требовали проверить парня на детекторе зомби, чтобы выяснить его истинную личину. Правда под давлением семей Му и Чжань никто пока не осмеливался идти на крайние меры. Однако их бездействие не означало молчание. Лидеры лагерей принялись уговаривать Му Юэчэна лично заставить сына пройти проверку, ради блага жителей города. Как мог Му Юэчэн позволить им говорить и делать, что только в голову сбредет? В конце концов он не выдержал и попытался охладить их пыл: — Говорите, что мой сын зомби, но где же ваши доказательства? Семья Чжань также не согласна с вашим утверждением. Зачем моему сыну проходить проверку из-за необоснованных слухов? Если завтра я попрошу кого-нибудь назвать вас зомби, вы тоже согласитесь на проверку? Даже зная, что вас оклеветали? — Если подобное действительно случится, конечно, мы пройдем проверку, чтобы доказать свою невиновность, — произнес один из лидеров. — Понятно, что вам некуда будет деваться, если вас загонят в угол. Словом, никакой проверки не будет. Но если вам так хочется добраться до моего сына, придите и заберите его силой. Я согласен лишь при таких условиях, — твердо заявил Му Юэчэн. — Адмирал Му, я безгранично уважаю вас, — протянул один из присутствующих. — Поэтому надеюсь, что вы сможете урегулировать этот вопрос без фаворитизма, как и в деле второго молодого господина Му, чтобы все наконец выдохнули. К тому же это просто проверка. Если молодой господин не зомби, ему нечего бояться, верно? Му Юэчэн не в первый раз оказывается в ситуации, когда ему приходится решать судьбу сына. Его до сих пор уважают за то, что он не стал скрывать правду и позволил бюро общественной безопасности провести суд над Му Иханем. И хоть вина его сына была доказана, мало кто смог бы поступить так же на месте Му Юэчэна. Упоминания о Му Ихане вызывали у мужчины мигрень, отчего он только больше сердился. — В деле Иханя обвинения были обоснованы, а сейчас вы накинулись на Ифаня, не имея веских на то причин, что меня отнюдь не радует. Предположим, сейчас я выдам вам своего сына, а если подобное повторится вновь — начнем сначала? Пойдут толки, насколько некомпетентна семья Му, раз даже сына своего защитить не может. Подумают еще, что с нами можно поступать как угодно, словно мы мешок с песком. Стоит дать слабину, как нами воспользуются, вновь и вновь нападая на нашу семью с фальшивыми обвинениями. Лидеры лагерей умолкли, больше не пытаясь давить на Му Юэчэна. Но это еще не конец, хоть некоторых и удалось переубедить, приведя логические аргументы. Му Ифань прожил в городе Би около года. Если бы он был зомби, мало того, что члены семьи Му заразились бы вирусом, но зараза распространилась бы по всему городу, обращая всех и каждого. Почему же его решили разоблачить именно сейчас? Напряжение немного спало, хоть выжившие из лагеря Чжань Бэйтяня не перестали шептаться по углам. Они-то знали, что Ван Ли не появлялась на публике после инцидента, а контактировавших с ней людей увели в изоляционную. Они все больше убеждались, что девушка действительно превратилась в зомби. В частности те, кого закрыли на карантин, своими глазами видели произошедшие с Ван Ли изменения, что напомнило им о времени до конца света, когда их родственники становились живыми мертвецами. — Босс, в лагере не смолкают разговоры о Му Ифане. Даже если ввести запрет на определенные темы, они продолжат в том же русле, только в более приватной обстановке. Нам не под силу повлиять на них. Но если их не остановить, вокруг воцарится паника, тревога будет снедать выживших, пока кто-то не решит покинуть лагерь, — произнес Лу Линь. — Босс, нужно как можно скорее положить этому конец, пока все не зашло слишком далеко. Сперва они планировали загипнотизировать Ван Ли с помощью ментальной силы, однако она не имела ни самосознания, ни воспоминаний, даже не могла говорить по-человечески. Из-за этого поиски настоящего виновника, подставившего Му Ифаня, усложнялись, мешая им доказать его непричастность. Чжань Бэйтянь проигнорировал слова о беспорядках в лагере. — Ты веришь, что Му-Му зомби? — Не верю, — не мешкая ответил Лу Линь. — Если бы это было правдой, многие люди давно бы обратились из-за него, однако ничего такого до сих пор не произошло. Даже если предположить, что он действительно зомби, он не намерен убивать нас. У него было немало шансов избавиться от нас или обратить весь город в себе подобных, будь на то его воля, но он этого не сделал, решив жить обычной жизнью. Ведь раньше он тоже был человеком. Некоторые зомби после обращения возвращают себе человеческий облик, и кто знает, сколько отчаяния и боли таится в их сердцах. К тому же он считал, что если Му Ифань является зомби, то они с боссом не могут быть вместе. Вирус стал бы серьезной преградой в их интимной жизни, заставив отказаться от поцелуев и секса. Однако он не раз видел, как босс целовал его. Босс не стал зомби, следовательно Му Ифань тоже не может им быть. Чжань Бэйтянь засмеялся. Лу Линь нахмурился при виде улыбки на его лице. «Неужели босс сошел с ума? Как он может смеяться в такой ситуации?» — Надеюсь, ты не забудешь о своих словах, — Чжань Бэйтянь улыбнулся, после чего вновь стал серьезен. — Если выжившие решат покинуть лагерь из-за недоверия к Му-Му, позвольте им уйти без уговоров и попыток остановить. Кроме того, если в изоляционной нет зараженных, их нужно отпустить. — Но если мы позволим им уйти, дело обретет серьезный оборот, — забеспокоился Лу Линь. — Если их не отпустить, станет еще хуже. Народ и так сбит с толку. Кроме того, мы не имеем права держать людей под замком всю жизнь. — Понял, — вздохнул Лу Линь. — Что касается Ван Ли… покончите с ней по-тихому. Вспомнив о полностью обращенной девушке, Лу Линь кивнул: — Я поручу это дело Сян Го. — Кстати, как продвигается задание, которое я вам поручил? — Более половины завершено. Скорее всего закончим через пару дней. — Можешь идти, — кивнул Чжань Бэйтянь. — Да. Оставив позади кабинет своего командира, Лу Линь выпустил людей из изоляционной комнаты. К счастью, они не превратились. Однако факт их задержания и слухи о Ван Ли, которая заразилась зомби-вирусом, все больше убеждали окружающих в виновности Му Ифаня. Более того, все они знали об отношениях Му Ифаня и Чжань Бэйтяня, сделав вывод, что последний уже долгое время инфицирован вирусом. Их гложил страх, что рано или поздно мужчина обернется зомби и кинется на них. Многих раздирало вполне очевидное беспокойство, побуждая их покинуть лагерь. Наконец кто-то не выдержал и попросил у Мао Юя разрешения уйти. Он не стал уговаривать их остаться, лишь дал еды и позволил уйти. Он вел список таких людей, ведь в будущем они больше никогда не смогут вернуться в этот лагерь. За день свыше пятисот человек покинули общину, но среди оставшихся были и те, кто мешкал с выбором. Они не знали, куда податься, а здесь хоть и опасно, но по крайней мере их смогут защитить и накормить. Правда при виде такого количества уходивших им стало тревожно, отчего некоторые таки решались и отчаливали с концами. Утихнувшие было слухи разгорелись с новой силой. Наблюдая, как стремительно пустеет лагерь Чжань Бэйтяня, выжившие всерьез насторожились. Даже несколько десятков особенных упаковали вещи и ушли, пообещав избавиться от Му Ифаня. Стоило Му Юэчэну, с горем пополам уладившему дела с лидерами лагерей, прознать об этом, он с мрачным выражением направился в кабинет Му Ифаня и проникновенно спросил: — Что случилось с Чжань Бэйтянем? Как он позволил своим людям нести подобный бред?