У судьбы свои преграды

Алекс и Макс бежали сквозь серый, перевёрнутый мир. Ноги проваливались в мягкую, гниющую землю, а в воздухе витал запах озона и горелой плоти. Вокруг них рушились дома-призраки — те самые здания, которые Алекс знала с детства, но теперь они стояли вверх ногами, их окна светились красным, а из дверей тянулись длинные чёрные щупальца. — Мы не можем бросить его! — крикнула Макс, задыхаясь. Её голос всё ещё был слабым после долгих лет заточения, но в нём звучала та самая стальная нотка, которую Алекс так часто слышала в записях. — Билли остался там один! — Он сказал бежать! — Алекс тянула мать за руку, не оборачиваясь. Слёзы застилали глаза, но она знала — если они остановятся, Векна схватит их обеих. — Он хотел, чтобы мы спаслись! — Я не оставлю его второй раз! — Макс вырвала руку и остановилась. Её глаза горели решимостью. — Я уже потеряла его однажды. Я не переживу этого снова. Алекс замерла. Она смотрела на мать — такую молодую, почти её ровесницу по виду, но с глазами, в которых читалась вековая усталость. В них была боль, но была и любовь. Та самая любовь, о которой отец никогда не говорил, но которая была видна в каждом его взгляде на старые фотографии. — Мам… — прошептала Алекс. — Я знаю, о чём ты думаешь, — перебила её Макс. — Что я слабая. Что я не справлюсь. Но я провела здесь годы, Алекс. Я видела, что делал Векна. Я знаю его слабости. И если мы не остановим его сейчас, он уничтожит не только нас — он уничтожит Хокинс. Весь мир. Она шагнула к дочери и взяла её лицо в ладони. Кожа её была ледяной, но прикосновение было нежным. — Ты сильнее, чем я была в твои годы. Ты — моя дочь. И я горжусь тобой. Но сейчас нам нужно вернуться к твоему отцу. Вместе мы сможем победить. Алекс сглотнула комок в горле и кивнула. — Хорошо. Но если что-то пойдёт не так — я вытащу тебя отсюда, даже если мне придётся тащить тебя силой. Макс улыбнулась — той самой улыбкой, которая была на всех старых фотографиях. — Договорились. Там же, у клетки Макс Билли лежал на спине, пытаясь отдышаться. Векна нависал над ним, его длинные пальцы сжимали горло Харгроува. Монстр ухмылялся, обнажая кривые зубы, и в его глазах плясал красный огонь. — Ты думал, что сможешь остановить меня? — прошипел Векна. — Ты — всего лишь человек. Сломленный. Ничтожный. Ты даже не смог защитить ту, которую любил. Билли хрипел, вцепившись в запястье монстра. В глазах темнело, но он сжал зубы и прохрипел: — Я… защитил… её дочь. — Ты защитил её? — засмеялся Векна. — Ты позволил ей прыгнуть в мой мир. Она сейчас здесь. И скоро я заберу её, как забрал Макс. Вы все будете моими. Но в этот момент из тумана вылетела Макс. Она бросилась на Векну сзади, вцепившись в его шею, и нанесла удар — не физический, а ментальный. Из её рук вырвался поток золотого света, и монстр заорал, отпуская Билли. — НЕ СМЕЙ ТРОГАТЬ МОЮ СЕМЬЮ! — закричала Макс. Её голос звучал громко, раскатисто, будто сотни голосов говорили одновременно. Векна отшвырнул её в сторону, но она успела заслонить собой Билли. Они упали на землю вместе — он, тяжело дышащий, с сединой и шрамами, и она, молодая и бесстрашная, защищающая его своим телом. — Макс… — выдохнул Билли, глядя на неё. — Ты… ты жива. — Я же говорила, от меня так просто не избавиться, — усмехнулась она, хотя из уголка её губ текла кровь. Он хотел ответить, но Векна уже поднимался, его фигура становилась больше, темнее. Из его спины вырвались щупальца, которые обвились вокруг Макс и Билли, поднимая их в воздух. — Вы думаете, что ваша любовь может победить меня? — зарычал Векна. — Вы — ничтожества. И ваша дочь сейчас присоединится к вам. В этот момент Алекс подкралась к Векне сзади. Она сжимала в руке острый кусок стекла от разбитой клетки — она подобрала его по пути. Сердце колотилось, но она знала — нужно действовать быстро. Пока монстр отвлёкся на родителей, у неё есть шанс. — Эй, урод! — крикнула она, вонзая стекло в спину Векны. Монстр взревел, обернулся и сбил её с ног одним ударом. Алекс отлетела в сторону, ударившись головой о камень. В глазах потемнело. — Алекс! — закричали Макс и Билли одновременно. Но девочка медленно поднялась. Кровь текла по её лицу, но она не обращала на это внимания. Она смотрела на Векну с ненавистью, которая горела ярче любого огня. — Ты думаешь, что я боюсь тебя? — прошептала Алекс, и вдруг её голос изменился. Стал глубже. Сильнее. — Ты думаешь, что ты — самый страшный монстр здесь? По земле вокруг неё побежали трещины. Стекло в её руке начало светиться золотом. Из раны на лбу вытекала кровь, но она не падала на землю — она поднималась вверх, образуя вокруг неё светящийся кокон. — Я — дочь Макс Мэйфилд, — сказала она, и каждый её шаг отдавался эхом в этом сером мире. — Я — дочь Билли Харгроува. Я — дитя двух миров. Векна отшатнулся. В его глазах впервые мелькнул страх. — Невозможно, — прошептал он. — Ты просто ребёнок. — Я — не просто ребёнок. — Алекс подняла руку, и из её пальцев вырвался луч света. Он ударил в грудь Векны, и тот заорал так, что земля содрогнулась. — Я — та, кто закроет тебя здесь навсегда! Тот же момент. Реальный мир. Лаборатория Дастин сидел на полу, прижимая к груди прибор, который бешено мигал. Сьюзи говорила ему в наушник: — Дастин, я вижу колоссальный всплеск энергии в Обратной стороне! Кто-то бьёт прямо по центру аномалии! — Это Алекс! — крикнул Дастин. — Она делает это! — Если она продолжит, — голос Сьюзи стал напряжённым, — она может открыть врата, но также может и уничтожить всё! Дастин вскочил на ноги. — Держись, маленькая Харгроув. Мы идём к тебе. Обратная сторона Свет ослеплял. Векна корчился на земле, его тело разлагалось, из него вырывались искры и чёрный дым. Макс и Билли упали на землю, освободившись от щупалец. — Алекс! — закричал Билли, бросившись к дочери. Но она стояла, не двигаясь. Её глаза светились золотом, а вокруг неё кружились частицы света. Она смотрела на Векну и говорила — слова, которые он не понимал, но которые жгли его хуже огня. — Ты умрёшь здесь, — сказала она. — Один. В темноте. Как и все, кого ты убил. Векна взревел и бросился на неё в последней отчаянной атаке. Но в этот момент Билли встал между ними. Он выставил руки вперёд и принял удар на себя. — БИЛЛИ! — закричала Макс. Он упал на колени. Его глаза закатились, а по лицу потекла кровь. Но он улыбнулся. — Я сделал это, — прошептал он. — Я защитил вас. Алекс закричала. Её боль, её ярость, её отчаяние — всё это вырвалось наружу волной чистой энергии. Она ударила Векну с такой силой, что монстр разлетелся на части. Его останки растаяли в воздухе, оставляя только чёрный пепел, который развеял ветер. Наступила тишина. Макс подбежала к Билли, упала на колени рядом с ним. — Нет, нет, нет… — она прижала руки к его груди, пытаясь остановить кровь. — Ты не можешь умереть. Ты не можешь оставить нас! Билли открыл глаза. Они были мутными, но в них всё ещё читалась та же любовь, что и много лет назад. — Прости, что я не смог тебя найти раньше, — прошептал он. — Прости, что я бросил тебя. — Ты не бросал меня! — Макс плакала, и её слёзы падали на его лицо. — Ты ждал меня все эти годы. Ты вырастил нашу дочь. Ты сделал больше, чем кто-либо мог. Билли слабо усмехнулся. — Она похожа на тебя. Упрямая, смелая… красивая. Алекс подошла к ним. Она стояла над отцом, не зная, что делать, как помочь. — Пап, пожалуйста… — прошептала она. — Не уходи. Он посмотрел на неё и протянул руку. Алекс сжала её. — Я люблю тебя, Алекс. Знай это всегда. Его рука ослабла. Глаза закрылись. Макс закричала. Она била кулаками по его груди, пытаясь заставить его сердце биться снова. Но он не двигался. Его тело холодело. — Не уходи от меня опять, — рыдала она. — Пожалуйста… Вдруг Алекс поняла — она чувствует это. В ней, в её крови, в её существе — сила, которая может сделать невозможное. — Мам, — сказала она тихо. — Отойди. Макс подняла на неё заплаканные глаза. — Что? — Отойди, — повторила Алекс. — Я могу спасти его. Девочка опустилась на колени рядом с отцом. Она положила руки на его грудь и закрыла глаза. Внутри неё что-то пульсировало — золото, свет, любовь. Она направила всю свою энергию на отца, на его раны, на его сердце, которое почти перестало биться. — Проснись, — прошептала она. — Пожалуйста, проснись. Свет вспыхнул с новой силой. Билли дёрнулся, вздохнул глубоко, жадно, и открыл глаза. — Я… — он смотрел на дочь, на Макс, на свои руки, которые снова шевелились. — Я жив? Макс бросилась к нему, обвила его шею руками и прижалась так крепко, как только могла. — Ты жив, идиот! — закричала она сквозь слёзы и смех. — Ты жив! Алекс улыбнулась. Она стояла, опираясь на колено, и чувствовала, как силы покидают её. Вокруг неё туман рассеивался, а серое небо начинало светлеть. — Мы сделали это, — прошептала она. Дастин выскочил из портала, за ним — Стив и Нэнси. Они застыли при виде этой картины: Макс, Билли и Алекс втроём, обнимающиеся на фоне исчезающей Обратной стороны. — Она жива, — выдохнул Стив. — Чёрт возьми, она действительно жива. Дастин улыбнулся, вытирая слёзы. — Я же говорил, что у нас получится. Несколько минут спустя Они стояли на холме, глядя на закат. Обратная сторона исчезла, оставив после себя только тишину и покой. Хокинс был цел. Векна больше не существовал. Макс стояла между Билли и Алекс. Она смотрела на дочь, которой у неё никогда не было, но которая стала смыслом её жизни. — Ты спасла нас, — сказала Макс. — Ты спасла всех. Алекс покачала головой. — Мы спасли друг друга. Билли обнял их обеих, притянув к себе. — Теперь мы вместе. Навсегда, — сказал он. Макс посмотрела на него. Она выглядела так же молодо, как в день их первой встречи — веснушки, рыжие волосы, озорные глаза. Единственное, что изменилось — в них больше не было боли. — Никаких больше порталов, монстров и Обратных сторон, — сказала она. — Только мы. Ты, я и Алекс. Алекс засмеялась. — Только мы. Но, мам… тебе придётся привыкнуть, что я старше тебя по ощущениям. Макс фыркнула. — Я всё равно буду тебя воспитывать, маленькая Харгроув. И не смей мне перечить. Они рассмеялись. Впервые за много лет — искренне, свободно, счастливо.