Шаг во тьму

      Сильвия наблюдала за мягкими переливами магии перемещающего шкафа, нити которого Малфой с особым усердием соединял. Кажется, он последовал её совету и занялся контролем над своими силами, потому что теперь действовал гораздо увереннее и спокойнее. Плавные движения студента вводили в какое-то умиротворяющее состояние, похожее на транс, в котором было весьма приятно находиться.       Так прошёл целый час непрерывной работы слизеринца. Когда на его лбу проступила испарина, а по вискам покатились капельки пота, девушка медленно, чтобы не спугнуть концентрацию юноши, вошла в поле его зрения и тихо сказала:       — Давайте сделаем перерыв.       Малфой едва заметно кивнул и, соединив очередные концы в единую линию, отстранился от схемы, тяжело дыша. Сильвия к этому моменту уже засервировала стол на краю комнаты лёгким перекусом, чаем и стаканами с водой. Драко раскованно плюхнулся на стул и залпом выдул предложенную освежающую жидкость. Девушка услужливо наполнила стакан по новой и сделала глоток чая. Сегодня у неё было ленивое настроение. На разговоры совершенно не тянуло, так что она позволила себе расслабиться и снять вежливую маску, видя, что и Малфой открылся ей и не стеснялся показать настоящего себя. Юноша чувствовал себя комфортно с человеком, к которому совсем недавно испытывал неприязнь. Как оказалось, та умеет не только улыбаться, но и огрызаться, что делало из неё такого же человека, как и все остальные.       — Сколько времени у вас ушло бы на это? — Окончательно переведя дух, спросил блондин.       Сильвия задумчиво посмотрела на шкаф и припомнила, в каком состоянии он был, когда его только обнаружили.       — На всё вместе, включая сборку, работу с нитями и фоном, около двух часов.       Глаза юноши расширились от удивления, он подался корпусом вперёд, словно пытаясь разглядеть ложь на лице профессора.       — Не верю.       Девушка усмехнулась и призвала к себе близлежавшую шкатулку.       — Наденьте очки.       Малфой подчинился и водрузил на переносицу артефакт. Его глазам предстали десятки нитей, не похожих на те, что были у шкафа. Они не были едиными, ветвились и соединялись с себе подобными «кустарниками». Судя по всему, весьма миловидный на первый взгляд артефакт был сложным.       Девушка легко провела рукой по соединениям, безжалостно разрывая их, отчего юноша невольно затаил дыхание. Было странно наблюдать за тем, как создатель разрушает своё творение, которое издало тихий, жалобный треск от манипуляций. Она работала без пинцета, пальцы порхали над магическими связями, как по струнам скрипки. Кажется, Сильвия могла и с закрытыми глазами починить что угодно. Не прошло и пятнадцати минут, как картинка вновь собралась воедино, разноцветно сияя.       Видя растерянность на лице студента, девушка вернула шкатулку на место и, прежде чем заговорить, сделала ещё один глоток чая.       — Соединять нити гораздо проще, чем создавать их с нуля, поэтому я практически никогда не уничтожаю свои изделия. Можно объединить несколько объектов или доработать старые, это сэкономит кучу времени и сил.       Сильвия поднялась на ноги и сладко потянулась.       — Давайте вернёмся к работе.       — Вы… После войны можно ли будет поучиться у вас?       Брюнетка застыла на несколько секунд от услышанного, а после, отмерев, лучезарно улыбнулась. Было приятно на мгновение погрузиться в фантазию о послевоенном времени.       — Если выживу, Драко, обязательно предоставлю такую возможность.       Юноша невольно вздрогнул от своего имени и диссонанса между выражением лица преподавателя и сказанными словами. Создавалось впечатление, что дожить до сладкого перемирия всё равно что дождаться следующих выходных. Он взглянул в глаза брюнетки и увидел то, что больше соответствовало её фразе. Зелёные омуты затопило печалью и усталостью. Девушка приоткрыла ему завесу тайны, которая была весьма проста: в свои двадцать с лишним лет профессор защиты от тёмных искусств и артефактор по совместительству приняла тот факт, что, вероятнее всего, умрёт на этой войне. Слизеринец мог поклясться, что ещё совсем недавно ничего подобного не мог заметить в настроениях девушки.       — Простите, — Малфой опустил голову, чтобы скрыть удивление от вырвавшегося, но казавшегося таким уместным, слова.       Сильвия поджала губы, сомнения сжирали её душу изнутри. Переживания о том, какую ответственность она собиралась возложить на чужие плечи, накрывали её с головой, но более благоприятного момента, когда Малфой будет так же открыт к ней, как сейчас, могло больше не представиться.       — Драко, у меня есть очень серьёзная просьба, которую ты сможешь выполнить, потому что являешься очень способным студентом.       Девушка прервалась, поймав настороженный взгляд серых глаз. Было удивительно, что юноша не отмахнулся от её слов в тот же миг. Зная, сколько испытаний и боли выпало на его долю, она бы не осудила его и приняла такую реакцию.       — Я буду обязан выплатить семейный долг за спасение жизни вам с директором, потому вы в праве попросить о чём угодно, — твёрдо, скрывая внутренний страх, произнёс студент.       Пальцы девушки невольно сжались в кулаки. Драко оказался гораздо решительнее её самой. Сердце болезненно сжалось, моля отступить и забыть этот разговор, как страшный сон, но эту ответственность она была обязана возложить на свои и его плечи. Справившись с нахлынувшими эмоциями, Сильвия подошла к студенту ближе и протянула ему руку.       — Я вынуждена взять с тебя непреложный обет, Драко. То, о чём я расскажу, могут знать только твои родители после того, как принесут тебе такую же клятву о неразглашении. Как только ты заключишь его со мной, дороги назад уже не будет.       Малфой выдохнул с толикой облегчения. Понимание, что ты можешь воспользоваться помощью родителей, если она понадобится, расслабляло. Бороться со всем в одиночку гораздо хуже, чем присоединиться к тем, кто сможет тебя защитить — это он в полной мере прочувствовал на собственной шкуре.       Драко вытянул руку и обхватил тонкое предплечье наставницы. Золотые нити магии связали их тайну непреложным обетом, и девушка отступила назад, чтобы достать из шкатулки за её спиной странного вида часы с чёрной субстанцией внутри.       — Существует заклинание, которое позволяет разделить душу мага на несколько частей, чтобы в каком-то смысле стать бессмертным. Я предполагаю, что Тёмный Лорд разделил свою душу на семь частей. Одна из них была уничтожена, три находятся здесь, — она приподняла артефакт и продолжила: — ещё две находятся в его руках, а последняя вернулась к основной части своего создателя.       Малфой в шоке посмотрел на профессора. Информация, которая ему открылась, была слишком невероятной. Он впервые слышал о подобных тёмных заклинаниях. Если бы не подтверждение в виде не в первый раз вернувшегося к жизни мага, которому прислуживала его семья, юноша бы посчитал брюнетку сумасшедшей.       — Пока все части не будут уничтожены, он продолжит возрождаться, поэтому, — Сильвия выдержала паузу, сжав ремешок часов в руках, — Я прошу тебя взять на себя ответственность за уничтожение оставшихся крестражей в случае моей смерти.       Драко опешил. Кажется, он слишком опрометчиво согласился на просьбу девушки. Впрочем, вернуть долг за спасение жизни он был в любом случае обязан, однако… Он в очередной раз вляпался по самое не балуйся. Единственным плюсом, который открывался перед ним из слов преподавателя: его надёжно укроют вплоть до конца войны, потому что эта миссия была слишком важной.       — Я хочу предупредить, что это вынужденная мера только на тот случай, если я погибну. Прости, что тебе снова приходится браться за такую тяжёлую работу, но, будучи приближённым Тёмного Лорда, ты сможешь закончить эту войну навсегда быстрее, чем кто-либо ещё.       Малфой устало опустился на стул и пригубил воду из стакана, обдумывая услышанное и принимая очередное трудное решение в своей жизни. В его мыслях крутилось лишь одно желание — быстрее бы всё закончилось. Больше он никогда не вернётся в магическую Британию, предпочтя жить где-нибудь в отдалении на море, в давно забытой родительской вилле на берегах Италии.       — Как мне это сделать?       Сильвия облегчённо выдохнула, достала ещё один артефакт в виде прозрачного куба и села напротив студента, пустившись в объяснения.       

***

      Выручай-комната в этот раз была совершенно пуста. Внутри находились лишь четыре мага, студент Слизерина и перемещающий шкаф. Последний расположили так, чтобы пожиратели выходили прямо к Малфою, а раскрытые дверцы прикрывали стоявших рядом членов ордена феникса.       Первыми, по словам Снейпа, должны были войти Малфои — их священный долг на себе проверить результат работы своего сына. Если что-то пойдёт не так (это они узнали от весточки Нарциссы), они должны были воспользоваться меткой, чтобы передать остальным сообщение об опасности. Супруга Люциуса предупредила, что её муж не в курсе предательства, так что было принято решение обезоружить и обездвижить его, чтобы тот не смог совершить вторую огромную ошибку в своей жизни. Младший Малфой был предупреждён об их задумке, чтобы у него не сложилось впечатление, будто его семье хотят навредить.       Зельевар мельком взглянул на темпус. Оставалось меньше минуты, когда шкаф наконец издал скрип, а внутри него кто-то закопошился.       — Драко! — Успел воскликнуть Малфой-старший и выйти за пределы артефакта прежде, чем его лишили палочки и пригвоздили к стене опытные мракоборцы. Кажется, Грюм первый воспользовался заклинанием, когда показалась белобрысая макушка.       Сильвия прикусила губу и перевела взгляд с распластанного тела на юношу, отвернувшегося от отца с предательской болью в глазах. Как же ей хотелось оградить слизеринца от всего этого.       Минутой позже звуки повторились, но на этот раз артефакт покинула Нарцисса, которая тут же бросилась к сыну и крепко обняла его. Женщина разглядела лицо Драко, удостоверившись, что с ним всё хорошо, тот выглядел гораздо лучше здесь, нежели в их особняке, и Нарцисса была благодарна за это. Она невольно бросила взгляд на мужа и покрепче прижала к себе сына. Мысленно женщина просила мужа простить её, однако глубоко внутри она была уверена, что поступает правильно.       По задумке Снейпа миссис Малфой и её отпрыск должны были всё время находиться напротив шкафа в качестве приманки. Новоприбывшие пожиратели в этом воссоединении должны были увидеть, что начало миссии прошло успешно и их жизням ничего не угрожает, ну а Люциус… Люциус проверяет обстановку или нервно бродит по комнате, выжидая остальных. В последнее время его нервы были на пределе, он был сам не свой.       Новый пожиратель, в котором Снейп не узнал немца, был отправлен к Малфою-старшему, а вот следующий… Четвёртый не спешил покидать шкаф. Он бросил взгляд на одиноких мать и сына.       — Где остальные?       Нарцисса посмотрела в сторону и столкнулась взглядом с тёмными, подбадривавшими глазами Снейпа.       — Они здесь, — негромко сказала женщина и указала взглядом на членов ордена, которых не было видно из-за дверцы, чтобы её переглядывания не выглядели странно.       — Малфой, Крэбб?       Дела были плохи. Если воспроизвести голос старого знакомого он ещё мог, то тембр второго был ему лишь смутно знаком, а это значит, что их план летел к Мордреду.       — Lamm und Burgunderwein, — внезапно послышался голос Сильвии, уловившей едва слышимый немецкий акцент. Она хотела броситься к шкафу, однако её остановила рука Снейпа, не позволявшая совершить опрометчивый поступок.       — Schön am Herbstabend des dritten Oktobers, — в тон ей ответили из шкафа.       Девушка выдохнула и быстро шмыгнула к артефакту — рука зельевара сама собой оставила её плечо в покое, удостоверившись, что вреда ей не нанесут. Брюнетка вручила магу блокнот и быстро проговорила на немецком, чтобы было легче уловить смысл сказанного:       — Скажи, что это западня. Здесь разыгралась нешуточная битва и тебе пришлось сбежать, остальные мертвы или сильно ранены. Это, — девушка указала на блокнот, — средство для связи. Теперь ты наши глаза и уши. Чтобы было более правдоподобно, ты не можешь уйти без ссадин, так что прости.       Мужчина кивнул, спрятал выданный ему артефакт в бездонный нагрудный карман внутри мантии и зашипел от боли, когда девушка хорошенько его приложила режущим проклятием. После этого немец сразу скрылся в недрах предмета мебели. Дверцы шкафа мгновенно закрылись и были запечатаны заклинанием. Для пущей уверенности Сильвия разорвала соединения, над которыми с таким усердием работал Драко. Больше им нельзя будет воспользоваться, пока его вновь не починят.       Пока брюнетка проделывала свои махинации, остальные приблизились к пожирателям в отключке. Одного пришлось убить на месте: они не могли себе позволить держать поблизости того, в ком не были уверены. Второй был связан путами и приведён в чувства.       Брюнетка, пребывая в мрачных мыслях — на этой войне была важна каждая жизнь, их первоначальный план включал в себя четыре жертвы, но по факту получилась лишь одна — присоединилась к остальным к тому моменту, когда Люциус пришёл в себя и с непониманием оглядывал присутствующих.       — Слушай внимательно, Люциус, — Снейп поднял мага на ноги одной рукой и посмотрел в серые, стальные глаза бывшего друга. — Твоя семья решила помочь тебе и исправить ошибки прошлого, так что можешь позже поблагодарить их как следует. Сейчас вы вместе со всеми детьми пожирателей, находящихся в Хогвартсе, отправитесь в особняк далеко отсюда.       Эта информация была нова для всей четы Малфоев, так что каждый из них напряжённо вслушивался в слова своего спасителя.       — У вас будут все условия для благополучного проживания, кроме магии и свежего воздуха. Уж простите, ими обеспечить не можем. Вы будете заперты там вплоть до окончания войны. Не важно, какая из сторон победит, после финальной битвы вы будете свободны. Если победит Он, у вас будет оправдание — вас держали в заложниках. Если мы, я подберу для вас подходящую защиту в суде.       Люциус смотрел на бывшего соратника, которого считал предателем, с недоверием и удивлением. Он даже приоткрыл рот, чтобы спросить, чем они заслужили для себя такую спасительную соломинку, однако связки заклинаний не позволили ему издать и звука.       Младший Малфой перевёл взгляд на Сильвию, словно ища подтверждения услышанному. Та поймала его и кивнула. На её губах заиграла та же улыбка, как та, которая была при ней во время обещания долгой и насыщенной жизни. Однако им не стоит здесь задерживаться. Девушка взглянула на темпус.       — Северус, время.       — Кингсли, Аластор, избавьтесь от трупа и возвращайтесь. Я уведомлю всех об успехе операции позже.       Мужчины синхронно кивнули в ответ, а группа, состоявшая из четы Малфоев и Снейпов, двинулась вперёд. Они шли в спешке, хотя идти было совсем недалеко. Снейп набросил чары конфиденциальности и обратился к бывшим соратникам Тёмного Лорда.       — Любая магия в особняке будет подавлена, так что и путы спадут с тебя позже, Люциус. Велика вероятность, что метки тоже пропадут. Никто из детей не будет знать о том, что происходит. Вам придётся разыграть роль их воспитателей.       Компания остановилась напротив двери, рядом с которой в воздухе с одной стороны зависла цифра восемнадцать, а с другой стороны темпус, отсчитывавший время.       — Вы будете перемещены прямо из этой комнаты. Заставьте всех взяться за парту, стоящую посреди комнаты. У вас есть две минуты. Палочки, — обратился Снейп к Нарциссе и Драко. Те с нежеланием водрузили оружие на ладонь зельевара. — Вы получите их назад, когда двери особняка будут открыты.       Убрав в карман артефакты высокого качества, Снейп открыл дверь и впустил Малфоев внутрь. По ту сторону раздался удивлённый выдох и вопли то ли злости, то ли радости, однако помимо этого до слуха зельевара донеслись весьма чёткие слова:       — Спасибо, Северус, обязательно выж…       Ручка негромко бряцнула, дверь засветилась письменами, а цифра рядом увеличилась на три. Брюнетка огладила древесное полотно кончиками пальцев и сделала шаг назад, приобняв себя руками. Не всё пошло по их плану, но она искренне надеялась, что его остаток завершится как положено.       — Думаешь, эти дети когда-нибудь нас простят?       Темпус показал, что осталась минута и сорок секунд.       — Когда-нибудь они обязательно поймут, что мы сделали для них даже больше, чем собственные родители.       Снейп встал позади супруги и мягко приобнял ту за талию.       — Возможно, к тому моменту их родители уже будут убиты нами.       — В таком случае они будут ненавидеть нас за то, что не прощается, но они хотя бы будут на это способны, а мы…       Зельевар нежно коснулся губами макушки девушки и прошептал, наслаждаясь лёгким цветочным ароматом, исходившим от шёлка её чёрных волос:       — Либо мы будем мертвы и нас уже не будут волновать подобные мелочи, — одна из его рук скользнула к ладони девушки и переплелась с той пальцами. — Либо мы уедем так далеко, что нас никто не достанет, но раз в год, в дату окончания войны…       Он прижал девушку покрепче к себе. Оставалось тридцать секунд.       — Мы будем скорбеть и вспоминать погибших, воспитывая собственных детей так, чтобы у них никогда не было даже намёка на мысль развязать войну.       Сильвия прикрыла глаза, полностью опершись спиной на возлюбленного и погрузившись в его фантазию о детях. С их средствами вполне можно было снять себе виллу на берегу моря, оснастить её хоть сотней различных артефактов и залечь на дно, словно их и вовсе никогда не существовало. Улыбка невольно скользнула по губам, оставляя свой тёплый отпечаток.       Они могли не переживать, что их кто-то увидит. Сегодня, в этот час, даже привидениям было запрещено разгуливать по замку. Весь преподавательский состав был предупреждён о том, что учеников выпускать из классных комнат нельзя в течение только лишь одного часа, который совсем скоро должен был подойти к концу. Кажется, супруги в унисон мысленно отсчитывали остававшиеся секунды, взглядом испепеляя зависшее в воздухе число, обозначавшее количество людей, находившихся по ту сторону двери. Три… два… один…       Цифра резко преобразовалась в ноль, отчего оба мага облегчённо выдохнули, высвобождая воздух из напряжённой грудной клетки. Двадцать человек были успешно спрятаны от ужасов этой войны.