По следам "Свет во Тьме"

Из руин и забвенья, из пепла и крови, Законам любым вопреки, возникает лицо, появляются брови. Из тьмы проступают зрачки. И не нужно движений, достаточно взгляда, как все начинается вновь: Из бессонного бреда, из слез и разлада На свет происходит любовь... Михаил Щербаков "Вечное слово"

***

В Петербурге Алекс с Анной поселились в гостинице и сразу после короткого завтрака в гостиничном ресторане отправились в имение, где летом проживала семья Штольманов. Подъехав к дому, они увидели двух полицейских, которые, похоже, устроились там надолго. Когда Алекс с Анной подошли к полицейским, дверь открылась, и из дома вышел средних лет мужчина с небольшим саквояжем в руках. Услышав, как Алекс представился полицейским, мужчина подошёл к ним: -Разрешите представиться. Иван Петрович, поверенный семьи Штольманов. Я услышал, Ваша фамилия Лаврецкий? -Да, Алексей Андреевич и Анна Викторовна Лаврецкие. -Как хорошо, что вы так быстро приехали! Анна с Алексом переглянулись. -Простите? -Я вчера пытался с Вами связаться. Поехал по адресу, а Вы там уже не живёте. Как только узнал Ваш новый адрес в Париже, сразу же отправил телеграмму. -Видимо, пришла после нашего отъезда. Мы узнали о покушении из утренней газеты. -Давайте пройдём в дом. Нам надо поговорить. В доме их встретила горничная. Мужчины прошли в кабинет Штольмана, а Анна осталась с горничной и попросила проводить её в детскую. По пути горничная рассказала, что в доме, кроме неё, находились няня, стряпуха и дети. Все были растеряны, но старались придерживаться заведенного порядка в ожидании каких- либо известий. В детской Павлик сидел за столом и что-то старательно рисовал. Няня показывала картинки из книжки младшему ребёнку, сидящему у неё на коленях. Анна узнала, что его назвали Платоном (в честь отца Якова, отметила Анна). Увидев Анну, няня поднялась, держа мальчика на руках. Анна поздоровалась и подошла к ним. Павлика она уже видела в тот памятный день в декабре прошлого года, когда они с Алексом и Настей приезжали на его день рождения. Он вырос за зти месяцы, и когда он оторвался от рисования и поднял на неё свои светлые голубые глаза, у Анны дрогнуло сердце-он был маленькой копией Штольмана:те же глаза, тёмные кудрявые волосы, серьёзный взгляд. Она улыбнулась мальчику и обратилась к няне: -Меня зовут Анна Викторовна, мы с Алексеем Андреевичем - старые друзья господина Штольмана и приехали, чтобы помочь, пока он в больнице. Она взглянула на младшего сына Якова, который в свою очередь изучал Анну, засунув палец в рот. В нём явно проступали черты Варвары. Как доктор Анна сразу заметила, что дети здоровы и ухожены. Детская была большой светлой комнатой со множеством игрушек: машинок, солдатиков, кубиков. Там же была детская железная дорога и деревянная лошадка, знакомая Анне по первому визиту. А для Платона было много ярких мячей, кубиков и фигурок разных зверей. На полке стояли детские книги в ярких обложках. Пол был покрыт мягким ковром. Няня опустила ребёнка на ковёр, и он довольно ловко пополз к коробке, в которой лежали его яркие игрушки. Анна попросила няню, которую звали Глафирой, рассказать о распорядке дня малышей, о еде, которую им готовят, мысленно отметив, что необходимо поговорить со стряпухой о питании детей. Глафира объяснила, что хозяйка кормила Платона грудью, а последние три дня его перевели на коровье молоко, малыш плачет, видимо, у него болит животик. Анна срочно приказала найти кобылье молоко или кормилицу. Разговаривая с Анной, Глафира не выпускала из поля зрения своих подопечных. Павлик закончил работу, застенчиво подошёл к ним и протянул Анне рисунок. На нём была изображена фигура с круглой головой и множеством спиралек,торчащих из неё в разные стороны. Палочки по бокам и внизу каплевидного тела, видимо, изображали руки и ноги. Анна погладила ребёнка по голове и спросила: " А это кто?" -Это моя мама. Ты знаешь, где она? Она скоро придёт? Анна присела на корточки ,глядя в глаза малышу, сказала: -Мама вас с братиком очень-очень любит и тоже скучает. Но сейчас она не может к вам придти. Она ещё раз погладила Павлика по мягкой кудрявой головке. "А вы гуляли сегодня?" Павлик помотал головой. - Вот сейчас мы и отправимся на прогулку. Как раз успеем нагулять аппетит и вернуться к обеду. Павлик в ответ улыбнулся, а у Анны снова защемило сердце. В детскую вошёл Алекс. Иван Петрович попрощался и уехал. - Анна, мы с тобой потом поговорим. Сейчас я еду в больницу. Ты со мной? -Нет. Я останусь здесь. Мы с детьми пойдём на прогулку. На том и порешили. Пока няня готовила детей к прогулке, Анна сама сначала отправила горничную на поиски молока, наказав в случае отсутствия кобыльего купить козье, и попросила разузнать, где можно найти кормилицу. Стряпухе наказала приготовить паровые говяжьи котлеты и картофельное пюре для Павлика и кипячёную воду для Платона, чтобы разбавить молоко. Нужно будет продумать дальнейшее меню для детей. Анна всем сердцем стремилась увидеть Якова, но не могла себе этого позволить из-за уважения к Алексу и Штольману. А ещё она боялась, что Алекс прочтёт что-нибудь на её лице при виде Якова. Она не хотела причинять боль мужчинам, которые были ей дороги, каждый по-своему.

***

Холод, густой туман, не позволяющий ничего разглядеть вокруг. Хочется раствориться в этом тумане, чтобы избавиться от тоски, безнадежности, отчаяния.Но он не один. Он чувствует чью-то тёплую ладонь, крепко держащуюся за него. Яков понимает, что не может оставить того, кто рядом, одного в этом удушающем тумане. Ему необходимо вывести их обоих. Вдруг-яркая вспышка, грохот, боль, темнота. Яков открывает глаза. Боль не уходит, яркий свет от лампы режет глаза. Не было сил пошевелиться, страшно хотелось пить. Чувствуя чьё-то присутствие, слегка повернул голову и увидел Алекса, сидящего на стуле рядом с кроватью. Алекс? Что он здесь делает? И тут же: Варя! -Где Варя? Он вспомнил, как они возвращались к ожидавшему их экипажу. Человек, вынырнувший внезапно из темноты. Яков его узнал, но было поздно. Звук выстрела в метнувшуюся на грудь Варю, он, инстинктивно схватив её, развернулся спиной к стрелявшему , чтобы прикрыть жену. И поймал вторую пулю. Дальше была темнота. Яков попытался приподняться, но ,застонав от резкой боли в правом боку, откинулся на подушку. Алекс, не отвечая на вопрос, поднёс к его губам стакан с водой, осторожно приподняв ему голову. Яков отвернулся. - Жива? Алекс медленно покачал головой. Яков это не увидел, но молчание Алекса было красноречивее слов. Штольман снова погрузился в небытие. Следующий раз, открыв глаза, он увидел наклонившегося над ним человека в белом халате. - Что со мной?-не спросил, а прохрипел Штольман. Во рту было сухо, язык не слушался. -Ранили Вас, Яков Платонович. Чудом пуля не задела печень. Крови много потеряли. -Где моя жена? -К сожалению, её невозможно было спасти. Она умерла на месте. -Сколько дней прошло? -Двое суток. Яков опять попытался приподняться. Почувствовал резкую боль в правом боку, голова закружилась. - Вам необходимо ещё несколько дней полежать. Ваш друг приехал, он сейчас вернётся, вышел позвонить. К Вам пришёл коллега из полиции. Вы хотите его видеть? Яков молча кивнул. Доктор отдал распоряжения медсестре, и они удалились. Вошёл следователь Гончаров, служащий в его отделении. Он подошёл и неловко присел у кровати на стул. -Господин Штольман,-начал он,-я... Штольман нетерпеливо прервал его. -Давайте приступим к делу. Я видел убийцу, хотя было уже темно. Он однажды приходил в мой дом с целью подкупа и шантажа. Это господин Нечаев из Департамента Железных Дорог. Мы расследует дело о крупных хищениях в его ведомстве, а конкретно- убийство счетовода Прохора Кузнецова. Вся подробная информация находится в сейфе. Я её передам губернатору, по чьей просьбе проводилась данная работа. Эта информация не должна разглашаться. Я дам показания во время следствия и на суде. Задержите негодяя. Штольман закрыл глаза, показывая, что разговор окончен. Дети...С кем они сейчас? У Вари остались дальние родственники, но он их не знал. Сообщили ли им о случившемся? За эти почти три года жизни с Варей он не разу с ними не встречался, жена ему о них не рассказывала, да он и не интересовался. "А тебя вообще что-нибудь интересовало о жизни Варвары? Она сама была интересна?" Ему необходимо срочно домой. Кто позаботится о детях? У них была няня Глафира, сорокалетняя здоровая ,жизнерадостная женщина. Она была расторопна, любила Павлика и Платона, исправно исполняла свои обязанности. Но главной в доме и в воспитании детей была Варвара. Сердце сжало от боли и вины.Это он должен был умереть! Опять страдают невинные! Варя, беззаветно любящая его, не получила и толики любви и преданности, которые заслужила. Маленькие Павлик и Платон остались без матери. Ненависть к себе придала силы, чтобы приподняться и сесть на кровати. Тело тут же наказало за пренебрежение к своим нуждам. В боку резко выстрелило острой болью. Штольман невольно застонал и прижал рукой бок. В это время дверь открылась и вошел Алекс. Увидев Штольмана сидящим на кровати, он нахмурился и быстро подошёл к Якову. -Тебе же нельзя подниматься. -Что с детьми? -Анна осталась с ними. Анна...Как всегда, бросилась спасать. -Пойми, мне необходимо быть дома. - Я понимаю. Ты не подумал, что в твоём нынешнем состоянии ты можешь доставить больше хлопот и проблем, чем помощи? Мы приехали, чтобы помочь. Полежи ещё дня два, мы все устроим. Алекс протянул Штольману стакан с водой. -А Варя ( у него не было сил закончить вопрос). Алекс его понял и ,немного помолчав, сказал: "Мы ждали, когда ты придёшь в себя, чтобы решить вопросы, связанные с похоронами. -Когда вы приехали? -Мы узнали наутро после случившегося и выехали в тот же день. Из газет. Покушение на начальника сыскной полиции Петербурга и убийство его жены не прошли незамеченными . Лицо Якова исказила гримаса. -Яков, мы поселились в гостинице недалеко отсюда. Сначала хотели поехать к себе в имение, но это слишком далеко от вас. Полдня пришлось бы тратить на дорогу сюда-обратно. Анна помогает няне справляться с детьми и отдаёт распоряжения по хозяйству. Я не ожидал, что моя жена обладает такими организаторскими способностями, -попытался пошутить Алекс.- Да, ещё забыл. Глафира привела сестру, которая помогает по дому. Ты не возражаешь? -Спасибо, Алекс. Деньги в ящике письменного стола, а ключ находится на полке с книгами за томом " История государства Российского". Там хватит на все. И Вы можете остановиться у меня. Дом большой, всем места хватит. -Разберёмся. Яков, я помогу тебе с организацией похорон. Скажи, что нужно делать. -Заезжай за мной завтра. - Это невозможно. Тебе нужна медицинская помощь. Завтра я приеду, и мы посмотрим, что скажет доктор. Это чудо, что ты вообще выжил. Оба помолчали. Затем Алекс быстро пожал руку Якову и вышел.

***

Оставшись один, Яков закрыл глаза. Не хотелось думать, страшная усталость буквально сковала его, хотелось просто лежать, не шевелясь, ничего не видеть и никого не слышать. Пустота в голове, пустота в душе. Только боль в боку указывало на то, что он ещё жив. Появилась медсестра, попыталась накормить, но он равнодушно отвёл её руку, лишь выпил немного воды, и опять закрыл глаза. Сестра поставила укол и вышла, оставив дверь полуоткрытой. Ночью он несколько раз забывался в тягучем сером полусне, где мелькали неясные образы и не оставляло стойкое ощущение беды. Наутро он ещё раз попытался осторожно приподняться и, опираясь на левую руку, сесть на край кровати, опустив ноги на пол. Правый бок отозвался резкой болью на изменение положения. Голова закружилась. Яков посидел некоторое время, вцепившись правой рукой в кровать, чтобы не свалиться. Затем, придерживаясь одной рукой за прикроватную тумбочку, попытался встать на ноги. Его качнуло, но удалось удержаться на ногах и сделать первый шаг. На этом его эксперимент закончился. В палату вошёл доктор в сопровождении двух медсестёр, которые тут же подскочили к Якову, стараясь поддержать его. - Ну куда же Вы,-укоризненно покачал головой доктор и помог ему вернуться в постель.-Видите, и рана закровила. Лежите, голубчик, сейчас Вам сделают перевязку. Рано ещё вставать. -Доктор, мне действительно очень надо попасть домой. - Я понимаю, но этот день и ночь Вы должны провести в больнице, если не хотите опять оказаться на операционном столе. Ближе к обеду появился Алекс и принёс известие о том, что Павлик и Платон успели погулять в парке с Анной и Глафирой и пообедать. Он их оставил, когда Глафира укладывала детей на послеобеденный сон, а Анна занималась какими- то хозяйственными вопросами. -А где ваша Настя?-вдруг поинтересовался Яков. - Мы отвезли её на несколько дней к дяде Анны Викторовны. Он с женой недавно вернулся из очередной поездки в Россию и они были рады побыть с Настенькой. Яков, я хочу сейчас отправиться в похоронное агентство, чтобы распорядиться о подготовке похорон. На какой день можно их назначить? -Через день. -А нужно кого- либо известить? -У меня нет родственников, а с дальними родственниками Вари я не знаком. Нужно, наверное, дать объявление в газету. -Хорошо, я сейчас этим займусь. - Алекс, прикажи доставить мне из дома одежду и трость завтра. Алекс кивнул, попрощался и ушёл. Яков лежал, остро чувствуя свою слабость и беспомощность. Он был благодарен Алексу за его приезд и помощь, и в то же время отгонял все мысли об Анне. Он не мог простить себе гибель Вари, ставшей жертвой вместо него. Чувство вины было настолько глубоким, что он не мог позволить себе хоть каплю радости и лучик надежды. Яков осторожно поднялся, встал и сделал ещё три шага. Ему это удалось. Передохнув минуту, опираясь на спинку кровати, он медленно обошёл её и вернулся на место.

***

Утром Алекс привёз всё необходимое и помог Якову со сборами. Доктор оставил Штольману дальнейшие рекомендации, настоятельно советовал остаться в постели ещё пару дней, и пообещал зайти на следующий день, чтобы проверить состояние раны. По дороге домой Алекс рассказал, как всё удалось организовать. Когда подъехали к дому, у Якова сердце зачастило. Своим ключом открыл дверь, и они вошли в дом. Из детской доносились шум и детский смех. Мужчины сразу направились туда. Подойдя к открытой двери, Яков замер на пороге. Сердце запнулось, а затем вернулось в ускоренный ритм. Подобную картину он представлял в Париже, когда надеялся, что у них с Анной будет ребёнок, который поможет "одомашнить" Анну, уберечь от излишней самостоятельности и активности. Павлик на полу с помощью Анны, которая уютно устроилась на ковре рядом с ним, строили башню из кубиков. Платон возился рядом, хватая кубики, заливисто смеялся и отбрасывал их в сторону, затем ловко полз за ними на четвереньках. Няня добросовестно охраняла границы территории, попытки пересечь которые ему не удавались. Подхватив на руки и покружив немного, Глафира возвращала на место. Все были довольны. Анна при виде Якова быстро поднялась и подошла к нему, чтобы поздороваться. Она была прекрасна, и Яков, чтобы опять не оцепенеть, перевёл взгляд на Павлика. Тот, увидев отца, бросился к нему. Анна, стараясь уберечь Якова от несущегося на него ребёнка, ловко подхватила Павлика на руки и поднесла его ближе к отцу. Тот наклонился и ласково поцеловал сына в макушку. При этом от знакомого запаха духов Анны у него перехватило дыхание. Алекс, стоящий за спиной Якова, внимательно наблюдал за происходящим. Тут подал голос Платон, выразив недовольство тем, что его оставили без внимания. Анна с Павликом на руках присела рядом с Платоном и стала что-то ласково ему говорить. Тот успокоился и вернулся к игрушкам. Яков извинился, повернулся к Алексу и повёл его в кабинет. Вскоре в кабинет постучали, и горничная вкатила столик, на котором стояли чайник, две чайные пары, блюдо с пирогами, блюдце с нарезанным лимоном и сахар. Обговорив назначенные на следующий день похороны, Алекс поднялся, намереваясь забрать Анну и отвезти в гостиницу. Анна ждала их в гостиной. Глафира с сестрой собирали детей на прогулку. -Анна, нам пора ехать. Надо заглянуть на почту и отправить телеграмму Петру Ивановичу. Они беспокоятся, спрашивают, когда мы приедем. Анна с удивлением посмотрела на мужа, но ничего не сказала. Когда он успел связаться с дядей? И что с Настей? Яков поблагодарил Анну, стараясь не показать, что творилось в его душе. Она внимательно на него посмотрела и спросила о рекомендациях доктора. -Яков Платонович, я знаю, что Вам необходимо ещё пару дней находиться под наблюдением врача. Вы слишком рано вышли из больницы. Необходимо следить за раной и регулярно делать перевязки. Я-врач, могу Вам помочь. Все эти поездки и хождения Вам сейчас вредны. -Спасибо, Анна Викторовна. В данный момент, думаю, дополнительная помощь не нужна. Мне доктор пообещал при необходимости прислать медсестру. Алекс, молча наблюдавший за этим диалогом, решил вмешаться. -Яков, я думаю, Анна Викторовна права. Ты мне раньше предлагал остановиться у тебя. Мы могли бы пару дней пожить здесь, а Анна понаблюдала бы за твоей раной. Завтра тяжёлый день предстоит, тебе нужно отдохнуть. Я помогу разобраться с делами. Мы же с тобой друзья, я не могу тебя оставить сейчас. -Я тебе благодарен за помощь. Яков вызвал горничную и распорядился разместить гостей. -Анна Викторовна, если Вам что- нибудь потребуется, пожалуйста, обращайтесь. Он откланялся и вернулся в кабинет. Силы его оставили, боль пульсировала в боку, мучила жажда. Он прилёг на диван, закрыл глаза и постарался отключить все мысли. Его разбудил осторожный стук в дверь. --Входите,- прохрипел Штольман. Вошла Анна с подносом в руках, на котором стояла тарелка с бульоном, распространяющим аппетитный аромат, и стакан с водой. Она поставила поднос на стол, отодвинув лежащие там бумаги. Раньше Анна, не задумываясь, швыряла сумку, перчатки, все,что ей мешало, когда она влетала в его кабинет с очередным сообщением с того света. Яков невольно улыбнулся. -Яков Платонович, Вам нужно поесть, а мне взглянуть на повязку. Яков хотел было подняться, но Анна остановила его. -Лежите, сейчас придёт горничная со столиком, и Вы сможете здесь пообедать. Я только рану посмотрю. Вы слишком много двигались сегодня, может открыться кровотечение. -А где Алекс? -Он скоро вернётся. Поехал в гостиницу забрать некоторые вещи. Яков Платонович, может Вам лучше вернуться в спальню? -Нет. В спальне всё напоминало Варю: её вещи, слабый аромат духов, украшения, подаренные им и в спешке оставленные на столике у зеркала перед отъездом на прием в тот роковой вечер,-было ощущение, что она лишь ненадолго отлучилось и скоро вернётся. -Вам нужно снять пиджак. Он попытался снять его, но невольно поморщился от резкой боли при неловком движении. Анна быстро приблизилась к нему. -Яков Платонович, бросьте сейчас все эти условности. Они неуместны в данных обстоятельствах. Вы больны, Вам нужна помощь. Вы нужны живым и здоровым Вашим сыновьям. Кроме Вас у них никого нет. Мы с Алексом можем Вам чем-то помочь. " Мы с Алексом" больно кольнуло его. Яков дёрнул щекой. Анна чётко определила границы и была права. Анна помогла ему осторожно снять пиджак, он расстегнул пуговицы рубашки и закрыл глаза. Он боялся, что Анна может в них увидеть то, что было совсем неуместно в их отношениях сейчас. Анна осмотрела повязку, на которой проступали пятна крови -Я принесу, что нужно и сменю повязку. В дверь постучали, и горничная вкатила столик с чайными принадлежностями. Анна переставила тарелку с бульоном с письменного стола на прикроватный, налила свежий крепкий чай в чашку и подвинула ближе сахар с лимоном. - Приятного аппетита. Я скоро вернусь. Яков проглотил несколько ложек бульона и отодвинул тарелку в сторону. Есть совсем не хотелось. Он положил в чай несколько долек лимона, щедро добавил сахар и с удовольствием сделал несколько глотков. Крепкий, горячий, сладкий напиток придал бодрость. Он осторожно поднялся и подошёл к окну. К дому подъехала коляска, из которой легко спрыгнул Алекс с небольшим чемоданом в руке. Надолго не планируют остаться. В гостиной раздались весёлые голоса, потом послышался смех детей. Яков почувствовал себя чужим с собственном доме. В памяти ярко всплыло запрокинутое лицо Вари, которая сказала ему за несколько минут до смертельного выстрела:" Я очень тебя люблю. И я счастлива, что тогда встретила тебя. " Опять сердце сжало от боли. Он потерял близкого человека- жену, мать его сыновей. Варя любила его и оберегала, понимала и прощала, старалась создать для него уютный семейный очаг. Лишь его вина в том, что их дом не стал для него родным, местом притяжения, куда даже после короткой разлуки спешишь, уже соскучившись, предвкушая встречу с любимой. Анна с Алексом в его доме. Присутствие Анны не позволяло Якову погрузиться во мрак и отчаяние. Она пробуждала в нем живые чувства, вытягивала из омута безразличия и пустоты. Старый друг Алекс был спокоен, организован. Его помощь была необходима. В то же время их присутствие обострило подавляемое чувство ревности. В дверь кабинета постучали и вошли Анна с Алексом. В руках у Анны была небольшая сумка. - Как ты?-спросил Алекс. -Живой, как видишь,-неожиданно резко ответил Яков и тут же устыдился своей грубости.. ну надоели ему эти сочувственные вопросы!! Пока Анна делала перевязку, Алекс рассказывал, что желающие проститься с Варей приедут в церковь на отпевание. Учитывая состояние Якова, никакого приёма не будет. Якову мешали сосредоточиться нежные руки Анны, которые быстро и уверенно колдовали над его раной. Хотелось лежать, закрыв глаза, забыть обо всем, раствориться в ощущениях и грезить о склонившейся над ним Анной, чувствовать её лёгкое дыхание; хотелось схватить и прижать к себе близко-близко и не отпускать. .