По следам "Свет во Тьме"

«О боли и страсти, О тьме и о свете, О горе и счастье, О жизни и смерти.» Отрывок из «Дорога» Михаил Щербаков

***

В день похорон Анна решила остаться с детьми. Смерть Вари была личной трагедией Якова, он сам должен был ее пережить. Присутствие Анны было неуместно. Повод нашёлся. Маленький Платон плохо спал ночью, у него резался зуб. Днём капризничал, не отпускал от себя Глафиру. Павлик, чувствуя напряженную атмосферу в доме, тоже был неспокоен. Яков с Алексом уехали в церковь на отпевание, а Анна с Глафирой и детьми вышли в сад. День был чудесный, дети успокоились. Глафира качала Павлика на детских качелях, а Анна сидела с Платоном на покрытой пледом траве, и они играли в зоопарк. Анна выстроила в ряд разных зверушек из его коллекции и, показывая пальцем поочерёдно на каждую, чётко проговаривала: " Это — собака. Она говорит «Ав-ав». Это-Кошка, она говорит» мяумяу». Платон с интересом смотрел на неё и пытался повторить, «а-а». Вскоре ему это надоело, и он стал хватать ближайшие игрушки и пробовать на вкус. Анна посадила его в коляску и медленно покатила по аллее. На душе было неспокойно. Она переживала за Якова, поскольку понимала, насколько тяжело ему было из-потери жены. Анна знала, что Яков обвинял себя в её гибели. Если бы она могла облегчить ему эту боль! Когда Яков и Алекс вернулись с похорон, Яков сразу же прошёл в кабинет и там закрылся. Алекс, видя беспокойство Анны, коротко сказал: — Всё прошло нормально. Людей было мало, никого из близких. А ведь блистала в своё время в свете! И отец был важной птицей. Да, друзья познаются в беде. -Алекс, надо что-то делать. Яков один закрылся в кабинете. -Боишься, что пулю в лоб пустит? — усмехнулся Алекс.-Не волнуйся, он переживёт. Анна недоуменно посмотрела на него. — Алекс, ну как ты можешь такое говорить! -Хорошо. Сейчас пойду, постараюсь разделить страдания, — с непонятным сарказмом заявил Алекс.- где он тут бутылки с коньяком хранит? Он подошёл к буфету, открыл дверцы и вытащил початую бутылку коньяка. -Надеюсь, посуда в кабинете найдётся. Алекс направился к кабинету Штольмана и постучал. -Яков, открой. Нам надо поговорить. Дверь открылась, и хмурый встрепанный Штольман мрачно посмотрел на него. -Это не могло подождать? Алекс отсалютовал бутылкой. -Дело важное: рюмки не могу найти. Штольман посторонился и сразу после того, как Алекс зашёл, закрыл дверь, коротко бросив: " Нас не беспокоить». Анна увидела мужа часа через три после того, как дверь захлопнулась, практически, перед её носом. В тот момент она могла простить Штольману гораздо большее, чем эта мелочь. Алекс выглядел хорошо навеселе. Видимо, в кабинете у хозяина дома хранился больший запас спиртного. -Всё в порядке. Заснул прямо за столом, — и слегка покачиваясь, направился в гостевую, где бросился на кровать, не раздеваясь. Анна закрыла дверь и удалилась в детскую, где и нашла успокоение. Кажется, они пережили этот трудный день. К вечеру Яков так и не появился в гостиной. Алекс только плечами пожал на её вопросительный взгляд. Сам он отказался от ужина, ограничился несколькими чашками крепкого чая. Анна уговорила Алекса на короткую прогулку в саду перед сном. На свежем воздухе Алекс ожил и довольно бодро рассказал, как проходили отпевание и похороны. -Печальное зрелище. Варвара, такая молодая, в гробу. -А Яков? -Яков превратился в камень. Живого в лице ничего не было. Так и простоял всю службу. Соболезнования принимал молча, лишь слегка наклонив голову. Анне хотелось, забыв про все условности, броситься к кабинету и стучать, стучать, пока он не откроет дверь. Броситься к нему, прижать к себе и утешать, целуя родное лицо, забыв все обиды и все то плохое, что с ними произошло за эти годы. Это невозможно. Анна вспомнила, что не одна. Алекс внимательно смотрел на неё. Анна не знала, что он прочел у неё на лице, и не хотела об этом думать. -Всё это так печально, — выдавила из себя. Они ещё немного погуляли молча и направились к дому. В кабинете у Штольмана было темно.

***

Готовясь ко сну, Анна зашла в смежную небольшую комнату, которая была переоборудована в небольшую ванную. Оставшись в одной сорочке, она стояла у зеркала, вынимая шпильки из волос. Внезапно сильные руки обхватили её, подняли, как пушинку, и через несколько секунд Анна оказалась в разобранной постели. Обнажённый Алекс, удобно устроившись, начал медленно поднимать сорочку, почти невесомо лаская внутреннюю поверхность бёдер и легко прикасаясь губами к обнаженным участкам. Анна решительно запротестовала: -Алекс, как ты можешь… -А ты сомневаешься в моих способностях? -спокойно отреагировал муж, на миг оторвавшись от увлекательного занятия. -Но не сегодня и не здесь, — стояла на своём Анна, стараясь вернуть сорочку в исходное положение. Её попытки привели к более активному продвижению, что и вызвало замедленный ответ с его стороны. Быстро добравшись до своей цели, Аниной груди, он молниеносным движением стянул сорочку через голову Анны, отбросил её сторону и приступил к нежному освоению завоеванной территории. -Алекс, я… Но Алекс не дал ей договорить, так как её рот оказался прочно запечатанным жарким поцелуем. На секунду оторвавшись, он прошептал ей в ухо:» Мы быстренько и тихонько. Никто не узнает о нашем грешном поведении.» Анна понимала всю бесполезность дальнейших убеждений и сопротивления. Она прекрасно помнила, чем закончился её отказ от близости с Алексом в декабре. Этого им только не хватало здесь! Никакого «быстренько и тихонько " не получилось. Алекс выполнил все по полной программе. Анна лежала, отдавшись мужу, напряжённо слушая, как спинка кровати ритмично постукивает о стенку, сопровождаемая скрипом кровати, то замедляя, то ускоряя темп. Единственная мысль: «Скорее бы это закончилось», впервые за время их брака появилась и крутилась в голове до тех пор, пока гармония стуков и скрипов не достигла крещендо. Наконец, Алекс громко застонал, содрогнулся и, дождавшись затихания пульсации, скатился с нее, лёг на спину, заложив руки за голову. Оба молчали. Анна чувствовала себя виноватой. Алекс прервал молчание: — Аня, что с тобой? Ты как замороженная, сегодня тебя не растопить. Анна села и, не поворачиваясь к мужу, тихо сказала: — Я не могу это делать в доме, где траур, где только сегодня похоронили молодую женщину, жену твоего друга. Неужели нельзя было потерпеть дня два, хотя бы из уважения к нему. -А почему я должен подстраивать свою жизнь под какие-то глупые условности? Мы ничего плохого не делали. Регулярные супружеские отношения между любящими супругами с благословения церкви с целью продолжения рода-не грех. Мой друг Яков вовсю этим занимался, судя по количеству детей за короткое время. — Алекс, ну поставь себя на его место сейчас, -начала было Анна. Алекс неожиданно быстро поднялся, взял Анну за плечи и повернул лицом к себе. -Это я и сделал там, на кладбище, когда гроб с телом Варвары опускали в могилу. На секунду я представил, что это могла быть ты. Я не знаю, как бы я смог жить без тебя. Мне необходимо было убедиться, что ты-живая, горячая и любимая, и ты со мной. -Я с тобой, Алекс, -и добавила, чтобы снять возникшее напряжение: -Только кровать безбожно стучала и скрипела, мы всех, наверное, разбудили. Алекс рассмеялся и успокоил её. - Эта проблема легко решается.- Он многозначительно кивнул на пол. Анна поспешила вернуться к главному. -Алекс, пожалуйста, пообещай мне, что мы не будем этим заниматься здесь. Пожалуйста, -повторила она. Алекс ничего не сказал. Он лёг, потянув Анну за собой, положил ей руку под голову, прижал к себе. " Давай спать. Поздно уже.»

***

Утром Анна проснулась раньше Алекса, быстро закончила утренние дела и перед зеркалом укладывала свои густые волосы в узел на затылке. Она увидела, что Алекс проснулся и не спешил вставать, тем более одеваться. Опасаясь повторения вчерашнего, Анна быстро закончила с причёской и решительно подошла к мужу. — Алекс, вставай. У меня сегодня много дел запланировано, нельзя же целый день валяться в постели. -Ну, не весь день, а несколько минут всего. -Алекс, если ты сейчас же не поднимешься, я пойду одна. Заодно и к детям зайду проведать. Не споря, Алекс поднялся и прошёл в ванную, на ходу чмокнув Анну в щеку. Через несколько минут, одетый, свежий и красивый, галантно взял Анну за локоть и повёл к двери. Уже переступив порог, он обнял её за плечи и, целуя в шею, прошептал: " Обещаю на день-два, не больше. Не требуй от меня невозможного». Анна посмотрела на него с улыбкой. На Алекса невозможно было долго сердиться. Рядом хлопнула дверь, и через секунду Анна замерла. В трех шагах от них стоял Яков, бледный, застывший. Слегка прищурясь, как от яркого света, он смотрел на Алекса, одна рука была сжата в кулак, а вторая намертво вцепилась в трость. Анна с ужасом ожидала чего-то непоправимого. В этот момент Яков перевёл взгляд на Анну, и в глазах мелькнула растерянность. Кулаки тут- же разжались, и Яков холодно произнёс: -Доброе утро. Зашёл к детям на минуту. Завтрак готов, приступайте без меня. Срочное дело нужно закончить, -и тяжело опираясь на трость, направился к лестнице. Анну охватила жалость, и одновременно щеки залило яркой краской стыда. Как она ему в глаза будет смотреть! -Ну вот, зря спешили. Нам вполне хватило бы пятнадцати- двадцати минут. Анна недоверчиво посмотрела на мужа. Неужели он не понимает? В доме траур, а он… Алекс, всегда такой чуткий и внимательный! И тут же вспомнила его слова ночью. Он ничего не скрывал: она- его жена, он открыто предъявил свои права не потому, что деспот и самодур, а просто любил её и хотел подтверждения чувств от неё; добиваясь реакции на его ласки, почувствовать связь, возникающую во время близости. Очевидно, он что- то заметил в отношениях между ней и Яковом, это и привело к тому, что произошло. А ещё этот неуместный сарказм, насмешливый тон. Алекс её ревнует. Анна узнала всю разрушительную силу этого чувства в декабре 1894. Его зачатки проявились, когда она узнала о Нежинской. Со стороны Якова это стало проявляться почти сразу после их знакомста. Даже неискушенная Анна не могла не заметить и не понять, почему Яков выпроваживал Коробейникова «заняться делом», стоило ей появиться в кабинете, а особенно, когда бедный Антон Андреевич оказывал ей невинные знаки симпатии и безнадежной влюбленности. Анна ясно представляла, что творилось в душе Штольмана после утренней встречи в коридоре. Мало ему страданий после смерти Варвары!

***

Яков очнулся ночью. Он сидел за столом в неловкой позе, от чего разболелся правый бок. Он протянул руку, пытаясь нащупать графин с водой. Рука натолкнулась на опрокинутую бутылку. Открыл глаза и сразу вспомнил: вчера он похоронил Варвару. Когда он увидел Варю в гробу, бледную, с закрытыми глазами, неподвижную, с чужим, незнакомым лицом, похожим на маску, мелькнула глупая мысль: " Это не она. Просто оболочка, из которой исчезло то живое, что было Варей». Яков, не отрываясь, смотрел на мертвую жену, сжимая в руках зажженную свечу, стараясь не шевелиться, чтобы не потушить слабый огонек, колеблюшийся от его дыхания, как-будто это могло удержать то, что совсем недавно было Варей, от полного небытия. Он пропустил многие песнопения священника, пока вдруг не услышал слова разрешительной молитвы, которые освобождали покойного от земных прегрешений и направляли его душу, примирившуюся с Богом и ближними, к жизни вечной в загробной жизни. Яков не знал о каких-либо Вариных грехах, и ее душа заслужила покой и вечность. Однако, материалист Штольман дополнительно прочел мысленно свою собственную молитву, чтобы душа Вари нашла успокоение на том свете.

***

Яков перешёл на диван, где проворочался остаток ночи. Утром он сразу поднялся в детскую. Павел и Платон уже проснулись. Глафира умывала Платона, которому совершенно не нравилась данная процедура. Он недовольно жмурился и пытался вырваться из рук. Павлик самостоятельно умывался из маленького тазика. Яков улыбнулся при виде такой мирной картины и подошёл к старшему сыну. Он ласково погладил Павлика по голове и похвалил. -Молодец, ты очень аккуратно умываешься, совсем как большой. Павлик смущенно улыбнулся, явно довольный похвалой от отца, и стал ещё усерднее тереть щеку. Якову стало легче на душе. Он вышел из детской и сразу столкнулся с выходящими из соседней комнаты для гостей Алексом и Анной. Штольмана бросило в жар. Довольный и счастливый Алекс обнимал Анну за плечи и что-то шептал ей на ухо, Анна, улыбаясь, слушала его. При виде Штольмана Анна смутилась, и в глазах ее промелькнуло виноватое выражение. Алекс нехотя опустил руки и довольно холодно поздоровался с Яковом. Еле сдерживая эмоции, охватившие его, Штольман вернулся в кабинет, сославшись на какие- то срочные дела. Он не мог появиться в гостиной в таком состоянии. Острота враждебности к Алексу поразила его. В чем вина друга? В том, что Алекс полюбил Анну, и она, очевидно, отвечает взаимностью? Или думал, что Анна даст обет безбрачия, потеряв " драгоценного» Штольмана? А может не представлял, чем занимаются любящие супруги в спальне по ночам? Необходимо взять себя в руки и спуститься к гостям. Яков постоял некоторое время у открытого окна. Утренняя свежесть и прохлада остудили лицо. У него нет права ревновать Алекса и Анну, и с этим надо смириться. Он сам отказался от нее.

***

Анна и Алекс уже заканчивали завтрак. Анна, задумавшись, пила кофе, а Алекс, отодвинув пустую чашку в сторону, нетерпеливо поглядывал на дверь, ожидая появления Штольмана. Прошедшая ночь и утренняя встреча с Яковом подтвердили его подозрения. Яков-соперник. Насколько серьезный-он разберется, вернувшись в Париж. Сейчас необходимо было срочно увезти Анну и сделать все возможное, чтобы избежать каких- либо контактов в будущем. Он пожертвует не только дружбой, чтобы сохранить Анну для себя.