Под прикрытием (Undercover)

Саммари: Теперь, когда Кацуки и Киришима определили, что с Дэку точно что-то не так, им необходимо понять, что же делать дальше. Кацуки предпочитает вести себя так, будто у него все под контролем, однако он на взводе сильнее, чем когда-либо. И тот факт, что шайка незнакомцев начинает ошиваться вокруг и задавать вопросы, определенно не помогает. Сентябрь Шесть месяцев спустя начала операции.

***

Кацуки бросил взгляд на часы, услышав стук в дверь. 2:42 утра. По-прежнему одетый в то, что было на нем с вечера, он легко соскользнул с кровати и пересек свою средних размеров квартиру, подойдя ко входной двери. Он рывком ее распахнул, ни на секунду не удивившись, обнаружив на пороге взъерошенного и растерянного Киришиму. – Заваливайся, я приготовлю завтрак, – проворчал Кацуки, разворачиваясь в сторону кухни. Он не потрудился проверить, последовал ли за ним красноволосый. Входная дверь со щелчком закрылась. Кацуки помыл руки и занялся приготовлением еды, о которой они совершенно забыли прошлым вечером. Со стуком опустив сковородку на плиту, он выкрутил газ на среднюю мощность, прежде чем переключить свое внимание на овощи. Взяв в руки нож и разделочную доску, он старательно принялся нарезать ингредиенты. Его движения были дерганными, выдавая внутренний разлад. Киришима прошел мимо, тихо опустившись на стул, который занимал буквально несколько часов назад. Его волосы были менее объемными, чем обычно, заостренные пряди выглядели слегка поникшими, будто забытое хозяевами комнатное растение. Мутными глазами он уставился на кухонную стойку, будто снова рассматривая улики, хотя Кацуки и убрал оттуда все фотографии Дэку. Тишина накрыла их, словно чересчур тяжелое одеяло. Ее нарушали только звуки шкворчащей свинины и обжариваемых овощей. Спустя какое-то время Кацуки закончил с готовкой, переложив половину на тарелку и пододвинув ее по столешнице к Киришиме. Вторую половину он выложил себе, глядя на нее сверху вниз и беспокойно переминаясь с ноги на ногу. Пахло хорошо, да и Кацуки был голоден, однако он все равно не мог заставить себя поесть. Ранее он был слишком занят тем, чтобы докопаться до сути тех странностей, что окружали Дэку. Затем его фокус сместился на то, чтобы рассказать другу о своем открытии и убедить его в своей правоте. Сейчас… Он больше не знал, что думать, что делать. Это была неизведанная территория. Киришима потерянно таращился на свою тарелку. – Думаешь, его схватил злодей? – спросил он практически шепотом. Кацуки уставился на него, во рту неожиданно пересохло. Он не мог притвориться, что этот же сценарий не пришел ему на ум ранее, не давая уснуть. Он мог представить себе Дэку, схваченного в каком-то грязном переулке за полмира отсюда. Покалеченного… Или даже убитого. Эти упрямые зеленые глаза были бы сейчас пустыми, не выражая больше ничего. Его тело, покрытое грязью, брошенное в наспех вырытую неглубокую могилу. К горлу подкатила тошнота. – Но… Скорее всего, это не так! – поспешно пробормотал Киришима. – Дэку слишком сильный. Это была не правда. Если злодей обладал достаточной находчивостью и упорством, он мог достать практически кого угодно, нанести какой угодно ущерб. Пример того, что произошло со Всемогущим, был показательным. Кацуки наполнил стакан водой и сделал глоток, прежде чем ответить: – Не думаю, что он мертв, – Киришима побледнел, очевидно даже не рассмотрев такой вариант, или просто не готовый озвучить его вслух. – Кому какая выгода с того, чтобы держать это в секрете? С чего бы им присылать нам фотографии Дэку, убеждая всех, что он жив? Киришима зачерпнул немного риса дрожащей рукой, уронив его обратно на тарелку. – Да… Да, в этом есть смысл. Я проверил, и самые ранние фотографии были присланы где-то пару недель спустя после его отъезда. То есть, кто-то присылал их нам на протяжении шести месяцев. Странное занятие для злодея. Плюс им был бы нужен доступ к его телефону и почте и все такое. Кацуки кивнул, отправляя в рот немного еды и задумчиво жуя. На вкус было норм. – Если поставить себя на место сраного злодея… Убивать его нет никакого резона. Возможно, его похитили, – обрывки воспоминаний о его собственном похищении пронеслись в голове Кацуки. Кучка полнейших кретинов, пытавшаяся убедить его присоединиться к ним. Трата времени для обеих сторон. За которой последовали печальные события в районе Камино. Киришима, видимо, сумел прочитать его мысли. – Бро, тут по любому без шансов на то, что они смогли бы уговорить его присоединиться. Ни в какой параллельной вселенной Мидория бы не согласился на это, – прожевывая свинину, он спросил: – Что им вообще могло от него понадобиться? «Один за всех», – в ту же секунду вспыхнула мысль в голове блондина. Может, Дэку еще кому-то проболтался? Насколько ему было известно, только узкому кругу доверенных людей был известен секрет Всемогущего, и единственным, кому его растрепал Дэку, был Кацуки. Идея, ужасная сама по себе, имела право на существование, но глубоко внутри он знал, что зеленоволосый мальчик скорее бы умер, чем передал причуду злодею. – Без понятия, – честно ответил Кацуки. – Это мог быть и реальный Дэку, тогда, на телефоне. Кто-то мог контролировать его. Он подумал о Хитоши Шинсо на спортивном фестивале во время их первого года. В то время он учился на общем отделении, не удостоенный внимания Кацуки как очередной бесполезный член массовки. И затем он забрался в голову Дэку, практически заставив того выйти за пределы ринга, прежде чем тот сумел вернуть контроль над своим телом. У Кацуки все равно ушло несколько лет на то, чтобы признать Шинсо как равного, но в тот день он своими глазами увидел, насколько опасной могла быть подобная причуда. – Ага, или Дэку может быть под давлением, и они заставляют его делать, что скажут, – предположил Киришима. Кацуки подумал о матери Дэку, моментально встревожившись, что кто-то мог использовать ее против сына. Но его собственная мать все еще была с ней близка… Если бы она пропала или вела себя странно, он бы узнал. Они закончили завтрак в тишине, не поднимая глаз от тарелок. В конце концов молчание нарушил Киришима: – Бро, мы должны кому-нибудь сказать. Кацуки нахмурился, подходя к раковине и принимаясь мыть посуду. Он долго и яростно тер сковородку, даже после того, как та уже была чистой. – Кому? – Во-первых, полиции, – Киришима положил их использованные столовые приборы в раковину и принялся рыться в ближайшем ящике в поисках чистого полотенца. Блондин передал ему вымытую сковороду, и тот принялся ее усердно вытирать. – Они нам не поверят. Ты-то поверил с трудом, – Кацуки посмотрел на друга с вызовом. Киришима вздохнул, протирая переданные ему тарелки. – Это да. Но в это же реально поначалу трудно поверить. Может, нам стоит сказать Ястребу? Блондин фыркнул. – И что же такого сможет он сделать, чего не смогли бы мы? – Хм-м… Может, тогда Айзава? Или… Как насчет Всемогущего? Кацуки стащил у красноволосого полотенце и насухо вытер руки, хмурясь. Он не знал, что на это ответить. Звучало как неплохая идея. Всемогущий имел большое влияние. – Полиция ему поверит! Ну, он же все-таки Всемогущий! И у него есть связи в Штатах, так что он вполне мог бы отправить туда людей, чтобы те начали поднимать шумиху, – словесный поток Киришимы все набирал обороты параллельно с его воодушевлением. – Это действительно могло бы сработать. Кацуки бросил мокрое полотенце в лицо другу, сложив руки на груди. – Ага. В кои-то веки и ты разродился хорошей идеей. Я уже устал быть единственным, кто за это отвечает. Киришима натянуто усмехнулся – слабая пародия на его обычный беспечный дух. Вокруг уголков его глаз обосновалось напряжение, которое никуда не уходило. – Ладно! Тогда… Позвони ему! Кацуки взглянул на часы. Почти четыре. – Ага, сделаю это после сегодняшнего патруля. – Что?! До этого же еще так долго! Мидория может быть в опасности! Кацуки поморщился, сильнее нахмурив брови. – Сейчас я позвонить не могу, он наверняка спит. И он все еще ведет по утрам уроки. Не думаю, что несколько часов сделают погоду. Слегка сдувшись, Киришима отклонился назад: – Ладно. Я возьму перерыв, когда твой патруль закончится, и мы сможем позвонить. И затем Всемогущий сможет помочь нам решить, что делать дальше. «Если он нам поверит», – подумал про себя Кацуки.

***

Патруль проходил отнюдь не гладко. Во-первых, весь день лил дождь. Не просто моросил, нет – небеса буквально разверзлись, топя всех и вся в собственной печали. Каждый раз, стоило Кацуки рискнуть выйти из агентства, он возвращался мокрый до нитки. Его ботинки влажно хлюпали при ходьбе, а ступни превратились в два куска льда, пусть теперь они и были обуты в спортивные кроссовки. Во-вторых, в такие дни, как этот, приходилось прикладывать чертову тучу усилий, чтобы поддерживать эффективность его причуды, и Кацуки приходилось двигаться безостановочно, дабы сохранять хотя бы тонкий слой пота на ладонях. Он не мог брать отгул каждый дождливый день, так что ему приходилось перебегать от здания к зданию в попытках сохранять хоть какую-то сухость. Брали ли злодеи выходные в дни, подобные этому? Черта с два. Складывалась ощущение, что в это утро они провели какое-то собрание ублюдков, на котором приняли решение накидывать сегодня говна на вентилятор в геометрической прогрессии. Этим утром Кацуки успел посодействовать трем арестам и самостоятельно задержать двух мелких преступников. Произошло два ограбления, одно нападение и два спора на рабочем месте, переросших в драку. Это была та смена, которая держала его постоянно занятым, заставляя бегать с места на место до тех пор, пока неожиданно не кончилась, оставив его запыхавшимся и раздраженным. И бумажная работа была сущим адом. Часы на его компьютере показывали 16:30… Черт, уроки в Юэй закончились больше часа назад. Он не знал точного расписания учителей, но предполагал, что они на какое-то время задерживались на рабочем месте. Если он хотел застать Всемогущего, то ему стоило поторопиться со звонком. Мужчина всегда был занятым, даже после урочных часов, но, возможно, он мог бы сделать исключение для разговора с Кацуки. Блондин поерзал на своем офисном стуле, неосознанно зарываясь в тепло своих спортивных штанов и толстовки. Он сменил на них свой геройский костюм сразу же, как вернулся из патруля, оставив тот сохнуть в шкафчике. Черный грим, который он носил под маской, большей частью смылся, хотя отдельные пятна тут и там еще присутствовали. Он заметил одно на крыле носа, стерев его подушечкой указательного пальца. Да, обычно дни, вроде этого, были полным отстоем, но сегодня в нем была и положительная сторона. Кацуки был настолько погружен в дела, что совершенно забыл про Дэку, ну или, по крайней мере, смог задвинуть мысли о нем в самую дальнюю часть разума. Теперь, когда ему официально нечем было больше заняться, тревога вернулась к нему в двойном объеме, накрыв его, будто паводок. Каким-то образом ему удавалось сохранять сидячее положение, пристально глядя на расположенный на другом конце комнаты стол Киришимы. Красноголовый в шестой раз поймал его взгляд и судорожно ему помахал, подзывая к себе. Спина Кацуки слегка заныла, когда он поднялся на ноги, напоминая ему, что тяжелый день был не только сегодня. Когда он подошел к рабочему месту второго героя, тот незамедлительно обрушил на него словесный поток. – Бро, день сегодня был просто безумный! Одних ДТП шесть штук было. Я сейчас в работе по горло. Слава богу, Ястреб разрешил закончить на несколько минут раньше, – он быстро огляделся по сторонам, после чего пригнулся к Кацуки и прошептал: – Ты уже позвонил? Кацуки покачал головой. – Я ждал, пока у тебя смена закончится… Но, походу, у тебя тут завал, так что я сейчас это сделаю. Скорее всего, буду потом в зале, если только ничего безумного не произойдет, – это было приглашением для второго присоединиться к спаррингу. Кацуки был измотан, но ему было необходимо выпустить пар, иначе он бы просто слетел с катушек. Киришима показал ему большой палец, хотя напряженность вокруг его глаз с прошлой ночи все еще присутствовала. Кацуки проскользнул вниз по коридору, стараясь избегать взглядов своих коллег, хотя те явно были сегодня слишком заняты, чтобы обращать на него внимание. Он спустился вниз по лестнице на цокольный этаж, где был расположен спортивный зал, перескакивая по две ступеньки за раз. Проходя мимо самых современных тренажеров, он проигнорировал пару присутствовавших в зале человек. Комната для спаррингов была расположена по соседству, и, проходя мимо, он мог расслышать доносящиеся изнутри звуки борьбы. Он поспешно вышел на улицу, вновь встреченный мокрым, холодным воздухом, и перешел на легкий бег, пока не оказался под навесом метрах в десяти от выхода. Давным-давно это было местом для курения, но Кацуки не знал большого количества героев, до сих пор страдавших этой привычкой. Учитывая дерьмовую погоду, это место было максимально уединенным – идеально для совершения звонка, не предназначавшегося для посторонних ушей. Он вытащил телефон и набрал номер Юэй, который он запомнил несколько минут назад. Бииииииип… «Пожалуйста, введите добавочный номер абонента». Хм-м… Никаких тебе формальных приветствий. Сразу к делу. Ну, это было логично. Юэй предоставляла геройскую программу обучения номер один в стране, они наверняка получали кучу звонков от всякого рода чудил. Похоже, тут было необходимо ввести верный номер, иначе связаться с кем бы то ни было, тебе не светило. К счастью, номер офиса Всемогущего был доступен героям с нужным уровнем допуска. Кацуки набрал четыре цифры и стал ждать. Биииииип. Биииииип. «– Кто это?» – ответил ему ровный, слегка раздраженный голос. Определенно не Всемогущего. – Хах? Кто я?! Это ты кто такой? Где Всемогущий? – выпалил Кацуки. «– Занят. Тренирует студентов. Чего тебе, проблемный ребенок?» Ох, вот черт, это был Айзава. – Так легко меня раскусили, а? «– Твои манеры тебя выдают. И у нас стоит определитель номера. Чего ты хотел?» – в голосе Айзавы слышалось едва различимое веселье, хотя привычное раздражение никуда не делось. Скорее всего, его не прельщала идея быть личным секретарем Всемогущего. Ну что ж, не повезло. – Мне нужно, чтобы вы соединили меня уже наконец со Всемогущим! Айзава сухо усмехнулся. Кацуки практически видел грозный взгляд своего старого учителя в своем воображении, когда тот ответил: «– А ты после выпускного явно набрался смелости, чтобы со мной вот так разговаривать. Это потому, что я больше не могу тебя исключить?» Кацуки провел ладонью по лицу, чувствуя, что выходит из себя. – Вы можете просто передать Всемогущему, чтобы он мне перезвонил? Мне нужен совет, – Кацуки бросил раздраженный взгляд на стекающий по навесу дождь и отступил назад от подбирающейся все ближе к его кроссовкам воды. Он добавил: – Это экстренная ситуация. «– И какую же это экстренную ситуацию ты собрался решать советом?», – Айзава шумно вздохнул. Прошла пара секунд. – «Знаешь, за исключением обучения тебя тонкостям интервьюирования, я могу помочь не меньше, чем Всемогущий. Я думал, тебе это уже должно было быть известно». В голосе Айзавы вовсе не было той горечи, которую подразумевали его слова. После всех тех лет, что Кацуки провел, будучи его учеником, юноша мог расслышать скрывавшееся в них беспокойство. – Ладно, – буркнул он нерешительно, пытаясь сформулировать следующую часть. Он был готов к разговору со Всемогущим, но Айзава был совершенно иным, куда более скептичным существом. Наконец, он решил просто выложить все, как было: – Я думаю, Дэку в беде. «– Мидория. Еще один мой проблемный ребенок. Не могу сказать, что удивлен. Что произошло на этот раз?» – Просто, в общем… Ох, черт! Это сложно объяснить, не показывая доказательства, но я думаю, что Дэку был схвачен злодеем и удерживается в заложниках или типа того, – он прислонился спиной к кирпичной стене позади себя. Усилие встать ровно казалась практически немыслимым. Повисла пауза, во время которой Айзава, судя по всему, размышлял. «– Ясно, и что ты собрался делать по этому поводу?» Кацуки резко выпрямился. – Вы мне верите? – недоверчиво переспросил он. «– Бакуго, ты высокомерный, вспыльчивый и дерзкий. Но еще ты умный и дотошный. Если ты говоришь, что Мидория угодил в неприятности – я тебе верю. Еще раз: что ты собираешься по этому поводу предпринять?» Айзава направлял его, пытаясь заставить Кацуки провести его через проблему, найти решение. На секунду Кацуки показалось, что он снова вернулся в школу, и это было очередное умственное упражнение. Но тревога, сжимавшая его горло и выдавливавшая из него кислород, служила ярким напоминанием, что это было не так. – Я не знаю, учитель, – с трудом выдохнул он. – Наверно, пойти в полицию. Но он же в Америке, что они смогут сделать? Айзава задумчиво хмыкнул на другом конце связи. «– Попытайся вспомнить, чему я вас учил по поводу налаживания связей с полицейским управлением. Они помогут тебе в долгосрочной перспективе. Я свяжусь с парой контактов, которые у меня есть». – Окей, – Кацуки прикрыл глаза и потер их. От накатившего облегчения у него закружилась голова. «– Это твой личный телефон?» Кацуки кивнул, вспомнив через секунду, что Айзава не мог его видеть. – Да, верно. «– Ладно. Не волнуйся, мы с этим разберемся, Бакуго», – на том конце повесили трубку. – Я не… волнуюсь, – ответил Кацуки в никуда.

***

К тому времени, как Кацуки вскарабкался по лестнице на второй этаж, где располагалась его квартира, солнце уже исчезло за горизонтом. Его тело буквально молило о сне, а налитые свинцом веки норовили закрыться каждые несколько секунд. Блондин знал, что стоило ему остановиться, и он моментально бы отключился, так что он продолжал передвигать ноги по направлению к своей входной двери, отсчитывая оставшиеся секунды до того момента, как он сможет рухнуть на кровать. В ту же секунду, как он заметил кого-то, прислонившегося к стене рядом с его дверью, Кацуки замер. С того места, где он стоял, он мог сказать, что это была высокая женщина. Одета она была строго: темный брючный костюм и пара опрятных туфель на низком каблуке. Стиль сотрудников госорганов. Обернувшись на его приближение, она встретила его серьезным взглядом серых глаз. Кацуки сразу же не понравилось то, как ее губы растянулись в вежливой, безобидной улыбке. Женщина напомнила ему змею, готовящуюся к броску. – Граунд Зиро, – поприветствовала она, протянув ладонь для рукопожатия. – А ты, блять, еще кто? Сумасшедшая фанатка? – в голове его во всю заливались тревожные звоночки. Кацуки осторожно опустил сумку на пол, готовый к обороне на случай, если она атакует. Адреса про-героев не были в открытом доступе. Костюма на нем не было. На его ладонях начали потрескивать взрывы – недвусмысленное предупреждение. – Воу! – женщина отдернула одетую в перчатку руку. – Не волнуйся, я друг, а не злодей. – Докажи, – прошипел он. Потрескивание усилилось, стоило ей потянуться к карману пальто и вытащить оттуда черный квадратный кошелек. Она неторопливо бросила тот в его сторону. Кацуки проследил за ним взглядом, и, когда тот приземлился рядом с ним, поддел его ногой, чтобы тот открылся. С одной стороны кошелька на него блеснул золотой бейдж. На второй половине было фото и должность. Полицейское удостоверение. Взрывы на его руках утихли, и юноша наклонился, чтобы подобрать корочки. Несколько секунд он изучал их, прежде чем швырнуть назад – возможно, немного сильнее, чем требовалось. – Детектив Танака, значит. Чего вам надо? Возвращая удостоверение обратно в карман, женщина одарила его еще одной обезоруживающей улыбкой. Уголки губ Кацуки дернулись вниз. – Сегодня днем профессор Айзава связался с одним из моих коллег. Мне сказали, ты обеспокоен местонахождением своего друга? Могу я войти, чтобы ты посвятил меня в детали? Она врала. Кацуки не мог определить, о чем именно, но ее явно окутывала ощутимая аура пиздежа. Он ухмыльнулся. – О, зайти хотите? Может, мне вам еще чаю предложить? Да хрена с два, дамочка. Полиция не заявляется к тебе на порог просто так. Его не заботило, кто там с кем связался. Что ему было известно, так это то, что, стоило ему поговорить с кем-то вне круга друзей, как несколько часов спустя у его двери уже ошивалась незнакомка и задавала вопросы. – Ладно. Что ж, – она вновь запустила руку в карман и вытащила визитную карточку. – Вижу, что ты сегодня не настроен на разговор. Видимо, трудный день, а? Как будешь готов поговорить – позвони по этому номеру, и я выслушаю все детали. Эта женщина старалась вести себя непринужденно, но Кацуки видел по напряжению в ее глазах, что долго ждать его она не будет. Он выдернул карточку из ее протянутой руки, напрягшись, когда она прошла мимо. Женщина была действительно высокая, однако Кацуки все равно обгонял ее на сантиметр или два. Обернувшись, чтобы проводить ее взглядом, он уловил момент, в который ее дружелюбная маска спала, обнажая встревоженное выражение. Он отмахнулся от этой мысли и, когда ее голова скрылась из виду, наконец подошел к своей двери. Абсолютно вымотанный, он закрыл ее за собой на ключ, на всякий случай еще и провернув внутренний замок. Если кто-то и собирался рискнуть проникнуть внутрь сегодня ночью, то Кацуки бы покончил с ними еще до того, как им удалось бы миновать прихожую. Он не стал заморачиваться с переодеванием, рухнув вниз лицом на кровать и бросив сумку где-то рядом. Через секунду он уже спал.

***

Кацуки проснулся от солнечного света, просачивавшегося между плотных штор. Он моргнул, пытаясь завести одурманенный сном мозг. Солнце? Вот черт! Он опоздал на работу. Кацуки вскочил на ноги, уже было готовый сорваться с места, но вовремя вспомнил, что сегодня у него был выходной. Он упал обратно на кровать, чувствуя, как сердце бешено колотилось в ушах. Желание закрыть глаза и поспать еще было соблазнительным, однако зов природы был сильнее. Справив нужду в ванной, Кацуки внимательно осмотрел себя в зеркале. Темные круги под глазами заметно посветлели, чему явно поспособствовал полноценный сон. Волосы у него были в полнейшем хаосе, прижатые в одних местах и абсолютно взъерошенные в других. Выглядел он так, будто нуждался в душе, да и пах соответственно, однако блондин был рад, что успел вчера воспользоваться душевой на работе после спарринга с Киришимой. Пока нагревалась вода, Кацуки почистил зубы и побрился, сразу же ощутив себя человеком. Душ он принимал недолго, намеренный разобраться со всеми ежедневными делами до того, как его мозг снова зафиксируется на всей сложившейся вокруг Дэку ситуации. Он уже чувствовал внутренний позыв сорваться и начать рыть информацию, но он также понимал, что если в ближайшее время он что-нибудь не поест – то начнет крушить мебель. Кацуки сообразил себе тарелку с яичницей и тостами, позавтракав за кухонной стойкой. Только после того, как с едой было покончено, он позволил себе проверить телефон и рассмотреть полученную вчера вечером визитку. Несколько сообщений пришло, пока он спал. Одно из них было дружелюбным напоминанием от Киришимы рассказать ему о любых новостях от Айзавы. Блондин поделился с ним вчера о своем разговоре с учителем. Из нового был только непрошенный визит той стервы прошлой ночью… В групповом чате всегда были новые сообщения, на этот раз всего семь. Он пробежал их глазами, но там были только жалобы на патрулирование и ничего важного. Также он получил одно личное сообщение от Дэку, которое Кацуки нерешительно открыл. [05:11] Дэку: Эй Каччан, я очень пытался вспомнить то название, про которое ты вчера спрашивал, но не смог. Прости! Ага, ясно. Он и забыл, что Дэку должен был вернуться с ответом по поводу их детского воображаемого агентства. Это было уже не важно, это был не Дэку… Или Дэку, находящийся под чьим-то контролем – Кацуки понятия не имел, как обстояли дела на самом деле. Не зная, что написать, он закрыл сообщение, оставив его без ответа. Пару минут он просто сидел на месте, раздумывая над своими последующими действиями. Тактика «подождем – увидим» явно была не в его стиле. Ему больше по душе было броситься в самую гущу событий и уже по ходу разгребать все то дерьмо, что обнаружится в процессе, пусть он и был способен сейчас двигаться только маленькими шажками. В конце концов, он решил позвонить Киришиме. «– Йоу! Че как, чувак, отдыхаешь там? – защебетал красноволосый, как только поднял трубку. Кацуки бросил взгляд на часы. Киришима был в середине своей смены. – Эх, – ответил Кацуки. – У тебя скоро перерыв? «– Ага, хочешь пересечься за обедом или типа того? – как обычно, в голове только еда и планирование следующего приема пищи. Кацуки закатил глаза. – Нет, мне нужно, чтобы ты сделал мне одолжение, когда вернешься в офис. Мне нужно, чтобы ты выслал мне добавочный код от телефона Айзавы в Юэй. Или его личный номер. Мне нужно с ним связаться, задать ему пару вопросов. «– Да легко, бро. Но… Почему ты ему просто по электронке не напишешь? Ты же знаешь, у него уроки весь день. На сообщение он мог бы ответить быстрее». Вот черт, Киришима был прав. – Все равно мне эту хрень вышли! – Кацуки гаркнул, отказывая признавать свою небольшую оплошность. «– Без проблем, мужик! Эй, мне принести еще продуктов для ужи…» – Мне пора, – проворчал Кацуки, вешая трубку. Он опустился на диван и включил телевизор, найдя местный новостной канал. На нем сейчас шла дневная мыльная опера, о которой он знал чуть меньше, чем ничего. Отличный фоновый шум для написания имейла бывшему учителю. Эй, придурок, Вы, блять, реально общались с какой-то сукой-детективом? Она ко мне под дверь заявилась, начала расспрашивать про Дэку. Ей можно доверять? Прямо сейчас мне хочется разве что заехать ей по ее тупому лицу. С уважением, Кацуки «Граунд Зиро» Бакуго Он перечитал сообщение трижды, нехотя стерев все ругательства и заменив «придурок» на более уважительное «учитель». Ощущалось не так хорошо, как первая версия, но, как там говорится, на мед поймаешь больше мух, или типа того. Кликнув «отправить», Кацуки какое-то время следил за разворачивавшейся в сериале драмой, пока ждал ответа. Ему явно стоило заняться составлением продуктового списка или даже стиркой. Четыре минуты спустя прилетело оповещение о новом входящем письме. Айзава. Он ответил: Как всегда очарователен, проблемный ребенок. Нет, я не разговаривал с Танакой, но я с ней до этого встречался. Она действительно детектив в полиции, хотя я и не знаю, в каком именно подразделении она работает. Если они задают вопросы – то это показатель, что им, по крайней мере, не все равно, так что тебе лучше связаться с ними. Просто помни не выдавать слишком много информации, даже офицеру полиции. Узнай все, что сможешь. – С Хм-м… Ну что ж. Узнать все, что возможно, посмотреть, как они могут помочь, и не раскрывать своих карт. Это он мог. С минуту Кацуки рассматривал свой телефон, глубоко задумавшись. «Когда, если не сейчас», – решил он, набрал номер с визитной карточки и нажал на «вызов». Бииииииип. Биииии… «– Алло?» Кацуки прочистил горло. – Танака, верно? Это Граунд Зиро, из… – обычно в этот момент он озвучивал место, где они встретились. – …моей квартиры, – закончил на автомате его мозг. Кацуки скорчил лицо, ударив себя по лбу основанием ладони. «– А, верно. Рада, что ты решил связаться со мной, Граунд Зиро. Не поделишься своими подозрениями по поводу твоего пропавшего друга?» – Этим занимается подразделение, на которое вы работаете? Пропавшие без вести? – спросил он резко. Потянувшись к кофейному столику, он придвинул к себе лежащие там ручку и блокнот и записал «Танака» и «поиск пропавших?». «– Да. Профессор Айзава мало что сказал, когда звонил вчера, так что, если бы ты мог рассказать все по порядку…» – скорость, с которой она изменила ход беседы, вновь перенаправив вопрос на него, была ошеломляющей. Кацуки облизал губы. Он помнил слова Айзавы и его напоминание не выдавать все за раз. Расскажи им слишком много – и у тебя не останется ничего, чтобы использовать в качестве рычага давления. Его доверие к этому детективу было настолько же мизерным, насколько сильным было его желание куда-нибудь ею запульнуть… Может, по крайней мере, без использования причуды. – Ага… Ладно. Повисла пауза. «– Не мог бы ты назвать мне имя своего друга?» Кацуки постучал ручкой по бумаге. – Дэ… Изуку. Мидория. Он про-герой. У меня есть причины полагать, что он был схвачен злодеем. «– Про-герой, значит. Одну минуту, попробую найти его досье в системе. Пока я это делаю, не мог бы ты рассказать о причинах, почему ты уверен, что его схватили? Ты что-то видел?» – через динамик донеслось клацанье клавиатуры. – Нет, нихрена я не видел. Но причины у меня есть. «– Тебе придется быть немного конкретнее, Граунд Зиро», – объяснила детектив, в ее словах сквозила фальшивая доброжелательность. – «Ах, вот оно. Твой одноклассник, 19 лет… Здесь указано агентство в Соединенных Штатах? Он уже вернулся из-за границы?» – Нет, – нахмурился Кацуки, стуча ручкой по блокноту все быстрее. «– Когда ты последний раз с ним разговаривал?» – вздохнула она. – Он прислал мне сообщение этим утром. «– Ага, то есть… Твой друг… Мидория находится в данный момент в США, и этим утром прислал тебе сообщение. Ты сказал, что ничего не видел, значит, могу предположить, не было никаких видео записей его похищения. Ты связывался с его агентством?» – Нет. Не нашел ничего про них в интернете. Она громко вздохнула. «– Ты не пробовал спросить у него номер?» Черт, как же ему хотелось ударить ее через телефон. Детектив звучала снисходительно, как будто разговаривала с ребенком, который потерял свою игрушку. – Это не он! – резко ответил Кацуки, чувствуя, как дергается бровь. Ручка хрустнула в его пальцах, когда он слишком крепко ее сжал. «– Не он? Что ты имеешь в виду?» Злые слова стекали с его губ, будто лава – медленные и обжигающие: – Тот, с кем я разговаривал. Это. Не. Он. «– Прошу прощения? Ты разговаривал с ним по телефону, и это был не он? Ты можешь это подтвердить?» – Послушайте, дамочка, все, что мне известно – это то, что кто-то заполучил телефон Дэку, или же заставляет его нести всю эту хрень. Он ведет себя странно. «– Дэку?» – ИЗУКУ, ТВОЮ МАТЬ! – взревел Кацуки, ручка в его железной хватке сломалась пополам. Чернила брызнули ему на ладонь, вызвав бурный поток ругательств. Пока он оттирал краску с пальцев, повисла пауза. Когда в трубке заговорили, тихие слова заставили его слегка подпрыгнуть. «– Позволь мне изложить факты так, как я их вижу. Изуку Мидория выпускается из школы, отправляется в Америку, чтобы получить работу. Ты считаешь, что он «ведет себя странно», и потому должно быть был схвачен злодеем. Ты разговаривал с ним по телефону, и этим утром он прислал тебе сообщение», – представленные таким образом, не подкреплённые годами знакомства с Дэку и знанием его характера, эти аргументы звучали в лучшем случае слабо. Женщина снова мерзко вздохнула. – «Честно говоря, даже если я тебе и поверила бы, это дело находится вне нашей юрисдикции, так как твой друг находится заграницей». – Даже если бы вы мне поверили?! – Кацуки ударил мокрым кулаком по столешнице, с ненавистью глядя на свой кухонный шкаф. Он так и знал: не стоило даже пытаться добиться чего-то от сраной бесполезной полиции. «– На твоем месте, парень, я бы списала странности твоего друга на сложности работы героя-новичка. Это дело не из легких, и не каждый под него заточен». Новичка? Дело не из легких? Не заточен? Он был уверен, что эта женщина точно теперь говорила не о Дэку. «– Тебе, наверное, просто стоит немного проветрить голову и оставить это дело». Кацуки пришел в бешенство. Чертова наглая сука. Его губы растянулись в злой ухмылке, пока он делал глубокий вдох и выдох, словно готовый к атаке смертоносный лев. Когда он заговорил, в его словах звучало мрачное обещание: – Нихрена я просто так не оставлю. Он бросил трубку.

***

Танака, хотела она того или нет, разожгла в Кацуки огонь. Все следующие три дня он провел, анализируя найденные ранее зацепки, прерываясь только на работу и сон. Киришима присоединялся к нему, когда мог, однако взгляды, которые он бросал на друга, становились все более и более обеспокоенными. Грустная правда заключалась в том, что все их зацепки были не особо надежными, и идти по их следам было практически невозможно. В Японии не было никого, с кем они могли бы поговорить, и кто знал бы что-то, чего не знали они. Дэку улетел в Америку через три недели после выпускного. Его геройское агентство «Хранители» располагалось в Нью-Йорке. Единственным доказательством его существования были фотографии, и Кацуки уже проводил поиск по изображению, ничего не обнаружив. В середине третьего дня Кацуки, наконец, что-то обнаружил. В очередной раз разглядывая фото «Хранителей», ему пришла идея поискать других героев. Сперва он попытался узнать их геройские имена, ориентируясь на костюмы, но это была просто игра в угадайку, так что он быстро оставил эту затею. Вместо этого он вырезал из фотографии их лица, намереваясь пробить через поиск каждое из них. Только одна попытка в итоге увенчалась успехом, выдав ссылку на фото в социальной сети. Он перешел по ссылке, приятно удивленный тем, что аккаунт был открыт для общего просмотра. С английским у Кацуки было туго, но он мог точно сказать, что мужчина был лет на пятнадцать старше его самого. Все его фотографии были с семьей и друзьями, и, судя по количеству кадров в деловом костюме, он был каким-то бизнесменом. Одно было точно: героем он не был. Прошерстив десятки и сотни его фотографий, Кацуки нашел то, которое искал. Тот самый мужчина, одетый в костюм героя на Хэллоуин. За исключением стоящей рядом с ним женщины в костюме медсестры, на этом фото он выглядело абсолютно так же, как и на том, что выслал ему Дэку. Дерьмо. Неудивительно, что ему не удалось ничего найти о местоположении агентства. Кацуки готов был поспорить на собственную руку, что и остальные «герои» на фотографии были такими же гражданскими, пусть их фотографии и были скрыты где-то за приватными аккаунтами, если те вообще существовали. Кто бы это ни сделал – он проделал много работы, чтобы замести следы. На долю секунды Кацуки задумался, а не словил ли Дэку нервный срыв, как предположила Танака. Возможно, воплощение его мечты в реальность оказалось для него непосильным бременем, и сейчас он где-то скрывался. Кацуки отбросил эту мысль так же быстро, как она появилась. Он три года наблюдал за тренировками зеленоволосого мальчика, и видел его сражения с реальными злодеями, стремящимися навредить, за пределами безопасности Юэй. Дэку бы не спугнули никакие трудности. Честно говоря, выглядело скорее так, будто Дэку влип в какую-то аферу. Если подумать, во всем мире было полно мутных личностей, проворачивавших подобные схемы: они предлагали молодым людям невероятные карьерные перспективы и работу в отдаленных местах. Вот только работа была пустышкой, и, стоило жертве прибыть на место встречи в одиночестве, у нее отбирали документы, телефон и все прочее, и та оказывалась в ловушке. Но для чего? Кацуки не хотел об этом думать, но он прекрасно мог представить, как доверчивый Дэку попался бы на что-то подобное. Всего лишь найти подходящую причуду – и нейтрализовать его силу не составило бы труда. Ожидание Киришимы в тот день было испытанием на прочность для той толики терпения, которая в нем еще осталась. Он огрызался на любого, кто рискнул хотя бы посмотреть в его сторону как-то не так, и в итоге решил спуститься в зал и выместить агрессию на боксерской груше. Там его Киришима и обнаружил два часа спустя, и Кацуки сразу же выложил ему все, что узнал. Честно говоря, это не было чем-то неожиданным, раз уж все присланное им до этого «телефонным» Дэку оказалось фальшивкой. Но все равно было приятно иметь неоспоримое доказательство, которое никто не смог бы интерпретировать как-то иначе. – Ладно, мужик, так что теперь? Снова попробуем связаться с полицией? Может, со Всемогущим? – поинтересовался Киришима, придерживая грушу, пока Кацуки проводил по ней серию быстрых коротких ударов. – Не, мы сами этим займемся. Он рассказал Киришиме о нанесенном Танакой визите, и, к счастью, со вторым героем никто пока не пытался контактировать. Кацуки заставил его пообещать никому ничего пока не говорить, но Киришима был более открытым и готовым помогать, особенно когда дело касалось авторитетных лиц. Так что стоило держать их подальше как можно дольше. Кацуки снова ударил по груше, сделав паузу только для того, чтобы добавить: – Я назначил встречу с американским посольством на завтра. – Посольство? – Киришима поморщился, когда Кацуки провел особенно мощный удар, перехватив грушу поудобнее. – Что именно они смогут сделать? – Да кто угодно будет полезнее полиции. Может, им там удастся отследить, куда пошел Дэку, или наведаться к «Хранителям» вместо нас, раз уж мы не можем этого сделать, – Кацуки проигнорировал ноющую боль в руках, затягивая потуже свои тонкие боксерские перчатки. – По крайней мере, мы сможем передать им информацию о социальных сетях того фейкового героя. Может, он известный преступник. Киришима кивнул, аккуратно отталкивая Кацуки в сторону, чтобы занять его место перед грушей. Блондин практически был готов толкнуть его обратно, но в последний момент передумал. Его руки тряслись от изнеможения, и ему был необходим перерыв. От всех этих мыслей о Дэку и той опасности, в которой он мог находиться, ему хотелось кричать. Вместо этого он старался держать свой разум и тело постоянно занятыми. – И, даже если они не смогут нам помочь, они хотя бы смогут указать нам направление к тем, кто сможет, верно, бро? – Киришима посмотрел на него с надеждой. Кацуки кивнул, но ответить ничего не смог.

***

Все изменилось на следующее утро. Патруль начался гладко, и с началом его смены к Кацуки присоединился Киришима. Они проходили через местный парк, оглядываясь по сторонам в поисках чудил и извращенцев, когда в их коммуникаторах, сопровождаемый потрескиванием динамиков, раздался голос Ястреба: «– Граунд Зиро. Ты там?» – протянул он. Кацуки бросил взгляд на Киришиму, на что тот пожал плечами. Обычно они не часто контактировали с Ястребом. Герой номер Два был печально известен тем, что не пользовался радио связью, выходя на патрулирования, прибегая к ней только в чрезвычайных ситуациях. – Да, Граунд Зиро на связи, – Кацуки зажал кнопку на груди, и расположившийся вокруг горла микрофон легко уловил его слова. «– Занят сейчас чем-нибудь?» – Да не особо, – пока что все, что они здесь видели, это бегуны и собачники. «– Красный Бунтарь, ты с ним?» Киришима подпрыгнул и пододвинулся ближе, чтобы ответить: – Ага, я тоже тут! «– Хорошо, вы двое вернитесь-ка сюда на минутку. Акватика возьмет на себя обход вашей территории». Киришима ответил «Вас поняли!» за них обоих. – Кто, блять, такая Акватика? – спросил Кацуки, издевательски усмехнувшись. – Ну, знаешь, с синей кожей, причуда манипуляции звуком. Девчонка, что сидит рядом с тобой. Мужик, у нас что, неприятности? Ощущение, как будто меня на ковер к директору вызвали, – Киришима звучал нервно. Акватика? Это девочка-дельфин, что ли? Какое же тупое имя. Звучало как название фирмы, продающей бутилированную воду. – Скорее всего просто отчитает нас за то, что неправильно маркировали какой-нибудь дурацкий файл, – предположил Кацуки, хотя он и знал, что дело было явно не в этом. Как будто Ястреб прервал бы их патруль из-за чего-то настолько незначительного. Они молча поспешили вернуться в агентство, желая поскорее узнать причину их вызова. Прибыв на место, они торопливо поднялись вверх по лестнице, пройдя мимо рабочих столов и остановившись только уже перед дверью их босса, чтобы постучать. – Да-да. Входите, – отозвался крылатый герой. Офисное помещение вполне можно было описать как «роскошное». В конце концов, это была мечта Ястреба: мир, безопасный настолько, что ему не приходилось бы даже пальцем шевелить на работе, если только ему самому того не хотелось бы. Стены украшали всевозможные оформленные в рамы вырезки из газет и фото с другими героями, выставлявшими напоказ достижения героя номер Два. Его стол был огромен и идеально подходил для того, чтобы разложить по нему документы или закинуть на него ноги. Рабочее кресло само по себе было невероятным зрелищем, и Кацуки был уверен, что пару раз заставал героя дремлющим в нем, когда заглядывал к нему в кабинет для разговора. Также в кабинете находилось два черных кожаных дивана, мягких и комфортабельных, и Кацуки подозревал, что они так же использовались для дневного сна, когда никого не было поблизости. Прямо сейчас на одном из них сидела Танака, бросившая на вошедших парней хмурый взгляд. – Какого хера?! – поперхнулся воздухом Кацуки. Глаз женщины дернулся, но затем она сразу же улыбнулась, натягивая на лицо наигранное дружелюбие. – Граунд Зиро, рада снова тебя видеть. Киришима крутил головой туда-сюда, переводя взгляд с одного на другую: – О! Вы же детектив! – Бунтарь, не мог бы ты прикрыть дверь? – попросил Ястреб, но на просьбу отреагировал Кацуки, с удовольствием захлопнув ее что было силы. Рамы на стене содрогнулись. Старший герой вздохнул: – Пожалуйста, Зиро, не ломай ничего. Кацуки скрестил руки на груди, впившись в женщину взглядом. – Чего вам надо? Жалобу на меня пришли накатать или еще что? – его бы это не удивило: в агентстве Старателя он уже успел получить три таких. Улыбка Танаки стала шире. – Если бы я писала жалобы на каждого, кто когда-либо на меня наорал, я бы не отходила от своего компьютера. – Кто-нибудь желает присесть? – решительно вмешался Ястреб. В конце концов, это был его офис. – И не могли бы мы свести крики к минимуму? Голова болит. Киришима плюхнулся на свободный диван, нервно поглядывая на детектива. Кацуки остался на месте, фыркнув. – Я постою. – Ладушки. Я знаю, что вам двоим интересно, зачем же я вас вызвал. Похоже, вы уже знакомы с детективом, – Ястреб наклонился на стуле вперед, оперевшись подбородком на переплетённые пальцы и внимательно разглядывая женщину. – А вот что мне хотелось бы знать, так это что вам понадобилось от этих двоих. Танака заправила за ухо выбившуюся прядь волос, явно не заботясь о направленных на нее напряженных взглядах. Она выставила перед собой обтянутые перчатками ладони в жесте, которой почти напомнил Кацуки о фокуснике, готовом представить публике очередной трюк. Будто она демонстрировала, что в ее рукавах ничего не припрятано. Блондин усмехнулся, когда та заговорила. – Что ж, несколько дней назад я получила наводку от преподавателя Юэй о бывшем студенте, который пропал без вести – Изуку Мидории. Я спросила и получила имя Граунд Зиро, поэтому я с ним связалась. Должна сказать, та информация, которой он со мной поделился, не была особо полезна. – Полиция… – начал Кацуки, но прервался, когда Киришима громко воскликнул: – Мидория действительно пропал! Мы с Бакуго часами анализировали все улики, и мы знаем, что его либо похитили, либо он находится под чьим-то контролем. Вы должны нам поверить, – взмолился он. Судя по тому, как блестели его глаза, он был в двух секундах от того, чтобы на самом деле рухнуть на колени и начать умолять. – Погоди-ка, – Ястреб поднял ладонь, призвав к тишине. – Изуку Мидория пропал? Как давно? Почему я только сейчас об этом узнаю? Дерьмо. Кацуки уже пытался с разной степенью успешности объяснить ситуацию трем разным людям. Теперь к этому числу нужно было добавить еще одного, но, может, в этот раз ему не обязательно было быть тем, кто все рассказывает. Он крепко сомкнул челюсти и взглянул на Киришиму, молчаливо подбадривая того взять в этот раз объяснения на себя. Красноволосый сложил сжатые в кулаки ладони на колени и начал: – Не знаю, как много вы знаете о Мидории, но после выпуска он решил на какое-то время поехать по работе в США. Предполагалось, что он едет на три месяца, но он до сих пор не вернулся. Мы все с ним общались время от времени, но он выглядел довольно занятым. Это Бакуго неделю назад кое-что заметил. Мидория вел… Ведет себя… Как будто это не он, – Киришима прервался, переводя дыхание. – То есть, вы пришли к заключению, что его похитили. И связались с кем-то из Юэй, кто в свою очередь связался с полицией. Почему было сразу не пойти в полицию или рассказать мне? – задал вопрос Ястреб. – Мы думали, что полиция нихрена не сделает. Оказалось, мы были правы, – выплюнул Кацуки. Он проигнорировал второй вопрос, не зная, как на него ответить. Не то что бы он хотел оставлять Ястреба в неведении. Он просто не знал, чем мужчина мог им помочь. – Простите, – ответил Киришима дипломатично, обращаясь к своему боссу, но не к расположившейся на соседнем диване даме. Ястреб, к его чести, не выглядел особо обиженным на то, что его оставили в стороне. Может, слегка раздраженным. Но вместо этого он обернулся к сидевшей на диване женщине, адресуя свой следующий вопрос ей: – Детектив, зачем вам было сегодня приходить в мое агентство? Зачем было просить поговорить с этими двумя? И мне бы еще хотелось знать, почему вам было необходимо мое присутствие, – поза и взгляд Ястреба напомнили Кацуки о шахматном игроке, внимательно следящим за каждым движением своего соперника. Кацуки тоже было интересно, что она ответит. Детектив с легкостью могла бы его выследить за пределами офиса. Она также запросила, чтобы Киришима присутствовал? Откуда она узнала о нем? И, конечно же, этот идиот подтвердил, что он тоже в курсе всего происходящего. Ну что ж, какой смысл был сокрушаться над уже пролитым молоком, верно? Хотя он определенно собирался высказать Киришиме то, что думает. Позже. Детектив задумчиво потирала рот, словно пытаясь сдержать поток той лжи, который, Кацуки был уверен, грозил обрушиться на них в любой момент. – Ты поставил меня в затруднительное положение, Граунд Зиро. Я надеялась, что ты прислушаешься к тому, что я тебе сказала, и оставишь всю эту ситуацию в покое. Или хотя бы, как я надеялась, поделишься со мной бóльшим количеством информации, чтобы я могла придумать для тебя зацепку или две, дабы занять тебя чем-нибудь, пока я все не улажу. Но затем тебе надо было взять и связаться с американским посольством. Это действительно порушило все мои планы. Если бы только эта история просочилась в медиа, Мидория был бы казнен еще до конца дня, – она пристально посмотрела на Кацуки. Блондин потрясенно отшатнулся: – Вы знаете, где он, – слова вырвались сами: полувыдох, полушепот. – Само собой знаю, это я его туда отправила. И нет, даже не думай посылать эти перья в мою сторону, я не злодей, Ястреб. А если бы и была, то было бы крайне глупо с моей стороны взять и вот так заявиться в геройское агентство, признаваясь во всех грехах, не находишь? – Я и постраннее вещи видал, – Ястреб откинулся на спинку кресла, но напряжения из его тела не ушло ни грамма. – И если ты удерживаешь Мидорию где-то в заложниках – он может быть твоим билетом из этого здания. – Слушайте. Я не похищала Мидорию. Никто не похищал. Он работает на меня под прикрытием. Все эти шесть месяцев. Кацуки почувствовал, будто один из его взрывов прогремел у него в голове, оставив его мозг в звенящей тишине. Он все правильно услышал? Дэку был под прикрытием? – Вранье, – Кацуки напрягся, когда детектив поднялась на ноги. Раскрыв одну сторону пиджака, она запустила руку в карман, пытаясь что-то найти. Несколько секунд спустя она извлекла свернутый лист бумаги, который она затем расправила и передала Ястребу. – Не вранье. Ястреб, это копия учредительного документа моей оперативной группы. Имена были изменены, но, как ты можешь видеть, там стоят подпись и печать мэра, – Танака указала на висящий на его стене документ в рамке: – Как и на учредительном документе твоего агентства. Со своего места Кацуки мог разглядеть, что оба свидетельства были идентичны. – Что это за ерунда? Кому какая вообще разница? Ястреб внимательно пробежал глазами по бумаге и затем вернул ее женщине. – Это доказательство того, что она не врет. Танака сделала шаг назад, откуда она могла видеть глаза всех трех героев. – Мидория вызвался помочь нам с поимкой кое-кого. Предполагалось, что на это уйдет только несколько недель… Но мы имеем то, что имеем. – Почему Мидория работает на вас? – негромко спросил Киришима, выглядя настолько же шокированным, насколько Кацуки себя ощущал. – Это дело для полиции, а не для про-героев. – У нас были свои причины, – Танака сложила руки на поясе, переводя серьезный взгляд с одного героя на другого. – Я скажу это еще раз, чтобы лучше запомнилось: ничто из ранее сказанного эту комнату не покинет. Мидория в безопасности, но, если хоть какая-то информация утечет, хоть к кому-нибудь – они его убьют. Ястреб, я посвятила тебя в это в качестве профессиональной любезности. Чего она не сказала вслух, но что Кацуки четко уловил, поймав на себе ее едкий взгляд, так это пожелание, чтобы Ястреб держал двух своих подчиненных в узде. – Чем вообще Дэку занимается? Он едва ли способен прожить день, не облажавшись, – требовательно спросил Кацуки, сжимая кулаки, впиваясь короткими ногтями в ладони. Детектив покачала головой. – Больше я ничего не расскажу о текущем расследовании. Это все. Что ж, у вас есть моя визитка, вы можете связаться со мной, если понадобится. – Ну да, блять, конечно, как будто ты сейчас вот так возьмешь и уйдешь отсюда, не ответив мне! – Кацуки преградил ей путь, выпрямившись во весь рост и с вызовом вздернув подбородок. Она взглянула на него с высоты своего слегка уступающего роста. – Позволь напомнить тебе, Зиро, что я являюсь сотрудником правоохранительных органов. Он бы посмеялся ей в лицо, если бы не был так взбешен. Чего она ожидала? Что он вот так даст ей уйти? Ему нужны были ответы. Прямо сейчас. – Детектив, меня интересует один момент, – вмешался Ястреб, успокаивая разразившуюся бурю. Однако он не сказал Кацуки отойти. – Подобного рода расследования как правило заканчиваются какими-то крупными облавами. Со множеством копов и героев, верно? Вы включите нас троих в список, не так ли? – последний вопрос вообще не звучал, как просьба, особенно произнесенный в таком холодном и резком тоне. – В качестве профессиональной любезности, разумеется. Детектив фыркнула, и прядь ее волос упала на глаза от этого движения. – Ладно. А теперь не мог бы ты отозвать своего сторожевого пса? Кацуки зарычал. – Граунд Зиро, – Ястреб щелкнул пальцами, отдавая указание пропустить ее. Желание проигнорировать приказ жгло огнем. Как Ястреб мог отпустить ее? Но, не имея возможности физически ее остановить, Кацуки не мог ничего с этим поделать. И, судя по предупреждающему выражению на лице босса, он бы рисковал потерять работу. Нехотя он отошел немного в сторону, давая женщине достаточно пространства, чтобы протиснуться к двери. Когда она проходила мимо него, Кацуки выставил руку, останавливая. – Как долго. До рейда. Гнев частично пропал из ее взгляда. – Я не знаю.

***

Февраль Одиннадцать месяцев спустя начала операции.

***

– Киришима! – прокричала Очако с другого конца вестибюля, бросившись к ним. Она резко остановилась, прежде чем врезаться в них. Слава богам, она не решила их всерьез с разбегу обнять. И без униформы это было бы довольно неловко, но в костюме – абсолютно унизительно. – Бакуго, рада тебя видеть. Киришима заключил ее в крепкие объятия, стараясь не зацепить ее геройский костюм своим. Кацуки в раздражении сжал переносицу. Он один слушал лекции, посвященные профессиональной этике? – Круглолицая, – просто поприветствовал он, готовый блокировать любые физические проявления чувств. Очако знала его достаточно хорошо, одарив его вместо этого теплой улыбкой. Она отстранилась от Киришимы. – Давно я вас двоих не видела. Так обидно, что наши патрули проходят на противоположных сторонах города. Я тут думала, не организовать ли нам ежемесячные ужины или что-то такое, просто чтобы не терять связь вне работы. Откровенно говоря, идея встреч с его старыми одноклассниками звучала как легкая форма пытки. Иида, который принялся бы его отчитывать, будто отец, которого Кацуки никогда не хотел. Не дай бог Тодороки бы заявился. В конце концов, он точно закончил бы тем, что вышвырнул бы двухцветного из бара. – Нет, спасибо. – Граунд Зиро! Красный Бунтарь! Мои старые одноклассники! Ну просто отлично, теперь еще и Очкастый пожаловал, со следующим за ним по пятам, словно на буксире, неуклюжим стажером. Кацуки смерил их обоих тяжелым взглядом, усмехнувшись, когда долговязый студент сжался. Иида был непоколебим, направляясь прямиком к Кацуки, чтобы решительно похлопать того по спине. – Киришима. Бакуго. Черт возьми, ну конечно Тодороки тоже должен был быть здесь. – Вашу мать, они для этой миссии что, по сусекам скребли, набирая героев? – огрызнулся Кацуки, стиснув зубы. Тодороки просто смотрел на него. – Выглядишь напряженно, – протянул он. – Ох, ты же знаешь Бакуго! Он в это время обычно уже спит всегда, – засмеялся Киришима, закинув руку Кацуки через плечо и обвив его шею, попытавшись притянуть его в захват. Кацуки силой высвободился, сердито пыхтя. Да, он был уставшим. Он знал, что полиция организовывала такие поздние собрания, дабы подстроиться под расписания старших про-героев. Те обычно брали дневные смены, когда активность на улицах была на пике, а злодеи старались натворить как можно больше хаоса. И все равно, быть на ногах в семь вечера напрягало. – И не говори, – добродушно пожаловалась Урарака. – Не могу дождаться следующего месяца. Рюкюу пообещала, что мне можно будет перейти с утренних смен на дневные. Я смогу вставать в восемь утра! – Только не забывай, дорогая: не важно, какая у тебя смена, – Иида плавно перевел разговор в лекцию. Он обернулся к стажеру – единственному, кто внимал ему с восхищением. Все остальные были научены отфильтровывать все, что говорил Иида, когда тот переходил в режим учителя. – Работа героя – выложиться на все сто, не важно, когда. Запомни это, Бык. – Твое геройское имя – Бык? – немедленно отреагировал Кацуки, усмехнувшись. Он осмотрел парнишку с ног до головы, проводя быструю оценку. Бык вздрогнул. Костюм у него был не особо выдающимся и состоял по существу только из объемных штанов. Пара симметричных рогов выглядывали по обе стороны его головы. Помимо огромного размера Кацуки не видел в нем ничего впечатляющего. – Скорее уж «обыкновенная посредственность». И вот это сейчас обучают в Юэй? – Черт, – прокомментировал Тодороки. – Какая муха тебя укусила сегодня? Кацуки крутанулся на месте, оказавшись с ним лицом к лицу. Ладони его тут же заискрили. Киришима снова подскочил к нему, заключая его в очередной захват, в этот раз куда более крепкий и менее снисходительный, чем прошлый. Он что, использовал свою сраную причуду?! – Остынь, бро, – прошептал Киришима так, чтобы было слышно только ему. – Тебе нельзя потерять самообладание и вылететь с этой миссии, верно? Иди, прогуляйся, дружище. Он отпустил Кацуки только после того, как тот прекратил попытки его ударить. Кацуки выпрямился и поправил костюм, прежде чем развернуться и уйти подальше от группы, громко топая. Он чувствовал спиной пытливые взгляды своих старых одноклассников, пока Киришима не начал о чем-то красочно рассказывать, забрав на себя внимание. Кацуки был уже слишком далеко, чтобы расслышать, о чем именно тот говорил, и слишком погружен в себя, чтобы заботиться об этом. Он нашел взглядом кулер с водой на другом конце просторного, отделанного мрамором вестибюля, и зашагал в его направлении. Вчера Ястреб наконец-то, наконец-то получил звонок, которого они так ждали. Пять месяцев затишья, пять месяцев отсутствия какой-либо информации, пять месяцев притворства, что все было в порядке… Кацуки сам не знал, как он пережил их, не забив что-нибудь до смерти, но он справился. Ладно, пусть поначалу он и не хотел этого признавать, но, как оказалось, он переживал за Дэку. Может быть, из-за того, что маленький слюнтяй таскался за ним по пятам всю его жизнь, но Кацуки не мог смириться с мыслью о его смерти. Сама эта идея приводила блондина в такое бешенство, что на стенах в его квартире прибавилось несколько слоев шпаклевки и краски в тех местах, где в них образовалось полдюжины оставленных его кулаками дыр. Поначалу он пытался отмахнуться от этого. Ну, он же разобрался в ситуации. Он знал, что Дэку был в Токио, а не в какой-то подвальной пыточной на другом конце света. Та встреча с Танакой в кабинете Ястреба должна была решить его проблемы со сном. Но этого не произошло. Потом он пытался списать эти чувства на зависть: мол, просто он хотел быть там, где был Дэку, и не мог поверить, что подобное задание доверили не ему. Вот только задание-то было полный отстой. В последний раз, когда Кацуки проверял, он наконец-то вошел в топ-200 в общем рейтинге героев. Тогда как Дэку не было даже в списке. Поэтому, в конце концов, он принял правду: ему не хотелось хоронить Дэку. Он не хотел видеть его глупое лицо в гробу – бледное и безжизненное. Кацуки должен был доказать свое абсолютное превосходство, и сделать это он мог, только обойдя Дэку – наследника Всемогущего. И возможно это было только при условии, что тот все еще продолжал дышать. Так что да, он беспокоился. Кацуки взял стоявший сбоку от кулера бумажный стаканчик, раздраженно выбросив его в мусорное ведро после того, как, не рассчитав силы, случайно смял его. Он взял другой, наполнил его и сделал глоток воды, только после этого обернувшись и чувствуя в себе достаточно спокойствия, чтобы снова терпеть других людей. К счастью уже через минуту вперед вышел офицер, приглашая героев пройти вниз по длинному коридору в конференц-зал. Чувствуя нетерпеливое покалывание по всему телу, Кацуки присоединился к остальным. Двадцать с чем-то героев были вызваны со всего города в полицейское управление Токио. Некоторые из них, как он подозревал, могли быть даже из других городов. Просто глядя на всех вовлеченных в это дело и место проведения брифинга, он мог сказать, что мероприятие намечалось серьезное. Наконец-то буквально через несколько минут он получит долгожданные ответы, а также план действий. Никакой больше «подождем и увидим» ерунды. Когда он уже был готов пройти через двойные двери в огромный, заполненный рядами сидений конференц-зал, его остановила чья-то рука. Он обернулся, встретившись взглядом с парой незнакомых глубоко посаженных черных глаз. Привалившись к стене рядом с дверью, стоял мужчина, сильно походящий на уличного бродягу. Его темные волосы были подстать глазам. Если бы тот его не остановил, Кацуки и вовсе бы не заметил его присутствия. – Граунд Зиро, – в голосе мужчины слышались пронзительные скулящие нотки, которые сразу же вызвали у Кацуки раздражение. – Мы знакомы? – Боже, его уже тошнило от людей, карауливших под дверью и утаскивавших его в сторону, чтобы поговорить. Эти детективы буквально сводили его с ума. И он точно мог сказать, что этот парень был одним из них, судя по бейджу с золотым щитом, висящему у того на шее. – Просто хотел, наконец, взглянуть на лицо того, кто все эти месяцы слал мне сообщения с угрозами, – протянул детектив, бросая взгляд Кацуки через плечо. Они оказались позади общей группы: почти все герои уже вошли в зал. – Хах?? – само собой. Кацуки отправлял сообщения с угрозами. Но этого ноунейма он точно не знал. Если только… Что, если этот парень говорил о «телефонном» Дэку? Он отправлял на его номер пару-тройку угроз. В основном, когда напивался. Ответа он никогда не получал. – Ты тот чувак, который притворялся им? Для любого, кто мог бы их услышать, сказанное не имело бы никакого смысла. Но детектив просто кивнул, подтверждая подозрения Кацуки. – Это я. Приятно, наконец, встретиться лицом к лицу, Каччан, – ответил тот, изменяя голос, звуча абсолютно точно так же, как зеленоволосый герой. Кацуки потрясенно раскрыл рот, прежде чем с силой схватить детектива за воротник. – Ебаный ублюдок, – прошипел он, слегка встряхнув второго мужчину. Было приятно иметь наконец возможность применить силу к кому-то, принимавшему непосредственное участие во всем этом фиаско. – Да я тобой сейчас эту стену проломлю. – Не забывай, что мы на одной… стороне!! – прокряхтел детектив Говноед, надавив большими пальцами на болевые точки на ладонях Кацуки. Светловолосый герой был вынужден его отпустить. Говноед отошел на пару шагов, с опаской поглядывая на блондина. – Можешь звать меня «Кей»… Сокращенно от «Куратор». Не самое изобретательное имя. – Я никак тебя звать не собираюсь, – Кацуки с ненавистью уставился на него, но решив воздержаться от того, чтобы снова его схватить. Он наверняка мог огрести проблем за рукоприкладство. – Ты использовал этот свой голосовой трюк, когда я звонил? Детектив пожал плечами. – Ага. Часть работы. Прежде, чем ты уйдешь… – он кивнул в сторону конференц-зала, – Я надеялся, что ты ответишь на один мой вопрос. «Кей» мог надеяться сколько угодно. Ответов это нихрена ему не гарантировало. – Чего? – гаркнул Кацуки, нетерпеливо притопывая ногой. – Само собой ты уже понял, что моя причуда – подражание. Я всегда стараюсь работать над улучшением своих навыков, для будущих миссий. Что навело тебя на мысль, что я – не герой Дэку? Кацуки хотелось послать этого парня куда подальше. Или сказать ему, что из него вышел отстойный Дэку. Но… Они были по одну сторону баррикад, пусть это так и не ощущалось последние несколько месяцев. После недолгих размышлений, блондин нехотя ответил: – Ты не знал прозвищ, которыми я называю людей. И название геройского агентства, которое мы в детстве придумали. Ботан помешан на мне, он бы точно все это знал. Еще фотки ваши были полное дерьмо. Слишком хорошо сделанные. – «Слишком хорошее полное дерьмо». Не уверен, как это понимать. Кацуки язвительно усмехнулся. – Да как хочешь понимай, мне плевать, – он развернулся на каблуках и прошествовал в величественный конференц-зал. Помещение было куда более комфортабельное, чем Кацуки привык; тот самый вид, который хорошо смотрелся на страницах газет. Подобные места должны были впечатлять, устрашать. В зале располагалось пятьдесят сидячих мест, и туда могла бы вместиться толпа куда больше, если бы она не состояла из облаченных в костюмы огромных героев. Они были похожи на выставку экзотических птиц: разнообразие всевозможных цветов, форм и размеров. Кацуки поднялся по ступеням к тому ряду, на котором заметил своих бывших одноклассников, ожидавших начала собрания. Киришима поднял бровь, молчаливо спрашивая: «И что это было?» Кацуки закатил глаза, сделав неприличный жест одетой в перчатку рукой, вызвав тем самым смешок у красноволосого и неодобрительный взгляд у Очкастого. Он занял свое сидение, нетерпеливо барабаня пальцами по дорогому красному дереву. Какое же, блять, пафосное место. К счастью Танака и Кей вошли в аудиторию уже в следующую секунду, и разговоры в комнате стихли сразу же, как детектив заняла свое место во главе. – Приветствую, герои. Благодарю вас всех за то, что выделили время, чтобы прийти сюда сегодня. Я знаю, что не была особенно щедрой на детали, обращаясь с просьбой о поддержке. Приношу свои извинения. Прежде чем мы перейдем к непосредственному брифингу, я должна подчеркнуть, что все, сказанное на этом собрании, должно с этого момента оставаться в полном секрете. От этого зависит не только успех всей операции, но также и человеческие жизни. Кацуки напрягся, услышав слово «жизни». Дэку был включен в эту группу. Но множественное число говорило о том, что на кону был не только он. – Мы также хотели бы заранее сообщить вам, что время начала операции еще точно не определено. Мы ждем конкретных обстоятельств, и когда все, наконец, сложится так, как нужно, нам будет необходимо, чтобы вы ответили на вызов в течение часа. Это значит, что днем и ночью вы должны будете находиться на связи и не сможете покинуть Токио в обозримом будущем, – ее заявление было встречено тишиной. – Если кто-то из вас не сможет выполнить данное требование, то я благодарю вас за уделенное время, но вам придется сейчас уйти. Мужчина в ярко-зелёном костюме поднял руку: – Насколько длительно это «обозримое будущее»? На этот вопрос своим плаксивым голосом ответил Кей: – Мы считаем, что операция будет проведена в течение месяца. – Кто-нибудь еще? Какие-либо проблемы? – спросила Танака. Она подождала немного, переводя взгляд с одного лица на другое. Никто не заговорил и не двинулся. Бюллетень с запросом, который детектив разослала ранее, содержал в себе какую-то информацию об этом. Все были подготовлены. Танака резко кивнула Кею, который держал стопку бумаг. Тот принялся по рядам раздавать их героям. Детектив обернулась обратно к ним. – Хорошо, давайте начнем…