Утоли свой интерес

Спустя час, укрыв уснувшего от усталости Арсения одеялом, Антон пошёл к своей кровати за ноутбуком. Хоть в комнате уже и было темно, свет Шаст решил не включать. Разговора за прошедшее время, понятное дело, у них не получилось, потому что в таком состоянии Арс ни на что бы не ответил. Да и давить на него не хотелось. Так что данное мероприятие было отложено на неопределённый срок. Вопросов, конечно, накопилось много, правда было непонятно стоит ли их задавать. Сложно сказать, насколько они вообще сблизились за время знакомства, прошло ведь всего несколько недель. В голове до сих пор был до жути напуганный Арс. Такой беззащитный, старающийся скрыться от внимательного взгляда. Воспоминание об острых, как скалы, выступах заставили снова вздрогнуть. Шаст не мог забыть, как и не мог понять, как можно довести себя до такого и что может быть причиной. И ведь Арсения вряд ли заставляли это делать, получается он сотворил всё это сам. От таких рассуждений становилось только страшнее, но других вариантов как будто бы и не было. Сосредоточиться было невозможно. Из игры он вышел, когда понял, что бесцельно гоняет персонажа кругами по карте. Видео выключил, когда опомнился на десятой минуте и осознал, что не услышал ни слова. Потом позакрывал какие-то вкладки, которые видимо открыл на автомате, не понимая вообще, зачем. В голове прокручивались все взаимодействия и странности, которые теперь обретали смысл. Он как-то даже не знал, что теперь делать. Антон с РПП в жизни никогда не сталкивался. Так что он не особо понимал, что это вообще такое. Анорексия и булимия для него были одинаковыми словами и кроме жуткой худобы за собой ничего не несли. А про такие заболевания как дранкорексия или орторексия он вообще ни разу не слышал. Это всё было где-то далеко, на странных телеперадачах и в новостных заголовках, так что к его жизни не имело никакого отношения. Да Шаст и не думал, что с этим придётся столкнуться. Он в принципе об этом не думал. Собственно поэтому теперь к нему и пришла мысль о том, что неплохо бы немного прочитать обо всех этих болезнях. Немного не получилось, и он просто потонул в классификации, симптомах и причинах таких расстройств. После он наткнулся на видео с историями людей, переживших такой опыт в своей жизни и вышедших в ремиссию. Смотря уже где-то десятое видео про то, что стоит и не стоит говорить, он старался запоминать триггерные фразы. Осознание, как много он не того наговорил и сделал, приходило постепенно и вызывало чувство вины. Конечно, Антон всего этого знать не мог, но за себя всё равно стало стыдно. "Не пытайтесь накормить человека. Не стоит говорить, что он и так худой. Или, что он нормальный. Не обесценивайте проблему. Не спрашивайте про вес. Не заводите разговоры про еду." Неожиданно загорелся экран телефона: "Я вернулся в общагу. Можешь зайти за конспектом, если не занят." Да уж, не стоит больше спать на парах. Придётся тратить лишний час, чтобы переписать всё то, на что забил. Хорошо хоть у Димы всегда понятные и полные записи, потому что свой почерк Антон мог и сам иногда не прочитать. Как же хорошо иметь ответственных друзей. Ладно, можно будет заняться этим на выходных (да, да, себе то врать не надо). Зайти чисто забрать тетрадь, естественно, не получилось. Заболтаться - как смысл жизни. Он из-за этого уже несколько раз на пары опаздывал. В курилке разговоры всегда идут как-то сами собой и длятся очень долго. Причём темы иногда бывают очень странные. Куда же ещё без сплетен. Как оказалось, пацаны пообсуждать других любят не меньше девочек, так что все с радостью подхватывали чужие новости. Сейчас он никуда не торопился, так что вернуться обратно в комнату получилось спустя минут сорок. Напороться на такое Шаст совсем не ожидал. На него был направлен самый злой взгляд, который он когда либо видел: - И зачем ты это смотришь?, - Арс стоял, скрестив руки и смотря так, будто Антон разочарование для всего мира, - Врачом заделался? - Я ведь не собираюсь тебя лечить. Просто решил узнать побольше, что такого. Я ничего про это не знаю, - при стрессе слова так и начинали литься, но лучшая защита, это нападение - Почему ты вообще в ноут мой залез? - Не трогал я его, а вкладки ты сам открытыми оставил. Тебе зачем знать? Прям такая полезная информация. - Ну интересно стало, может... - Ах интересно ему, какой любознательный, вы посмотрите. Поинтереснее что-нибудь найди. Шастун был напуган, ведь он не видел такого Арсения. В ярости. Тот, всегда был спокоен, иногда даже чересчур. Теперь то стало понятно почему. - Прости. Но я хочу помочь. Разве это плохо? - Да мне все хотят помочь, каждый раз одно и тоже. Может я не рассказывал, потому что не хотел этого. Почему ты не можешь принять, что мне не нужна помощь? У меня всё под контролем. Я знаю, что я делаю. - Но тебе же было плохо. - С чего же ты это взял? Я просто устал, так что тебе показалось. Меня всё устраивает. Шаст вдруг осмелел и, перестав гонять взгляд по комнате, посмотрел прямо в глаза и прошептал: - Ты плакал, - не дожидаясь, пока пройдёт ступор, продолжил уже громче, - Я же видел, что тебе тяжело. Ну и это нормально. Мы можем обсудить, если хочешь. Расскажешь всё. Возможно из-за молчания в ответ, услышанные советы пошли побоку и Антон стал выдавать какие-то стандартные вопросы, стараясь получить хоть какую-то информацию: - С этим ведь долго не прожить, так? Да и зачем так делать. Ты просто убиваешь себя. Неужели, тебе всё равно. Надо постараться вылечиться. Найдём какую-нибудь помощь, сходим к врачу. Оцепеневшего на время Арсения это похоже разбудило. И видимо только больше разозлило. Сработало, правда не так, как хотелось. Просчитался, но где? Арс перестал над чем-то раздумывать и просто взъелся: - А тебе почему не всё равно? Каждый думает, что знает, как мне жить. Но это не так. Неужели, ты думаешь, что меня не таскали по врачам или не пытались мне помочь. Одни только родители на это кучу времени убили. Я живу так не первый год, и, наверное уж, понимаю, с чем дело имею. А ты вот ничего не понимаешь, и не поймёшь. И разговаривать я не хочу, мне это не нужно, - моментально его голос стал встревоженным, - Только не смей никому рассказывать. Мне не нужна жалость. И помощь тоже не нужна. - Да я и не собирался. - Вот и хорошо. Тогда всё забываем и не возвращаемся к этому больше. Я к тебе не лезу, вот и ты, будь добр, отстань. - Давай просто поговорим, вдруг тебе станет легче. Можешь мне всё объяснить. Не чужие люди всё-таки. Соседи. Друзья? Шастун сам не понял, почему это слово прозвучало вопросом. Видимо отстранённость Арса и его общение внушали какую-то неуверенность. И Арсений эти опасения решил оправдать: - Вот тут ты ошибаешься. Никакие мы не друзья, так что не суй нос не в своё дело. Повисшую тишину, нарушил стук в дверь, от которого оба вздрогнули. Антон, быстро отвернувшись от Арса, пошёл открывать дверь. - И снова здорово, - там стоял Макар с кофтой в руках, - у нас забыл. Ещё пропуск в кармане, потом не попадёшь никуда. - Ой, я и не заметил, спасибо большое. - Да не за что. Чего делаете? Шаст оглянулся на соседа, уже сидевшего калачиком на кровати: - Да ничего особо. Посмотреть думали что-нибудь. - Ля, ну хорошо вам. Димон сам учится и меня заставляет. Вот обязательно ему сразу всё сделать. Впереди же всё равно выходные, куда торопится. Живу, как с мамой, короче. Погнали может на балкон сходим ненадолго, раз уж я пришёл? Не успел Шастун отказаться, как голос подал Арсений: - Антон, иди. - Но ведь... - Пожалуйста, иди, - Арс смотрел на него умоляюще, - я пока выберу фильм. - Ну хорошо. Но я всё же ненадолго.

***

- Что-то ты напряжённый, - Макар не дал возможности Шастуну драматично и задумчиво курить, смотря в даль. А так хотелось, - Вы как будто поругались? - Да не, нормально всё. За неделю устал просто. Может Арсений и правильно сделал, что его выпроводил. Обоим стоит успокоиться. Разговор всё равно видимо закончен. Хотя от последних слов было всё-таки обидно. - Ну как скажешь, конечно. Не буду тебя тогда донимать пока. - А тебя что, реально Дима так достаёт? - Бывает, конечно. Но, на самом деле, может я благодаря ему только учиться нормально буду. А то я быстро забить на всё могу. Так что в какой-то степени с соседом мне повезло. Я б столько пар уже проспал, если б не он. Поболтав ещё минут пять, Антон всё же распрощался, так как не хотел задерживаться. Он надеялся, что Арс за это время никуда не ушёл. Хоть они вроде и закончили, Шасту всё же не хотелось, чтобы Арсений где-то бродил в одиночестве, потому что решил его избегать. В этот раз опасения не оправдались, так как сосед был в комнате и всё также сидел на кровати, словно ждал его. Не успел Шаст и рот открыть, как он заговорил: - Можем забыть про это? Ты, конечно, когда-нибудь, наверняка бы, узнал. Глупо полагать, что я мог бы скрываться все четыре года. Можешь не волноваться, у меня правда всё в порядке. "Повторяй это себе чаще, чтобы поверить" - Мне что, на это внимания не обращать? - Было бы славно. - Да как это. Честно говоря, я уже не знаю, что сказать. Просто помни, что в любой момент ты можешь ко мне обратиться. - Спасибо, правда не думаю, что мне это понадобиться. Я никогда ни с кем и не говорил. - Что ж, возможно, пора начать. - Не начинай. - Всё, всё ладно. Извини. Тогда больше тебя не трогаю. - Вот и спасибо. И, взяв вещи, Арсений скрылся в ванной, оставив Антона с кучей мыслей, среди которых болтался и вопрос: почему ж ему не всё равно? В принципе, Антон всегда был эмпатичным человеком, так что беспокойство можно списать на это.

***

Арсений обещал себе, что такого больше не повторится. Он помнит. Но не знает, как это остановить. Когда речь заходит о еде, то он просто перестаёт думать адекватно. В такие моменты, им словно руководит кто-то другой. Он готов нагрубить, обозвать, послать: сделать что угодно, лишь бы отстали. Непонятно, с чего Антон вдруг решил, что хочет помочь и что он сможет это сделать. Когда он проснувшись увидел поставленное на паузу видео про пищевые расстройства он чуть с катушек не слетел. Сейчас же он старался отогнать все мысли о прошедших разговорах и сосредоточиться на чтение. Получалось с трудом, но попыток он не оставлял. Не помогало ещё и то, что он прям чувствовал, как Шаст тоже не может сконцентрироваться. Антон всё ёрзал на своём месте и, как он думал, исподтишка поглядывал на соседа. В итоге видимо набрался смелости и решил заговорить: - Арс? - Да. - Ты действительно не считаешь нас друзьями? Вздохнув, Арсений отложил книгу, решив, что надо бы исправляться. Им всё же придётся быть вместе достаточно долго, так что отношения надо налаживать. Тем более, теперь Антон всё знает, и жить будет поспокойнее. Он голым перед ним ходить и не собиралась, но можно хоть не так усердно пытаться не спалиться. - Прости за это. Я всякой ерунды могу наговорить, когда выхожу из себя. И это не то, что я на самом деле думаю. Просто мне много приходилось отбиваться от подобных разговоров, так что выработалась стратегия: скажи так, чтобы тебя больше не трогали. Поэтому на свой счёт не принимай. Я буду стараться такого не повторять. Конечно же, мы друзья. От просто засиявшего лица Шастуна, Арсению и самому захотелось улыбнуться. Но вдруг смутившись, он лишь взял обратно книгу в руки, стараясь укрыться за ней. Антону же на этот жест видимо было по барабану, так что он моментально переместился по комнате и плюхнулся рядом с Арсом на кровать, даже думая спросить разрешения. Хотя к такому его поведению Арсений уже начал привыкать. - Фух, ну и отлично, а то я было испугался. У тебя кстати, есть какие-нибудь планы на выходные? - Пока как-то не думал, но сейчас я бы дочитать хотел. - Ну да, да, извини. Я тогда поищу чего-нибудь, не в комнате же нам два дня тухнуть. - Ты вроде готовиться хотел? - Ой, это ещё успеется. Ну всё, больше не отвлекаю, пойду на поиски. - Как знаешь. И хотя весь следующий час Арсению приходилось постоянно отвлекаться на рассказы соседа о всевозможных мероприятиях, проводимых в городе, а также о местах, которые естественно обязан посетить абсолютно каждый человек на этой планете, ну или хотя бы в этой комнате, его всё равно не покидало какое-то тёплое чувство. Не хотелось огрызаться или раздражаться. Было спокойно. Он не мог вспомнить, когда вообще в последний раз не ощущал напряжения. Когда он от всех закрылся, он и не понял, что потерял возможность не только говорить о своих проблемах, но и общаться в принципе. Бывшие друзья не знали, как вести себя рядом с Арсом, ведь разговоры о болезни он пресекал на корню, а другие перестал поддерживать, ведь постоянно находился в своих мыслях. Но Антон способен поддерживать разговор хоть за двоих, так что на заскоки Арса ему словно было всё равно. Видимо, именно мысль о том, что они по-настоящему могут сдружиться, так грела и успокаивала.