Рабочие тетрадки и бас-гитара

Конечно же, они успевают попрощаться прежде, чем родители Хана возвращаются домой. После того обещания, Минхо спешно собирается, под предлогом некормленных котов. Джисону все еще неловко от всего происходящего. Он даже не понимает, почему так быстро согласился на эту авантюру. Что сподвигло его на такое? Возможно, первая причина — Феликс. Джисон пока не знает, как относиться к Минхо (скорее всего тот не плохой человек, но Хану нужно быть уверенным на сто процентов). С Феликсом Джисон дружит давно, можно сказать, что они уже соединились в одного человека. Джисон даже не может представить себе, что такое жизнь без Феликса. Кто-то скажет, что Хан просто к нему сильно привязан, да только с Феликсом точно такая же ситуация. Ликс привязан к нему не меньше. Они как будто потерянные братья. Что звучит не очень круто на данный момент. Поэтому Джисон уже битый час сидит над блокнотом, в котором написано только «План по восстановлению братских отношений». Главная проблема в том, что Джисон никогда не ругался с Феликсом. Да он вообще ни с кем не ругается (с родителями не в счет, это просто юношеский максимализм). Как выходить из конфликтных ситуаций — Хан без понятия. Тут только гугл в помощь. А Минхо и Феликс ругались? Минхо сказал, что все было нормально, а потом случилось что-то и бум! — крах братских отношений. Минхо не знает причин, Феликс ему ничего не рассказывает. Соответственно, первый пункт: узнать причину конфликта. Второй пункт… — На сегодня достаточно, — говорит Джисон сам себе и захлопывает блокнот. Долго думать тоже вредно, особенно для Джисона. Стоп, нет. А подпункты? Джисон снова открывает блокнот. Пункт один точка один: найти предлог для тусовки с Феликсом. Пункт один точка два: заболтать Феликса. Пункт один точка три: докопаться до правды. Вот, теперь можно спать. Хан даже не закрывает блокнот, просто плюхается на кровать и накрывается одеялом. Как только он закрывает глаза, в комнату тихо стучатся. — Сынок, ты сделал уроки? — спрашивает мама очень уставшим голосом. Хан тихо выругивается, потому что совершенно забыл по домашку. Конечно, какая тут домашка, когда у тебя на плечах такая ноша. — Да, почти, сейчас я чуть отдохну и доделаю, — Хан потягивается для вида, а затем откидывает одеяло. — Как у тебя дела? — Ох, да все хорошо, — мама открывает дверь пошире, но в комнату не заходит. Окидывает ее взглядом (на сколько позволяет освещение, которого нет), — не сиди допоздна, Хани, сладких снов. Мама уходит, тихонько прикрыв двери. Почему-то Джисону становится совестно. Хотя он не виноват в том, что мама или папа устают на работе. Все взрослые люди — уставшие люди. И скоро ему самому придется испытать это на себе. // Джисон встает в четыре часа утра, чтобы сделать хотя бы часть домашней работы. Вчера его слишком клонило в сон, поэтому он решил, что просто встанет раньше. На будильнике стоит спокойная мелодия, а громкость — на минимуме, потому что Джисон боится резких звуков, а если еще и с утра… Вставал он с первого раза (спасибо маме), но бодрствовать мог только ближе к обеду. Поэтому сейчас Джисон больше похож на ходячего мертвеца. Дома тихо. Родители проснуться только через два часа. Птицы только через час. А сам город никогда не спит, но хорошо, что Джисон живет не в центре. В такое время люди выползают из ночных клубов и либо продолжают вечеринку, но в другом месте, либо разъезжаются по домам. А Джисон вот проснулся, чтобы сделать домашку. Ну, его устраивает собственная жизнь. Да, может быть, она скучная для некоторых людей. А для него в самый раз. Никакого стресса, кроме школы. Живи да поживай. Парень заходит на кухню, ставит чайник, а затем идет к холодильнику. Надо поесть, чтобы активировать мозг. Поизучав содержимое второго лучшего друга, Джисон закрывает дверцу и грустно вздыхает. Родители никогда не завтракают дома, а супчик, конечно, вкусный, но хотелось бы чего-то другого. Немного расстроенный, Хан достает из посудомойки свою любимую кружку с фотографией Твайс (Феликс подарил) и ставит на стол. Две ложки кофе и три сахара, кипяточка до половины, следом молоко. Отхлебнув этой адской мешанины, Джисон топает обратно в комнату. Блокнот с планом как будто бы намекает своими желтыми страничками, что нужно дописать кое-что. Ну, наверное, у Джисона уже поехала крыша, раз ему кажется, что блокнот может что-то намекать. Парень кидает блокнот в рюкзак, а потом достает дневник (с котиками!!!). На самом деле дневник — вещь очень удобная и полезная. Особенно, если ты ненавидишь заходить в чат класса и особенно, если у тебя память три секунды. Заданий не так уж и много, возможно даже получится все сделать. // Джисон стоит у ворот школы и нервно стучит носком кроссовка по земле. До начала занятий осталось пять минут, а Феликса до сих пор не видно. На сообщения не то, что не отвечает, а даже не читает. Дежурный уже косо поглядывает на Хана, поэтому он тяжело вздыхает и, кидая последний взгляд на дорогу, ведущую к школе, заходит на территорию. В голове полный беспорядок. Почему не пришел? Почему ничего не сказал? Что-то случилось? Конечно случилось! Феликс никогда не пропускал занятия, потому что родители жестко контролировали его в этом плане. А Минхо, кстати, тоже не видно. Ладно, может у него нет первого урока или приехал пораньше. Последний звонок вырывает Джисона из мыслей, заставляя обратить внимание на урок. Начинается перекличка. Когда очередь доходит до Ликса, учитель, не услышав ответа, сразу же смотрит на Джисона. Тот только плечами пожимает, показывая, что сам без понятия, где носит его друга. Весь урок проходит как в тумане. Джисон не помнит абсолютно ничего. На перемене Джисон бежит в учительскую, чтобы найти там Минхо. Каково оказывается удивление Джисона, когда он открывает дверь и чуть не прибивает ею Феликса, который, судя по всему, уже собирается выходить из учительской. Хан молча отходит от двери, пропуская Феликса, следом за которым выходит Минхо. — Какого черта? — пока что это все, на что хватает словарного запаса Джисона. — Здравствуй Джисон, прошу меня простить, мне пора на урок, — говорит старший и убегает к лестнице. — Что, уже в штаны наложил? — Феликс дергает бровями вверх-вниз и улыбается. — Думал, что я умер? — Да! Ты бы хоть написал, позвонил, да что угодно! — Джисон закрывает лицо руками. — Я телефон разбил, поэтому опоздал, — Ликс хватает одноклассника за запястье и тянет за собой, — мы с Минхо ездили в магазин за новым. Кстати, это он мне его купил. Он и сам опоздал, в учительской стояли и извинялись. Не злись, все нормально. Джисон уже открывает рот для гневной тирады, а потом резко закрывает. Феликс и Минхо вместе ездили в магазин за телефоном? Минхо купил ему телефон? Что, черт возьми, происходит? Парни останавливаются около окна, безмолвно смотрят друг на друга. — Вы помирились? — говорит Джисон прежде, чем успевает подумать. — А мы разве ругались? — вопросом на вопрос отвечает Феликс. — Минхо-хен так сказал, — Джисон пожимает плечами. Смысла врать о том, откуда Джисон все знает, уже нет. — Что еще он тебе сказал? — Феликс заинтересованно выгибает бровь и слегка улыбается. Что ж, не злится — уже хорошо. — Да ничего такого. Он попросил меня помочь с вашим примирением. Он реально беспокоился о тебе, — говорит правду Джисон. Опять молчание. Каждый думает о своем. На данный момент Джисону сложно понять, что сейчас в голове у Феликса. Ему непривычно видеть друга таким задумчивым. И резко приходит осознание того, что у них с Феликсом никогда не было разговоров по душам. Это не отменяет того, что они лучшие друзья, конечно нет. Просто немного странно, что они за все время ни разу не поговорили на какие-то личные темы. — Мы с ним поговорили вчера, — начинает Феликс, — он тоже мне сказал, что отчаялся настолько, что пошел просить твоей помощи. Вообще, он много извинялся передо мной, хотя ни в чем не виноват даже. Это мне надо было извиняться, потому что это я его игнорировал и не хотел идти на контакт. Потом я извинился и все ему объяснил. Феликс замолкает. Джисон хочет спросить столько всего, но решает оставить это на потом. Видно, что Феликс плохо спал ночью, да и не совсем отошел от вчерашнего разговора. — Я пока не буду ничего спрашивать. Захочешь — расскажешь, — Джисон хлопает друга по плечу в знак поддержки, а потом добавляет тише, — но тебе лучше рассказать, засранец мелкий, или я пойду к Минхо-хену. Парни глупо хихикают. Мелодия первого звонка прерывает их смешки. Ученики потихоньку подтягиваются в классы. Краем глаза Джисон замечает внимательный взгляд Хенджина. Мурашки пробегают по спине Хана, но он быстро стряхивает это странное чувство тревожности и заходит в класс следом за Феликсом. // На обеде парни садятся вместе, как обычно. Внезапно к ним подсаживается какой-то ученик. Да сколько можно? Уже второй день спокойно поесть не дают. Ребята вопросительно смотрят на не такое уж и незнакомое лицо. — Привет, э-эм… Сынмин? — Джисон первым вспоминает имя ученика. — Привет, ребята, — Сынмин приветливо улыбается. Он быстро хватает свой портфель, начиная копаться там, и спустя минуту достает две листовки, — приятно, что вы знаете мое имя. Но я представлюсь еще раз. Меня зовут Ким Сынмин, и я руковожу музыкальным кружком. Хотел пригласить вас к себе. Нам нужны гитаристы и композиторы. И по моим источникам, — Сынмин кладет листовки на стол и пододвигает ближе к парням, — у вас имеются нужные таланты. Друзья глупо хлопают глазами, а затем переводят взгляд на листовки. Сделаны очень качественно, эстет внутри Джисона тихонько пищит от восторга. Феликс дожевывает свой сэндвич, запивает это все чаем и со стуком ставит стакан на стол, привлекая внимание соседних столиков. — Откуда информация? — Феликс смотрит так угрожающе, что даже Джисону становится немного не по себе. Действительно, откуда Сынмин знает, что Феликс умеет играть на гитаре, а сам Джисон иногда увлекается продюсированием? — Я обещал не рассказывать, но мне очень хочется, чтобы вы согласились, поэтому буду с вами честен, — Сынмин откидывается на спинку стула, — ваша бывшая одноклассница — Ким Юна, учится теперь со мной. И когда она узнала, что мне нужны люди, то предложила ваши кандидатуры. — Во-первых, с чего ты взял, что мы согласился после этого? — в разговор вступает Джисон, — Во-вторых, с чего ты взял, что у нас хватит навыков для твоего кружка? — Вот мы и проверим, — Сынмин хлопает в ладоши, счастливо улыбаясь, — приходите в актовый зал после уроков, пожалуйста. Если не придете сегодня, то приходите завтра. Мы будем ждать. И я от вас не отстану, пока вы не согласитесь. Увидимся! Ким вежливо улыбается и упархивает как птичка к выходу из столовой. Феликс что-то бормочет про Ким Юну, а Джисон берет со стола листовку и вчитывается в текст. Оказывается, это не просто музыкальный кружок — Сынмин собирает свою музыкальную группу. И им требуются не только гитаристы и композиторы. Еще нужен главный вокал. — Ты что, серьезно хочешь пойти? — спрашивает Феликс недоуменно. — Почему нет? Он же сказал, что не отстанет. Хотя бы посмотрим, что там происходит. На крайний случай, можно просто херовенько сыграть, — Джисон пожимает плечами, убирает листовку в карман и снова принимается за свой обед. // После уроков Феликс идет к Минхо, чтобы предупредить, что они с Джисоном задержатся, и их можно не ждать, а сам Джисон идет в актовый зал. В помещении холодно, потому что зал не успевал прогреваться из-за больших масштабов. Джисон ежится, но продолжает идти к главной сцене. Там его уже поджидают трое ребят: два парня и одна девушка. Подойдя ближе, Джисон узнает Сынмина, а остальные так и остаются для него незнакомцами. — Вау, ты правда пришел! — радуется второй парнишка с милыми лисьими глазками, — меня зовут Чонин, я на год младше учусь, приятно познакомиться! Чонин неглубоко кланяется, а Хан зеркалит его движения. Девушка рядом негромко фыркает. Кажется, она не совсем рада появлению новых людей. — А где Феликс? — Сынмин поднимается на сцену, чтобы проверить исправность инструментов. — Он попозже подойдет, — Джисон неловко переминается с ноги на ногу. Он даже примерно не представляет, что ему нужно делать. — Хорошо, тогда дождемся сначала его, а потом я все объясню подробнее, чтобы не повторяться, — Сынмин подключает бас-гитару к усилителю. — Умеешь играть на чем-нибудь? Джисон дергается, потому что не ожидает, что вопрос будет адресован ему. — Э-эм, ну, я как-то пробовал бас, но уже давно этим не занимался, — Хан нервно мнет концы своей рубашки. Почему он так волнуется? Сам же предложил сюда прийти. Ладно, если бы Феликс сейчас стоял рядом, то ему не было бы так страшно. — Ничего, мы поможем, главное, что ты уже знаком с этим, — Сынмин продолжает тепло улыбаться, что немного помогает справиться с тревожностью, — кстати, это Шин Рюджин, моя одноклассница. Она не плохая, просто не умеет заводить знакомства. — Привет, Рюджин, — Джисон нервно машет ладонью, но в ответ получает только хмурый взгляд. Хан понимает, что ей тяжело сходиться с людьми, но эти двое общаются с ней, так что он немного подождет, может, ее сердце оттает и к нему. Размышления по поводу социофобии Рюджин прерывает запыхавшийся Феликс, который буквально вваливается в актовый зал. Он извиняется перед ребятами за то, что заставил ждать, и бросает про то, что у него слишком опекающий старший брат. — А это правда, что новый учитель истории твой старший брат? — Чонин, судя по всему, очень прямолинейный парень, либо не совсем умеет в тактичность. — Ага, — просто соглашается Феликс, что заставляет Джисона немного удивится. — Так, ладно, — Сынмин слезает со сцены и подходит ближе к новеньким, — Мы еще не настолько близки, чтобы спрашивать друг у друга о семьях, верно, Чонин? — Ким смотрит на младшего участника группы, словно старший брат, отчитывающий младшего за сказанную глупость. — Что ж, давайте я быстренько объясню вам что к чему. Я собираю инструментальную группу, с которой хотел бы продолжить сотрудничество и после школы, но об этом позднее. Мне не хватает двух участников и мое сердце подсказало мне, что это именно вы! — на этих словах Рюджин недовольно фыркает, — Сейчас я бы хотел, чтобы вы продемонстрировали нам свои умения. Будет замечательно, если вы знаете хотя бы основы, а там я уже помогу вам освоиться. Я занимаю позицию клавишника, Чонин — электро-гитара, а Рюджин — барабаны. Нам не хватает только акустики и баса. — Джисон умеет играть на басе, — перебивает Феликс, за что получает локтем в бок. — Да, я уже знаю. А ты, Феликс? Покажешь нам мастер-класс? — Сынмин снова поднимается на сцену за акустической гитарой. Феликс запрыгивает на сцену и садится прямо на пол, свесив ноги. Сынмин протягивает старенькую, но достаточно ухоженную гитару. Феликс быстро перебирает струны, подкручивает колодки, настраивая гитару под себя. Повозившись с гитарой несколько минут, Феликс глубоко вдыхает и выдыхает. Первые аккорды совсем тихие и неуверенные, но Ли постепенно втягивается в игру и начинает звучать более уверенно. Джисон не знает, что играет Феликс, но звучит это очень приятно и мелодично. Лучший друг играет последний аккорд и откладывает гитару. — Хороший инструмент, но на моей все же привычнее, — Феликс спрыгивает со сцены и встает рядом с Джисоном. Троица, до этого внимательно слушавшая игру Ликса, дружно хлопает. — Я буду не против, если ты будешь приносить свою гитару, — Сынмин в восторге от игры Феликса. Интуиция никогда его не подводила. Ким уверен, что Феликс точно справится, а вот Джисон… Имеются некоторые сомнения по поводу этого молодого человека. По словам Юны, Джисон хорошо играл и даже пел, когда они учились в средней школе, но потом резко забросил это дело, а когда его спрашивали о чем-то, связанном с музыкой, тот просто игнорировал и уходил в другой конец класса. Сынмин смотрит на Джисона, который, кажется сейчас упадет в обморок: лицо бледное, руки трясутся, — Попробуешь, Джисон? Хан несмело кивает. Он поднимается по лестнице на сцену и останавливается рядом с гитарой. Видно, что инструмент совсем новый — ни царапинки. Джисон смотрит на гитару и немного умирает внутри. Феликс напрягается, замечая нерешительность друга. Он знает эту историю, поэтому и удивляется тому, что Джисон сам согласился сюда прийти. — Если ты пока не готов, то я не возражаю, — Сынмин является понимающим человеком и совсем не глупым. Он сразу понимает, что в жизни Джисона было какое-то травмирующее событие, связанное с музыкой. Но эгоист внутри не хочет сдаваться. Сынмин обязан заполучить Джисона в свою команду. — Я готов, — резко отвечает Джисон. Парень хватает гриф гитары. По спине бегут мурашки от таких знакомых ощущений. Он перекидывает лямку через плечо, регулирует немного под себя, проверяет все ли подключено, а затем пробует гитару на звук. Чувство такое, будто маленький ты находишь коробку конфет, спрятанную родителями. Или когда ты возвращаешься домой после долгого путешествия, заходишь к себе в комнату и плюхаешься на любимую кровать. Джисон пытается вспомнить какую-нибудь песню, которую заучивал до идеальности или, хотя бы, несколько аккордов. Мышечная память делает все за него. Хан понимает, что непроизвольно начал наигрывать Arctic Monkeys. Джисон, также, тихонько подпевает, чтобы уследить за ритмом. — Now it's three in the morning, аnd I'm trying to change your mind, — дойдя до припева, Джисон уже не обращает внимания на остальных. Настолько сильно он соскучился по этим ощущениям. — Left you multiple missed calls, аnd to my message you reply: why'd you only call me when you're high? Хан поднимает глаза и замечает фигуру около входа. Свет горит только на сцене, но Джисон почему-то узнает силуэт Минхо. Хан резко перестает играть. Он снимает гитару и аккуратно ставит ее на подставку. Быстро спускается по лестнице и подходит к Феликсу, стараясь не смотреть в сторону старшего. Джисону хлопают немного с опозданием, потому что не ожидали, что все так прервется. — Почему ты не сказал, что Минхо здесь? — шепчет Джисон на ухо своему другу. — Где? — Феликс оборачивается, но никого не находит. Хан смотрит на выход, но там оказывается пусто. — Джисон, все хорошо? Я никого не вижу. — Да, все нормально, — отмахивается парень. Может, ему показалось? — Что ж, это было отлично, Джисон, я был уверен, что у тебя все получится, — врет Сынмин. Но ему нужно, чтобы Джисон согласился остаться. — Мы пока не пишем что-то свое, но я уверен, что у нас все впереди. Вы согласны присоединиться? Сынмин упирает руки в бедра и с подбадривающей улыбкой ждет ответа. Феликс смотрит на Джисона, безмолвно посылая сигналы о том, что решающий ответ будет за Ханом. Если Джисон согласен, то и Феликс тоже. — Да, но с одним условием, — отвечает Джисон. Сынмин тяжело вздыхает. Он знал, что легко не будет. — Я не буду петь. Попробуйте найти кого-то еще на позицию вокалиста. Я согласен писать песни, но петь точно не буду. — Я согласен, если Джисон согласен, — подает голос Феликс. — Хорошо, обсудим это позже, — Сынмин оглядывается в поисках своего портфеля. Парень подходит к вещам и достает свой телефон, — запишите свои номера, пожалуйста. Я отправлю вам бланки, которые нужно будет заполнить и отнести вашему классному руководителю, чтобы вас официально зачислили в кружок. Репетировать начнем на следующей неделе, на этой мне нужно будет составить расписание и согласовать его со всеми. График отправлю в пятницу. Так, если у вас есть свои инструменты, то можете спокойно приносить с собой, так даже лучше, меньше ответственности на мою больную голову. Лидер группы отпускает всех домой, а сам остается, чтобы прибрать здесь все. Рюджин уходит первая, даже не попрощавшись. Но ни Сынмин, ни Чонин ничего не говорят по этому поводу. Джисон с Феликсом уходят следом. Уже на выходе из школы их догоняет Чонин. — Хэй, простите, что задерживаю, — Чонин неловко чешет затылок, — я просто хотел сказать, что Рюджин-нуна очень классная. Она пока еще к вам не привыкла, но я уверен, что мы все подружимся. И еще, — младший покрепче сжимает лямки своего рюкзака, а затем обращается к Джисону, — мне очень понравилось, как ты пел, хен. Вообще, у нас Сынмин поет, а я на бэках, но он так хотел, чтобы ты стал главным вокалистом. Не знаю, почему хен так зацепился за вас обоих, но он был так счастлив, когда вы согласились. Поговорите как-нибудь с ним на эту тему. И, Джисон-хен, не стесняйся нас, мы тебе поможем, если что. — Вау, спасибо, Чонин, — Джисону приятно услышать слова поддержки, хотя и не привычно, учитывая то, что Чонин его знает буквально час. У этого парнишки слишком доброе сердце. — Ладно, я побежал, увидимся! — Чонин исчезает так же быстро, как и появился. Парни молча продолжают идти на выход. Когда они проходят через ворота, перед ними сразу же паркуется иномарка Минхо. «Я так и знал!» — думает про себя Джисон. Это были не галлюцинации, Минхо действительно приходил в актовый зал. Переднее стекло опускается, и из окошка выглядывает Минхо. — Садитесь, малышня, — бросает старший. — Я думал, что ты уже дома, — Феликс открывает заднюю дверь и подталкивает Джисона, чтобы тот шевелился, — и сам ты «малышня», хен. — Ха-ха, прости, не удержался, — Минхо игнорирует первую реплику младшего брата. Он наблюдает через зеркало заднего вида за Джисоном. По крайней мере, Джисону так кажется, ведь глаза Минхо скрыты солнцезащитными очками. — Поздравляю со вступлением в музыкальную группу, кстати. Когда концерт? — по голосу понятно, что Минхо улыбается. — Мы буквально только сегодня познакомились. Сынмин сказал, что только на следующей неделе начнутся репетиции, — Феликс наконец-то садится в машину и захлопывает за собой дверь. Минхо плавно трогается. — Сынмин? Ким Сынмин, да? — не отвлекаясь от дороги, Минхо продолжает разговор, — Я читал его дело. Интересный парень. У него хорошая успеваемость, ни одного выговора. Разрешаю с ним общаться. — Ой, не надо мне заливать про хорошую компанию, — фыркает Феликс, — тебе напомнить, что родители думали про Криса? — Хэй, то, что у него есть татуировки, совсем не значит, что он уголовник! — пытается оправдаться старший. — Ага, а когда родители увидели твою татуировку? Я думал тебя вычеркнут из наследства, — издевается младший Ли. — Имеешь что-то против? — Минхо приспускает очки и смотрит в зеркало. Братья играют в гляделки пару минут, а потом содрогаются в глупом смехе. Джисон теряет нить разговора еще на вопросе Минхо про концерт. Ему просто хочется поскорее оказаться дома. Хан смотрит на проносящиеся мимо пейзажи Сеула. Взгляд не фокусируется на чем-то конкретном, перед глазами все плывет. Состояние Джисона оставляет желать лучшего, но он мужественно терпит до конца поездки. Минхо паркуется и Джисон уже собирается выходить, когда понимает, что это не его улица и не его дом. Он поворачивает голову в сторону Феликса и вопросительно смотрит. Друг только пожимает плечами. — Выходи Ликс, я довезу Джисона до дома. У меня там рядом еще дела, я вернусь поздно вечером, — объясняется старший. — Ок, до встречи, Сони, — Феликс выползает из машины и сразу же скрывается за воротами. — Если хочешь, то можешь пересесть на переднее, — предлагает старший. — Спасибо, мне и тут хорошо, — отвечает Джисон, вжимаясь в кресло. Хан поднимает тревожный взгляд и сталкивается с абсолютно спокойным взглядом Минхо. Тот уже снял очки и сейчас внимательно смотрит на Джисона. — Ты хотел о чем-то поговорить? Минхо вздыхает и отворачивается. И что это было? Просто посмотрел и отвернулся. Странный хен, до жути просто. Джисон стряхивает с себя это неприятное чувство и отворачивается обратно к окну. Вся остальная поездка проходит в полной тишине, даже без музыки. Возможно, Джисону бы хотелось дослушать личный плейлист хена до конца. // Они прощаются быстро и как-то неловко. Минхо так ничего и не говорит, хотя видно, что хочет. Джисон решает разобраться с этим попозже. Сейчас же Хан планирует завалиться домой и поспать хотя бы час, потому что сегодняшний день ужасно его вымотал. Хан закрывает ворота и замечает, что дома горит свет. Родители сегодня что-то рано. Хотя, это может значить, что Джисон сегодня поест вместе с ними, что не может не радовать. Он быстро заходит в дом, снимает обувь, и почти бежит на кухню. В нос ударяет запах чего-то домашнего, и у Джисона уже слюнки текут в предвкушении семейного ужина. Мама стоит у плиты и помешивает что-то в кастрюле, а отец рядом нарезает овощи для салата. Джисон счастливо улыбается и подходит к родителям. Увидев сына, они с нежностью его обнимают и отправляют мыть руки, чтобы потом он помог им. Джисон смешно кивает как болванчик и убегает в ванную. Давно у них не было такого совместного времяпровождения. Хан очень сильно скучает по тем временам, когда он был с родителями ближе. Близость ушла как раз-таки из-за того случая с музыкальным прошлым Джисона. Сын совсем закрылся в себе, а родителям ничего не оставалось, кроме как поддерживать его молча, ибо тот совершенно отказывался слушать. Спустя два года Джисон более-менее смирился и первым стал сближаться с родителями. И вот, сейчас они все вместе будут готовить, а потом ужинать за одним столом, возможно Хан уговорит их посмотреть какую-нибудь дораму или старый американский фильм. // После ужина на телефон приходит сообщение с неизвестного номера. Неизвестный 20:37 Ты очень красиво поешь, я заметил это еще вчера в машине. Главное не сдаваться, у тебя обязательно все получится! В будущем я буду первым, кто придет на твой концерт. Не сиди допоздна, я обязательно узнаю об этом и прочитаю лекцию о вреде недосыпания. P.S. Минхо :р