Velvet Paradise

-Не фанат? - спросил мужчина у бара, глядя на Чонгука. - Никогда не видел, чтобы кто-то не интересовался Ви. Все остальные сходят с ума, а ты пьешь спиртное. Адвокат посмотрел на него, пожимая плечами и допивая виски, сразу же после этого попросив еще. -Или тебе не это интересно? - мужчина ухмыльнулся Чонгуку, адвокат не был уверен, что он имел в виду. -Мне жаль. Я не понимаю, что вы имеете в виду, - сказал он, расплачиваясь за свою третью рюмку, глядя на своих друзей. Чимин махал ему рукой, чтобы тот вернулся в кабинку, но другой мужчина снова начал говорить. -Он тебе интересен? Он тебя немного возбуждает, так что тебе нужна выпивка, чтобы успокоиться? Чонгук сморщил нос и пренебрежительно покачал головой. -Мне нравится его голос, и он уникальный певец. -Значит, ты не хочешь видеть, э… чаще его? - спросил мужчина, усмехнувшись тому, насколько взволнованным казался адвокат. - Потому что я слышал, что он любит встречаться с клиентами один на один, понимаете, наедине. Чонгук может быть неопытным, но он не невежественен и не наивен. Слова мужчины заставили его содрогнуться, его интерес усилился только при мысли о том, что Ви потенциально может быть вовлечен в нечто опасное. Эта мысль заставила молодого человека задаться вопросом, готов ли он рисковать ради того, чтобы узнать больше. Отец предупреждал его, но что на самом деле могло пойти не так? Несмотря на это предупреждение и то, что он знал, что не стоит связываться с потенциальной организованной преступностью и полицейскими делами, он нутром чувствовал, что ему нужно узнать больше. Убедится, что лаунж-певец в безопасности. -Ну… сколько времени один на один? - спросил он, пытаясь казаться уклончивым, кивая Чимину в знак того, что он скоро вернется. -Встретимся после его выступления, и вы узнаете больше. Чонгук вежливо улыбнулся мужчине, склонив голову, прежде чем вернуться к своим друзьям у будки. -Кто это был? - спросил Чимин, оглянувшись на бар и увидев мужчину, уставившегося в сторону Ви на сцене, пока тот лениво танцевал и пел. -Не знаю. Он спрашивал, что я думаю о Ви-щи, и попросил меня встретиться с ним после выступления, чтобы поговорить. Адвокат решил не разглашать слишком много подробностей разговора и своих возможных намерений, по крайней мере, не так скоро. Но остальные трое обменялись взглядами, прежде чем Хосок заговорил. -Ты собираешься с ним встретиться? -Он сказал, что я могу увидеться с Ви-щи после его выступления, так что, думаю, я так и сделаю. Чимин тихо хихикнул, качая головой. -Наш Гук-и так в него влюблен, - проворковал он, потянувшись к нему и ущипнув за щеку. Чонгук скривился, отмахиваясь от руки, прежде чем, наконец, обернулся к сцене, чтобы сосредоточиться на певце. Его щеки порозовели не только от алкоголя, и даже не от того, что Чимин их дергал, а от жара, который лизал его по мере нарастания желания. Он посмотрел на Ви, начиная с его красивых ступней и заканчивая длинными и худыми ногами, ловя взглядом мягкий изгиб его живота и глубокую впадину ключиц. Певец только что закончил свою песню, опираясь одной рукой на пианино, а другой рукой поднес напиток к губам. После того, как он выпил ликер, он снова схватился за микрофон, оглядывая толпу. -Это моя последняя песня на сегодняшнею ночь, - начал он, к большому разочарованию завсегдатаев, - но я оставлю вам кое-что действительно запоминающееся, чтобы отвлечься до завтра. Он подмигнул толпе, повернулся и впервые показал себя сзади, вызвав восторженную реакцию публики. Чонгук сжал губы, чтобы подавить возможный вздох, заметив, как шорты облегают стройный зад мужчины. Он взглянул на спину певца, обтянутую прозрачной тканью, его глаза оттачивали то, что похоже на синяки. Он слегка нахмурился, сведя брови и оглядывая стол. -Ты заметил его спину? - спросил он, когда Ви снова повернулся лицом к публике, снова сел за пианино и вернул микрофон в прежнее положение, с которого начался его сет. -Я заметил эту задницу! - Хосок рассмеялся, Юнги в ответ хлопнул его по плечу. Чонгук только покачал головой, издав нерешительный смешок в ответ. Когда певец раскрыл губы, чтобы запеть, толпа замолчала, слушая, как его изящные пальцы с миловидной легкостью стучат по клавишам. «Я не знаю почему, но мне так грустно Я очень хочу попробовать то, чего у меня никогда не было Никогда не целовался О, чего мне не хватало Любовник, о, где ты можешь быть? Ночь холодная, и я так одинок Я бы отдал свою душу, чтобы назвать тебя своим Получил луну надо мной Но никто не любит меня Любовник, о, где ты можешь быть?» Зрители качались под джазовую мелодию, некоторые пары нежно целовались, а другие медленно танцевали вместе, все были очарованы певцом. Чонгук был совершенно ошеломлен, тексты песен пульсировали в его голове, когда он услышал сочный мужской голос, иллюстрирующий слова эмоциональным исполнением. «Я слышал, как говорят Что острые ощущения романтики Могут быть как небесный сон Я ложусь спать с молитвой Что ты будешь заниматься со мной любовью Что не странно… Когда-нибудь мы встретимся И ты вытрешь все мои слезы Тогда шепни сладкий Маленькие вещи в моем ухе Объятия и поцелуи О, чего нам не хватало Любовник, о, где ты можешь быть?» Он закончил песню чем-то похожим на вздох, встал и поклонился толпе, не произнося никаких напутственных слов, как накануне, а просто взял пальто со сцены и поспешил со сцены. Прожектор погас, и заведение вновь обрело теплое освещение, -Я думаю, это было что-то новенькое, - сказал Юнги, склонив голову набок, осматривая будку. -Верно? -Ага, - согласился Хосок. - Он просто сбежал после того, как закончил. Обычно он немного флиртует и прощается, но на этот раз он просто ушел. -Кстати говоря, я бы хотел уйти отсюда… тот парень в баре жуткий, и люди уходят довольно быстро, - сказал Чимин, с подозрением сузив глаза, и посмотрел через плечо на вышеупомянутого. - Гук, я не думаю, что тебе стоит с ним разговаривать. -Ничего страшного, - начал адвокат, подходя к стойке и хватая пальто, чтобы накинуть его на руку. - Я уверен, что он безвреден, просто чудак. Кроме того, я не могу упустить шанс увидеть Ви-щи! Все трое рассмеялись, его лучший друг покачал головой. -Хорошо! Будь осторожен и напиши мне, когда вернешься домой. Младший ярко улыбнулся, кивнув, быстро обнял своего друга и попрощался с двумя другими. Как только они скрылись за выходом, он вернулся к бару. -Следуйте за мной, - сказал мужчина, вставая и направляясь к двери рядом со сценой. Он толкнул ее, узкий коридор вел к аварийному выходу за ней. В одной стене было две двери, а в другой - одна, которые, как он заметил, должны были вести из гримерки на сцену. Мужчина подошел к двери, остановившись перед тем, как повернуться к Чонгуку. -Двести за час, - начал он, прислонившись плечом к стене и глядя на него, - две штуки за всю ночь. Адвокат несколько раз моргнул, запрокинув голову и нахмурив брови. -Двести долларов за час наедине с Ви и две тысячи долларов за ночь. Если бы вы заплатили сейчас, он был бы у вас часов на десять. Вы можете взять его с собой домой, но он должен быть в своей квартире к восьми утра, несмотря ни на что. Если вам не понравится или он доставит вам неприятности, вы можете позвонить мне и сообщить, я его заберу. Мужчина полез в карман, чтобы вытащить бумажник, достать из него визитку и передать Чону. Имя на карточке читалось как Юн Хомин, и указывалось, что он был владельцем бизнеса и главой собственной компании. Решив не давать мужчине повода что-либо подозревать, Чонгук вытащил свой бумажник, сунул туда карточку и пересчитал деньги, которые были у него при себе. -У меня всего триста, - пробормотал он, глядя на мужчину. - Я не думаю, что поблизости есть банкомат. Мужчина приподнял бровь, оглядевшись, прежде чем протянуть руку. -Дайте мне то, что у вас есть, и приведите его в квартиру к пяти утра. И обязательно позвоните мне, если он будет капризничать, понятно? Чонгук кивнул, передавая деньги, прежде чем в его животе поселилось тяжелое чувство. Когда старший постучал в дверь, он жестом попросил младшего подождать, прежде чем исчезнуть внутри. -Тэхен, у тебя есть клиент, - заявил Хомин, пересекая маленькую комнату и направляясь к певцу, сидящему за освещенным туалетным столиком. -Что за клиент? - спросил он без всякого интереса. -Он заплатил за ночь, - начал мужчина, проводя пальцами по челюсти Тэхена к его подбородку, крепко сжимая его, когда он приподнял голову, чтобы посмотреть ему в лицо. - Ты сделаешь все, что он захочет, понял? Его губы дрожали, а глаза горели от слез, он кивнул так, как только мог, прежде чем мужчина отпустил его. Тэхен поднялся на ноги, натянул пальто, схватил сумку и надел туфли. -Хороший мальчик, - сказал мужчина, хлопнув его по заднице, прежде чем вытолкнуть за дверь. Как только его глаза встретились с глазами Чонгука, они расширились. Адвокат одарил его тем, что, как он надеялся, было ободряющей улыбкой, но лицо певца поникло, опустив глаза в пол, куда он смотрел пустым взглядом. -Помните, домой к пяти утра и не позже. И вам лучше вести себя прилично. Тэхен переместил свой вес между ног, коротко кивнув, прежде чем, наконец, посмотреть на Чонгука. -После вас, сэр, - сказал он мягко, в его голосе явно чувствовалась боль. Чонгук почувствовал, как его сердце сжалось, выражение и тон Ви были душераздирающими. Он не только хотел провести время с певцом, но и хотел узнать его поближе и выяснить, к чему вся эта ситуация. Когда он взял мужчину за руку, выводя его из бара, он дал клятву себе и другому; он собирался сделать все возможное, чтобы певец был в безопасности. Поездка до дома Чонгука прошла в тишине, напряжение стало ощутимым, от которого стало трудно дышать. Когда они прибыли, глаза певца расширились от огромных размеров особняка и красивой территории, на которой он находился. Чонгук вышел из машины, быстро перейдя на пассажирскую сторону, чтобы выпустить Ви. Они молча вошли в дом, Чонгук повел певца в кабинет наверху рядом со своей спальней, надежно закрыл дверь, прежде чем повернуться к нему. Он собирался заговорить, когда Ви стянул туфли, без слов сбросил пальто, глядя в пол, пока возился с краем своей прозрачной рубашки. Адвокат бросился к нему, заставив его вздрогнуть и закрыть глаза. Эта реакция была хуже, чем Чонгук мог ожидать, заставив его остановиться. -Ви-щии, пожалуйста. Я не собираюсь причинять тебе боль. Я хотел увидеть вас и поговорить с вами, но тот человек сказал мне, что я должен заплатить за ваше время. Я привел тебя сюда не для… того, о чем ты думаешь, - мягко объяснил он, держа свои руки при себе, как бы ему ни хотелось схватиться за руки другого. - Доверься мне, пожалуйста. Певец перевел взгляд с пола на мужчину перед собой, склонив голову набок, обдумывая свои слова. -Чон Чонгук, скажи мне: ты действительно просто хотел поговорить? - спросил он, его тон все еще был глубоко чувственным, соблазнительным, даже когда он дразняще поднял низ рубашки, обнажая свой мягкий медовый живот. - Потому что ты, должно быть, заплатил целое состояние, и было бы расточительством не использовать меня для того, что тебе хочется. -Нет, пожалуйста, остановись, - сказал Чонгук, не в силах сдержаться, когда он убрал руки Ви со своей рубашки и покачал головой. - Честно говоря, я не хочу делать то, о чем ты думаешь. Я просто хочу поговорить. Давай присядем, хорошо? Певец растворилась в звуке его голоса, успокаивающего и утешающего. Его мозг и сердце боролись: он не знал этого человека и не мог доверять ему или принимать его слова за правду, сказал его мозг. Но он кажется таким честным и искренним, его присутствие такое утешение, сказало его сердце. Ему так сильно хотелось верить, что есть кто-то, кто был достаточно добр, чтобы не воспользоваться им, но он знал, что Хомин не передаст его кому-то, не взяв у них огромную сумму денег. Он осторожно сел на край дивана, оглядывая комнату. Там была кушетка и пара кресел, полки за полками, заставленные книгами, и письменный стол с компьютером. Он чувствовал странное удовлетворение, находясь в комнате, окруженной обыденностью, сильно отличавшейся от комнат в квартире, которую он делил с Сухеном. Эти комнаты были заполнены предметами, предназначенными для того, чтобы держать его в напряжении и мешать ему чувствовать себя в безопасности. Контраст между двумя местами был настолько разным, что Ви с трудом сравнивал их. Рядом с ним, на относительном расстоянии, Чонгук сел лицом к нему. -Ви-щи… могу я спросить вас, что вы обычно делаете с людьми, которые платят за ваше время? - осторожно спросил он, сохраняя ровный и открытый тон в попытке передать теплоту и безопасность. Певец заколебался, глядя на мужчину, прежде чем сделать глубокий вдох, позволив ему вырваться из его слов. -Все, что они хотят. Они платят за сколько угодно часов, и я делаю все, что они хотят. Иногда минет, иногда секс, - сказал он небрежно, пожимая плечами, как будто это была нормальная и случайная тема. Челюсть адвоката напряглась, пальцы сжались в кулаки. - Обычно я работаю только час или два, но иногда кто-то платит за всю ночь. Вот такие странные парни, - засмеялся он, глядя на свои длинные пальцы и ковыряя ногти. - Но это не так уж и плохо, - поспешил добавить он, - я к этому по большей части привык. -Ты понимаешь, как ужасно это звучит? — спросил адвокат, и его сердце колотилось в груди, пока он смотрел на певца. Мужчина казался одновременно полностью довольным этой темой и полностью настороже, странное зрелище. — Ты привыкли к оскорблениям? - продолжил он, медленно положив ладонь на голое колено певца. - Ты делаешь все, что хочет кто-то… а как насчет того, что хочешь ты? Ви посмотрел на адвоката, проведя пальцами по его волосам с вишневыми прядями. -Я хочу того же, что и ты, Чон Чонгук, - усмехнулся он. Чонгук только один раз слышал его нормальный голос, и он расстроился, узнав, что это его сценический голос. Певец провел пальцами по его волосам, нежно почесывая кожу головы, и бросил на него взгляд, который должен был соблазнить, и беспокойство Чонгука перевесило шевеление между его ног. -Ви-щи, пожалуйста. Ты давно этим занимаешься? Певец вздохнул, убирая руку с волос адвоката. -Зачем ты платил за время Хомина, если не хотел его использовать? -Время Хомина? Я провожу время с тобой. Я хочу поговорить с тобой, и, зная, что ты подвергался насилию… -Это время Хомина. У меня нет времени, - начал Ви, - я занимаюсь этим уже некоторое время, и я знаю достаточно, чтобы понимать, что, когда я вернусь домой, меня будут допрашивать о том, что я делал, ожидается, что я предоставлял услуги и буду проверен на улики. У адвоката отвисла челюсть, он не мог понять разговор, который он вел. Это сводило с ума, разбивало сердце и приводило в бешенство. Он сложил руки на коленях, глубоко вздохнув, чтобы сохранять спокойствие. Он закрыл глаза и снова открыл их, чтобы посмотреть в глаза Ви. -Должно быть, это длится уже долго, если ты не видишь, насколько это неправильно. Почему это происходит? Кто для тебя Хомин? -Неважно, правильно это или неправильно, - рассмеялся Ви, небрежно пожимая плечом. - Так оно и есть, и так было, и так будет, пока я не стану бесполезен. А теперь, Чон Чонгук, что бы ты хотел сделать? Глаза Чонгука наполнились слезами, он не мог себе даже представить, какой должна быть жизнь этого человека, раз он так спокойно относится к насилию над собой. Он посмотрел вниз, смахнув пальцем слезы со щек, прежде чем откашляться и всхлипнуть. -Ви-щи, у меня нет желания делать то, к чему ты привык. Я просто хочу понять… Я хочу знать тебя, я хочу знать, что с тобой случилось. Певец замер при появлении слез, сердце болезненно сжалось в груди. -О нет… - прошептал он, придвигаясь ближе к адвокату, нежность охватила его, когда он потянулся, чтобы вытереть слезы большими пальцами. - Пожалуйста, не плачь. Не нужно плакать. -П-пожалуйста, Ви-щи. Я хочу помочь тебе, но не знаю как. Певец мягко улыбнулся ему, пытаясь утешить, но он грустно покачал головой. -Нет никакого способа помочь мне, - сказал он тихо, мягко. - Моя жизнь была решена за меня с самого детства. Она не моя, и тут ничего не поделаешь. Певец обнял адвоката, взобравшись к нему на колени, чтобы прижать его к себе, их груди прижались друг к другу, пока он мягко покачивал его из стороны в сторону. -Пожалуйста, не плачь, не грусти, - начал он, снова проводя пальцами по волосам, - Чон Чонгук, если ты не хочешь использовать наше время вместе для сексуального удовлетворения, все в порядке. Мы можем сделать то, что ты хочешь, чтобы это ни было. Просто скажи мне, чего ты желаешь, и я выполню. Адвокат защитно обнял Ви, прижавшись носом к его шее. От него хорошо пахло, легкой пряностью с ореховым оттенком, чем-то дымным и теплым. -В… я хочу познакомиться с тобой, я хочу узнать, что происходит, я хочу поговорить с тобой, и прямо сейчас я просто очень хочу обнять тебя. Мужчина улыбнулся в его щеку, поцеловал ее, прежде чем напевать ему шепотом, все еще обнимая его, пальцы запутались в волосах с вишневыми прядями. -Хорошо, Чонгук. Просто обними меня.