После всего

Сплошная темнота. Хоть глаза выколи. Первым что он почувствовал это продолжение ужасной боли. Вроде бы и умер, но есть какое-то слабое ощущение чужого присутствия. Будто чьи-то грубые руки закатывают рукава твоей кофты, приговаривая: —Такс-с-с, что тут у нас… Ах, да. Собственно, так и было, и чьи-то руки, мощные, с шершавыми пальцами, прямо в эту секунду обыскивали карманы парня. Александру хотелось ответить незнакомому голосу, но во рту было слишком сухо. —А, черт, у нас тут ещё один мелкий самоубийца,—По хриплому голосу нетрудно было определить, что это мужчина,—Вроде лучше чем предыдущий. Берём? Издалека было слышно одобряющее мычание, слегка отзывающееся в ушах противным писком. Вот чего парень точно не ожидал, так это мощного удара ладонью по разрезанному левому предплечью. Саша думал, что с секунды на секунду снова испытает неимоверно огромную боль, но, судя по ощущениям, все раны чудеснейшим образом зажили. Это было превосходной мотивацией наконец приоткрыть зеленоватые, как пожухлая осенняя трава, глаза. —Рота подъём, солдат!—Ещё пару оплеух пришлись на обе щеки. —Что… Где я?—Сил хватало только прошептать эти слова. —Ничего не помнишь? Ты умер, а точнее самовыпилился. Во дурак. Перед ним стоял высокий широкоплечий мужчина лет пятидесяти, с полным отсутствием волос на голове и сигаретой в зубах, одетый в странную одежду—огромный походный рюкзак, сползающая на озорной левый глаз куфия, свободные штаны и светлая хлопковая рубашка почти до бедер, подпоясанная тонким ремешком. Однако, осмотревшись, Александр понял, что это он был неправильно одет, ведь вокруг, вплоть до самой линии горизонта, простиралась бескрайняя рыжая пустыня. —Удивлен, а? Давай, поднимайся, я представлю тебя остальным. А ну все сюда, у нас новичок!—бугай протянул Саше свою лапищу, помогая встать с горячего песка. На этот крик с разных сторон сбежалось несколько человек, все одетые примерно одинаково. —Че-то он хилый какой-то, кэп. Легче продать будет. Точно его берём?, —с насмешкой и акцентом произнес другой мужчина, подходя ближе и осматривая Савицкого с головы до пят. Его длинные, неаккуратно собранные в едва видный из-под ткани пучок темные волосы спадали на карие, словно недавно вспаханная черная плодородная земля, глаза, а покрытые татуировками руки были засунуты в глубокие карманы жилета. —Его, его, не глумись, Волк. Похоже, что этот мир ещё не так плох, как кажется, ведь Александра хоть кто-то защищал. —Кто вы? И… Где я вообще?! На мгновенье воцарилась гробовая тишина. Только жестокий пустынный ветер сыпал крупным колючим песком на ноги и сдувал влажные от пота русые волосы с лица. Затем незнакомцы громко рассмеялись. —До сих пор не понял, пацан? Он же сказал тебе—ты умер!—Мужчина в жилете, а точнее "Волк", указал пальцем в сторону лысого. —И… Что? Лысый вздохнул. —Ты постоянно забываешь, как сложно новичкам освоится,—он повернулся к Саше и посмотрел ему прямо в глаза,—Это своего рода чистилище. Ты существуешь тут пока не искупишь грехи или не исчезнешь. Кстати да, теперь смерти можешь сильно не бояться, она, конечно, делает лимит пребывания в этой "имитации жизни" короче в несколько раз, но не стирает тебя с лица земли. Пока что. —Хотя,я смотрю тебе это уже не важно, если ты каллиграфией на руках занимаешься,—ехидно продолжил Волк. Взгляд парня упал на свои предплечья, усеянные не только параллельными шрамами, а ещё и неаккуратно вырезанными словами на английском языке. —Я считаю нам следует обходить эту тему для разговора стороной,—тактично сказал Савицкий, уже оскорблённый подколками неизвестного ему человека. —Нет уж, суицидничек! Если не ценил свою жизнь, то слушай мои подколки все время! —Да может я вообще один тут жить буду! Все равно бессмертный теперь…—это уже начинало давить на нервы. Волк тоже начал заводиться: —Ха! Да кто вообще сказал что ты бессмертный? Чем больше будешь дохнуть, тем быстрее сдохнешь по-настоящему! И если ты думаешь, что это будет также легко как и твои "финты", то ты ошибаешься! Ты вообще не имеешь хотя бы представления о том как тут выжить! На лице чужака можно было заметить, как эмоции заменяют одна другую. Подлинная радость и насмешка резко перешли в раздражение и осознание, что с этим придурком придется потом таскаться изо дня в день. Однако буквально через секунду у него, видимо, появилась идея: —А знаешь что? Иди куда хочешь. Александр аж опешил. —Давай, чего стоишь? Вон как бахвалился, а теперь?,—незнакомец небрежно кинул рукой в сторону безбрежных песков. —Я и пойду. —Вот и иди. —Я и пойду!,—воскликнул Саша, спуская вниз закатанные рукава кофты и набрасывая на растрёпанные русые волосы капюшон. —Тц, идиот,—Мужчина в жилете кинул в сторону парня самодельную железную фляжку. По звуку её удара о песок, воды там, кажется, не было,—Как без питья жить будешь? Живой или мертвый, а поддерживать водный баланс надо! Савицкий покорно подобрал флягу с песка и открутил крышку. Ожидания оправдались—воды там действительно не было. —А… Где? —Я бы в рифму ответил, но кэп не даст. Ладно, пока! Лысый и тот, кто просто безмолвно стоял во время перепалки, просто взяли и пошли вперёд, оставляя парня одного. Идея самому пытаться выжить в сухой пустыне была довольно безумной, но показаться слабым он совершенно не хотел. Собрав все остатки храбрости в кулак, Александр пошел куда глаза глядят.