In the fog

Шерил ерзает на стуле. - Тони? - Тихо шепчет рыжая, нервно проводя рукой по волосам, - разве ты не уехала полчаса назад? - Нет, - глухо отвечает женщина в клетчатом пиджаке. Ее глаза внимательно изучают надпись «Вперед бульдоги!» на деревянном полу зала, - я заработалась и заснула за рабочим столом. - Тоже самое, - кивает Шерил. Она отчаянно пытается придумать, чем еще можно закрыть неловкую тишину между ними, когда словно сама судьба избавляет ее от этого мучительного процесса. Свет в спортивном зале гаснет. Школа Ривердейл Хай погружается в кромешную тьму. - Какого дьявола здесь происходит?! - Шерил различает шипение Тони совсем рядом, пока не чувствует, как ее теплое тело подходит к ней почти вплотную. Её ладони проводят по воздуху, почти невесомо касаясь груди рыжей, медленно поднимаясь к ее плечам. Блоссом не осознает, что перестает дышать. - Шерил? Ты здесь? Я ничего не вижу... Она поднимает собственную руку, осторожно перехватывая ладонь Тони и слегка сжимая ее. - Я прямо здесь, Тони. - Мы можем начать двигаться к выходу? - Шепчет Тони. От Блоссом не укрывается легкая дрожь в ее голосе. Крутая Тони Топаз - подросток ничего не боялась. Версия более взрослой Тони стала менее безрассудной. Шерил тянет их к едва заметным оконным проемам, за которыми тоже царит тьма. Когда их глаза чуть привыкают к черной бездне, они видят белесую стену из тумана, медленно подползающего к школе. Они наблюдают, как он медленно проглатывает их машины у школьной парковки. Подступает почти вплотную касаясь стекол. Он словно зверь, загоняет их в ловушку, держа мертвой хваткой в здании. - Ти Ти, не думаю, что при такой видимости можно далеко уехать... - Шерил говорит почти шепотом. Осознание ласкового прозвища, которое на автомате срывается с ее вишнево-красных губ, когда страшно или плохо, сбивает ее как поезд. - Прости, я... - Все в порядке, - Тони обрывает ее, - я согласна с тобой. Это безрассудно, уходить сейчас. Теперь, когда их глаза чуть привыкают к окружающей тьме, они двигаются в противоположную сторону помещения, пока не нащупывают трибуны. Неожиданно для себя, Шерил понимает, что когда они не видят друг друга, ей чуть легче найти нужные слова. Нет страха увидеть на лице Тони презрение, или отвращение, выражение страха или скуки — эмоций, которые обычно транслируют люди, когда им скучно в ее обществе. Или они уже получили от рыжей все, что хотели. И хотя рациональная часть Шерил знает, что Тони никогда с ней так не поступала и не поступит, противный внутренний голос, наполненный ядом, шепчет женщине о том случае, когда Тони почти манипулировала их любовью, чтобы попросить у нее денег на поддержание школы. Этот голос подозрительно похож на голос её отвратительной матери. - Полагаю, мы могли бы взять мой мобильный и проверить каморку дворника. У них должны быть свечи на такие случаи или запасные прожекторы... - В моем кабинете есть свечи, - шепчет Тони, - правда, они ароматические, - легкий смешок в ее голосе заставляет Шерил невольно улыбнуться, - когда был токсикоз, это единственное, что помогало мне удерживать завтрак по утрам. Блоссом отчетливо может представить Тони с небольшим животом, которая расслабляется в своем большом кожаном кресле, вдыхая успокаивающий запах лаванды. Ее фантазия невольно дорисовывает улыбающуюся себя, входящую в кабинет Тони с заботливо упакованным пакетом с перекусом из любимых фруктов женщины. То, как нежно она массирует плечи, возможно своей, уже на тот момент, жены, пытаясь расслабить ее затекшие мышцы. Наклоняясь, невесомо целует ее в лоб, а затем в уголок губ.. Твоя фантазия идет не в ту сторону. Девиантная потаскуха. Голос Пенелопы Блоссом лает в ее голове. - Ароматические свечи звучат, как успешный план, - жаль, что Тони не видит, как широко рыжая улыбается ей, - давай заберем их, Тони. Свеча загорается, наполняя уютный кабинет школьного психолога запахом ванили. Шерил не мигая осматривает книжный шкаф, возле дивана, который она заняла, в то время как Тони ерзает в своем кресле. - Шерил, почему ты до сих пор здесь? - Вот он, тот самый вопрос. - Лисицы, - коротко отвечает рыжая, продолжая изучать полки с книгами, - в субботу будет первый митинг сезона и все должно быть идеально. До того, как мы попали в живое воплощение романа Стивена Кинга, я проверяла распорядок, - Шерил пытается улыбнуться, впервые осмелившись встретиться взглядом с Тони. Брюнетка знает, что это не все, что на уме у рыжей. Она читает ее как открытую книгу. - Как малыш Энтони? - Шерил переводит тему. Как и всегда, когда им нужно игнорировать жутко огромного слона в комнате. Но в отличие от прошлого, Тони слышит искренний интерес в ее голосе. Это вызывает где-то внутри едва заметное, но приятное тепло. - На самом деле, все не очень хорошо, - Тони вздыхает, заставляя рыжеволосую напрячься. - Что-то случилось? - Колики. Он плачет уже неделю. Мы были у врачей, но они, откровенно говоря, не помогают. «Просто позвольте ему выплакать их, мисс Топаз» - Тони кривит лицо, передразнивая доктора Мастерса, чем вызывает у Шерил искреннее улыбку. - Он идиот, если думает, что ты так и сделаешь, - плечи Блоссом заметно расслабляются. И Тони впервые за долгое время чувствует, что им не нужно заполнять неловкую тишину. - Но это не самый худший совет, - Тони продолжает, - моя Нана и другие старожилы Саутсайда советуют натереть Энтони какой-то целебной, болотной жижей. Якобы она поможет ребенку избавиться от проблемы. Как будто мы живем в гребаном средневековье. - На самом деле, - Шерил поднимает бровь, задумавшись на секунду, - в этом есть некий смысл. - Объясни. - Помнишь, когда у моих драгоценных племянника и племянницы случились первые колики? - Осторожно начинает рыжая. - Когда Элис хотела воспользоваться ситуацией, чтобы забрать близнецов под свою опеку? - Да, верно, Тони. И как бы больно мне не было вспоминать, тогда нам очень помогла моя Нана. Её совет звучал безумно, но он сработал. - Когда ты весь день проторчала в ее оранжерее, делая всю работу, пока она руководила, как настоящий босс, а не женщина с деменцией? - Тони усмехнулась, вспомнив красную сыпь, которой затем покрылась рыжая, напугав их обоих до чертиков. - Да! - Кивает Шерил, - когда мы вылечили детей, покалечив в итоге меня, - она делает вид, что надувает губы от обиды, вызывая у Тони еще один смешок. - Вообще-то это было не смешно! - Ты же помнишь, что в итоге это оказалась простоя аллергия на пыльцу, но мы подняли на уши всю больницу? - Ты подняла, - Шерил поправляет ее со своей знаменитой ухмылкой, - тогда помимо моей аллергии мы выяснили у тебя наличие серьезного тревожного расстройства. - Вообще это больно слышать, Бомба! - Прозвище само покидает ее рот. Прежде чем осознание настигнет ее. Сама судьба вновь спасает их от неловкой паузы, когда телефон Тони оживает на рабочем столе. - Прости, я должна... - она подносит телефон к уху. - Конечно, Ти Ти, - Шерил понимает. Брови женщины хмурятся. Рыжая слышит, мужской голос, доносящийся из динамика. - Фэнгс, я собиралась позвонить. Случилось какое-то дерьмо... Мужчина по ту сторону явно слишком эмоционален. - Если ты сам видел чертов туман, тогда зачем ты задаешь мне тупые вопросы? - Голос Тони повышается. В голове проносятся жуткие образы ее недавнего сновидения. - Послушай, - женщина задерживает дыхание, стараясь не выходить из себя больше, чем ему уже удалось ее достать, - я здесь в безопасности. Как только туман рассеется, я приеду домой Шерил напрягается. Она бы ни за что не позволила Тони водить машину в таком истощенном состоянии. Почему ее парень такой идиот? - Ты должен остаться с Энтони, - Тони настаивает, - за мной не нужно приезжать. Возможно Шерил отвезет меня обратно. Мы застряли здесь. Вот оно. Бомба замедленного действия. Одна фраза. Одно чертово имя, которого достаточно, чтобы наступил хаос. Ты всегда рушишь все, к чему прикасаешься, адское дитя! Блоссом со своего места слышит его брань. Он буквально кричит на нее по ту сторону телефона, заставляя Тони съежиться. Брюнетка зажмуривается, тяжело дыша. Её воспоминания... самые жуткие ее кошмары просачиваются в реальность. Топаз кажется, что ее грудь сдавливает обручем, она отчаянно пытается набрать в легкие побольше воздуха, но ничего не выходит... Пока не чувствует, как кто-то оказывается перед ней. (Примечание автора: для проникновения в атмосферу здесь могла бы подойди инструментальная кавер версия вот этого трека Undisclosed Desires (Piano Cover) Muse. Для поиска можно именно так и забить в ВК) Шерил с непроницаемым лицо осторожно забирает у нее из рук мобильный телефон. Крики Фэнгса на мгновение заполняют кабинет, пока Шерил не прерывает их, нажав на кнопку отклонения вызова. Телефон осторожно возвращается на ее рабочий стол. Шерил аккуратно прикасается к ее пальцам. Это почти машинально. Прохладная ладонь рыжеволосой чувствует тепло, исходящее от смуглой кожи. Она ожидает, что Тони оттолкнет ее, но вместо этого она переплетает их пальцы. Шерил думает, что может расплакаться в любую секунду. Она благодарна Гае и всем божествам мира, что Тони сейчас не видит ее лица. Рыжеволосая ведет их к дивану, чтобы осторожно усадить на него Тони. Их руки все еще сцеплены. Шерил осторожно гладит костяшки ее пальцев, нежно шепча слова утешения. - Ти Ти, пожалуйста, дыши со мной, - она берет свободной рукой другую ладонь женщины, нежно опуская ее на свою грудную клетку, - чувствуешь? Тебе нужно просто дышать вместе со мной. Вдох. Выдох. Медленно. Ты в полной безопасности. Шерил не хочет рисковать, но не может не восхититься тому, как напряженные черты лица Тони начинают расслабляться. Ее длинные ресницы трепещут под закрытыми веками. Морщинка между бровями постепенно превращается в плоскую линию. Рыжеволосая нежно сводит их лбы вместе. Чувствует ее теплое сбивчивое дыхание на своем лице. - Ты в полной безопасности. Малыш Энтони в полной безопасности. Просто дыши вместе со мной, - Шерил закрывает собственные глаза. Они не были так близко друг к другу почти 7 лет. Шерил отдала бы еще столько же и даже больше, только бы этот момент продлился как можно дольше. Когда ее глаза распахиваются, она встречается с Тони взглядом. Женщина смотрит на нее. И Шерил готова поклясться, что видит в них обожание. Еще мгновение и они сталкиваются. Тони касается ее губ. Сначала, медленно, словно пробуя воду, затем ее рот буквально оказывается на ней. Руки Тони взлетают вверх со страстью притягивая лицо Шерил почти вплотную. Она не позволяет ей даже глотнуть воздуха. Шерил не против. Она всерьез смирилась, что это больше никогда не повторится. К черту воздух. Ее ладони автоматически вплетаются в теперь полностью темные мягкие пряди волос Тони. Она массирует кожу ее головы ногтями, вызывая у женщины поменьше отчаянный стон. Это действует лучше любого афродизиака, посылая сигналы ее телу. Зажигая пожар в венах и бешеную пульсацию между ног. Шерил проводит языком по губам Тони, заставляя ее раскрыть их. Этот простой жест сводит их обеих с ума. Языки буквально сражаются друг с другом. Естественно и настолько приятно, что она никогда не хочет останавливаться. Тони явно думает также. Толкая рыжую, она медленно опускает ее на диван, прижимая их к нему всем своим телом. Её руки начинают свое путешествие, покидая лицо девушки, осторожно царапая ключицы и останавливаясь на груди, чтобы сжать ее поверх рабочей рубашки. Тони чувствует, как руки Шерил отчаянно приземляются на ее плечи, рывком скидывая с них пиджак. - Сними, - рыжеволосая тяжело дышит ей в губы, требовательно поднимая верх ее белого топа. Тони подчиняется. Не разрывая зрительного контакта, она седлает талию Шерил, оставаясь на ней лишь в простом черном лифчике. Её собственные теплые ладони проникают под рубашку рыжей, чуть опуская чашечки лифчика, чтобы слегка сжать ее грудь. Она чувствует, как она затвердевает под ее ладонями. Брюнетка оставляет на линии челюсти Шерил рваные поцелуи, спускаясь вниз по шее, пока не достигнет точки пульса, прикусывая его зубами. Чувствуя его бешеный ритм на кончике языка. Ее рот наполняется слюной от вкуса сладковатой кожи, смешанной с ее сладкими, цитрусовыми духами. Стоны их обладательницы сводят Тони с ума в этот момент. Боже, она так сильно мечтала об этом. И была уверена, что эта мечта уже несбыточна. В этот момент осознание вновь уд ее. Шерил чувствует влагу, текущую по щекам Тони. Ее хаотичные поцелуи и укусы замедляются. Рыжеволосая нежно зачесывает мягкие пряди ее волос на лоб, жестом заставляя Тони поднять на нее заплаканное лицо и посмотреть. Боль в ее глазах заставляет сердце Шерил сжаться. Собственные слезы угрожают пролиться из ее глаз. Еще мгновение и голова Тони падает ей на грудь. Шерил чувствует, как ее маленькое тело сотрясают рыдания, когда она утыкается в ее шею, пытаясь заглушить их. Руки рыжеволосой нежно проводят по линии роста волос, сильнее притягивая брюнетку к себе. Она выводит на ее спине успокаивающие круги, шепча слова утешения ей в волосы. Впервые за 7 долгих лет, они вновь оказываются в своем собственном безопасном пузыре, который приносит им обоим так много утешения. Жаль, что из-за него, Шерил и Тони не слышат, как издав едва заметный скрип, открывается дверь рабочего кабинета Тони.

* * *

Мобильный телефон Фэнгса Фогарти ударяется о стену, разбиваясь вдребезги. Ему хочется кричать. Хочется крушить все на своем пути. Перевернуть этот чертов маленький стол, за которым они каждое утро и вечер играют с Тони в счастливую семью. Сжечь гребаный диван, на котором он никогда раньше не спал, пока между ним и Кевином все было хорошо. Фэнгс не любит плакать, но слезы сами текут из его глаз, когда он осознает все чудовищность ситуации. Тони никогда не полюбит его. Как мужчину, как мужа. Как любимого человека. Это просто так не работает. Они не работают. Они честно пытались, но это бесполезно. Ему стыдно признать, что он действительно влюблен в нее. Ему не сложно представить их счастливую жизнь и совместную старость. Они всегда были рядом друг с другом. Просто он никогда не признавался ни себе, ни ей, что она всегда значила для него чуть больше, чем сестра. Тони крутая. Тони умеет утешить, знает что сказать, когда дерьмо стучится в твои двери. Она всегда ставит всех превыше себя, что часто кусает ее за задницу в итоге. В конце концов, вы видели ее тело? И у них уже есть ребенок. И он всегда рядом, если ей нужно, Почему, черт возьми, это не работает?! Фэнгс вытирает слезы, прикусывая ладонь до крови. Меньше всего ему хочется навредить своей истерикой родному сыну. Единственному, что он сделал в этой жизни безупречно. Почему все это вообще началось? Потому что гребаный мудак Кевин Келлер захотел поиграть в семью. Потому что вместо сеансов у психотерапевта, после того, что с ними сделали на ферме, он водил их обоих на свидания. Сначала больше для утешения. Им обоим было плохо. Они оба были в темном месте. Фэнгс никогда не признается, но ему было немного завидно, когда Тони попросила их помочь разобраться с тем напыщенным ублюдком из Нью-Йорка, который обидел ее девушку. Кевин никогда бы не сделал что-то подобное для Фэнгса. Тони никогда бы не пошла на такое ради него. Да, они закончили школу как пара, но затем взяли пауза в колледже. Кевин пытался построить карьеру, но все, что у него вышло, это стать преподавателем в бывшей школе. Фэнгс никогда не хотел покорять большой город, потому что вся его семья была здесь, в Ривердейле. Он нужен был Тони. Он нужен был змеям. Они вновь сошлись, потому что вместе вести быт и снимать квартиру проще, чем когда ты один. Их свободные отношения никогда не были проблемой. Фэнгс встречался с другими мужчинами во время поездок. Кевин встречался с приезжими мужчинами. Это не считалось изменой. Ведь они полностью доверяли друг другу. Когда Тони вернулась в город, рассказав Фэнгсу о своей деликатной проблеме со здоровьем, Кевин был тем, кто предложил им стать донорами. А затем в его прекрасной голове появилась идея о браке. Идея о совместной жизни и воспитании. Может быть тогда бы его гомофобная сука-мать перестала бы смотреть на своего сына, как на ненормального. А потом Шерил устроила ту вечеринку. Она сделала это, чтобы навредить их отношениям. Психованная сука хотела навредить Тони и ее малышу. И даже после этого Тони все равно простила ее. Черт, да она бы вернулась к ней, если бы та поманила пальцем. Фэнгс вспоминает недавние слова Персиваля Пикенса, небрежно оброненные им на последнем слушании городского совета, когда все проголосовали за исключение Тони. Мисс Топаз, к сожалению, не может представлять интересы этого города. Она слишком легкомысленно относится к своей должности, продолжая поддерживать связь с мисс Блоссом. Женщиной, семья и бизнес которой буквально построен на крови и костях жителей города. Я бы не удивился, если бы фабрика по производству кленового сиропа Блоссомов в следующем году получила финансирование из городского бюджета. Шерил уже однажды разрушила их семью и продолжала делать это сейчас. Гнев вспыхнул в груди Фогарти, когда в его воображении пронеслись образы их спутанных тел. Шерил, словно змея, опутывающая его любимую девушку. Сжимающая ее в плотное кольцо. Его ладони сжимаются в кулаки, а челюсть лязгает. Все, что он когда-либо хотел и отчаянно желал, может у него быть и он не позволит отнять это. Дрожащими руками, Фэнгс распахивает шкаф, внутри которого, за потайной белой выемкой скрывается его единственный не обнаруженный тайник. Напевая тихую мелодию, Фэнгс заряжает патроны в дробовик. Наполняет карманы дополнительными. По одному за каждое горе, которое она причинила им. Он торжественно клянется самому себе, что Шерил Блоссом не увидит рассвета.