Вечное движение разбитых звезд

Грейвз с Кассадином встречаются не очень часто: помимо прошлого, что тяжелым камнем лежит между ними, у Кассадина есть работа, а у Грейвза есть обязанности Защитника (и кому какое дело что со временем он исполняет их все неохотнее?). Кай'Са смотрит на Грейвза огромными испуганными глазами, отчаянно цепляясь за ногу отца. Грейвз помнит ее другой — маленьким орущим комком на руках Кассадина, когда к ней не то, чтобы подступиться, даже смотреть на нее было страшно. Теперь ей лет десять, наверное, но Грейвз все еще не представляет, как с ней разговаривать. Все, что он знает про детей, заканчивается на "к ним лучше не подходить". Кассадин мягко улыбается и подталкивает малышку к нему: — Это дядя Мал. Ну же, поздоровайся со своим крестным. — Здравствуйте, — с легкой запинкой лепечет она и жмется к отцу еще сильнее. Наверное, это должно выглядеть очаровательно, но Грейвз чувствует только тотальную растерянность. Он присаживается на корточки: — Э-э-э, привет, помнишь меня? — вопрос весьма глупый, конечно же, она не помнит, сколько ей тогда было, месяцев шесть? Малкольм подавляет вздох и протягивает ей небольшой пакет — специально взял что-то сладкое, выбрав методом тыка, чтобы порадовать крестницу. — Это тебе, держи. Первым делом Кай'Са смотрит на отца и только получив от него одобряющий кивок тихонько говорит "спасибо", забирая пакет. Малкольм встает а девочка с любопытством заглядывает в пакет и тут же радостно улыбается, доставая небольшой пакетик: — Персики! — она переводит сияющий взгляд на Грейвза, — Спасибо! — Не за что, — Грейвз сам не уверен, как туда попали сушеные персики (наверное, смахнул в корзину в магазине не глядя), но если Кай'Се понравилось, почему бы и нет? Кай'Са убегает куда-то вглубь квартиры, сопровождаемая любящим взглядом Кассадина и только тогда себя проявляют Дэстени с Серпентин. Дэстени приветственно ворчит, подлетая к Касу, а вот Серпе отказывается даже покидать плечо Грейвза. — Я не думал, что ты взял их с собой, — Кас осторожно гладит Дэстени, получая от него довольный мурк и смотрит на Серпентин практически с болью. Грейвз запоздало понимает, что, возможно, ему не стоило притаскивать своих фамилиаров — это для него потеря стала привычной (Серпентин напоминает ему о прошлом каждый день), Кас же на мгновение выглядит так, будто все произошло вчера. Тем не менее, он быстро берет себя в руки. — Да я просто… привык везде с ними таскаться, — растерянно бормочет Грейвз и накрывает Пи рукой в почти рефлекторной попытке скрыть их с Касом друг от друга. Кассадин усмехается: — Ну да. Это я подзабыл уже, что такое быть Защитником. Проходи давай, хватит на пороге топтаться. Устроившись на кухне, они пьют (сначала виски, но Кас, как ответственный родитель, останавливается после третьего шота; в одиночестве пить не так весело, так что Грейвз тоже соглашается на чай), пока Кай'Са то прибегает, то убегает, вмешиваясь во взрослые разговоры. Она очень вежливая, так что практически не раздражает Грейвза, а Кассадина, кажется, умиляет вообще все, что она делает. Дэстени с Серпентин по своей постоянной привычке сворачиваются вместе, занимая позицию на высоком шкафчике, где Кай'Са не может их увидеть, и сверкают взглядами оттуда. Кассадин оборачивается на них пару раз, но вскоре забывает про их присутствие. Наверное, это к лучшему, учитывая, как он отреагировал на Серпентин. Наверное, все с ними произошедшее, было к лучшему. Если Грейвз повторит это достаточно раз, он наверняка сам в это поверит. Когда Малкольм собирается уходить, Кай'Са неожиданно отлепляется от отца и храбро обнимает его. Грейвз не уверен, что он должен сделать, так что он просто неловко гладит ее по голове. — До свидания, дядя Мал, — дружелюбно говорит она и улыбается так, что ей невозможно не улыбнуться в ответ. Кассадин смотрит на нее с гордостью. — Пока, малышка, — просто отвечает Грейвз. — Заходи как-нибудь еще, — добавляет Кассадин. На это Грейвз просто кивает. Что же, хотя бы один из их богом проклятого отряда нашел свое счастье.