Цветы и яд

С этого дня Ши Цинсюаню было дозволено покидать покои. Теперь Чертоги Сумрачных Вод были в его распоряжении, главное не заблудиться. Об этом ему сообщил Хэ Сюань сразу после полного выздоровления. По острову же разрешалось прогуливаться только вместе с демоном, поэтому Ши Цинсюаню оставалось только лишь в полном одиночестве исследовать огромную резиденцию. Чёрный мрамор и гранит, пустые и большие помещения, пронизывающий до костей холод и вечная сырость — это всё отличается от личных покоев Ши Цинсюаня, где много дерева и ткани, светлые цвета и прекрасный вид из окна. Словно это создано специально для него… Близится время обеда, Ши Цинсюаню нужно быстро добраться до даоцзофана. Ещё одно правило Хэ Сюаня — любая трапеза только с ним. До полного выздоровления Ши Цинсюаня демон сам приносил еду, даже несмотря на оскорбление, которое своими словами он нанёс Хэ Сюаню. Порой они могли о чём-нибудь да поговорить. Измученная душа Ши Цинсюаня обрела крылья, возвращая в счастливое прошлое. Однако это быстро прекращалось: как только Хэ Сюань замечал на его губах улыбку, то молча разворачивался и уходил. Столовая ничем не отличалась от других комнат. Дорого, изыскано, но до ужаса одиноко. Сидя друг напротив друга, демон, по обычаю своему, только наблюдает. — Господин Хэ позволит задать вопрос? — Продолжай, — сухо ответил он. — Где тот больной, что часто носил мне еду, — к своему стыду, Ши Цинсюань забыл спросить его имя. — Я собирался в скором времени разобраться с Йи (яркий) Хэем (море). — Позвольте спросить, что значит «разобраться»? — Чахотка была причиной твоего долгого сна и жара. Если бы не твой самосовершенствование в прошлом и мои духовные силы, ты бы сейчас был бы мёртв. — Не хотите ли вы сказать, что… Хэ Сюань утвердительно кивнул. Он собирался сделать с тем несчастным что-то ужасное и всё из-за Ши Цинсюаня! Он не мог позволить пострадать ещё кому-либо из-за себя, не смог бы этого вынести во второй раз! — Уважаемый господин Хэ, прошу, не делайте этому человеку ничего плохого! Он же не был виноват, это всё моя неосторожность, м-мы просто проводили время вместе… — Проводили время вместе? — заинтересованно наклонил голову демон. Было видно — слова его задели. На скулах заходили желваки от раздражения. Верно, это же тюрьма, а не карнавал. Какое тут может быть веселье, если отбываешь наказание? — Господин Хэ, тот слуга ни в чем не виновен! Прошу, сжальтесь! — Твой брат не сжалился, когда я об этом просил… и никто за меня не вступился. — Господин Хэ! — взмолился Ши Цинсюань. — Чем ты готов пожертвовать ради его жизни? — Не побоюсь и жизнь отдать, — решительно ответил он. — Нет, этого не потребуется, но когда придёт время, ты исполнишь одну мою просьбу. Теперь ешь, — на последних словах его голос звучит мягко, пробирая Ши Цинсюаня насквозь. Что может сделать обычный человек для Князя Демонов? Разве что принести себя в жертву, только Ши Цинсюань ни разу не замечал за Хэ Сюанем любовь к человеческому мясу, в отличии от Ци Жуна. Слова демона пугают, но от еды не отказывается. Лучше есть пока дают. Тишину нарушил тяжёлый вздох. Палочки застыли в руках. Хэ Сюань согнулся в три погибели и упал на колени. Тело пробила мелкая дрожь от приступа кашля. Ши Цинсюань, ни секунды не думая, ринулся прямо к демону. — Мин… Господин Хэ! — Убирайся! — прохрипел тот. Хэ Сюань приложил руку ко рту, а другой упёрся в чужую грудь, сжимая в кулаке одеяния так, что вены проступили. Ши Цинсюань задержал дыхание. Демон постарался оттолкнуть пленника, но из-за кашля сильно ослаб, поэтому у него ничего не получилось. Убрав вторую руку от рта, он увидел множество кровавых пятен на ней. Кровь вязкой жижей скатывалась по ладони и капала на пол. — У тебя… к-кровь… — Твою мать! Хэ Сюань уже не мог сдерживать себя, выхаркивая всё больше и больше крови, хватаясь за горло. Он склонялся к полу всё больше, даже руки его не могли уже держать, мелко подкашиваясь. Ши Цинсюань сидел, не зная как помочь. Кашель всё усиливался, начался приступ удушья. Ни вздохнуть, ни выдохнуть не получалось, только лишь безмолвно глотать ртом воздух. Хэ Сюань с силой выхаркал маленький бутон ликориса. Кашель тут же прекратился, но кровь так и продолжала течь вязкими каплями из рта. Хэ Сюань от слабости повалился на бок. Он медленно моргал, видимо пытаясь прийти в себя, брови то хмурились, то снова расслаблялись. — Господин Хэ! — позвал Ши Цинсюань. — Что с вами?! Демон еле-еле разомкнул веки. В тёмных глазах заискрились блики. Ши Цинсюань было уже протянул руку к демону, но в нерешительности убрал. Сделав ещё пару вздохов, Хэ Сюань прекратил дышать, только глаза слабо поблескивали, но вскоре и они закрылись.