My daddies’ve got a gun

Се Лянь глубоко вздохнул. Н-да, такого он не ожидал. Встреча со старыми друзьями проходит как нельзя лучше. Еще немного, и всю оставшуюся жизнь он будет носить либо передачки в тюрьму, либо цветы на могилы своих друзей. - Что ж, скажем так, кем бы ни являлся мой супруг, мне ничего не угрожает. Я могу себя защитить. И секретов друг от друга у нас нет, - последняя фраза далась ему несколько сложно, учитывая, что он сам только недавно признался Хуа Чэну в своем самом страшном секрете (и не важно, что тот на самом деле знал о нем с пятнадцати). - Но Се Лянь, ты не понимаешь… - Понимаю, - оборвал он. - И чтобы вы осознали, насколько, вот вам интересный факт: ваши попытки найти меня почти увенчались успехом, и это я еле успел подчистить данные. - Ты… что? Значок загрузки в глазах Фэнь Синя было почти видно невооруженным глазом, и Се Ляню было его практически жаль. Му Цин с вымученным стоном откинулся на спинку стула и зарылся пальцами в волосы. Только Хуа Чэн выглядел вполне довольным жизнью. - Это ты во всем виноват! - рыкнул Му Цин на Фэнь Синя. - Я говорил, надо было действовать быстрее, мы смогли бы его вытащить! - Ты смеешь обвинять меня?! Ты первый бросил его, даже особо не пытаясь оспорить приказ родителей, а они у тебя более лояльные, ты мог бы найти способ продолжить общение с Се Лянем и не дать ему ступить на эту кривую дорожку! - Более лояльные?! Ты о тех людях, которые чуть не отправили меня учиться на инженера в Корею, когда я получил первое ранение?! А мне было уже двадцать два! И это ты съехал в семнадцать, почему не начал сразу искать Се Ляня?! Се Лянь устало уронил голову на руки. Разговор заходил совсем не в нужное русло. - А может, вы примите, что я был достаточно адекватен, чтобы самому принимать решения, и перестанете перекладывать вину друг на друга, как родители проблемного подростка? - поинтересовался он. - Нет! - воскликнули они хором, вызвав у Хуа Чэна нервный смешок. - Гэгэ, они всегда так общаются? Это просто уморительно, я понимаю, зачем ты с ними дружил. - Вообще, мне казалось, что раньше все было не так запущено. Ребят, вы столько лет знакомы, почему вы грызетесь, как кошка с собакой? Они прекратили перепалку, грозившую перейти на совсем уже бесстыже повышенные тона, и синхронно обернулись на Се Ляня. Как раз в этот момент подошла официантка, в абсолютной тишине поставив на центр стола чайник, четыре пиалы и тарелку с рисовыми шариками. Застав немую сцену, уточнять о новых пожеланиях она не решилась, и поспешно ретировалась в сторону кухни, наверняка намереваясь нелицеприятно отозваться о странных посетителях. - А с чего бы нам не ссориться? - Фэнь Синь приподнял бровь. - Моя жена мне с ним изменяет! Хуа Чэн присвистнул, пододвигаясь ближе и, кажется, впервые за весь вечер заинтересовавшись разговором. - И почему же ты еще не развелся и не разбил нос своему сомнительному другу? - поинтересовался он. Му Цин насмешливо фыркнул, снова сложив руки на груди, а Фэнь Синь насупился. - Потому что я тоже ей изменяю, - нехотя признался он. - И тоже с Му Цином. Се Лянь ошеломленно распахнул глаза, а Хуа Чэн расхохотался, грозя сползти под стол и несдержанно похрюкивая. - Небо! Гэгэ, не думал, что скажу это, но мне нравятся твои друзья. Давай оставим их себе? С такими друзьями и билеты в цирк не нужны, каждый день клоуны под носом! - под осуждающим взглядом Се Ляня он снова зашелся истерическим смехом и все-таки сполз ниже, безрезультатно пытаясь заглушить хохот рукой. - Я не знаю, что сказать, - Се Лянь все еще отходил от шока. - Поздравляю? Или сочувствую? Что вообще происходит? - Я правда хотел разбить ему лицо, когда узнал, приехал к нему в квартиру и как-то… не разбил, - попытался оправдаться красный до самых кончиков ушей Фэнь Синь. - Я не знал, как сказать жене, Лань Чан, она ранимая… Разводиться, наверное, глупо, не можем же мы оба к Му Цину уйти, да еще и Цоцо, ну, сын мой… - У них еще и ребенок есть! - почти из-под стола простонал Хуа Чэн сквозь новый приступ хохота. - Настоящая шведская семья, я вами горжусь! Се Лянь, при всей своей любви к брату, был уверен, что Ци Жун - самая сомнительная для создания семьи личность. Теперь он без зазрения совести отдал бы пальму первенства сидящим перед ним друзьям (паре?) и их общей девушке. Какой кошмар, даже в мыслях это звучало странно. - Му Цин, а ты?.. - решил все-таки прояснить ситуацию Се Лянь. - А что я? - пожал плечами тот. - Меня все устраивает. Цоцо вообще милый ребенок, подрастет - точно поймет. - Ясно, - проговорил Се Лянь, хотя ему совершенно ничего не было ясно, но дальше разбираться в этих отношениях он точно не желал. - Но я бы на вашем месте поговорил с Лань Чан. Может, тогда отношения втроем получатся более гармоничными. - На их месте? - смех оборвался, и Хуа Чэн встрепенулся, с подозрением поглядывая на мужа. Он даже подтянулся повыше и нормально сел на стул, чтобы не пропустить ничего важного. - Я говорю в теории, - простонал как-то жалобно Се Лянь. - И пожалуйста, давайте закроем тему, мы тут, вроде как, по делу собрались. - Кстати, да, - нахмурился Му Цин. - Почему ты после стольких лет решил выйти из сумрака? Се Лянь неловко кашлянул и, чтобы занять руки, принялся разливать по пиалам чай: - Дело в том, что я облажался… На одном задании я потерял некий очень важный кейс, и теперь за мной охотятся, думая, что я его украл. Судя по нашим данным, с этим связаны военные, поэтому я хотел узнать, кто конкретно меня заказал. Фэнь Синь вздернул брови: - Насколько кейс важен? И правда ли его нет у тебя? - Ты ему не доверяешь? - поджал губы Хуа Чэн. Опустив чайник, Се Лянь положил ладонь ему на колено и стал успокаивающе поглаживать. - Кейс чрезвычайно важен. Думаю, правительства разных стран могли бы за него перегрызть друг другу глотки. И я правда не имею ни малейшего понятия о том, где он. Му Цин задумчиво постучал пальцами по губе, отпил немного чая и строго посмотрел на Се Ляня: - И что ты намереваешься сделать с тем, кто тебя заказал? Ты должен понимать, что нам не нужна резня среди военной верхушки. - Об этом инциденте с кейсом вообще не должны были узнать. Я хочу выяснить, кто раскрыл мою личность и, возможно, предложить сотрудничество, а не игры в кошки-мышки. Я не говорил вам, но у нас есть дочь, и последнее, чего я хочу - это оказаться втянутым в крупное разбирательство. Ей это точно навредит. Но не могу отрицать возможность плохого варианта развития событий, в котором мне придется устранить того, кто объявил на меня охоту. Могу пообещать, что таким образом я буду действовать только в целях самообороны. Му Цин медленно кивнул, обдумывая все, что узнал, и перевел взгляд на Фэнь Синя. - Мы отойдем? Следует обсудить наше решение, все же, сотрудничество с наемниками - очень рисковое дело. - Конечно, - кивнул Се Лянь. Он сделал все, что мог. Осталось только ждать решения. Фэнь Синь и Му Цин встали из-за стола, коротко поклонившись, и вышли из ресторана. Сквозь панорамные окна было хорошо видно, как, одновременно закурив, они о чем-то заспорили. Хуа Чэн скучающе покачивал в пиале чай, Се Лянь, не отрывая взгляда от старых друзей, положил в рот рисовый шарик, тут же прикрывая глаза от удовольствия. Хуа Чэн проследил движение его кадыка и сглотнул, невольно представив, насколько сладкие были сейчас на вкус его губы. Хотелось забрать это солнышко и спрятать где-нибудь далеко-далеко, чтобы Се Лянь прекратил исповедоваться всем подряд и бередить старые раны на душе. Хотелось кормить его с рук виноградом и рисовыми шариками на берегу моря, смотреть, как закатные лучи рисуют нимб вокруг его головы, и как он блаженно жмурится, а потом сцеловывать сок с его губ. Где-то на этой мысли, когда Хуа Чэн уже почти предложил Се Ляню просто бросить все, забрать дочь и улететь на какой-нибудь маленький островок в Новой Зеландии, вернулись Фэнь Синь с Му Цином, принеся с собой жестокую реальность. - Мы согласны помочь тебе, Се Лянь, - как будто нарочно игнорируя существование Хуа Чэна начал Му Цин. - Но сами мы об этом кейсе не знаем, и рисковать и лезть в базу данных не будем. - Значит, ваша помощь заключается в моральной поддержке? - приподнял бровь Хуа Чэн. Му Цин закатил глаза: - Нет. Мы достанем вам обоим приглашения на светский прием, который устраивает Министерство национальной обороны. Это единственное место, где вы точно сможете встретиться с информатором военных. В другое время она ведет подпольную жизнь, но такую возможность найти заказчиков и разжиться новой информацией она не упустит. - «Она»? - уточнил Се Лянь. Фэнь Синь кивнул: - Ее настоящее имя Наньгун Цзэ, но большинство знает ее только по псевдониму - Линвэнь. Она знает все и про всех, и готова этих же «всех» продать, если вы предложите достаточную сумму. - С этим проблем не будет, - кивнул Хуа Чэн. - Кто бы сомневался, - фыркнул Фэнь Синь, заработав полный презрения взгляд. Му Цин решил уточнить: - Только будьте осторожны, не рассказывайте ей ничего, что может иметь хоть какую-то ценность. Она не постесняется продать и вас тоже. Опасная женщина, ее бы давно устранили, да слишком полезна во всех этих «дворцовых заговорах». - Учтем, - кивнул Хуа Чэн. Он поднялся из-за стола и галантно подал руку Се Ляню: - А теперь позвольте откланяться, ваше общество порядком утомляет. Как достанете приглашения, напишите вот по этому адресу, - он протянул свою визитку. - Договоримся о встрече и об оплате. - Оплате?! - Фэнь Синь резко вскочил, из-за чего ножки стула с противным скрипом проехались по полу. - Подавись ты своими деньгами, Се Лянь наш друг! - Всенепременно, - едва Се Лянь встал, Хуа Чэн развернулся и, не прощаясь, направился к выходу. Се Лянь коротко поклонился обоим друзьям и шепнул: - Спасибо. А затем тоже поспешил на выход.