Однажды, одним солнечным днём…

      Пролетает ещё несколько месяцев. Каждый день Чонгук и Тэхён висят на телефоне. Они могут проговорить до глубокой ночи, и даже спустя столько времени чувства не меняются, а ночные разговоры становятся только душевнее.       Ким больше открывается, немного рассказывает о себе в общих чертах, и Чонгук безмерно счастлив этим крупицам, постепенно собирая пазл под названием «Ким Тэхён» в своей голове. С каждой новой частичкой он влюбляется лишь сильнее, о чём не стесняется говорить, ведь не привык скрывать свои чувства. А самого Тэхёна эти откровения поначалу загоняют в тупик, но постепенно он осваивается и старается отвечать взаимностью. Мужчина не даёт Чонгуку яркую надежду на их будущее, но и не отрицает, что тот явно нравится ему, что завладел всеми его мыслями.       За ночными разговорами парни настолько сближаются, что понимают: у них куча точек соприкосновения, хотя Тэхён не осведомлён о многих аспектах современной жизни. Допустим, он ни разу не смотрел любимые сериалы Гука или не видел как «Мстителей», так и «Властелина колец», и «Гарри Поттера». В своё оправдание Ким отвечает, что попросту не увлекается таким. Мужчина больше предпочитает книги, хотя говорит лишь о старых: новых произведений он не читал. Чонгук обещает при встрече подарить ему свою самую любимую книгу. Также Тэхён отвечает неловким отказом на селфи, сказав, что у него имеется только кнопочный телефон, — и тут Гук вообще не улавливает суть.       — В смысле кнопочный? А интернет и соцсети? Со смартфоном же гораздо удобнее…       — Меня это не интересует, Гуки, — неоднократно отвечает мужчина, а парень не продолжает, поражаясь ему всё больше.       Оказывается, музыку Тэхён тоже не особо жалует, но они оба находят выход из этой ситуации. Мужчине нравится голос Чонгука, а Чонгуку в радость петь для него свои любимые песни, поэтому каждый вечер он исполняет ему хотя бы одну, и тот слушает, да так внимательно, что чувствует весь спектр эмоций. И бывает Тэхён с замиранием сердца просит повторить понравившуюся, ведь Чонгук поразительно красиво берёт высокие ноты, с каждым разом очаровывая мужчину всё больше. Ким за короткий промежуток времени становится таким же помешанным на чужом голосе. Он ставит парня на громкую связь или же, наоборот — сильнее прижимает телефон к уху и отдыхает душой, наслаждается, но никогда не признаёт вслух что этот ритуал один из самых дорогих и ценных моментов в его жизни.       Также они пытаются описать друг другу свою внешность. И если Тэхён уже видел фотографию Чонгука и понимает, о чём речь, то сам Гук включает фантазию на полную, прикрывает глаза и вырисовывает силуэт возлюбленного в голове либо в воздухе, точно зная, что Ким — самый красивый мужчина для него. О полученном фото Ким Тэхён молчит — этого малышу знать не обязательно, — но когда впервые увидел его лицо, то замер, всматриваясь в детали. Большие глаза с густыми ресницами, широкий лоб, хорошо очерченные скулы, слегка пухлые губы, где нижняя больше верхней, и милый ровный нос. В ушах пару проколов с каждой стороны с массивными серебряными кольцами, а волосы каштановые, с милейшими завитушками по всей длине. Чонгук на снимке одет в широкую светлую кофту с весёлым принтом и в тёмные джинсы. «Идеальный», — тут же пронеслось в его голове.       Если бы он мог, то тут же сорвался с места и прибежал к Чонгуку, чтобы лично взглянуть на это чудо вживую. Каждый вечер он смотрит на его фотографию, разговаривая с парнем по телефону, и привыкает, постепенно понимая, что был бы не против коснуться этого красивого лица. Также они оба выясняют, что у них не было отношений, и получается — эта влюблённость их первая. Сильная, волшебная и прекрасная.       Ещё Тэхён рассказывает про единственного друга по имени Ким Намджун. И хоть он и выглядит так же строго, как Юнги, в душе беспросветный добряк и душка. Намджун из того типа людей, которым сначала нужно привыкнуть к человеку, а только после он сможет открыться и позволит стать ближе. Что сейчас они живут вместе и достаточно неплохо уживаются в небольшой комнатке.       — А кем бы ты хотел стать, если бы не твоя нынешняя профессия? — как-то интересуется Чонгук.       — Не знаю… — отвечает Тэхён. — Если честно, то ещё не задумывался. Пока что меня всё устраивает.       — Мне кажется, тебе бы тоже подошла работа с животными, ты так не считаешь?       — Не знаю, малыш… Когда выйду, думаю устроиться к Юнги, он уже не раз приглашал меня к себе.       — Выйдешь? — не понимает Чон.       — Ну, в смысле вернусь в Сеул, — перефразирует Тэхён.       — Значит, будешь носить костюмы и галстуки, мистер Ким Тэхён?       — Они мне чертовски идут, Гуки, — слышится смех.       — Я не сомневаюсь.       Вместе с фотографией Тэхён получает и подарок от Чонгука. Сидя на кровати он подолгу рассматривает красивый необычный оберег, который по итогу оборачивает вокруг руки, как браслет, чтобы всегда видеть его перед глазами и чувствовать малыша хотя бы так. Тэхён часто играет с гладкими верёвочками, перебирая мягкую кисточку в пальцах, и представляет, что недавно так же Чонгук касался их, сплетая нити крепко специально для него. Непрямое касание плюс фантазия делают своё дело. Мужчина не особо верит во всю эту чушь с оберегами и прочее, но от этого особенного для сердца подарка отказаться не смог, надеясь, что он и правда принесёт ему удачу.       В это очень хочется верить.

***

      С каждым днём и Чимин раскрывается благодаря Чонгуку. Парень меняется визуально: его кожа приобретает нормальный оттенок, впалые щёки превращаются в мягкие, и одежда больше не висит на нëм, будто на костях. Чимин чаще смеётся, не боится открыто что-то заявлять или требовать, особенно у Юнги, понимая, что тот выполнит всё, что он только не пожелает. Пак им не пользуется, лишь иногда балуется и флиртует, а Мин замечает всё и с открытым сердцем позволяет. Чимин без стеснения начинает проявлять интерес к Юнги как к мужчине.       Мини всегда к нему тянулся, даже когда был ребёнком, просто потом забыл о чувствах и о том, что можно получать от них удовольствие. Он кокетничает, любезничает, старается ухаживать и получает чрезмерную нежность в ответ.       Паку очень нравится обниматься. И если Чон его просто стискивает и жмякает, то Юнги касается трепетно, бережно, позволяя Паку прикрыть глаза и почувствовать ласку. Чимин осваивает новые чувства, позволяет им пройти через себя и осознанно отвечает взаимностью. Сказать о том, как Мин счастлив этим переменам, — значит ничего не сказать. Он готов носить Мини на руках, не отлипать часами, целовать и беспрестанно щебетать о том, как любит его, но понимает, что это перебор. Юнги так долго ждал его, поэтому сейчас двигается постепенно, не напирает чтобы не навредить и не спугнуть. Чимин — его личное солнце. И если оно потухнет окончательно, то он просто не переживёт.       Также Гук, как и обещал, ходит с Чимином на уроки рисования после универа в свободные дни. Друг и правда заинтересован в изобразительном искусстве. Если сам Чонгук посещает занятия для разнообразия и в качестве поддержки, то Чимин сосредоточен, собран и по итогу выдаёт шедевры. Даже сам преподаватель удивляется чужому таланту. Можно просто любить рисование, с годами отточить навыки и умело писать картины, а можно так, как Чимин… Искренне отдаваться кистям и карандашам. Сразу видно, что Пак предназначен для этого. Такой талант нельзя упускать — только раскрывать со временем.       Учитель по итогу просит Чимина пригласить его на первую выставку, когда такая будет. Преподаватель действительно заинтересован чужим художественным стилем, и ему интересно какие музы будут посещать голову Чимина через года. После такой похвалы и веры в себя, Пак решается со следующего года поступать в художественный университет, а Чонгук с энтузиазмом его подбадривает и поддерживает, приговаривая, что это прекрасная идея. Чон искренне рад, что его друг находит свой собственный путь.       Парни часто гуляют вместе и ходят по магазинам. Становятся частыми посетителями в парках аттракционов и любят походы в кино. А когда выдаётся свободное время у всех, то Юнги, Хосок и даже Джин присоединяются к милым вечерам, которые постепенно превращаются в традицию.       Чимин даже пару раз пробует себя в качестве зрителя на заседаниях в суде, наблюдая за Чонгуком в мантии прокурора, за его работой, восхищаясь упорству и стержню парня в такие моменты. Чон неистово давит на подсудимых и их адвокатов, что некоторые прямо в зале признают вину, хотя до этого били себя в грудь и твердили о невиновности. Чон залезает под кожу. Выбирает умелые слова и ковыряет в самом больном месте. Тыкает в содеянное раз за разом, предоставляя фото и доказательства, и побеждает. Слово «поражение» Чонгук не знает.       Ещё Чимин понемногу помогает в приюте, делая незначительные указания. Всё равно проводит с Чоном много времени — это лучше, чего сидеть просто так без дела. Вливается в работу, быстро запоминает нужные аспекты, а Гук с радостью делится знаниями. Ёнтан всегда рядышком со своим хозяином и не скучает, веселясь с другими животными.       С помощью Чонгука Чимин обучает свою собаку основным командам. Тани ходит рядом даже без поводка, голос подаёт по команде, сидит, лежит, даёт лапу. Не кушает ничего на улице и в целом послушный. Теперь Чимин сам его подстригает, купает и понимает, если у Ёнтана несварение. Собака много кушает. Всегда выпрашивает лакомства у хозяина, пока тот перекусывает, да так жалобно, будто вечность не ел. Паку становится жалко, и, естественно, он его кормит, а потом массирует пушистый животик, потому что у Ёнтана колики.       Для Чимина Тани — не просто собака. Это лучший преданный друг, тот, кто всегда ему рад, лекарство с помощью которого он учится выражать собственные чувства. Пушистый комочек счастья невозможно не любить — Чимин учится давать эту любовь. Учится заботиться и переживать. Щенок играет большую роль в перемене Чимина, как и Чонгук. Добрый и светлый, который никогда не причинит ему боли.

***

      Прогуливаясь вместе после работы, Чонгук покупает им по стаканчику кофе, и они не спеша идут до общаги — Юнги освободится через полчаса.       — Пойдёшь со мной на этих выходных в дом престарелых? — Интересуется Чон мимоходом.       — Ох, я совсем забыл предупредить тебя, что мы уезжаем, — виновато тянет Чимин, строя жалостливую мордочку.       — Куда? — удивлённо оборачивается Чонгук к другу.       — По личным делам, примерно на две недели.       — Ого, долго вы… — он заметно расстраивается.       — У тебя у самого дни эти забиты под завязку, так что не переживай: ты даже не заметишь моё отсутствие.       — Эй… Я так привык к тебе, что каждый день будет мучением без твоего счастливого лица и обнимашек.       Чимин с улыбкой мгновенно обнимает друга и прижимается ближе, вдыхая приятный аромат шампуня с чужих волос.       — Ты так душисто пахнешь… Что это? Миндаль? — спрашивает с наслаждением.       — Да, шампунь с миндальным и кокосовым молоком. Не по-мужски, но так приятно пахнет, что я не могу перестать покупать его.       — И не надо, — он снова принюхивается. — Тебе идёт этот аромат. Я даже рад, что ты не пользуешься парфюмом. От тебя всегда исходят такие чистые, сладкие и ненавязчивые нотки. Ты словно ангелок.       — А от тебя недавно отчётливо стало пахнуть спелой вишней. Я заметил, — внимательно подмечает Чон.       — Угу, — Чимин улыбается чужой проницательности. — Раньше с братом мы часто пользовались этим шампунем. Недавно в магазине увидел и не устоял. Давненько он не появлялся на моих полках…       — Тебе подходит вишня, но аромат пионов особенно. Я рад что ты пользуешься тем цветочным парфюмом, который мы вместе выбрали в торговом центре. — Чонгук задумывается: а подходит ли запах вишни Тэхёну?       — Как дела у вас с Тэ? — вдруг интересуется Чим — Когда речь заходит о тебе, я слышу, как он улыбается. Влюблённость превращает моего брата в озорного мальчишку. — он мило прикрывает улыбку ладонью.       — Прекрасно! — мгновенно лепечет не менее влюблённый Чон — Я ощущаю как эти чувства окрыляют меня, но я не перестаю поражаться ему, как и условиям его работы. Ни телефона нормального, ни интернета, ни фильмов. Чем же он занимается целыми днями напролёт? Я, конечно, тоже не задрот, но в любом случае это всё так привычно для меня…       Чимин вдруг замолкает, ведёт плечами и отводит взгляд под ноги.       — Какой он был в детстве? Может, у тебя есть его детские фотографии? — с надеждой спрашивает Гук.       — Осталось лишь одна, — Чимин грустнеет на глазах, — фотографироваться Тэхён не любит. — Пак незаметно для себя выпадает из реальности, пока Чонгук вновь не привлекает его внимание, чуть тормоша за локоть. — Он был очень весёлым и жизнерадостным ребёнком. Вечный проказник. Вляпаются куда-нибудь с Юнги, а потом удирают от полицейских… — его лицо лишь на миг украшает улыбка, которую тут же стирает боль — Он любил само слово «жизнь».       — А сейчас не любит? — аккуратно интересуется Чон, стараясь понять… наконец распутать застарелый клубок прошлых тайн, что запечатан под семью замками.       — А сейчас он вырос, Чонгук, — ранено отвечает парень, глядя прямиком в глаза. — Тэхёну неоправданно рано пришлось повзрослеть. В большой степени из-за меня. О таком брате как он, мечтает каждый, поверь… Тэ всегда позволял взять мне самое лучшее, был примером для подражания, оберегал и защищал. Он отдал мне часть той жизни, которую так любил.       — Отдал? — неуверенно, почти шёпотом переспрашивает Гук.       — Да…       — А другая часть?       — Другой его жестоко лишили, — подытоживает Чимин обняв себя за плечи, будто замёрз.       Парни дальше идут молча: каждый думает о своём. От Чимина так и сквозит болью, и Чонгук приобнимает его за плечи, стараясь поддержать хотя бы так. А когда они практически доходят до общежития, на обочине неподалёку останавливается машина Мин Юнги.       Чимин сейчас выглядит так же, как в их первый день знакомства. Чона это и настораживает и пугает. Перед тем как сесть в салон автомобиля, Пак крепко обнимает его и старается улыбнуться, но выходит вымучено и поломано.       — Я позже принесу тебе фото, хорошо? — он говорит тихо, сжимая в объятиях сильнее.       — Спасибо Мини, — благодарно отзывается Чонгук, а после отпускает его — Будь осторожен в поездке, хорошо?       Чимин кивает головой, машет на прощанье маленькой ладошкой и обещает что обязательно будет звонить и писать, после чего садиться в автомобиль.       — Юнги… — Гук сомнительно решается окликнуть старшего, подходя к мужчине ближе. — А куда вы уезжаете? Целых две недели… Отдыхать, наверное? — он толком и не знает почему вновь пытается узнать об этом. Интуиция?..       — Отдых в наши планы тоже входит, Чимину это будет как раз кстати, но главная цель поездки встреча с Тэхёном.       — С… С Тэхёном? — не сразу понимает он, мгновенно хватаясь за крупицы фраз — Тэ будет где-то проездом?       — Нет, не совсем, — Юнги переводит пристальный взгляд на Чимина, и подмечая его состояние, заминает тему. — До скорого, Гуки, — кидает он на последок и тоже скрывается в машине, пока ошарашенный Чон продолжает отчуждённо стоять на месте, не имея сил пошевелиться.       Если честно, он всё ещё не понимает. До сих пор. Какого чёрта?             Чонгук, пока идёт до общаги, активно рассуждает о сложившейся ситуации сам с собой. Если Тэхëн находится от них примерно в двух неделях езды, то почему молчит о такой важной информации? Ведь он бы давно всё бросил! Собрался и приехал к нему! То есть не так и далеко Тэхён находится? Не за полярным кругом! Тут вполне везде есть связь, так почему Ким пользуется кнопочным телефоном? Их вообще выпускают в 21 веке?! Из-за чего Чимин намерено скрывает факт, что едет именно к брату, когда прекрасно знает о чувствах Чонгука? Именно поэтому? Все эти недомолвки можно назвать ложью? Отчего такая секретность?       Весь остаток дня это не даёт Чонгуку покоя. Он ненавидит когда его водят за нос. И сейчас парень неимоверно злится из-за невозможности связаться с хёном, ведь он намерен выяснить всё напрямую. До звонка ещё долгих несколько часов. За это время Чонгук обо многом думает и успевает накрутить не нужного — одна догадка хуже другой. Ведь по его мнению истина очевидна… Тэхён никогда не признавался ему открыто в своих чувствах… может, в этом всё дело? Ким просто не хочет его видеть?..       Ночь. В тёмной комнате привычно раздаётся рингтон и экран тускло загорается, оповещая о звонке. Это Ким Тэхён. Чон всё ещё на взводе после случившегося и отвечает резче, чем стоило бы:       — Да?       — Ого… — удивляется старший. — И тебе доброй ночи… — мужчина сразу начинает думать о том, в какой момент успел обидеть Чонгука, ведь парень ещё никогда не отвечал ему с пренебрежением — И что же случилось, расскажешь?       — Тэхëн, где ты?       — Что? — Этот вопрос внезапен.       — Чимин и Юнги приедут к тебе, так почему я не могу? — продолжает наседать он.       — Чимин слишком много болтает, Чонгук.       — Это не он сказал, а Юнги. — Чон не понимает старшего. — Разве это важно? Почему Чимин не должен был сообщать мне? Ты запрещаешь?       — Чонгук, всë не так… — сдержано пытается объяснить Тэхён.       — Если до тебя рукой подать, я тоже могу приехать, хëн. Я целый мир готов обойти ради встречи с тобой. Даже планировал отпуск за полярным кругом, считая, что ты, как Санта Клаус, живёшь на отшибе. А ты так близко — почти рядом со мной… Давай начистоту, ты не хочешь меня видеть? — Чонгук нервно покусывает губы, не представляя, что будет делать, если Тэ ответит: «Да».       — Ко мне пускают по пропускам и только семью, — внезапно выдаёт новую информацию мужчина. — Ты не сможешь пройти.       — Ты работаешь на каком-то секретном заводе, и тебе нельзя распространять информацию? — вслух предполагает Чон. — Хотя тогда бы там точно был интернет. Или нет?.. — он окончательно путается. — Тэхëн, ты учёный? — парень отчаянно ищет выход из ситуации.       — Чонгук. — Голос Кима становится строже. — В чём проблема? Я не обещал тебе встреч. Ни одной… Предупреждал, что увидеться мы сможем нескоро. Что-то не устраивает — я не заставляю тебя ждать или общаться со мной. Ты свободный и волен делать что вздумается.       — Что ты говоришь, хëн?.. — Чонгук вконец теряется. Тэхëн злится на него?..       — Добрых снов, Чонгук, — Ким не намерен продолжать, и парень ужасно пугается этого, вскакивает на ноги, начиная нарезать круги по комнате.       — Стой! Подожди, Тэ… — отчаянно. — Прости, хорошо? — Но слышит лишь молчание. — Я не ожидал такой новости — вот и всë. Потерял голову, потому что только о тебе и думаю, а тут оказывается есть шанс стать ближе… Я… — Чон растерянно подбирает слова. — Прости меня, я не хотел тебя расстраивать. И, да… Ты совершенно прав… Ведь в самом деле ничего не обещал мне… — договаривает, чувствуя, как досадно становится от этой мысли.       Тэхëн, по сути, ему никто. Просто голос из телефона, который сорвал Гуку башню и пробрался в сердце. Если не Чимин, наверное, Чонгуку стало бы казаться, что он и вовсе придумал своего Тэхëна. От одиночества. В фантазиях воссоздал потрясающего мужчину о котором мечтает каждую ночь.       — Меня всë устраивает. Я прошу прощения, — смиренно произносит парень, но голос его сухой и убитый, виноватый.       — Прости, я не могу дать больше, чем есть сейчас, Чонгук, — негромко и явным с сожалением отвечает Тэхён, когда наконец подбирает слова.       — Я всё понимаю, хён. Я слишком настырный… Больше не повторится. — Чон болезненно усмехается — Привязался к тебе сам, даже не думая о том, что ты, возможно, и не хочешь этих разговоров. Я смешон…       — Ты ведь знаешь, что это не так.       — Я люблю тебя… — интуитивно выдыхает парень признание впервые. — Мои чувства тебя ни к чему не обязывают… Я просто хотел это сказать… Хотел, чтобы ты знал: я серьёзен в своих намерениях по отношению к тебе. И не желаю оставаться свободным, как ты выразился…       — Повтори?..       — Это тебе ни к чему…       — Не это, Чонгук, — настойчиво перебивает его мужчина.       И парень только сейчас полностью осознаёт, что признался человеку в любви по телефону. Которого не знает лично. Которого никогда не видел. И не факт, что вообще увидит. Но он его полюбил…       — Я люблю тебя… — негромко повторяет Чон и затихает, а старший, прижимая руку к груди, старается не сойти с ума. — И что ещё за «Чонгук»… — передразнивает он мужчину. — Куда пропал «малыш»? — Парень шумно сглатывает, волнуется, надеется перевести тему, чтобы не было так пусто и неловко, ведь Тэхён молчит, и Чон совершенно не знает: хороший это знак или плохой.       — Малыш… — Тэхён выдерживает недолгую паузу и продолжает: — Ты очень дорог мне, — признаётся наконец. — Сейчас ты единственный, кого я рад слышать и слушать, и мне жаль, что я не могу тебя увидеть. Жаль, что могу звонить только по ночам. Жаль, что не могу дать ничего, кроме своего голоса и пяти непонятных лет. Я бы с удовольствием обнял тебя и уткнулся в волосы, и ты не представляешь, как много это значит для меня. Я буду стараться лучше для тебя, ладно?       — Извини меня, хëн, — искренне шепчет Гук, сожалея, что сорвался и нагрубил. — Это не столь важно, правда? Встречи не главное, а главное — мы есть друг у друга…       — Ты ни в чём не виноват… — Тэхён ощущает себя ничтожной микроскопической песчинкой в океане ежедневного безумства, ведь не способен изменить реальность, как и не способен дать Чонгуку что то большее, чем рваные эфемерные обещания — И ещё, малыш… Я тоже влюблён в тебя. Можешь верить моим словам.       И Чонгук, зажимая ладошкой рот, верит. Старается не расчувствоваться вконец и мечтает прижаться к своему хёну, чтобы спрятаться в его руках и остаться там навечно.       — Спасибо, Тэ… — шепчет, стирая сентиментальные влажные капли с щёк. — За эти слова…       — Тебе спасибо, мой малыш. Не плачь, всё будет хорошо. — Не зная, что делать и говорить сейчас, Тэхён чувствует, как собственная душа разрывается. Падают звёзды, падают слёзы, как и сердце… что ранено и одиноко скулит в ожидании тепла.       — Сейчас всё замечательно… — заверяет Чонгук. — Я счастлив… Я просто слишком счастлив.