Силуэты в пустоте

      Очень долго Тиарин игнорировала свою идею. В тот вечер она так и не смогла лечь спать, с тревогой обдумывая, стоит ли игра свеч. Ведь, чтобы вернуться обратно, ей придётся испачкать руки в крови невинных жертв, и не раз. Она помнила механизм вступления в Тёмное Братство, в игре при посещении Виндхельма ей повезло наткнуться на мальчишку с его таинством. Тем не менее, она достоверно не знала, происходят ли все события с точностью, как в игре, да и не хотела в этих событиях принимать участие. В конце концов, кто гарантирует, что Ситис вообще собирается возвращать девушку в свой мир?       Она не без сожаления изо дня в день выполняла свои обязанности в Коллегии. Убирала, стирала, протирала пыль и изредка навещала орка в его библиотеке. В обиталище магов также находилась некая странная женщина по имени Колетта. Она являлась мастерицей школы восстановления, однако с ней никто не хотел общаться из-за склочного характера и всеобщего неуважения к магии исцеления. В какой-то момент бедная колдунья от безысходности стала приставать и к рыжей уборщице, и та согласилась на пару уроков. В конце концов, способность лечить себя и других одной магией — полезное умение. Другие школы Тиа не сильно интересовали, поскольку она видела в них какую-то опасность, а вот против восстановления она ничего против не имела.       Уроки магии на некоторое время помогали отвлечься от роя неприятных мыслей, который захватывал её каждый раз во время монотонной и скучной работы, поэтому в свободное время девушка с радостью забегала в зал стихий и принималась за учёбу. Учитель из Колетты был не очень толковый. Ей не хватало терпения, чтобы обучать ничего не смыслящую в магии неумёху, и она периодически ругалась. Правда, потом извинялась. Кроме уборщицы с ней всё равно практически никто не общался, а портить хлипкую дружбу не хотелось.       Училась Тиарин без книжки, поскольку обучающие материалы выдавались только студентам, но со временем колдунья объяснила ей всё сама. У сотворения заклинаний было что-то схожее с рукоделием, только при этом ещё и требовалось уметь почерпнуть магическую энергию. Согласно общим представлениям, эта энергия просачивалась из некого Этериуса, пристанища аэдра, через солнечные лучи и насыщала атмосферу Нирна. Уровень «маны», который показывался в игре, на деле являлся максимальным количеством энергии, которую маг может «взять» и удержать под контролем. Это количество можно было со временем увеличивать, когда ты начнёшь контролировать магию лучше, но если резко попытаться прыгнуть выше головы, произойдёт всплеск магии, ведущий к непредсказуемым последствиям. Первые занятия девушку учили только находить эту энергию и удерживать её, а это было ой как непросто, для этого практически нужно было развивать шестое чувство.       Так что же общего у рукоделия и сотворения чар? Всё просто. У каждого заклинания был свой узор, который нужно было плести из собранной энергии. Ошибёшься — выйдет не то заклинание. А потом сплетённую энергию уже можно было применять, куда нужно. Вот Тиа и плела изо дня в день. Однажды ошиблась в узоре и выпустила из ладони струйку огня. Поначалу она испугалась, что обожжётся, но языки пламени никак не вредили её руке, только немного грели. А вот подол платья её учительницы пострадал сильнее. Крику было! Но на всякий случай девушка запомнила сотворённый узор. Опасно, но пригодится. Колетта рассказывала, что самые опытные маги мгновенно сплетают заклинания одной рукой, потому и колдуют так молниеносно.       Спустя несколько дней после похода в библиотеку Тиарин наконец свыклась со своим положением и стала задумываться о том, как она может поступить в данной ситуации. Вариантов получалось немного. Очевидно, что она могла просто отстрадать ещё долгое время, а потом забыть про свою старую семью и попытаться обустроиться в Скайриме, проведя все оставшиеся дни своей жизни здесь. Но этот вариант, если честно, ей совсем не нравился, а стойкий характер просто не давал смириться с поражением. Ещё девушка могла бы попытаться покончить с собой, чтобы больше не страдать и не нести скорбь через всю жизнь, но этот сценарий ею даже не рассматривался как возможный. Любая жизнь лучше смерти.       Наконец, оставался третий вариант, рискованный и необдуманный, именно тот, который пришёл ей в голову в тот роковой день. Нужно было каким-то немыслимым образом связаться с самим Ситисом и попытаться с его помощью вернуться домой. Но, как уже было понятно, с ним не было никаких путей сообщения, кроме Матери Ночи, с которой каким-то образом могло контактировать только Тёмное Братство. План был настолько бредовым и неоднозначным, что без тщательного обдумывания каждой детали тут было не обойтись. К тому же, возникал вопрос морали.       Готова ли Тиа наступить на горло своей совести и собственной рукой лишить жизни явно не одного человека, чтобы исполнить свою мечту и вернуться домой? Кто она такая, чтобы для своего блага жертвовать другими людьми, вершить судьбы? Именно эти вопросы она обдумывала, и именно эти вопросы мешали ей перейти от мысли к действию. В данной ситуации ещё и было не до конца понятно, выйдет ли всё так, как она задумывает, потому что Отец Ужаса переместил её в этот мир явно не просто так, а для какой-то цели. А если в его планы не входит возвращать рыжую девушку обратно?       Наконец, она решилась. Чтобы не мучиться, придумала себе отговорку: на тех людей, которых ей придётся убивать, делают заказы, и даже если бы она не принимала в этом непосредственного участия, жертвы бы всё равно пали от руки другого ассасина. Так себе оправдание, конечно, но иногда нужно просто выдумать соломинку, за которую можно уцепиться, чтобы найти в себе силы двигаться дальше. Теперь перед Тиарин стояли проблемы уже практического характера.       Итак, во-первых, она не умела сражаться. Прозвучало глупо, если знать, что девушка большую часть своей жизни провела в кружке фехтования, но одно дело — спорт ради развлечения, а совсем другое — схватка не на жизнь, а на смерть. В настоящей поножовщине будут биться не «до укола», а до убийства. Никто не будет поступать с ней честно. Возможно, противник будет использовать разное оружие или подручные предметы, вступать в рукопашный бой или колдовать, а Тиа даже никогда не приходилось иметь дела с рубящим оружием, она всегда сражалась на рапирах или шпагах. Радовало только, что у неё была хорошая реакция и физическая подготовка, но настоящим дракам нужно было ещё учиться и учиться.       Идём дальше. Всё может пойти не по плану, если вдруг события вокруг не будут соответствовать игровым. Тогда попасть в Братство будет вдвойне сложнее, туда явно берут не каждого убийцу. В игре всё строилось на том, что герой как бы забирает работу ассасинов себе и потом доказывает свою безжалостность, а без милого пушистого мальчика в Виндхельме это будет тяжело реализовать. Ещё одна проблема заключалась в том, что у девушки не было абсолютно никакого боевого снаряжения и оружия, а деньги на него при работе в Коллегии пришлось бы копить целую вечность, ещё и на разъезды по Скайриму нужно оставить запас. Сейчас у Тиа все накопления составляли около сотни септимов, это со своеобразными премиальными. Либо нужно было искать подработки, либо начинать свой криминальный путь с воровства.       Помощь пришла, откуда не ждали. В какой-то момент Мирабелла решила снарядить повозку в Виндхельм. В Винтерхолде не было своих полей и ферм, мало что росло на этой овеваемой всеми ветрами земле, а то, что росло, с недавних пор покоилось на дне моря Призраков. Поэтому приходилось раз в месяц отправлять экспедицию в ближайший город, чтобы пополнить запасы свежей провизией и снаряжением. Колдунья долго выбирала, кого бы отправить, и Тиарин в конце концов сумела напроситься сама. Все остальные обитатели Коллегии были заняты важными делами. Кто-то учился, кто-то проводил исследования, и решили отправить единственную местную прислугу. Снарядили телегу, раздобыли откуда-то чахлую лошадь и собрали девушку в дорогу. С ней вместе на поездку согласилась та самая Колетта, у которой по стечению обстоятельств почти никогда не водилось важных дел, а извозчика наняли специально на дорогу туда и обратно.       В день поездки Тиа проснулась во всеоружии. Все её скудные пожитки были собраны в небольшую дорожную сумку. Там лежали платья из того же комода, небольшой мешочек с деньгами, зеркальце, найденное во время работы где-то на полу (хозяйка так и не объявилась, иначе уборщица даже не подумала бы его забирать). Ещё она не поленилась взять с собой гребень и мыло, а также свои чрезвычайно важные записи. Если отключать эмоции, рассудком девушка всё прекрасно осознавала и понимала необходимость действовать. Но как только в дело вступали чувства, она буквально сходила с ума от страха, стыда и тревоги.       Уже примерно с час Тиарин наворачивала круги по своей комнате и хваталась за голову. Гораздо проще строить планы, чем приводить их в жизнь, не так ли? «Как же так… неужели я правда способна?» — думала она с отчаянием, — «Я правда собираюсь это сделать? Попытаться вступить в Тёмное Братство? Я собираюсь убивать людей?» Но время от времени голос разума отвечал: «Это нужно, жизненно необходимо, если ты хочешь хотя бы попытаться вернуться.» А она очень хотела, всей душой мечтала увидеться с родными и выбраться из такого странного и опасного Тамриэля.       В изнеможении девушка рухнула на кровать и уставилась в потолок. Да, это трудно, да, это жестоко и эгоистично, но она должна попытаться. Её родители наверняка с горя убиваются… Их ребёнок пропал в чужой стране, и совершенно неизвестно, что приключилось, жив ли он вообще и каким образом испарился среди бела дня. «Я делаю это ради них, а не ради себя… я делаю это ради них, а не ради себя…» — как мантру бормотала Тиа под нос, чтобы успокоиться. Она встала, словно зомбированная. Открыла сумку, покопалась в ней, выудила зеркало и взглянула на себя. Тёмно-зелёные глаза с решимостью посмотрели на неё из отражения. Да, она готова.       Ненадолго забежав в столовую, Тиарин набрала себе полную флягу чистой воды из кувшина, прихватила какое-то румяное яблочко и умчалась в зал стихий. Чуть не забыла о сумке! Пришлось возвращаться, а заодно можно было взять и тёплый непродуваемый плащ. Она металась по Коллегии, как ураган, и никто не мог понять такого колоссального оживления. А всё было просто: если хочешь что-то сделать, но боишься, просто отключай мозги и действуй на автомате. Девушка, дожёвывая яблоко, подбежала к Мирабелле и поздоровалась. — Ну что, готова отправляться? — спросила бретонка. Тиа не хотела грубить и разговаривать с набитым ртом, поэтому просто кивнула, — Замечательно! Вот, держи, это на все покупки, а что останется — твои наградные! И список ещё, там все нужные продукты… — колдунья слегка улыбнулась рыжеволосой девушке, протягивая увесистый мешочек со звенящими монетками и свёрнутый пергамент. Уборщица попыталась на вес прикинуть, сколько в мешочке денег, но Мирабелла опередила её мысли, — Тут полторы тысячи септимов. Более чем достаточно, я думаю. — Эм-м-м… — протянула Тиарин, не в силах поверить в услышанную цифру. Сколько-сколько, ещё раз? — Спасибо за доверие, до свидания!       Быстро вручив поджидающей Колетте деньги и бумажку, девушка решила напоследок забежать в ещё одно место. Конечно, она понеслась в Арканеум, попрощаться с орком. В её планы определённо не входило ещё когда-нибудь возвращаться в Коллегию. Винтерхолд был самой настоящей дырой, и здесь было невозможно хоть как-то продвинуться по своему плану, а значит, в обратный путь целительница поедет уже одна. Библиотекарь сидел за своим столом, рассматривая какую-то диковинную и явно древнюю книгу. Наверное, ученики притащили из каких-нибудь развалин. Увидев Тиа, Ураг гро-Шуб сначала попытался улыбнуться, а затем фыркнул и, не глядя на посетительницу, поздоровался. — Ну привет. Опять пришла мои запасы разворовывать, малявка? — стыдно признаться, но старый колдун был в какой-то степени прав. — Не совсем. Я уезжаю достаточно надолго, хотела зайти, попрощаться и попросить кое о чём, — девушка подняла умоляющие глазки на орка. — Ну, что ещё? Книги с собой не дам, не надейся. — У вас не найдётся лишней карты Скайрима? Мне недалеко, конечно, но вдруг заблужусь… и пустой блокнот. И перо ещё. И чернила. Пожалуйста.       От такого запроса библиотекарь разразился целой ворчливой тирадой о неблагодарной молодёжи и его отнюдь не бесконечных запасах, но, тем не менее, вскоре со вздохом поднялся и стал рыться в ящике стола. Через некоторое время Тиарин держала в руках целый набор юного писателя и чистенькую карту Скайрима, аккуратно сложенную в несколько раз. Её лучше не терять, пригодится всё-таки, путь предстоит долгий. На ней были отмечены только достаточно крупные населённые пункты, названия некоторых природных объектов и границы владений, но для начала этого было вполне достаточно. — Спасибо большое, господин гро-Шуб! — со всей возможной признательностью воскликнула девушка, — До встречи! — и, помахав напоследок ручкой, скрылась за дверью.       Со всей возможной осторожностью Тиа положила канцелярию в дорожную сумку и кивнула Колетте. Вместе они вышли из дворика и оказались у старого потрёпанного моста. Его нужно было преодолеть пешком, потому что повозка бы тут не проехала, и две фигуры спешно пошли вперёд. Рыжая девушка всеми силами боролась с желанием покрепче ухватиться за свою спутницу и зажмуриться, потому что вид с моста открывался одновременно и завораживающий, и жуткий. Сейчас она находилась на невероятной высоте над морем, а местами отколотая плитка по краям моста совсем не внушала уверенности. Тем не менее, смотреть вниз было хоть и страшно, но очень интересно. С такой высоты море казалось тёмно-синим и спокойным, а обледенелая местность, видневшаяся вдалеке, открывалась взору, как на ладони.       Вскоре жуткий участок остался позади, и Тиарин с облегчением уселась в шаткую повозку, на козлах которой восседал укутанный по самые острые уши данмер. Только эльфы в Винтерхолде соглашались хоть как-то помогать Коллегии, норды же с опаской относились к магам, а некоторые и вовсе презрительно плевались, когда экипаж проезжал мимо их дома. Хоть при первом взгляде на карту и казалось, что до Виндхельма рукой подать, на деле путь предстоял трудный и неблизкий. Между двумя городами находилась гора, взбираться на которую было себе дороже, поэтому мощёная дорога пролегала в обход. Повезло, что сегодня, ко всеобщему удивлению, не было метели. Видимо, приближалась весна.       Половина дороги прошла в мучительных раздумьях. Они отступили на время утренней суеты, но, когда все дела оказались попеределаны, снова настигли несчастную Тиа. Она смиренно терпела все колдобины, отбила себе задницу, наверное, до лиловых синяков, а душевная боль всё не утихала. Когда находишься в бездействии, тоска так и норовит тебя съесть. Девушка в лёгком оцепенении разглядывала заснеженные склоны и поля, не столько восхищаясь, сколько пребывая в своих мыслях. Колетта заметила подавленное состояние своей спутницы и решила её чем-то завлечь. И вот, уже пара часов была убита на то, чтобы научиться ставить обереги. — Да нет же, не так! Слушай сюда, Магнус тебя побери, — скандалила колдунья, до сих пор не привыкшая к невежеству своей ученицы. Она делала плавные и медленные движения пальцами, и было видно, как за ними тянутся ниточки энергии, — Сначала делаешь петлю, затем ведёшь вот сюда… смотришь? Внимательно смотришь? Тут нужно сделать пальцами веер, смотри, во-от так… и затем ты этим веером очерчиваешь круг, ну, вроде щита получается, поняла? А ну, ещё раз пробуй!       Девушка пробовала и пробовала, пока конец не смогла запомнить все мельчайшие действия, которые нужно было сотворить, чтобы защитить себя от заклятия. Колетта аргументировала так: «Раз уж ты не хочешь с помощью магии воевать, ты должна уметь защищаться от чужих нападок». В целях закрепления материала Тиарин зарисовала узор в свой свеженький блокнотик, как только они ненадолго оказались на ровном участке дороги. Следом были записаны «Исцеляющие руки» и простое «Лечение», а также была сделана пометка об огненном заклятье. Словом, оставшийся путь было, чем заняться.       Поскольку дорога шла вокруг горы, с её склонов время от времени спускались разные дикие животные. Им повезло, и на пути встретилась только пара волков. Когда это произошло, лошадь встала на дыбы и чуть не опрокинула возницу, но стойкий данмер не только удержался, но и щёлкнул рычащую тварь хлыстом, отчего та завизжала и бросилась наутёк, увлекая за собой своего дружка. Словом, ни с кем сражаться не пришлось, и на этом спасибо. К Виндхельму путники добрались уже ближе к ночи. Уставшие, голодные и злые женщины оставили бедного извозчика у конюшен, а сами, чертыхаясь каждая на свой лад, пошли по мосту уже к воротам другого города. — И что им неймётся с этими мостами… — стенала Тиарин, едва переставляя ноги и изнемогая от боли в ягодицах, — Нет бы всё на одном берегу построить, надо обязательно мост…       Из нечленораздельных ругательств Колетты было понятно, что она полностью разделяет мнение своей юной ученицы. По итогу было решено хорошенько отоспаться в таверне, а с самого утра отправиться на рынок за покупками, чтобы не терять времени зря. Стражники у ворот даже с некоторым сочувствием оглядели двух путниц и без лишних разговоров открыли перед ними двери в город.       Да, вот это уже и правда можно было назвать настоящим городом! До этого Тиа не осмеливалась даже за пределы Коллегии выйти, а тут — целый новый населённый пункт! Она оглядела причудливые барельефы на внешних стенах, бесконечные лестнички, уходящие во все стороны, и огромные каменные чаши, в которых бесновался огонь. Виндхельм завораживал своей суровостью, неприступными каменными строениями и воинственным орнаментом на стенах. Девушка со всей уверенностью сказал себе, что точно здесь заблудится, если будет гулять одна, но порадовала единственная вещь — двери в таверну «Очаг и свеча» располагались прямо напротив входа в город, не пропустишь.       Представители Коллегии бесцеремонно завалились в тёплое помещение и тут же принялись растирать отмороженные уши, даже забыв для начала поздороваться с хозяйкой. Женщина терпеливо подождала, пока Тиарин и Колетта не придут в себя, а затем со всей возможной вежливостью спросила: — Меня зовут Эльда, чем я могу вам помочь? В таверне «Очаг и свеча» всегда рады новым посетителям. — Комнаты нам. Две. На одну ночь, — стуча зубами, отрывисто проговорила колдунья, всё ещё находящаяся в небольшом нервном напряжении после тяжёлой дороги. Она достала из кармана пару десятков монет и оставила на прилавке, а Тиа обрадовалась — ей платить не придётся. — Сию минуту, я провожу вас в покои, — обворожительно улыбнулась Эльда и повела посетителей в коридор. Она явно хотела поделиться какими-то новостями, но благоразумно решила промолчать, видя раздражённые лица гостей, — Вот, прошу.       Не в силах больше ни о чём думать, уставшая и выжатая как лимон рыжая девушка едва проковыляла в комнату, закрыла за собой дверь и прямо в одежде рухнула на пружинистую кровать. Она не могла даже переодеться или зажечь свечу, не в состоянии была даже думать, и поэтому практически моментально провалилась в крепкий беспробудный сон. Вот, в чём заключается польза усталости — ты настолько выбиваешься из сил, что нет даже возможности погрустить и пожалеть себя. Удобно, не правда ли?       Проснувшись с утра, Тиарин сначала не поняла, где вообще находится. Стены комнаты были обиты деревом, кровать была мягче, да и воздух оказался не таким прохладным. Ощущая, что отлежала себе всё, что можно, девушка со стоном попыталась перевернуться с живота на спину, но задница отозвалась ноющей болью. Ах да. Поездка. С превеликим трудом сумев сесть на край кровати, она поискала глазами свою дорожную сумку и обнаружила её недалеко от хлипкой деревянной двери. С ужасом для себя путешественница обнаружила, что рухнула спать не под привычные тёплые шкуры, а просто сверху, даже не потрудившись раздеться или снять сапоги. По́том от неё несло, наверное, за версту, запашком похуже мог похвастаться, наверное, только тролль, и то не каждый.       Ощущения были такие, словно выползаешь с того света. Тиа медленно поднялась и первым делом отправилась за стойку к хозяйке таверны, чтобы спросить о ванной. Та не без сожаления оглядела побитую жизнью путницу и отвела её в подсобку. Там располагалась дверь в купальни. В Скайриме водопровода, конечно, не было, поэтому мылись люди обычно либо в банях, похожих на традиционные русские, либо в деревянных «ваннах», для которых специально грели воду. В нашем случае это оказался второй вариант. Девушка осталась один на один с деревянной лоханью, наполненной горячей водой, мылом и парой полотенец. Сложив на скамью чистую одежду и сняв грязную, Тиарин приступила к процедурам.       Вышла из ванной она уже будучи чистой и бодрой. Тёплая вода даже обрадовала её, дала сил жить и смыла противную дорожную пыль. Рыжая девушка приблизилась к Эльде и насыпала ей на стойку сразу пару десятков монет. Во-первых, она попросила постирать её вещи, во-вторых, заплатила за то, чтобы продлить её комнату на день. Со всеми делами до вечера она явно не управится. Ну и, в-третьих, хотелось перекусить. Хозяйка радостно приняла к сведению поручения, утащила куда-то в подсобку несвежее платье Тиа, а вернулась уже с дымящейся тарелкой супа и ломтём хлеба. Путешественница села недалеко от стойки, чтобы с наслаждением позавтракать, и завела непринуждённый разговор с Эльдой. — Спасибо за суп! Что слышно в последнее время в Виндхельме? Какие новости? — Ой, новостей уйма, даже не знаю, с чего начать… — запричитала женщина, взмахивая полотенцем, — С приезда Ульфрика тут начали происходить жуткие вещи, ужасные-ужасные…       Так, значит, Буревестник вернулся? Это становилось интересным. Можно сделать сразу несколько выводов: «Привет, драконы!» и «Слава Богам, я не Довакин» — таковы были первые мысли, которые пришли в голову. А потом посетила ещё одна. Не значило ли это, что текущие события в точности повторяют игру? — И что же происходит? Расскажите, вдруг чего бояться стоит… — Тиарин с неподдельным интересом заглянула в глаза хозяйке таверны и отправила в рот первую ложку супа. Густой, на мясном бульоне, он приятной тяжестью опустился в пустой желудок. — Ой, милая, вот тебе-то уж точно стоит, такая красивая, молодая… — снова принялась вздыхать Эльда, вытирая столешницу, — Маньяк у нас завёлся, Мясником зовут. Уже три тела нашли, и все молодые девочки, одна даже маленькая, как ты! Стража ищет мерзавца, конечно, а толку-то, толку… — Так, этого мне ещё не хватало… — пробурчала себе под нос Тиа, живо представляя себе жуткую картину растерзанных красавиц, — Надо бы мне быть поосторожнее, спасибо. А ещё что? — Дракон недавно пролетел, да такой огромный, что тенью от своих крыльев весь Виндхельм накрыл! Но он на нас не напал, слава Богам, пронесло… — хозяйка задумалась, а потом всплеснула руками, — А, вот ещё что! Рядом с дворцом есть дом, проходит как бы аркой над дорогой, к нему лучше не приближайся! Там раньше жила прекрасная госпожа Аретино, земля ей пухом… а теперь ходят слухи, что её сын, Авентус, сошёл с ума и творит Тёмное Таинство! Ужас, да и только. Смутные времена настали, воистину смутные…       Пока женщина продолжала вздыхать, Тиарин отдала ей уже пустую тарелку от супа, проверила дверь в комнату колдуньи — заперта, значит, уже закупается — и отправилась на рыночную площадь. Насколько она знала, нужно было выйти из таверны, спуститься к воротам и повернуть направо, а дальше уже будет небольшой базарчик. Да, конечно, небольшой! Площадь оказалась куда шире, чем ожидала девушка. Лавочки стояли, тесно прижавшись друг к другу, а гвалт стоял такой, что закладывало уши. Она чуть не сошла с ума, пытаясь в толпе покупателей разглядеть Колетту, но вскоре ей это удалось. Она ходила от лавки к лавке и, сверяясь со списком, заказывала разные продукты сразу с условием, чтобы их загружали в телегу у конюшни. — А вот и ты! Я уже думала, что не проснёшься до обеда. Я уже почти всё купила, остались только овощи… — колдунья проверила, сколько осталось денег в мешочке, и присвистнула, — Ну и бюджет нам выделили! — Слушай, а можно мне, ну… — Подожди, сейчас закуплю овощи, и остаток твой, мне деньги ни к чему, — фыркнула Колетта и принялась объяснять торговке, что именно ей нужно и в каком количестве. Через некоторое время целительница обернулась и вручила оставшиеся септимы в руки своей спутницы, — Вот, держи, всё твоё. Погуляй пока, а выдвинемся вечером, чтобы приехать назад засветло.       С этими словами колдунья куда-то испарилась, оставив Тиа в одиночестве на оживлённой площади. В голову ей пришла идея. Наверняка не раз придётся вскрывать замки по пути к своей цели, ведь так? А для этого нужны отмычки и сноровка. План в голове сформировался быстро. Она отыскала какого-то торговца, выглядящего максимально подозрительно, — каджита с устрашающим оскалом — и тихонько обратилась к нему. — Чего х-хочет деф-фочка? — прошипел зверолюд, наклоняясь к ней поближе. Ростом он явно выдался, да и кошачий акцент у него был выразительный, — У меня с-сдесь мно-ого вс-сяких штуш-чек! — Извините, — Тиарин понизила голос, — Мне нужны отмычки, да побольше, желательно. — О-о, ма-аленькая вороф-фка? — каджит оскалил зубы в хитрой улыбке, — По септиму с-са дфе штуш-чки, деф-фочка.       Рыжая девушка вывалила на прилавок десять септимов и сгребла в кулак горстку маленьких железных прутиков. «С-са сш-чёт заф-федения» торговец дал ей небольшое шило. Кажется, она помнила, зачем оно используется, поэтому не стала задавать лишних вопросов и запихнула покупки в карман. Только поинтересовалась, где здесь кузница, и моментально ретировалась в её направлении. Едва не запутавшись в поворотах, она практически сразу наткнулась на бородатого сурового норда, который точил кинжал на специальном камне. — Чего надобно, девчонка? — неприветливо обратился к ней кузнец, на долю секунды смерив её взглядом, а потом снова отвернувшись к кинжалу. — Я бы хотела купить оружие, — Тиа задумалась. Она не представляла, что лучше взять, поэтому выпалила наугад, — Что-нибудь небольшое и лёгкое, вроде кинжала. Для самообороны. Чтобы и носить его было легко, и руке нетрудно было. Сами понимаете, времена нелёгкие.       Норд не захотел отвлекаться от работы, поэтому подозвал какую-то девушку-помощницу и велел ей заняться клиентом. Она отвела путешественницу к лавке, смерила её оценивающим взглядом и достала из сундука под прилавком небольшой стальной обоюдоострый кинжал. Оттуда же достала и ножны, подходящие под его размер, а затем дала Тиарин опробовать оружие. Рукоять легла в ладонь, как влитая, и кинжал весил всего ничего, поэтому девушка могла без труда с ним обращаться. — Ох, дорогая, у нас сталь не хуже, чем в Небесной кузнице, за это не беспокойся, — сказала помощница кузнеца, заметив оценивающий взгляд, — За кинжал с ножнами попрошу пятьдесят монет.       Пока Тиа отсчитывала деньги, нордка быстро заточила оружие небольшим камнем, вложила его в ножны и вручила покупательнице. Сделка состоялась, и оставался последний пункт текущего плана, самый неприятный и морально сложный. Возвращаясь к таверне, девушка пребывала в раздумьях, вертя в руках ножны с кинжалом. Вот и оно — её оружие, с которым придётся убивать первых жертв. Это осознание вызывало у неё смешанные чувства. С одной стороны, она очень сожалела о том, что ей придётся сотворить. С другой стороны, кинжал в руках не оставлял сомнений — пути назад нет.       Пребывая в прострации, Тиарин едва не прошла мимо таверны. Она захлопала глазами, бессмысленно уставившись на дверь, но затем одёрнула себя и вошла внутрь. Девушка решила не покупать броню. Она не умела её подбирать, да и не знала, сможет ли позволить себе такую роскошь. Нужно ведь было оставить небольшие накопления ещё и на тот случай, если придётся разъезжать по всему Скайриму! Рыжая путешественница прошла по коридору к комнатам, коротко кивнув Эльде, и постучалась в дверь по соседству от своей. — Да, входи, — отозвалась Колетта. Женщина уже примеряла дорожную одежду и проверяла пожитки. Дело шло к вечеру, — Ох, что это у тебя? Ножны? Правильно, пригодится… — Слушай, Колетта, — как можно спокойнее попыталась начать Тиа, неуверенно переступая с ноги на ногу. Ей совсем не хотелось бросать свою новую подругу и наставницу, но того требовали обстоятельства, — Я не поеду назад. Мне накоплений хватит, чтобы уехать обратно в Фолкрит и начать новую жизнь, я… в общем, я не буду возвращаться в Коллегию. Спасибо тебе за всё. — Ох, девочка моя… — колдунья с сожалением посмотрела на неё, не зная, какие слова подобрать. Она ещё немного помолчала, прежде чем сорваться с места и обнять девушку, — Поступай, как будет для тебя лучше, я всё объясню Мирабелле. Только чтобы без глупостей! Если узнаю, что ты попала в неприятности, я лично приеду и дам тебе по шее! — она сделала серьёзное лицо и погрозила пальцем, — Какой твой дальнейший план? — Переночую здесь ещё раз и поеду, — пожала плечами Тиарин, стараясь играть свою роль как можно убедительней, — Мне в этой холодрыге задерживаться незачем.       Ещё пара минут объятий, потом проводы до повозки и печальное прощание. Всё это время Тиа пребывала в сомнениях. Она соврала сейчас своей подруге, она собирается ступить на опасную тропу, у неё, чёрт возьми, под плащом на поясе висят ножны! «Что с тобой стало?» — крутилась единственная мысль в голове, не давая возможности адекватно воспринимать реальность. Нет, ей уже не было страшно, не было тревоги или сожалений, все эти чувства трансформировались в тягучую и всепоглощающую печаль. Её участь была незавидна, будущее темно и тернисто, а дальнейшие вещи, которые ей придётся сделать, были противны и аморальны. Но дороги назад не было. Проводив взглядом удаляющуюся обратно в Винтерхолд повозку, Тиарин в последний раз мысленно попрощалась со всеми знакомыми из Коллегии, даже с противным талморцем, и направилась обратно в город.       Был уже поздний вечер, но девушка не собиралась возвращаться в таверну. Она прошла мимо, повернула направо, поднялась по ступенькам и вдалеке увидела в точности такой дом, каким его описывала Эльда. Навстречу ей шёл хмурый стражник без шлема, который оглядел её с ног до головы и печально вздохнул. Когда Тиа уже почти с ним разминулась, она почувствовала тяжёлую руку на плече и с замиранием обернулась на представителя закона. — Шла бы ты отсюда в тёплое место. Прямо там, — стражник указал на левую дверь «арочного» дома, — Жуткие вещи творятся. Уже который день все обходят дом стороной. Ещё и маньяки… — С-спасибо, — девушка уже успела подумать, что чем-то вызвала подозрения, поэтому язык начал заплетаться.       Дождавшись, когда мужчина скроется за поворотом после лестницы, Тиарин тенью прошмыгнула к левой двери и попыталась тихо потянуть на себя. Не открывается. «Ч-чёрт, а ведь надеялась, что отмычки не пригодятся…» Она вставила шило в верхнюю дырку, снизу просунула отмычку и стала шаманить, наклоняя её в разные стороны. Устройство замка ей было примерно понятно — нужно было поймать правильное положение отмычки, при котором она совпадет с бороздкой, и провернуть механизм. Получилось это только с третьего прутика. Каждый раз было страшно, что железка останется в замке, и попасть внутрь будет уже нереально. Повезло только, что по улице и правда никто не ходил.       Наконец, замок щёлкнул, и рыжая девушка аккуратно потянула дверь на себя, стараясь не шуметь. Затем она тихонько проскользнула внутрь и закрылась. В нос ударил сладковатый густой запах. Захотелось закашлять от духоты, но Тиа сдержалась и закрыла нос двумя пальцами. Неужели маленький мальчик и правда повторил все те ужасы, что указаны в описании ритуала на той бумажке? В дальней комнате слышалось какое-то бормотание. Для пущей таинственности натянув капюшон, девушка поднялась по лестнице и собралась с духом. Пора входить в роль. — Тебя услышали, — глухо проговорила она, выходя на середину главной комнаты. Из бокового проёма к ней буквально вылетел мальчик. Ещё совсем ребёнок! Тиарин покосилась на комнату, откуда он вышел, и тут же отвела глаза, чтобы её не вырвало. Там лежал человеческий скелет. — Вы пришли! Я столько просил, и вы пришли! Тёмное Братство пришло! — Авентус едва ли не скакал на месте от радости, его глаза светились в нетерпении. — Говори быстрее, кого ты хочешь заказать, — девушка просто хотела поскорее смыться из проклятого места. — Грелод. Грелод Добрую, — когда мальчик произносил это имя, у него даже лицо скривилось, — Ни черта она не добрая, вот, что я скажу! Эта старая карга владеет сиротским приютом в Рифтене. Вы бы знали, как она обращается с детьми, так любой бы захотел её прикончить! Я сбежал и… — Я поняла тебя, — прервала его Тиа. Она кивнула в знак согласия и поспешила к лестнице. Совсем не хотелось находиться в одном доме с настоящим скелетом. — Спасибо! Возвращайтесь, я обязательно заплачу! — донеслось ей вслед.       Ещё полчаса девушка не могла прийти в себя, сидя в своей комнате. Тёмное Таинство выглядело так же отвратительно, как и было описано в найденной записке. Её мутило, есть не хотелось, эмоциональное потрясение вообще настигло её только тогда, когда она вернулась в «Очаг и свечу». До этого момента Тиарин нервничала, что её заметят и поймают, и было совсем не до переживаний. А сейчас вся тяжесть проблем обрушилась на неё с новой силой. Что же дальше? Какие ещё отвратительные сюрпризы её ждут? И думать не хочется…       Под покровом ночи Тиа собрала свои пожитки и незаметно для Эльды выскользнула из таверны. Она не собиралась больше терять времени и вообще хотела смыться из проклятущего города побыстрее, пока ею не заинтересовался ещё и маньяк. Она вышла за ворота, прошла мост и остановилась у конюшен. Возницы у свободной телеги не было. Тогда девушка вошла в пристройку у конюшен и, к своему облегчению, обнаружила спящего на лавке норда, по-детски подложившего сложенные «лодочкой» руки под щёку. Пришлось растолкать беднягу. Тот сначала недоумённо похлопал глазами, потом недовольно сощурился и поднялся. Тиарин потрясла мешочком с деньгами у него перед глазами, и всё недовольство как рукой сняло. — Ну, куда едем? — спросил возница, укладывая свои вещи в телегу под лавку. Тиарин уселась в неудобную повозку и поплотнее запахнула плащ. — В Рифтен.