Гайдзин

– Да пошёл ты на хер, хрен узкоглазый! – крикнул в приоткрытое окно Кимура, выставляя средний палец. Оравший что-то про нарушение правил водитель резко заткнулся, услышав русскую речь и, закрыв окно, насупился, уставившись вперёд. Сёрито поступил аналогично, только не сделал обиженный вид, а лишь недовольно постучал пальцем по рулю машины, смотря на образовавшуюся впереди пробку. – Какого хрена вообще? Сегодня же, вроде как, выходной день. Или нет? Чёрт, куда я телефон подевал? – зашарил по карманам в поисках мобильника офицер, никак не находя оного. Затем замер на мгновение и, хлопнув себя по лбу, ругнулся: – Ксо! Я же его дома, на кровати и оставил! Вот же, бестолочь! Ладно, времени ещё достаточно, – бросив короткий взгляд на часы, сказал себе под нос мужчина и надавил клаксон, надеясь, что застрявший на одном месте поток машин наконец-то сдвинется с места. И произошло чудо! Они действительно начали медленно, но верно двигаться и, спустя примерно минут сорок, Кимура заезжал на территорию их организации, приветственно кивнув охраннику на въезде. Припарковав машину на своём законном месте (ох, как же долго он втолковывал наглым бойцам и просто работникам, что чужие парковочные места занимать – грешно и чревато последствиями), запер машину и быстрым шагом, переходящим на лёгкий бег, добрался до входа в офис. На ресепшене сидела милая девушка, что была лет на десять младше самого Кимуры, отчего тот позволял себе обращаться к ней, как к младшей сестрёнке. – Доброе утро, Кимура-сан. А вы зачем к нам в офис решили заехать в свой выходной? – удивлённо воскликнула девчушка, хлопая глазами и выгибая аккуратно выщипанную бровку – Да вот так, Михо-тян, соскучился по всем вам, что аж целую ночь не спал, крутился. – усмехнулся мужчина, подбегая к лифту и нажимая кнопку вызова – Шеф на месте? – Да, общается с клиентом. – слегка покраснев от обращения, ответила с запинкой девчушка, – Вытянул вас с отдыха? – Ага. Я у них незаменимый. «Таких людей, как вы, в нашей стране не найти!», – передразнил начальство Сёрито, постукивая ногой и ожидая прихода лифта, – А что им мешает навести контакты и переманить людей из других стран, с таким же опытом, как у меня? Я уверен, таких, как я, немало. – Вам же известно, Кимура-сан, что наша корпорация открылась совсем недавно и должными связями мы ещё не обзавелись. – пожала маленьким плечиком Михо. – Ну да, кому, как не мне это знать, если я – один из первой волны бойцов, пошедших к вам на службу. – очередная усмешка перечеркнула лицо старлея, после чего он уже тише добавил: – Даже тут себя на «гражданке» не нашёл. – Что, простите? – встрепенулась девушка. – Говорю, красиво выглядишь сегодня. – подмигнул ей Кимура и, рассмеявшись от вида вспыхнувшей от смущения Михо, вошёл в прибывший лифт. Ткнув в кнопку нужного этажа, облокотился на дальнюю стенку лифта и, скрестив руки на груди, задумался. – Ксо! Забыл спросить, какой сегодня день недели. – качнул головой мужчина, смотря на открывшуюся панораму города в прозрачную стенку лифта, – А, хотя, какая разница? Раз такие пробки в городе, наверняка какой-то будний. Эх, ещё жрать охота. – вдруг напомнил о себе организм военного, путём возмущённого бурчания в животе, – Ну, раз Токита-сан вытащил меня из дома, заставив, тем самым, отложить самый важный приём пищи в моём дне, значит, пусть кормит. Кивнув принятому решению, больше до конца подъёма Сёрито ни о чём не думал, и когда лифт остановился, открывая двери, взгляду его предстали двое: довольно высокий, примерно одного роста с Сёрито, (его рост составляет два метра) сухощавый, но всё ещё крепкий мужчина в возрасте, одетый с иголочки. Этим мужчиной и был шеф Кимуры, Токита Корин. Почему же у, вроде бы, японца такой рост? Да всё просто. Его мать была японкой, а отец – украинцем. Возможно, это был решающий фактор того, почему же шеф всё-таки взял без рекомендаций бывшего офицера Российской Федерации, непонятно по какой причине свалившего с материка на пусть и большой, но остров. А ведь, поначалу Никита вообще жил практически без условий, перебиваясь подработками, которых еле хватало на оплату комнатушки и минимума еды. Поэтому, несмотря на все недовольства, Сёрито был благодарен этому человеку и, по возможности, старался выполнять просьбы, тем более, шеф никогда не был скуп. Рядом же с Токитой-саном стоял, глядя на собеседника снизу-вверх, толстый, одетый в дорогой костюм от «Brioni» с кучей украшений по всему телу (даже по несколько перстней на каждом пальце) чистокровный японец с таким выражением на лице, будто кто-то под нос ему суёт тарелку с дерьмом, а отодвинуться от неё не было возможности. «Ну теперь понятно, почему вызвали меня. Клиент потребовал самых лучших, а если таких ему не подать – будет скандал. Господь, если ты там сидишь и всё видишь – скажи, это моё наказание за прошлые грехи?», – мысленно простонал Раскольников, обращаясь к всевышнему. Но тот, как всегда, был глух к мольбам и вопросам, поэтому промолчал. – А, Кимура-сан, вы как раз вовремя! – обрадованно сказал шеф, увидев прибывшего на лифте Сёрито, который не успел ретироваться обратно, но успел наметить движение, – Вот, уважаемый Матсухара-сан, это наш лучший работник, Кимура Сёрито. Кимура-сан, ну, что же Вы стоите, идите сюда, пусть уважаемый Матсухара-сан вас поближе рассмотрит. «Ксо, план побега полностью провалился. Приступаем к плану Б – улыбаемся и машем.» – чертыхнулся про себя старлей и, натянув на себя маску доброжелательного человека, вышел из кабины лифта, двери которого тут же закрылись, затем подошёл к двум госпОдам и, встав напротив них по стойке «вольно», замер. Толстяк же, представленный как Матсухара, внимательно его осмотрел, поморщился, поняв, что перед ним очередной «не-японец», затем снова сделал выражение лица, будто нюхает дерьмо, и обратился к шефу: – Вы хотите, чтобы вот этот... «Ну, ёкарный бабай, мало того, что урод с высоким чувством собственного величия, так ещё и голос противный.» – грустно вздохнул про себя Сёрито, едва заметно морщась от скрипучего, с подвизгиваниями, голоса жиробаса. Токита бросил предостерегающий взгляд на подчинённого, хотя в глубине глаз шефа отражались искорки смеха. – Гайдзин охранял меня, Матсухару Тетсуо?! Да мне кажется, что Вы насмехаетесь надо мной, Токита. Хотите, чтобы я обратился, куда нужно, и вашу лавочку, которая едва держится на плаву, прикрыли? Если же нет, требую, чтобы вместо этого… Недоразумения был настоящий профессионал! – с запалом проскрипел жирдяй, активно размахивая руками и распространяя вокруг себя смесь дорогого парфюма с потом. Кимура ничем не выдал, что ещё бы чуть-чуть – и этот хрен с горы полетел с 15 этажа прямо на асфальт, расплескивая вокруг себя тонну жира и крошечный мозг. Шеф же, уже давненько зная старлея, снова кинул взгляд на мужчину и едва заметным жестом показал, чтобы тот не вмешивался. «Да если я ещё и вмешаюсь, то точно не выдержу и придушу нахрен этого узкоглазого.» – так же взглядом ответил на жест Сёрито бывший офицер, и продолжил стоять с непробиваемой миной на лице. – Простите, уважаемый Матсухара-сан, но я даже не думал хоть как-то Вас обидеть и, тем более, посмеяться над Вами. Я сказал Вам правду, Кимура-сан – наш лучший сотрудник. Людей с таким опытом, как у него, в нашей стране и не сыщешь. Недаром остальные мои сотрудники прозвали его Рейдзи. – Рейдзи? – уже другим взглядом посмотрел на Раскольникова толстяк, с такой… Лёгкой опаской, – И почему же именно так? Не похож он на сумасшедшего. Да и таких запрещено брать на подобные… Места. – Потому что он русский, – ответил Токита, улыбнувшись уголком губ. – Но они же – варвары, что они могут? – пренебрежительно бросил жиробас, даже не удосужившись посмотреть на Кимуру. А зря. Ибо в глазах того уже полыхала едва сдерживаемая ярость, а сжатые до хруста побелевшие кулаки едва сдерживались, чтобы не размазать эту тупую гору жира по всему этажу. Лишь периодически бросаемые взгляды шефа сдерживали бойца от необдуманных поступков, а холодный разум внутри старался остудить пыл быстро закипающего офицера. «Спокойно, Никитос, ты прекрасно знаешь, как к нам относятся за бугром, ничего удивительного, что этот коротышка именно так пренебрежительно думает о нашей нации. Забей на него болт, как ты обычно делаешь, и просто выполняй свою работу. Держи голову холодной.» – говорил себе мужчина, стараясь успокоиться, что у него кое-как получилось. К сожалению (ну или к счастью, для одного маленького жирного навозного жучка), пока шёл этот внутренний монолог, шеф смог договориться с толстяком о контракте, поэтому они вдвоём уже двигались к лифту. А в тыл к ним пристроился и Сёрито, всё также сохраняя на лице маску бесстрастного и отчасти туповатого телохранителя, какую он обычно носил, если попадался подобный… Клиент. Войдя в лифт следом за шефом и будущим объектом охраны, мужчина нажал на кнопку первого этажа и, продолжая стоять по стойке «вольно», уставился в панель с кнопками. – Кимура, скажите, Вы воевали? – вдруг неожиданно проскрипел толстяк. – Да – не проявляя эмоций, ответил офицер. – И, если не секрет – то где? – продолжал скрипеть голос. – Вторая Чеченская и Грузия. – И всё? – Вам этого мало? – медленно повернул голову Сёрито в сторону говорящего, слегка приподнимая бровь, но продолжая «держать лицо». Матсухара лишь пожал плечом и замолчал, уставившись в панорамную стенку лифта. Раскольников же перевёл взгляд на шефа и улыбнулся его одобрительному подмигиванию. Наконец, кабина прибыла на первый этаж, двери распахнулись и Кимура, выйдя первым, пропустил ведомых вперёд, неотступно следуя за ними до самого выхода на улицу, где толстяк-Матсухара, усевшись в представительский Мерседес, не проронив ни слова, укатил. Два облегчённых вздоха разорвали наступившую тишину, а затем, переглянувшись, мужчины засмеялись. – Н-да, Токита-сан, подсунули Вы мне очередного «проблемного» клиента. Что, правда нет других старших групп, кто взялся бы за охрану этого мешка с деньгами? – улыбаясь и всё ещё посмеиваясь, спросил у шефа Сёрито. – Прости меня ещё раз, Сёрито-кун, но в этом месяце заказы посыпались, как из рога изобилия, все ребята уже подписаны на другие контракты. Ты и ещё пара новых старших остались, но сам понимаешь, люди не полностью проверены. – утирая выступившие слёзы, ответил шеф. Обращаться по имени и с такой приставкой к Раскольникову Токита мог себе позволить только когда мужчины оставались наедине. Он давно пытался заставить и Никиту обращаться к нему в дружеской интерпретации, но уважение к человеку, вытащившего мужчину из нищенской пропасти по приезду в страну не позволяло такого панибратского отношения. Хоть и жил Сёрито в Японии всего ничего, но уж некоторые традиции восточной культуры ему пришлись по душе, и он их активно использовал в быту. Правда, кланялся совсем редко, лишь когда это было действительно нужно. – Ну, ладно. Платит-то он хоть нормально? Жадничать не собирается? – перейдя на спокойный тон, спросил Кимура. – Не здесь, Сёрито-кун. Пойдём, перекусим, а то, после этой всей нервотрёпки голод проснулся с адской силой. – улыбнулся шеф, трогаясь с места и неспешно двигаясь по улице. – Вы угощаете. – тут же нашёлся ушлый старлей, на что начальство рассмеялось и, кивнув, продолжило путь. Уже минут через десять они сидели в небольшой кафешке, где практически постоянно обедали все сотрудники их компании. Сёрито тут же достал сигарету и закурил, а Токита, сам не курящий, даже бровью не повёл. Дождавшись официантки и сделав заказ, мужчины продолжали молчать. Кимура всё так же смолил сигарету, полностью отключив все мысли и лишь наслаждаясь процессом, а шеф смотрел в окно и чему-то улыбался. Но вот, наконец, заказ принесли. Начальство решило начать день с плотного завтрака и заказало себе рамен. Старлей же, недолго думая, заказал себе рис с беконом и сырым яйцом, называемым «Тамаго Кахэ Гохан». Когда Никита впервые узнал название этого блюда, чуть язык не сломал, пока пытался произнести. Хотя и сейчас не лучше. Да ещё эти… Раскольников взял в руки палочки, тяжко вздохнул и, положив их между большими пальцами, сложил руки в молитвенном жесте и поблагодарил за еду. К своему сожалению, на людях приходится соблюдать подобные приличия, ибо, как потом пояснил мужчине шеф, несоблюдение некоторых японских традиций – очень грубое оскорбление для японца, поэтому, не стоит усугублять отношение к себе. По этой причине, офицер в ударном темпе с грехом пополам научился есть этими деревяшками, хотя иногда пальцы и сводило судорогой от непривычных действий. «Хорошо, что дома никто не видит и могу жрать так, как мне хочется.» – подумал Сёрито, разбивая яйцо в разогретый до обжигающей температуры рис и перемешивая. «Хотя, если честно, некоторая японская жрачка очень даже ничего, не думал, что понравится. Жаль, что наших блюд здесь хрен найдёшь.» Переждав пару минут, пока еда достигнет температуры, приемлемой для её употребления, Никита также начал кушать. Пока мужчины работали челюстями, не было не проронено ни слова, ибо пословица «пока я ем – я глух и нем» не зря придумана. Но вот трапеза подошла к концу, и мужчины, отодвинув тарелки, решили, что пришло время чаепития. Но в этом плане у каждого человека свои предпочтения – кто-то пьёт чай, кто-то кофе, а кто-то хлещет алкоголь. – Ну, что-же, желудки заполнены, можно и о деле поговорить. – сыто откинулся на спинку диванчика Токита, делая глоток напитка. – Вопросы, пока, остались те же, что я задавал ранее на улице, Токита-сан. – облокачиваясь на стол и закуривая очередную сигарету, сказал Кимура, выжидающе смотря на шефа и переключаясь на рабочий лад. – Тогда по порядку. Да, клиент не поскупился на оплату наших услуг, экипированы будете по высшему разряду. В колонне, кроме его машины, которую ты уже видел, будет твоя личная и ещё две наших. Насколько я знаю, твоя группа уже пополнилась новыми людьми, поэтому проблем я не вижу. Кроме этого, с вами поедет ещё и личная охрана Матсухары, к сожалению, тут без вариантов. Когда я предложил нанять дополнительно людей из нашей корпорации, с отсрочкой на выезд примерно дня на три, он поднял такой крик, что до сих пор в ушах звенит. Маршрут проложишь сам, в этом плане ты уже показал себя с лучшей стороны. Конечная точка находится… Тут шеф резко замолчал и, оглядевшись, покачал головой. Старлей понял его заминку и, вытащив салфетку, протянул. Кивнув, Токита вытащил ручку из нагрудного кармана и, черканув место, приписал ещё и сумму, а уже после передал салфетку обратно. Прочитав всё написанное, бровь Никиты самовольно начала подниматься вверх и переведя взгляд с бумажки на шефа, он уставился тому в глаза. Кивок. – Хера себе. – хрипло сказал на русском Кимура, складывая салфетку и убирая её в один из карманов куртки. Справившись с волнением и прокашлявшись, мужчина снова перешёл на японский: – Так, с местом я понял и дорогу уже себе представляю, возили в тот район клиентов. Но почему такая сумма? Понятно, что дорога – не ближний свет и прочие трудности, но переплачивать почти в три раза? За ним что… – офицер осёкся, увидев, как шеф моргнул, а затем едва заметно кивнул. Выругавшись на родном могучем, Сёрито огляделся и взглядом спросил: «Кто?». Ответ тоже не шибко понравился Кимуре. Торита поднял указательный палец вверх и потыкал в потолок. – Грязно, Торита-сан. Если узнают, КТО помог выбраться этому человеку из страны – отмываться будем долго. Если вообще будет, кому отмываться. Как я понял, личность и имя его – фальшивые? – Имя – да. Личность – та, которую ты сегодня увидел, – улыбнулся шеф, продолжая попивать чай. – Ксо! – окурок резко воткнулся в пепельницу и тяжёлый взгляд Раскольникова снова продолжил буравить начальство, – Я вообще не понимаю, что это дерьмо могло сделать, раз за ним такая охота. А, впрочем, не моё это дело. Это на Родине я ещё мог думать, где, что и как. Тут за меня другие подумают, – допивая чай, немного резковато ответил Кимура и с хмурым выражением уставился в окно. Посидев недолго в таком молчании, Никита смог успокоиться и продолжить прерванный разговор: – Ладно, раз больше некому, ничего не остаётся, как соглашаться. Когда нужно выдвигаться? – Завтра ночью. К тому времени людей соберёшь? – Не вопрос. Только обзванивать я буду уже дома, мобильник забыл. – Даже так? – удивлённо спросил Токита. – На тебя не похоже. – Сам не знаю, почему так вышло, вроде бы штатная ситуация. – пожал плечом Раскольников, вертя в пальцах зажигалку и смотря на потемневшее небо за окном – Дождь, похоже, будет. Шеф также посмотрел в окно, немного помолчал и, вздохнув, встал из-за столика, доставая сразу же кошелёк и оплачивая поздний завтрак. – Снаряжение готово? – Как обычно, лежит дома под надёжными замками, – усмехнулся офицер, – Патроны распорядитесь выдать? У меня их маловато осталось. – Не проблема, Сёрито-кун. Как раз планировал в офис вернуться, доделать кое-какие дела, тогда и выдам распоряжение. Сколько нужно? – Как обычно, на четырнадцать человек плюс возможный форс-мажор. Четыре цинка пять пятьдесят шестых. Для пистолета пусть каждый индивидуально берёт, у меня примерно на шесть магазинов ещё есть, так что, не нужно. Ну и плюс гранаты – свет, дым и осколочные оборонки. – Ох, Сёрито-кун, когда ты таким языком начинаешь говорить, я перестаю тебя понимать. – засмеялся Токита, качая головой, – Я же не военный человек, а обычный бизнесмен, решивший, что открыть корпорацию по предоставлению людям вооружённой охраны будет хорошей идеей. Как домой доберёшься – просто скинь сообщением, что нужно. Или ты со мной в офис сходишь и сам всё получишь? – До офиса я уж точно с Вами, а вот получать всё это не имею желания, ибо придётся грузить и везти домой, а после ещё и обратно сюда, чтобы парням раздать, – вставая из-за столика вслед за шефом, ответил Никита и двинулся к выходу, – Так что, сделаю так, как Вы сказали. – Тогда, не забудь сбросить сообщение мне сегодня до ужина, ибо я улетаю на одну важную встречу, несколько дней буду отсутствовать. – выходя на улицу вместе с офицером, ответил Токита. – Я Вас понял, Токита-сан. Удачной Вам поездки. – останавливаясь, чтобы закурить сигарету, немного невнятно ответил Раскольников. Шеф махнул рукой, прощаясь и, не дожидаясь подчинённого, быстрым шагом двинулся обратно. Сам Никита, не слишком спеша, решил постоять на месте, лишь отойдя в сторону, чтобы не мешать прохожим, и спокойно обдумать всю ситуацию и план поездки. – «Что же ты такого узнал, маленький толстячок, раз очень поспешно валишь из родной страны? Да и поведение Токита-сана как-то уж очень подозрительное. Всегда осторожный шеф вдруг с бухты-барахты решает браться за охрану человека, над которым уже завис Дамоклов меч, при этом, прекрасно понимая, что, в случае раскрытия всех карт, могилу себе копать поедем всей компанией. А потом и по пуле в затылок словим, м-дэ…» С такими не слишком весёлыми мыслями Кимура закончил отравлять воздух и, затушив окурок в ближайшей урне, быстрым шагом вернулся к своей машине, завёл двигатель и, выехав со стоянки, двинулся обратно домой. Весь оставшийся день Сёрито провёл на ногах, обзванивая и объезжая по домам всю свою разношёрстную группу, затем обдумывая план, склонившись над картой, а заканчивая приготовлением оружия и амуниции, что хранилась у него в сейфе в шкафу, к поездке. Магазины для пистолета с автоматом решил пока не набивать, закинув пачки с патронами в штурмовой рюкзак, а также укладывая следом разную мелочь: батарейки, изоленту, сухпаёк, нитки с иголками, туалетную бумагу и прочие необходимые вещи. Ничего удивительного, что закончил с подготовкой старлей далеко за полночь, поэтому, поход в магазин решено было отложить на завтрашнее утро. Раздевшись и заведя будильник, мужчина рухнул на кровать и уже через пару минут уснул.