Кости

— Этот мальчик — собственность компании. Верните его нам. Немедленно. — Хм? Что это? Мальчик? Я не вижу здесь мальчика. — Хватит! Мы знаем , что он у тебя. — Докажи это, сука. О, ты бы посмотрела на это! Я выругался. Опять! Я делал это ужасно много с тех пор, как очутился в этом вашем мире. Хочешь знать, почему? Ох, ох, ох! Моя очередь говорить сейчас. Видите ли, не все иглы или наркотики, которыми вы, ублюдки, накачали меня, сделали меня таким, хотя это, конечно, дало мне... толчок. Сыграл свою роль. Нет, это был тот момент, когда вам взбрело в голову поэкспериментировать над чёртовым ребенком. Потом, когда весь мир вызвал вас на ковер, вы притворились, что ничего не знаете. Вы хоть представляете, как сильно вы его испортили? Я все ещё работаю над ним, даже спустя столько времени. — И теперь ты хочешь вернуть этого ребенка? Нет. Нет. Отрицательно. Не в мою смену. — Понимаете, это то, что касается сильных. Они так привыкли добиваться своего, грубо обходить беспомощных, получать все, что хотят, и когда хотят. Вам когда-нибудь приходило в голову, что кто-то, обладающий достаточной силой, чтобы расколоть ваш мир пополам, кто-то, кто когда-то сам был бессилен , может не согласиться с этим? Нет? Не думала. Не волнуйся. Ты сегодня научишься... ~ Сцена будущего.

Холмы для восхождения

— Я умею летать~! Наруто хлопнул себя по лбу, издавая громкий хлопок. — Конечно ты можешь. — он смотрел вверх, на далекое пятнышко, кружащееся среди облаков с крыши. — Только будь осторожен! Не врежься в самолет! — О'кей! Далекий возглас смеха донеслось до него, и, как он ни старался, он не мог полностью подавить улыбку, когда слушал его. Хорошо для Джона. Бедный мальчик заслужил немного счастья после всего, через что он прошел. Если кто-то хотел возразить, он поставил бы им синяк под глазом и, кроме того, надрал бы им задницу. — А потом ещё немного. — возмутился Курама — Пусть развлекается. Я выпотрошу любого, кто к нему прикоснется. Наруто немного присвистнул, а затем вздрогнул, когда Джон чуть не упал с неба. — Ты сегодня ворчливый. — Я все еще пытаюсь вывести эти наркотики из твоего организма. Не работает. Он изобразил пожимание плечами. — Ну, это объяснило бы лазерные глаза... — Сопляк! Это не смешно! Твои волосы поседели! — ...но я все еще жив. Я возьму все, что смогу. Эти последние шесть месяцев оказались… интересными, если не сказать больше. Что бы эта группа «Воут» ни сделала с ним, это оставило свой след, как физически, так и морально. Курама смог устранить большую часть повреждений, но даже у него были свои пределы. Казалось, он состарился на годы только в душе. Он даже освоил несколько новых трюков, которых раньше не знал, чувствовал, что каждый день открывал для себя что-то новое. На прошлой неделе это были вышеупомянутые глаза. До этого он читал чьи-то мысли наугад. С тех пор он не мог повторить этот подвиг. Не было никакого способа узнать, сколько стоили его новые способности или сколько времени у него осталось. Это могут быть годы. Десятилетия... дни. Он не знал. В конце концов, это не имело значения. Он сделает все, что в его силах, с тем временем, которое у него осталось, независимо от продолжительности. Он уже использовал его, чтобы узнать об этом мире, каким бы циничным он ни был. Если что-то случится, он подготовил для Джона приличную сумму денег. Воут может подавиться этим яйцом. К счастью, эта так называемая «фармацевтическая компания» была слишком озабочена беспорядком, который он оставил после себя, чтобы по-настоящему преследовать их… и они не осознавали, сколько денег он выкачал после побега. Достаточно, чтобы установить новые личности для него и Джона. Оставление свидетелей только усилило гнев публики. Это была искра. Видеозапись решила их судьбу. Бензин в огне. Одного интервью местной новостной станции было достаточно, чтобы полностью подорвать их репутацию. Вы не экспериментировали на детях. Это был билет в один конец в ад. — Ты же понимаешь, что за это они будут охотиться на тебя, как на собаку. — Предоставьте Кураме быть голосом разума — Они уже начали клеветническую кампанию против вас. Называют вас мстителем. Головорезом и террористом. — И? Почему меня должно волновать, что они думают? Меня не волнует, — Наруто щелкнул пальцами, одним глазом внимательно наблюдая, как Джон кружит вокруг пролетающего самолета, — О том, что они думают. Я знаю правду. Они тоже. Это все, что имеет значение. Крошечный огонек гордости расцвел в его сердце, когда он увидел, как его «сын» поймал воздушный шар в воздухе, прежде чем он достиг облаков. На мгновение ему стало интересно, что может сделать Джон, но нет, он не был разочарован. Быстро, как вспышка, он спустился на землю и вернул ее владельцу, а затем снова взлетел, даже когда они поблагодарили его. Его чуткие уши услышали щелчок фотоаппарата. Хе. Малец понятия не имел, какой пиар он только что заработал этим простым актом доброты. — Он совершит великие дела, Курама. Я просто знаю это. — Они придут за ним. Ты знаешь это. — Пусть. — Гордость превратилась в стальную решимость. — Они хотят страшного? Я покажу им страшное. Не связывайся ебучим с мастером розыгрыша. — ... в последнее время ты ужасно много материшься. В нем вспыхнул гнев. Иногда он все еще чувствовал иглы. Его губы сжались в тонкую линию. — Есть веская чертова причина, чтобы... Стоит ли тогда удивляться, что он получил небольшое удовольствие, крутя нож в метафорическом сердце Воута. Остановить несколько ограблений, поймать пару самолетов, спасти нескольких гражданских, все время порицая гнусный имидж Воута, и общественность это проглотила. Компания, естественно, это отрицала — отрицала его! — конечно же, отрицала. Но ущерб был нанесен. Им потребуются десятилетия, чтобы оправиться от этого. — Слева от тебя. Наруто небрежно выбросил золотую руку и со смехом отступил назад, когда крыша под ним закачалась. Его взгляд опустился, когда ухмыляющийся мальчик стал перед ним на колени, прижав один кулак к гравию. Ударная волна заставила его выгнуть бровь. Малыш становился сильнее. Скоро им нужно будет начать силовые тренировки. — Пытаешься приземлиться как супергерой, а? — он аплодировал. — Неплохо. Джон просиял и обнаружил, что напоминает серьезного щенка, ищущего похвалы. — Я сделал хорошо? — Ты отлично справился, чемпион. —Покрытая шрамами ладонь взъерошила ему волосы. — В следующий раз будь осторожнее. Чуть не сбил меня с ног. Помни, Джон. С великой силой приходит и большая ответственность, — он встал на колени, все еще касаясь рукой головы, удерживая его на месте. — Герои помогают людям. Они делают это не ради славы. Они делают это не ради денег. И не для спонсорских сделок, — говоря так, он заключил мальчика в крепкие объятия, отстранился и взял его за плечи. — Герой такой какой он есть. Герой. Не больше. Не меньше. Джон нахмурил брови. — Тогда почему они помогают людям, папа? Наруто немного запнулся от проницательного вопроса. Всегда с вопросами, это один из них. — Это честно. — Покрытый шрамом блондин усмехнулся. — Хорошо. — он увел его от уступа крыши. — Позвольте мне рассказать вам историю... Это был его мальчик. Пусть Воут пошлет своих боевых псов. Он не даст им пощады. Вовсе нет.

***

Они пришли глубокой ночью. Как трусы, они прокрались в усадьбу. Их задача была проста. Обезопасьте мальчика. Убейте человека. К их чести, они шли на смерть с завидным мужеством. Они сделали всего три шага через порог, прежде чем дверь захлопнулась за ними. Один из них предусмотрительно развернулся и потянулся к нему, но было слишком поздно. Сверкнула печать. Он отшатнулся назад, с шипением сжимая обожженную руку. — Лучше не трогать это. Мы не хотим потерять другую руку, не так ли? В конце зала вспыхнул свет, достаточно тусклый, чтобы разглядеть лишь тень, фигуру в темноте. — Добрый вечер. Злоумышленники. — фигура сердито выдохнула, выпустив облако пара в холодную комнату. — Так рветесь войти. Но вдвойне рвётесь уйти, когда все меняется. — Его голова медленно поднялась, усики на щеках расплылись в мертвенной ухмылке. — Скажите мне, незваные гости. — Голубые глаза зловеще сверкнули алым в темноте. — Насколько сильно вы хотите уйти сейчас? Тишина воцарилась. Отряд из пяти человек не двигался. Не говорил. Не дышал. Один из них сглотнул. — Вы принесли глушители, хорошо. — Мужчина хмыкнул. — Не хотелось бы будить мальчика. Он поднялся с деревянным гулом, стул заскрипел позади него. — Постарайтесь не кричать, хорошо? Боевой отряд открыл огонь. Наруто засиял золотом. Брызнула кровь.

***

— Джон, мой мальчик! Я привел тебе друга! Разве она не очаровательна?

***

— Уггггх, ты такой папа. Прекрати делать эти ужасные каламбуры! Наруто хихикнул, уходя.

***

— Ты будешь героем, но на своих условиях. Не на их. Ты придумал хорошее имя? — Я думал... Твердынья? — Немного банально, но работает.

***

Кулак ударил по раскрытой ладони. — Намного лучше! — ликовал он. — Я действительно чувствую это!

***

— От дурака воняет ромом. — Для этого есть веская причина, маленькая мисси. — Наруто хмыкнул. — Потому что я очень люблю рамен. И ром. Помогает при боли, понимаете. Боль от всех тех наркотиков, которые вы мне впихнули. Кровь Штормфронта была холоднее льда. — ...ты говоришь по-немецки? — Ага. — Он перевернул еще одну страницу, по-прежнему не глядя на нее. — Но мы отклоняемся от темы, не так ли? Вы, ваша компания, ваши люди охотились на моего мальчика. С собаками. В снегу. —холод пробежал по воздуху, когда его глаза встретились с ней, улыбка, коснувшаяся его губ, была острой, как лед. — Но сегодня день прощения, не так ли? Ты сама так сказала. А теперь сядь, хорошенькая попка и давай поговорим. Плохая идея сейчас! — ...а если я откажусь? — Тогда ты встретишь Кураму.