Ассертивность

Истошный женский крик, откуда-то за стеной. Прикладывая усилия открывает глаза, не понимая, что происходит, пытается вспомнить где находится, и почему не в палате. Моргает пару раз, в комнате полная темнота. Поднимается опираясь на руки, смотрит на кровать Пешкова напротив. — Что это? — Кудрявый поднимается с постели, говоря охрипшим голосом, трёт глаза. — Не знаю. — Ваня убирает одеяла, спускает ноги с кровати. Крик повторяется, кажется ещё громче. Точно где-то в доме. Высокий голос крича, срывается, крик продолжительный, будто в фильме ужасов, как будто кому-то под кожу иглы пустили. Касается ногами холодный пол, резко встаёт. Голова начинает кружится, даже в ночном свете комнаты, на секунду теряет зрение, пошатывается. Хватается за чью то руку справа от себя, получив зрение обратно, смотрит на стоящего рядом Пешкова, держащего под руку. — Тише, тебя тут ещё не хватало. — Крик повторяется. Оба смотрят в сторону двери. — Спасибо. — Поймав равновесие, отпускает чужую руку, направляется к выходу. Наваливается на ручку, выходя в коридор щурится от ударившего в глаза яркого света ламп. Смотрит по сторонам, справа видит открытую дверь, в которой поселились девочки, слева бегущую по лестнице миссис Терезу, вслед за брюнетом направляется в соседнюю комнату. Рёв повторяется. — Какой кошмар. Ваня оборачивается на идущую сзади Терезу. Обойдя дверь, заходит в комнату. Свет включён, у одной из кроватей стоят Антон с Верой, на ней поджав к груди ноги, лежит Кира. Одной рукой она крепко сжимает подушку, на которой лежала, а второй собственную пижаму у груди. Она кричала, открыв рот, на сколько это было возможно, утыкаясь лицом в подушку, сильно зажмурив глаза, прекращая кричать, сжимала челюсть, будто её действительно пытали. Все четверо ребят, увидя девушку, остановились в метре от кровати в ступоре. Тереза же посмотрев на девочку лишь секунду, оттолкнув их в разные стороны, подошла к ней вплотную. Присев так, чтобы глазами находиться на уровне неё, аккуратно начала поглаживать ту по русым волосам. — Тише, тише, девочка моя, — её голос дрожал так, будто перед ней лежала её собственная дочь, — тише, успокойся, ты здесь. Оголив зубы, утыкая голову в подушку всё сильнее, она сжимала руки так, будто её тело схватила судорога, кисти её рук вывернулись в другую сторону, а из-под её век казалось, реками текли слёзы, но на деле её ресницы были сухие. Все ребята стояли в ступоре, с округлёнными глазами наблюдая за происходящим, будто их поставили на паузу. Женщина у кровати, уже села на пол, продолжая поглаживать девочку по волосам, шептала что-то тёплое, хотя сама дрожала, точно только что вылезла из ледяной воды. Ване казалось, что его сердце остановилось. На минуты он будто попал в фильм с устрашающим сценарием, от которого мурашки бежали по коже, но страшно было действительно. Вся эта картина со стороны выглядела жутко. — Идите в комнаты. — Женщина подняла на детей глаза. Её взгляд был испуганным, и в тоже время, она будто жалела не только лежащую в муках Киру, но всех ребят видящих это. — Вера, — она перевела на неё взгляд, — позвони Камилло. Девушка кратко кивнула, отходя к своей кровати, которая находилась в этой же комнате. — Попробуйте уснуть. — Тереза улыбнулась парням. Тяжело выдохнув, первым из комнаты вышел кудрявый, Ваня посмотрев на скрестившего руки Антона, справа от него, вышел следом. — Куда ты? — Закрыв за собой дверь, посмотрел на брюнета, который шёл к лестнице. — Хочу свежим воздухом подышать. — Кивнул в сторону первого этажа. — Ты со мной? Вместо ответа коротко кивнув, направился за ним. Спустившись на первый этаж, Пешков схватил с вешалки свою ветровку, оба надели обувь и выскочили за дверь. Прохладный воздух сразу ударил в нос. — Я теперь понимаю, почему нас вывезли в лес. — Только выйдя из дома, остановился кудрявый, подняв голову в небо, пробовал воздух на вкус. — Почему? — Шатен спустился по ступенькам порога. — Ну свежий воздух, все дела, — начал жестикулировать руками, — ну ещё если мы подохнем, нас тут, недалеко можно закопать. — Подойдя к зеленоглазому ткнул того в плечо, начал смеяться. Оба отошли на пару метров к лесу, не заходя в гущу, лишь скрывшись, за парой деревьев, кудрявый опёрся на один из них. — Запах ахуенный. — Теперь серьёзно шепнул парень. Шатен ухмыльнулся, спустя мгновение начал тереть о друг друга руки, желая отбиться от холода. — Холодно? — Мне всегда холодно. — Ваня продолжил улыбаться. — Почему не одел ничего сверху? — Я все вещи в комнату занёс, не хотел подниматься. Посмотрев на парня ещё с пол минуты, брюнет схватившись за рукава, начал стягивать с себя ветровку. — Не нужно. — Отрицательно мотал головой. — Одень, — он протянул ему кофту, — никому не станет лучше если ты умрёшь от осложнений. Изо рта парня вырвался смешок, перехватив вещь, начал натягивать на себя. — Никому не станет лучше, если я умру, если не умру, такое чувство, что моё существование в этом мире вообще ничего не меняет. — И? — И какой тогда в этом смысл? — Поднял на него зелёные глаза. Пешков отвернулся, смотря куда-то в лес. С минуту молчал. — Ну, и что с того? — Шатен вопросительно сдвинул брови, ожидая объяснения. — Что с того, что всем плевать. Всем всегда было похер. — Он снова смотрел в лес. — Всем друзьям, знакомым, родственникам, всем всегда на всех плевать. Твоему рождению радовались, после смерти будут плакать, неважно, когда это произойдёт.- Теперь задрал голову, смотря в небо. — Все забудут, через день, два, или как только вернутся домой, и что с того? Важно те, кому будет не плевать… тебя же сюда привезла мама? Она точно будет плакать не день и не два, и через месяц ей легче не станет. Но нам же этого не достаточно, мы же не можем жить ради матери, и только. — Он посмотрел в зелёные глаза. — Тебе же на неё плевать. Ваня опустил голову, смотря в сырую землю. — Нам не для кого жить, кажется, поэтому мы все здесь. — Повернулся на дом, смотря в единственное горящее окно. — Хотя после сегодняшнего приступа не уверен, что все не хотят, — он сделал перерыв, — похоже кто-то просто не может. — Как ты думаешь, что с ней? — Ваня тоже посмотрел в окно. — Скорее всего менталка, походу не у всех тут проблемы с завтраками. — Это было ужасно. — Свет в окне погас. Пешков выжидающе посмотрел на парня. — Она так кричала. — В голове будто включили дискету с записью увиденного. — Что она могла видеть, чтобы это так сильно отпечаталось в памяти? Чтобы это так сильно на неё повлияло. — Через окна в гостиной, было видно, как на кухне загорелся свет. Брюнет подошёл к зеленоглазому вплотную. Ваня замер, наблюдая за его действиями, кудрявый медленно поднял руку, на секунду замер. Дыхание шатена тоже. — Я не знаю что это было, — он засунул ладонь в карман ветровки, что была не парне, — но это точно было ужасно. — Вытащив руку, достал вместе с ней пачку сигарет, которая видимо всё это время лежала в кармане. Когда тот отошёл, Ваня кашлянул в рукав кофты, отведя взгляд. — Сколько тебе лет? — Пешков говорил с сигаретой в зубах, доставая из пачки зажигалку. — Двадцать один, а тебе? — Ты выглядишь как подросток. — Интересно почему. Брюнет ухмыльнулся. — Мне двадцать. — Не выглядишь на двадцать. — И не чувствую себя. — Затянулся. Послышался какой-то звук, оба обернулись, в сторону дороги. К дому подъезжала машина итальянца. Парни вышли из-за деревьев, когда машина остановилась напротив дома. — Добрый вечер. — Сказал Пешков, подходя к Луке сзади, из-за чего того видимо напугал. — Не спите? — Вытащив из машины серую папку с документами, закрыл дверь. — Тут уснёшь. — Вписался Ваня. — Она не может контролировать приступы. — Что с ней? — Шатен подошёл ещё ближе. — Психогенное заболевание, — он посмотрел на горящий свет на первом этаже, — психозы, неврозы, психопатия, аффективное расстройство. — Что с ней произошло? — Пешков выкинул недокуренную сигарету. Лука перевёл на них взгляд. — Ещё не время. Пойдёмте в дом. Парни переглянулись, но последовали внутрь, за итальянцем. Зайдя в дом, мужчина, поздоровавшись с Терезой, обратился к парням. — Вам, должно быть пора спать. — Он улыбнулся, будто этой улыбкой говорил что всё в порядке. — Попытайтесь уснуть. Ваня одобрительно кивнул головой, Пешков лишь промолчал, секунду на него посмотрел, после направился наверх, вслед за парнем. Поднимаясь по лестнице, приглушённо услышали слова мужчины. — Как она… Подходя к отведённой для них комнате, посмотрели на открытую дверь соседней, только теперь за ней не горел свет, в комнате Антона тоже, но дверь была заперта. — Уф, — зеленоглазый тяжело выдохнул, повалившись на мягкую кровать. Когда днём они только приехали в дом, ребята провели им экскурсию по дому и двум свободным комнатам. Всего их было пять, в одной жила Тереза, остальные четыре были почти одинаковые, в каждой стояли по две одноместные кровати, небольшой шкаф, широкое окно, что выводило в лес, в общем, как и окна со всех сторон дома. Кроме этого в каждой комнате стоял письменный стол, а по углам какие-то коробки, будто оставленные прежними жильцами. В одной из комнат заселились девочки, Вера, как она сказала приехала первая, и выбрала ту что была по душе, стена у которой стояла её кровать была обклеена множеством рисунков, сторона Киры была заполнена тоже, но распечатанными картинками, в тёмных тонах, и пару фотографий её с друзьями. Комната Антона, что была крайней с права, была такой же как у парней, в ней не было ничего особенного, только наверняка поживший, а поэтому потрёпанный мольберт, который он поставил у окна, и старое радио на подоконнике. Свободных спален было две, а так как девочки разделили две ванных комнаты на мужскую/женскую, парни выбрали ту, что была ближе к Антону, и по совместительству к туалету. Кроме того, в доме ещё был кабинет Камилло, двери которые перед ними не открылись и пыльный чердак. — Что не так? — Кудрявый тоже присел на свою постель, откинувшись на спинку кровати. — Слишком всё сложно. — В плане? — Ну дом, с хуя то в лесу, Аврора, с подорванной менталкой, доктор итальянец, Вера. — Замолчал на минуту. — Сколько она весит, килограмм двадцать? — Ты себя то видел? — Брюнет усмехнулся. — Да, но, — всё так же смотрел в потолок, закусив губу, — она это не контролирует, — затих на какое-то время, обдумывая слова, — она не вылечится. Сердце брюнета будто запнулось о ступеньку, он смотрел на Ваню не моргая. Эти слова были правдой, и наверно каждый в доме только познакомившись с этой светлой девочкой об этом знал, но как бы сильно это не было видно, об этом не хотелось думать. — Это её решение. — Пешков не отводил от шатена взгляд, тот повернулся на него только сейчас. — Если бы она хотела жить, сейчас бы была не здесь, а в какой-то клинике, где бы в неё каждый час вкачивали капельницы и пичкали таблетками. — Ваня поднялся на руках с кровати, смотря на того. — Ей не нужна её жизнь, поэтому она здесь, ты же тоже. — Что? — Ваня нахмурил брови. — Ты хочешь сказать, что твоё состояние не опасно? Он промолчал. — Разве ты хочешь чего-либо от этого мира, если сейчас состоишь в одной программе с Верой. — Я… — было открыл рот, чтобы что-то сказать, но не продолжил. «Я не хочу жить» — слишком сильные слова, чтобы ими разбрасываться. У него нет причины её не обрывать, но будет ли правдой, сказать, что она ему совсем не нужна. «Я хочу жить» — слишком сильные слова, чтобы врать. Они сидели в тишине минуты две. Пешков смотря на Ваню, а тот на сумеречное небо перед рассветом за окном. — Мы все здесь поэтому. Если успеешь — решишь, хочешь чего-то, или нет, не успеешь — твоё тело решит за тебя.

***

Проснувшись раньше Пешкова, Ваня тихо поднялся с кровати, пройдя на носочках по скрипящему полу, аккуратно закрыл за собой дверь. Выйдя в коридор, сразу увидел поднимающегося по лестнице Антона. — Как спалось? — Парень шёл солнечно улыбаясь, на его правом плече висело бежевое полотенце. — Мм, — засунув руки в карманы трико, оглянулся на дверь комнаты девочек, — не очень. — Да, извини. В душ? — указал пальцем на дверь. — Да, да, только вот, у меня полотенца нет, может можно где-нибудь… — Тереза оставляет по несколько полотенец у всех в шкафах, так что. — Да, отлично, спасибо. — Но ты уже опоздал. — Парень подбежал к ванной, до этого ткнув шатена в плечо, закрыл за собой дверь. Изо рта парня вырвался смешок, также аккуратно открыв дверь обратно в комнату, на цыпочках подошёл к шкафу, что конечно же стоял у кровати кудрявого. Открыв дверцу увидел стопку полотенец, с тапочками и парами новых носков рядом. Предусмотрительно. Схватив верхнее, развернулся, чтобы уходить. По голове словно внезапно ударили кувалдой, комната поползла перед глазами, будто он смотрел на мир глазами пьяной феи. Немного пошатнувшись, рукой опёрся на шкаф. — Летаешь? — Голос Пешкова вернул в реальность. — Доброе утро. — Мир начал вставать на свои места. — Сколько время? — Он перевернулся на бок, накрывая лицо одеялом. — Около девяти. — Чего? — Вылез на секунду, смотря на того удивлёнными глазами. — А что? — Так рано? Ваня усмехнулся. — Бери чё хочешь, и не ходи тут больше над душой. Нормальные люди будут спать.

***

Дожидавшись, пока златовласка выскочит из душа, Ваня спустился вниз, поздоровался с уже готовящей завтрак Терезой, и рядом сидящем итальянцем, что пил только кофе. Поболтав с ними минут пятнадцать, Камилло сказал, что ему нужно ехать, проводив итальянца в путь, Ваня обнаружил освободившуюся ванную комнату. Приготовив завтрак, женщина пригласила Ваню с Антоном за стол, те отказались, сославшись на то, что подождут остальных. Пешков проснулся через полтора часа, что они с Антоном исследовали местность. Когда они вернулись, тот уже сидел за столом. — Ребят садитесь. — Тереза уютно улыбалась, наливала домашний сок в три высоких стакана. — А остальные не будут? — Ваня мыл руки в кухонной раковине. — Кира к завтраку не подойдёт, пусть отлежится. — А Вера? Женщина замолчала на секунду. — Она нехорошо себя чувствует. — Что с ней? — Мы подключили ей капельницу. — Ещё раз улыбнувшись, женщина пожелала всем аппетита и удалилась с кухни. — Так что мы сегодня будем делать? — В плане? — Кудрявый посмотрел на Антона, жуя яичницу. — Ну, — протянул, — доктор уехал, обязательств у нас здесь никаких нет, значит. — сделал паузу, — мы можем делать что хотим? — Допустим, и что ты собираешься делать? Мы в лесу. — Ваня поднял стакан с соком. — Ну как минимум можно пойти в лес. Серёжа посмотрел на Ваню, оба засмеялись. — Может быть.

***      

Обнаружив в зале приставку и четыре джойстика, парни вовсе не думая пустились во все тяжкие, просидев перед экраном больше двух часов. От новой находки их оторвал звук подъезжающей машины. Отойдя от игры, Кудрявый подошёл к окнам, увидеть выходящего из машины итальянца, но на удивление увидел не только его. — Пополнение. — Крикнул сидящим на полу парням, надевая кроссовки, чтобы выйти на встречу. Переглянувшись, Ваня с Антоном вышли вслед за парнем. Из машины Камилло вылезла девушка. На вид ей было лет двадцать, у неё была азиатская внешность, почти чёрные, прямые волосы, она была достаточно высокого роста, и очень худощава. Наверняка её кости не выпирали из-под кожи, но весила она явно меньше, чем нужно. С другой стороны машины, вышла ещё одна девушка, вид которой парня удивил. Всё её тело закрывало длинное платье, по щиколотки, а волосы чёрный платок. Было сложно оценить её внешность, или фигуру, видно было лишь лицо, но она наверняка была восточной крови. Итальянец вышел из передней двери.       — Ебать. — Протянул Антон. — Не то слово. — Ваня спустился с порога. — А мулатка будет? — Крикнул Камилло кудрявый. Мужчина лишь смущённо улыбнулся, оголяя ряд зубов. — Это Вьен. — Он указал на девушку азиатской внешности, после перевёл взгляд на девушку в платке. — А эту юную леди зовут Хава. — Приятно познакомится. — Девушка подскочила к парням, по очереди протягивая каждому ладонь, для рукопожатий. — Драсте, — Вьен проходя в дом, лишь кивнула парням. — Доброжелательно. — Улыбнулся Антон. — Мда, вот это набор. — Брюнет почесал голову.

***

Брюнет стоял перед деревянной резной дверью. Повздыхав пару раз, парень медленно поднял кулак, коротко постучав в дверь. Подождав секунду, тихонько нажал на ручку, заглядывая в щель. — Можно? — Говорит шёпотом, увидив сидящую на кровати Веру, с книжкой в руках. — Да, заходи, только тихо. — Она помахала рукой, указав на спящую в углу Киру. Девушка лежала лицом к стенке. Её поза была намного расслабленной, чем этой ночью, но её рука всё ещё сжимала белоснежное одеяло, только теперь не так сильно. Подойдя к кровати Веры, кудрявый наклонил голову, дружелюбно улыбаясь. — Новенькие приехали. — Да? — Тонким голосочком пролепетала девушка. — Чёрт, я отсюда ничего не вижу. — Она приподнялась с постели, пытаясь выглянуть в окно. Цвет её кожи был бледней чем вчера, синяки под глазами казались более выраженными. Каждый раз, когда он смотрел на неё, то удивлялся, как ей до сих пор удаётся ходить. Она не одевала обтягивающую или хотя бы приталенную одежду, но её лицо выглядело так, будто все мышцы пропали с него, и кожа теперь облегала голые кости. — Хочешь, мы передвинем кровать ближе к окну, если вдруг тебе ещё придётся полежать? — Пешков говорил с ней самым искренним тоном, каким он только мог. Она посмотрела на него, солнечно улыбаясь. — Было бы неплохо. Он улыбался в ответ. — Что читаешь? — Указал взглядом на открытую книгу в её руках. — Дарующий звёзды, — протянула ему книгу с красивой обложкой звёздного неба, — история о сильных женщинах, в тяжёлые для них года. — Роман? Она хихикнула в ответ. — Ну, долго тебе здесь лежать, или… — Нет, я могу уже идти. — Перебила его. — Точно? — Да, капельница давно закончилась, я просто решила пока не вставать. — Тогда… — Он снова не договорил. — Пойдём.

***

После того как все всем представились, ребята плюс-минус узнали новоприбывших, как минимум то, что Вьен родом из Вьетнама, и национальности такой же. А Хава приехала из Сибири, и она таджичка. Кира вниз так и не спустилась, и большинство ребят сидели в зале, Антон с Серёгой учили Веру играть в фифу, а шатен смотрел на всё это с дивана, Хава помогала Терезе с обедом, а Вьен разбирала вещи в комнате. — Да ну нет. — Крикнул Антон, падая на пол. — Я не виновата, у меня просто не получается. — Девушка смеялась, переводя взгляд с одного парня на другого. Пешков подхватил, смеясь, смотря на Ваню, а Антон ещё раз тяжело выдохнув, построил руки пистолетом и выдал: «пуфф», якобы стреляя себе в голову. Девушка рядом с Терезой на кухне обернулась на них, улыбаясь им, после продолжила что-то помешивать. — Всё, я устал, — отказался кудрявый, отползая на диван к шатену. — Да, я тоже. — Антон схватился за джойстик, выключая игру. Вера встала, отойдя к стеклянным стенам гостинной, смотрела в лес. — Пойдёмте гулять? — Спросила тихим голосом. — В лес? — Обернулся шатен. — Я не против. — Парни обернулись на кудрявого. — Ну там точно ничего страшного нет, типа медведей, а наш незаменимый Антон, — указал на него рукой, тот кивнул головой, положа руку на сердце, — умеет ориентироваться в таких местностях. — Правда? — Обернулась девушка. — Так точно. — Антон встал, направляясь к лестнице. — Куда ты? — Ну, как я понимаю, возражений нет, а я в пижаме белочек встречать не собираюсь. — Побежал по лестнице. Ребята переглянулись между собой, последовали за ним.

***

И я как заколдованный пялюсь в горизонт Я никогда не видел моря А там на небе только о том и говорят Какие там рассветы какой закат — Dio mio, — женщина схватилась за сердце. Развернувшись от плиты на сто восемьдесят градусов, испугалась, увидев кучку детей перед собой. — Что случилось? — Облегчённо выдохнула. — Мы хотим гулять. — Первым выдал впереди стоящий Антон. — И что я должна для этого сделать? — Она облокотилась о стол, заправляя кухонное полотенце в карман фартука. Ребята переглянулись. — Отпустить нас. — Signore dammi forza. Дети мои, вы не в тюрьме, или где вас до этого держали. — Вытерла пот со лба. — Вы вольны делать что хотите, когда вам вздумается. Главное правило этого дома — это присутствовать на всех приёмах пищи, которыми я порхаю для вас, как пчёлка, и находиться здесь ночью. Все засмеялись, уже собираясь выходить. — О боже, а как же обед, для кого мы тут стараемся. — Она посмотрела на улыбающуюся рядом Хаву. — Мы поедим когда вернёмся. — Нет! — Воскликнула. — Обед всегда должен быть вовремя, всему своё время. — Она задумалась на секунду, потом продолжила, побежав к висящему шкафчику. Вытащила оттуда плетёную корзинку. — Я соберу вам всё с собой. Парни засмеялись. — Хава, а ты пойдёшь? — Вера сложила руки замочком, глядя на неё исподлобья. — Я думаю… — Иди, дорогая, — Тереза положила руку на плечо девочке, — мы ведь закончили. За пять минут, как и обещала, женщина собрала в две корзинки им приготовленную еду, и накрыла обе полотенчиком. Когда они все поблагодарили миссис за её благосклонность. — И только попробуйте потеряться. — Крикнула им вслед. Как только они вышли за порог их остановил девичий крик сзади. — Подождите, я с вами. Обернувшись, они увидели выбегающую из дома Киру. Вера ей улыбнулась. — Мне наверно лучше пойти с вами. — Она заправила русые волосы за ухо.

***

— А почему Вьен не пошла? — Антон обернулся назад, к остальным. — Ей, — Хава усмехнулась, — не особо понравилась идея. Они шли уже около пятнадцати минут, не очень быстро, будто, правда гуляли по улицам города, только высотки тут были другие. — Откуда ты приехал? — Кудрявый обращался к Антону. — Ростов-на-Дону. — И что, у вас там много лесов? Откуда навык? — Нет, просто как-то в детстве у меня сестра потерялась в лесу, её конечно нашли, и прекрасные поисковики вдохновили меня на учение своего дела, вот и пошёл в пятнадцать, как волонтёр. — Вдохновляюще. — Шепнул шатен, перешагивая через ветки. — А вы? — Питер. — Ваня поднял руку. — Екатеринбург. — Кира шла самой последней. — А я в Москве жила. — Вера спокойно начала. — Жила? — Да, а родилась в Беларуси. — А ты, кучерявый. — Антон снова обернулся. — Омск. — Серьёзно, ты здесь рос? Тот лишь кивнул. Они продолжили так идти ещё минуты две, после чего вместе услышали шум воды. — Речка! — воскликнула Вера. За считанные секунды они добрались до источника звука. Это действительно оказалась речка. Она была не совсем широкой, и не видно куда уходила, спустившись к обрыву, Ваня потрогал воду, та была на удивление тёплой, даже для него. — Классно. — Он щурился, смотря на ребят, потому что сюда солнце попадало обильно. Хава с Верой быстро расстелили ткань, на яркую траву, после достали на неё еду. Пока парни спустились к речке, обсуждая что-то совсем не важное, никто даже не заметил, как Кира отошла.

***

— А сколько вам лет? — Жуя салат из контейнера, Антон поднял на остальных глаза. Вера начала первой. — Мне шестнадцать. Услышав её слова, все мигом замолчали, сердце Пешкова, кажется, упало в речку, к которой он сидел спиной. Минутную тишину прервала Хава. — Мне скоро восемнадцать. Ваня обернулся на возвращающуюся к ним Киру. — А тебе сколько, Кир? — Девятнадцать. — Она присела справа от кудрявого, попросив того передать ей тост. — А тебе? — Кивнула на Ваню. Тот усмехнулся. — Вы удивитесь. — Не дождавшись возражений продолжил. — Двадцать один. — Да ладно. — Серые глаза Антона кажется расширились. — А тебе то сколько, малолетка? — Пихнул того плечом. — Мне девятнадцать. — Гордо приподнял подбородок. — А тебе, Серёж? — Вера мило улыбнувшись смотрела на него. — Двадцать. — Афигеть, мы все такие разные. — Ну это и по внешности если честно заметно. — Антон начал смеяться, парни его подхватили, после Хава. Они сидели так ещё час, может больше. Смеялись, разговаривали на какие-то глупые темы, рассказывали истории и прошлое. Будто они все друзья, будто мир остановился, и все их проблемы поставили на паузу, будто больше их ничего не волнует и не болит голова, а ночью не будят кошмары, будто дома не волнуются близкие, а твоя жизнь не может оборваться через неделю, будто всё в порядке, только здесь и только сейчас.