we lost the summer

I wanna feel something

I drink to feel to something

I sleep and feel nothing

Maybe that's where you come in

Maybe that's where you and I begin

(You and i – SYML, Charlotte Lawrence)

☆☆☆

Утро. А что это? Часть суток, следующая за ночью и предшествующая дню? Или же начало чего-то грандиозного, чего-то неизведанного и предвкушаемого? Возможно, для кого-то это так и есть, но для парня, который давно потерял смысл жизни, утро – это ровно ничего. Да и вообще, разницу между утром, днём, вечером и ночью тот давно потерял. Ведь какая разница, в какое время суток ненавидеть каждую частичку этой несчастной и в какой-то степени даже нудной жизни. Жизнь Кан Тэхëна? А какова она? Наверное, она очень насыщенная и яркая, ведь роскошные условия, уютная квартира в центре, высокооплачиваемая работа, постоянные путешествия, машина и многочисленные походы в клубы явно не дают скучать блондину. Казалось, живи в своё удовольствие. Но…Тэхён не может, ведь в реальности жизнь не просто сложна и несправедлива, она также в целом скучна и уныла. С каждым днём хотелось поскорее закончить следующий, не встречая утренние лучи солнца и не провожая вечером их за горизонт, уже встречая яркую луну. Да и все эти лицемерные твари именуемые людьми, так раздражают… Эти фальшивые нарисованные улыбки, эмоции. Эти липовые искры нежности в глазах, а особенно эти оптимисты, которые так безнадёжно верят в удачу. Люди – ужасные существа, и лишь клубы с выпивкой и путешествия дарили ему хоть какие-то краски в жизни; ежедневные антидепрессанты уже не помогают. А жаль. Зато единственное, что всегда и безотказно успокаивало Тэхёна – Хюнин Кай, первый и, скорее всего, единственный друг. Хюнин Кай, или проще говоря – Кай, не только взял на себя роль лучшего друга, но и удерживал эту позицию с самого детства. Они жили по соседству, поэтому познакомиться друг с другом не составило большого труда. Хюнин Кай относится к близкому кругу лиц Тэхёна. Хоть Хюнин и является отчасти оптимистом и довольно хаотичной личностью, когда Тэхён – полная противоположность тому. С Хюнином приятно общаться и дружить, от него веет уютом и теплом, а ещё от него пахнет мятными конфетами. Тэхён знаком с Хюнином достаточно давно и считает его своим младшим братом; у них схожие интересы и вкус в музыке, но довольно разные взгляды на жизнь. Тэхён всегда выбирает забыть и отпустить, когда Хюнин предпочитает поговорить и простить. Как говорили однажды их родители: «Ваша дружба – самая искренняя и настоящая из всех, которую мы когда-либо встречали» и, вероятнее всего, они были правы. В дружбе Тэхёна и Хюнина никогда не было лжи и лицемерия, оба считали, что если будешь врать – то не будет никакого доверия, а значит, не будет никакой дружбы. Детские ссоры, конечно же, были, но по другим, несерьёзным причинам. К примеру – из-за сломанного песочного замка или из-за банальных дразнилок, которые так всем сердцем ненавидел Тэхён. Со временем они повзрослели, и от детских ссор осталось ровным счётом ничего. Да и в целом их дружба позабыла о таком понятие как «ссора» – и это делало их дружбу действительно настоящей. Тэхён, признаться, и сам не знает секрет их истинной связи с Хюнином. Может быть, дело в их неконфликтности или в том, что за всё это время не появилось ни единого повода для ссоры? А может быть, желание Хюнина на его двенадцатый день рождения чудом сбылось. Наверное, единственное, что местами раздражало Тэхёна в Хюнине – его чрезмерная забота. И скорее всего, дело не в самом Хюнине и его внимании – дело в Тэхёне и его непринятие. Не знает он точно, почему не может воспринимать заботу, как отдельный язык любви, но скорее всего здесь замешаны детские травмы, доставшиеся от родителей в далеком детстве. Ну, или, может быть, от одноклассников в средней школе. А может быть, дело в его первой любви. Хотя, кажется, здесь всё вместе.

☆☆☆

— Тэхён-хён, — голос Хюнина выбивает из мыслей. — С тобой всё хорошо? В этой кофейне, которую Тэхён посещает каждый четверг, довольно уютно и, на удивление, достаточно тихо. Здесь зачастую мало людей, особенно в дневное время будних дней. Здесь приятный персонал и довольно хороший, минималистический интерьер. Здесь иногда играют песни в жанре джаз или альтернатива, тем самым придавая этому месту лёгкости. А ещё здесь потрясающий кофе, как говорит Тэхён. — А? Да, всё хорошо. Просто задумался о своём. — Тэхён подпирает рукой подбородок и отпускает взгляд вниз. — В последнее время ты как-то часто стал витать в облаках, — Хюнин поддаётся вперёд, упираясь локтями об стол. — Ну, признавайся, появился кто-то? — Что? — Ваш карамельный макиато со льдом и простой фраппе на основе двух экспрессо и на концентрированном молоке с пломбирным мороженым и одной ложкой сахара, — официант рушит момент, неожиданно появившись рядом со столиком. — Что-нибудь ещё? — Пока что нет, но, думаю, я ещё успею передумать, — проговаривает Тэхён со слабой улыбкой на лице. — Спасибо, Лиа, — Тэхён слабо кивает девушке в знак благодарности. — Вижу, ты уже успел познакомиться со всеми. — Ошибаешься. Я знаком только с Лией, и то, благодаря своей сестре. Остальных я знать не знаю, да и как-то не горю желанием познакомиться с кем-то. Мне и тебя хватает, — на выдохе произносит Кан. — А я вижу, тебе в радость заказывать такие сложные заказы уже в который раз? — Вовсе нет! Просто, чем сложнее заказ, тем приятнее вкус кофе. И, поверь мне, хён, это ещё не самое сложное, что я могу заказать, — посмеивается Кай, делая пару глотков своего кофе. — Как там, кстати, Сакура? Давно ты о ней не рассказывал. — Да ничего нового, — Тэхён подпирает рукой подбородок, выдыхая. — Всё так же живёт вместе с родителям, учится на архитектора, второй курс, кажется. Мы часто созваниваемся и болтаем по два часа, и она в каждом нашем разговоре говорит о том, как сильно мечтает поскорее съехать от родителей и переехать куда-нибудь во Флоренцию, — Тэхён вздыхает. — В принципе, это всё. — Надеюсь, после того, как она закончит здесь учёбу, она сможет переехать во Флоренцию. Флоренция прекрасна, как и сама Италия. Хотел бы я там побывать, но после того, как посещу Францию. — Хюнин воодушевленно вздыхает, подпирая рукой подбородок. — Кстати, ты так и не ответил. — Никто у меня не появился и не появится, — резко отвечает старший, — по крайне мере в ближайшем будущем уж точно. — А ты как всегда – движешься в своём темпе, хён, — улыбается Хюнин, откидываясь на спинку кресла. — Ну ладно, не будем это обсуждать. Ого! Ты только глянь! — Хюнин указывает указательным пальцем на окно. — У них на входе растёт клубненосный полиантес! Из неё духи делают, ты знал? Боже, как я только смог не заметить её? — Может, потому что ты увлеченно рассказывал о какой-то девушке всю дорогу и перестал о ней говорить лишь, — Тэхён приподнимает перед собой руку и смотрит на часы, — примерно пятнадцать минут назад. — Не о « какой-то» девушке, а о своей. Ты чем меня слушал? — Хюнин недовольно изгибает бровь, поражаясь невнимательностью своего друга. — Ты ни разу не упомянул о том, что она твоя девушка. Со стороны это выглядело так, будто ты рассказываешь о своей подруге из детства, с которой ты в очень близких отношениях, — Тэхён усмехается, делая глоток сладкого напитка. — Неужели? — переспрашивает Хюнин, на что получает слабый кивок от друга. — Я думал, что сказал об этом как минимум два раза, — Хюнин закусывает нижнюю губу. — Ну, в любом случае, теперь ты знаешь, что у меня появилась девушка. И Тэхён этому, почему-то, не удивлён. Может, потому что Хюнин – тот человек, который легко влюбляется? Или, тот человек, которому легко понравиться? Или, может, Тэхён просто слишком часто слышит подобные новости от Кая? Впрочем, какая разница? В любом случае, Тэхён рад за него. Хоть и считает это немного неправильным, и в какой-то степени странным. И это не потому, что Хюнин гетеро. — Я рад за тебя, — честно говорит Тэхён, поднимая взгляд. — Надеюсь, ваши отношения протянут больше, чем полгода. Сколько вы уже встречаетесь? — Пару недель всего, но уверен на все сто и один процент в том, что всё у нас будет круче, чем надо, — на лице Кая появляется довольная улыбка. — Юна – та самая девушка, которой я хотел бы предложить своё сердце и обручальное кольцо. — Вы встречаетесь две недели, Кай. — Та похуй, — тихо произносит Хюнин, стуча пальцами по деревянному столу. Тэхён смеётся. Он впервые задумывается о том, что Хюнину легко живётся, чего не скажешь о самом Тэхёне. Хюнин влюбляется быстро, и в него, вроде как, тоже. Вот только Хюнин отпускать людей совсем не умеет – привязывается быстро, а отвязаться уже не может. Ну, или не хочет. Кай говорил, что он со всеми знакомыми людьми связан красной, невидимой нитью. С Тэхёном, кстати, тоже. Кай не умеет отпускать людей, поэтому он и не ссорится с ними. Да и люди его отпустить не могут, ну, или не хотят. Хюнин любит подпускать к себе правильных людей, когда Тэхён старается этого не делать; он вообще людей не любит и не понимает, как смог подружиться с Хюнином. Да он в принципе не понимает, как может подружиться с кем-либо. Всё это для него слишком сложно. Заводить новые знакомства не получается никак, потому что Тэхён, кажется, слишком много требует. Его круг друзей (если это, конечно, можно назвать кругом) состоит из одного Хюнина, а вот круг из приятелей и знакомых довольно большой. Хоть все эти приятели и знакомые находятся в пределах работы, но им, как ни странно, и стакан с водой вряд ли доверишь. Всё это так сложно. Тэхён в последнее время думает о том, что это просто он не такой как все. Что он слишком отстранённый и закрытый, и что он часто отталкивает людей. Поэтому, наверное, у него и нет друзей, не считая Хюнина. А может быть, он просто не создан для дружбы? Не создан для веселья, заботы, доверия, поддержки и какой-либо любви? Тэхёну становится сложно дышать. У него в горле будто ком застревает, мешая тем самым кислороду поступать в лёгкие. Внутри грудной клетке что-то неприятно сдавливает и сжимает. Тэхён сухо кашляет, прикрывая ладонью рот. Хюнин обеспокоенно смотрит на него, бросает вопрос по типу: «Ты в порядке? Может воды?». Тэхён лишь мотает головой, он пытается встать с кресла и выйти на улицу, дабы подышать свежим воздухом, но силы, словно по щелчку пальцев, покидают его тело. Он падает на пол, больно ударяясь коленями, привлекая тем самым не только внимания Хюнина, но и всех присутствующих в заведении. — Господи, Тэхён! — выкрикивает Хюнин. Он подлетает к Тэхёну и падает на колени рядом с ним. — Твою мать, что с тобой?! Кто-нибудь, принесите воды! Кашель становится всё чаще и громче. Дышать становится всë тяжелее, в какой-то степени практически невозможно. Кажется, он задыхается. У Тэхёна всё тело трясётся. Ему категорически не хватает воздуха. Голова начинает гудеть, перед глазами появляются цветные размытые пятна, и всё окружение плывет, сливаясь с этими пятнами. В ушах стоит шум, тем самым заглушая крики стоящих рядом людей. Сил совсем нет. Неужели это конец? — Возьмите! Прошу, возьмите и дайте ему это! — Какой-то мужчина лет сорока вкладывает в руку Хюнина аэрозольный ингалятор со странным названием. Каю не нужно объяснять, что это и как этим пользоваться. Он мигом подносит ингалятор ко рту Тэхёна, жмёт на кнопку и просит того вдохнуть. Тэхён так и делает. Ком в горле перестаёт мешать кислороду наполнять лёгкие. Дышать становится легче, чем несколько минут назад. Тело до сих пор трясётся от внезапного приступа, а колени жутко болят после удара об кафельный пол. Кан осматривается по сторонам, вокруг них толпа из людей, которые явно напуганы произошедшей ситуацией. Некоторые начинают шептаться, а пару людей осмеливаются подойти ближе и спросить, всё ли в порядке и нужно ли вызвать скорую. Тэхён мотает головой, он пытается встать, но ноги предательски подкашиваются. — Спасибо вам за помощь! Вы спасли моему другу жизнь, — Кай благодарит мужчину и возвращает ему ингалятор обратно в руки. Встаёт на ноги и приподнимает Тэхёна за подмышки, кладёт его руку себе на плечо и выводит из кафе. В последний день мая довольно жарко, но прохладный ветер немного спасает ситуацию. Тэхён дышит полной грудью, дабы насытить лёгкие кислородом как можно быстрее. Парень упирается локтями об ограждения на крыльце, пару раз кашляет и пытается прийти в себя после произошедшей ситуации. Волосы пшеничного цвета липнут ко лбу. В горле пересохло, и Тэхёну бы хотелось выпить воды, стаканов так пять. Но он терпит и не подаёт виду, лишь ждёт, пока Хюнин начнёт задавать вопросы по поводу здоровья хёна. — И как давно у тебя астма, Кан Тэхён? — голос Хюнина позади звучит обеспокоенно, но в то же время грубо. А ещё его полное обращение к старшему без соблюдения формальностей немного пугает. — У меня нет астмы, — весьма честный ответ выдаёт Тэхён. — Тогда что это было пару минут назад? Ты чуть не задохнулся! Мы спокойно пили кофе, а потом… — Кай хватается за голову. — Как хорошо, что с нами в одном помещение оказался мужчина астматик. Страшно подумать, что было бы, если бы он не предложил свою помощь... — Кай вздыхает. — Хён, тогда что это было? Ты же не мог начать задыхаться без причины, — Хюнин смотрит на профиль Тэхёна. — Есть то, о чём я не знаю? И знают ли об этом твои родители? Сестра? — Нет, — Тэхён отпускает голову, свешивая руки с ограждения. — Я и сам не знаю, что со мной. — Тэхён, сколько раз я тебе говорил о том, чтобы ты обратился к врачу? Подобное происходит уже не в первый раз, ты ведь сам знаешь. Твоя частая отдышка, проблемы с сердцем, твоя бледность кожи и усталость жутко напрягают меня. Честно говоря, ты уже больше смахиваешь на покойника, который всеми силами пытается выглядеть как человек, но у которого это плохо выходит. — Кай вздыхает. — После сегодняшней ситуации я уже боюсь думать о том, что творится с твоим организмом. Ты ведь сам прекрасно понимаешь, что это не шутки, и к этому нельзя относиться как к обычное простуде, зачем ты тянешь? — Я ходил к врачу неделю назад, сестра заставила. Сегодня уже пойду за результатами анализов и результатами обследования, — на выдохе произносит юноша, делая небольшую паузу. — Уверен, что ничего критичного: может, это всё моя усталость, что возникла от переутомления, а всё остальное… Возможно, просто воспаление лёгких или пневмония, к примеру. Не знаю, я не разбираюсь в этом. В любом случае, я не хочу, чтобы ты сильно переживал за меня. Ты же знаешь, я буду в порядке. Хюнин укладывает свою руку старшему на плечо, слегка сжимая его. — Пообещай, что сразу же сообщишь мне результаты. Я беспокоюсь о тебе. — Обязательно. — Тэхён поворачивается к Хюнину боком и треплет его каштановый, кудрявые волосы. — Предлагаю вернуться обратно, мы не допили кофе.

☆☆☆

— Кан Тэхён, вам лучше присесть. Тэхён терпеть не может больницы, поэтому посещает их крайне редко. В последний раз он здесь был неделю назад, когда ходил на обследование, ибо боли в грудной клетке не давали спокойно спать, а из-за частых отдышек пришлось перестать бегать по утрам. Да и тогда пришёл он сюда лишь потому, что сестра настаивала — сам бы он не пошёл, просто опять сказал бы себе, что всё пройдёт и без вмешательства врачей. Сегодня он здесь по причине результатов анализов. Тэхён, если честно, по их поводу совсем не волнуется. Он уверен в том, что нет ничего серьёзного в его кашле и боли в грудной клетке. Может быть, просто простыл или ещё чего. В любом случае, Тэхён не переживает, он знает, что будет в порядке. — Кан Тэхён, пришли ваши результаты обследования, — голос врача звучит обеспокоенно. — И сказать вам честно, в них нет ничего хорошего. Также как и снимок рентгена вашей грудной клетки тоже не радует глаз. Взгляните, — мужчина встаёт со своего рабочего места. Он подходит к негатоскопу висящему на стене и пальцем указывает на снимок рентгена. Тэхён внимательно смотрит на снимок, прищуриваясь, пытаясь понять, что же не так. Но спустя несколько секунд он сдаётся, мотает головой и жмёт плечами, давая понять врачу, что ничего не понял. — Тэхён, у вас ужасные нарушения практически в 60% лёгких. В сердце Кана что-то резко щёлкает. — Обследование показало, что ваша нормальная легочная ткань заменяется рубцовой, из-за чего у вас как раз таки возникают жуткие боли и постоянные затруднения дыхания. — Врач убирает снимок рентгена обратно на стол, следом берёт снимок КТ и показывает его Тэхёну, указывая пальцем на тонкие, белые трещины. — Также у вас сердечная недостаточность, возникшая от таких жутких изменений в лёгочной ткани. Снимок кардиограммы тому подтверждение. У вас лёгочное сердце, Кан Тэхён, — врач тяжело вздыхает, присаживаясь на стул напротив Тэхёна. — Скажите, вы за собой не замечали повышенную утомляемость или, что вы, к примеру, не можете выполнять тяжёлую физическую нагрузку? — врач склоняет голову на бок и складывает свои руки в замок, пристально наблюдая за парнем напротив. — Да. В последнее время стал замечать за собой эту странность. — Я так и знал, — на выдохе произносит мужчина. — У вас серьёзные нарушения в дыхательной системе, Кан Тэхён. Так ещё и проблемы с сердцем, которые ни при каких обстоятельствах не должны быть проигнорированы. Почему вы не обращались к нам за помощью раньше? — Я думал, что ничего серьёзного в этом нет. У меня и до этого были похожие проблемы, но они исчезали, как только я давал себе отдых. Я думал, что сейчас всё будет точно так же, как в прошлый раз. Я надеялся, что со временем это пройдёт, когда я смогу хорошо отдохнуть, но- — Но никакой отдых уже вам не поможет, Тэхён. Вы слишком сильно запустили свою болезнь. Недолгое время Тэхён молчит, переосмысливая всё сказанное врачом у себя в голове. — Мистер Мин, скажите, это же поддаётся лечению? Я же не буду всю жизнь мучиться с такими болями? — голос Тэхёна мелко дрожит. Он впервые за долгое время думает о том, что сейчас всё действительно плохо, и это плохо уже никак не исправить. Но он просто себя накручивает, ведь так? Должен же быть выход из этой болезненной ситуации. Мужчина в белом халате вздыхает. Тэхёну от этого тяжёлого вздоха, почему-то, становится не по себе. — У вас тубероз, Тэхён. Третья стадия этой болезни, — пожилой мужчина поджимает губы, не решаясь заканчивать свою фразу дальше. — На такой поздней стадии болезнь не поддаётся лечению, — врач глубоко вздыхает. — Но что самое ужасное, так это то, что с такими проблемами и осложнениями вы не сможете долго жить. А если, вдруг, чудесным способом сможете, то будете мучиться всю оставшуюся жизнь. И я, будь на вашем месте, предпочёл бы смерть. — Что вы хотите этим сказать? — Вам осталось жить не больше трёх месяцев. — Что? У Кан Тэхёна, будто по щелчку пальцев, весь внутренний мир рухнул. Развалился на большие и мелкие кусочки, разбивая и ломая всё то, что Тэхён так старательно создавал на протяжении нескольких лет. У него будто на момент отключается мозг, отказываясь принимать ту информацию, которую ему только что сказал врач. Тэхён не понимает, как реагировать, что говорить, а главное, как действовать в такой ситуации? Кан в фильмах видел, что люди впадали в истерику, бились головой об стенку и умоляли бога и врача спасти их, когда узнавали, что неизлечимо больны. Они были готовы потратить все накопившиеся деньги на своё лечения, лишь ради того, чтобы выжить. Тэхён не знает, есть ли в этом хоть какой-то смысл. Есть ли сейчас вообще смысл? Тэхён на мгновение думает, что это всего лишь неудачная шутка на первое апреля или очередной кошмар, который вновь и вновь пугает Кана. Но на улице сейчас конец мая, и, увы, ощущения чересчур реальны для кошмарного сна. Тэхён не понимает себя. Не понимает, почему он не обратился к врачу раньше? Почему он игнорировал все возможные симптомы, которые, казалось, мешали спокойно жить? Почему он не пришёл раньше? Ведь развитие болезни можно было предотвратить, и тогда бы Тэхён был бы полностью здоров. Почему? Почему? Почему? — Мне очень жаль, Кан Тэхён. Но, боюсь, мы не в силах что-либо сделать. Тэхёну хочется вырвать себе все волосы и разодрать себе лицо прямо сейчас. Его ненависть к себе выше всех существенных законов. Тэхён, может быть, был бы рад услышать такую новость в подростковом возрасте, в лет так шестнадцать, когда казалось, что резко закончить свою жизнь будет самым оптимальным вариантом из всех возможных (по правде говоря, другие варианты он не рассматривал). Вот только Тэхёну уже двадцать три, и хоть жизнь для него по-прежнему не имеет никакого смысла, умирать в ближайшее время он точно не планировал. Но жизнь всё решила за него. К сожалению. — Я могу предложить вам пройти курс терапии, это позволит улучшить вентиляцию лёгких и повысит эффективности дыхания. Только это никак не повлияет на сроки, вам просто будет чуточку легче. Что думаете? — А зачем? — Тэхён пустым взглядом смотрит в стену. — Я ведь всё равно умру. Зачем тратить на меня силы, время и деньги, если выжить мне всё равно не удастся? Вам стоит позаботиться о тех людях, у которых ещё есть шанс прожить долгую и счастливую жизнь. Мне, увы, такого шанса не выдано, — Тогда возьмите это, — мужчина протягивает Тэхёну в руки маленький листок, на котором было что-то написано кривым, неразборчивым почерком. — Здесь рецепт ипратропиума. Купить его можно в любой аптеке. Я знаю, что обычно его используют люди страдающие астмой, но вам она тоже может помочь. Хотя бы последующие три месяца, — мужчина выставляют свою руку для пожатия, Тэхён на автомате жмёт её. — Будьте осторожней. И проживите эти последние три месяца счастливо, Кан Тэхён. Кантэ кидает краткое «спасибо» врачу, слабо улыбаясь. Убирает полученный листок в передний карман брюк, и выходит из кабинета, громко хлопая дверью. В голове всё ещё не укладывается эта новость о последних 3-х месяцах жизни. Неужели через три месяца он действительно покинет этот мир? Неужели все планы, которые Тэхён строил на ближайшее будущее, не смогут осуществиться? Ведь на них попросту не хватит того времени, что осталось у него в запасе. У Кантэ голова кружится. Он, если честно, за себя не волнуется. Не волнуется за то, что прожил такую короткую и, скорее всего, скучную жизнь. Он волнуется за Хюнина, за своих родителей и за свою сестру. Они все вряд ли смогут принять тот факт, что их лучшего друга, старшего брата и любимого сына скоро не станет. Тэхён не хочет покидать этот мир, хоть он и полон разочарований и разрушенных надежд. Он хочет остаться, хотя бы ради Хюнина. Но Тэхён понимает, что не сможет этого сделать, он даже не сможет быть рядом с ним последние три месяца. Потому что банально не сможет молчать. Тэхён предпочитает сбежать куда подальше, лишь бы не сообщать Хюнину о своей болезни и скорой смерти. Вот только, куда бежать? И возможно ли сбежать? Вдруг резко звонит телефон. На экране высвечивается имя «Хюнин-и». Тэхён дрожащими руками принимает звонок, поднося телефон к уху. "Хён! Ты уже в больнице? Тебе сказали по поводу результатов твоих обследований? Надеюсь, ничего серьёзного. Хён? Почему ты молчишь? Всё в порядке? Хён?" Тэхёну хочется упасть на колени и начать плакать от ноющей боли внутри. Ему хочется извиняться перед Каем по сто раз и больше, не говоря при этом причину своих извинений. Он не может сказать правду. Не может так резко разрушить частичку внутреннего мира своего друга. "Хюнин-а, всё в порядке. Оказалось, у меня всё-таки подозрения на астму, или что-то типа того. Ничего серьёзного. Врач назначил мне приём медикаментов, сказал, что от них мне станет лучше. Я в порядке. Не переживай." Тэхёну самому хочется не переживать, но он чувствует, как внутри его охватывает тревога. "Я рад, что ничего серьёзного с твоим организмом не случилось, хён! Но надо было сходить к врачу раньше, может, тебе бы сейчас и не пришлось пить медикаменты." "Ну, ладно-ладно, извини, в следующий раз сразу послушаюсь тебя. Кстати, я хотел предупредить, на это лето я уеду из города. Сакура решила съездить в домик к нашей бабушке, которая раньше там жила, и предложила навести там порядок, разобрать вещи и всякое тому подобное. Сама она одна там не справиться, так что... Она предложила мне помочь, ну, а я не смог отказать, так как у меня просто не было выбора? Хах, а ещё она сказала, что было бы классно, проведи мы там всё наше лето. Как в старый добрые. К тому же, там свежий воздух, думаю, это поможет мне быстрее восстановиться. Кай, всё в порядке. Я же там не один буду. Мы с Сакурой справимся. Извини, что это лето я не смогу провести с тобой. Извини, что я больше никогда не смогу быть с тобой рядом. "Всё хорошо, хён! Не стоит извиняться. Отдохни, как следует! И передавай Сакуре привет от меня~" Тэхён сбрасывает звонок. Тэхёну больно. Он впервые солгал Хюнину за почти двадцать лет дружбы. Тэхён чувствует себя предателем, который когда-то клялся на мизинцах о том, что никогда не будет лгать Хюнину. Никогда. И это никогда разрушилось сегодняшним днём. Тэхёну больно, но он знает, что Хюнину будет больнее после, вот только неизвестно от чего. Либо от осознания того, что лучший друг ему наврал, либо от новости, что его друг смертельно болен. Тэхёну хочется перестать думать об этом, хочется перестать думать о том, что будет и какие последствия это за собой понесёт. Мысли о скором будущем добивают его изнутри. Тэхёну хочется провалиться сквозь землю или хотя бы отвлечься. Была бы возможность, он бы сейчас помчался в ту деревню, где обязательно бы нашёл своё утешение. Но в городе осталось ещё незавершенное дело, которое нужно решить до завтрашнего утра.

☆☆☆

— Увольняетесь? — Голос директора звучит обеспокоенно, совсем непривычно для Тэхёна. Если уж Тэхёну осталось жить всего три месяца, то стоит навсегда попрощаться со своей работой, на которую уходили все ресурсы и время, которого в запасе у Тэхёна осталось совсем немного. В этом офисе невыносимо душно, здесь пахнет крепким кофе и какими-то мужскими духами, от которых жутко кружит голову и тошнит. Повсюду стоит шум, хотя уже конец смены. Всюду какие-то бумаги, документы, папки, которые неаккуратно сложены на рабочих местах. Тэхёна, признаться, раздражает вся эта атмосфера и суета в офисе, он хочет поскорее подписать документы об увольнении и сбежать как можно подальше от этого места, потому что здесь банально некомфортно. Юноша, если честно, и раньше хотел уволиться, но всё никак не мог найти повод для того, чтобы уйти. На то время казалось, что обычного «мне здесь не нравится» или «мне здесь некомфортно» будет недостаточно. Тэхёну изначально не понравилось работать в офисе, да и в принципе эта работа ему никогда не нравилась. Не потому, что здесь много людей в одном помещении, не потому, что здесь строгий график и много работы с надоедливыми клиентами. Дело в том, что работа в офисе – не дело Кан Тэхёна вовсе. Его это не интересует, не привлекает, не радует. Его работа, мягко говоря, не доставляет ему никаких положительных эмоций. — По какому поводу? А стоит ли говорить правду? Стоит ли сказать о том, что тот неизлечимо, смертельно болен, и что ему осталось жить совсем немного? И что он, по правде говоря, не хочет тратить свои последние месяца на работе, которая кроме головной боли ничего не приносит? Но ведь тогда пойдут слухи по всему офису. Многие начнут соболезновать и кидать это сухое «мне жаль», от которого Тэхëну легче всё равно не станет. Кан сомневается, что его коллегам действительно жаль – скорее всего, они даже будут рады тому, что их покинет такой нудный и скучный работник, с которым даже поговорить не о чем. — Не могу сказать. По личным причинам мне приходится покинуть вашу компанию. Мужчина пожилых лет тяжело вздыхает, всë снова и снова перечитывая документ об увольнении, в котором не хватает всего лишь его подписи. — Признайся, — начинает мужчина, поднимая взгляд на Тэхëна. — Ты нашëл компанию лучше нашей? — Что? Нет-нет, я такого не говорил. Я... просто переезжаю в другое место, вот и всё, — и снова ложь, которую директор, кажется, уже успел отличить. — Скажи, может я тебе просто мало плачу? Или я тебе давно не выдавал премию? Может, тебе просто нужен отпуск? Оплачиваемый! А может тебя повысить? Хочешь, назначу главным администратором? — мужчина резко встаёт со своего места. Он подходит к Тэхёну и хватает его за плечи. — Скажи, что тебе нужно? Что тебя не устраивает? — Мистер Ким, — спокойно начинает Кан, убирая чужие руки со своих плеч. — По правде говоря, не устраивает меня всё. Дело не в том, сколько вы мне платите. Дело ни в премии, ни в отпуске и ни в должности. Дело в том, что я уезжаю и не смогу сюда уже вернуться. Повторюсь, по своим личным причинам, я переезжаю, — Тэхён специально делает акцент на последней фразе, дабы мистер Ким его наконец услышал и наконец поверил. — Просто знаешь… — мужчина возвращается на своё рабочее место. — Ты очень хороший работник, в какой-то степени даже отличный. И, — делает паузу, — твой уход явно повлияет на успех компании, причём не в лучшую сторону. — Мне жаль, что возможно так и будет, но, — Тэхён подправляет упавшие пряди на лоб, — уверен, сотни других сотрудников смогут заменить меня. Не стоит так сильно переживать, ушёл один, придёт второй, который будет намного лучше. Тэхён смотрит в глаза мистера Кима и замечает в них что-то странное и забавное одновременно. Словно в чёрных зрачках, мелким белым шрифтом написано слово «предатель». Но Тэхёну лишь кажется. Не знает он точно (и не узнает никогда), что чувствует сейчас его директор. Возможно, ему действительно обидно и грустно от того, что лучший работник покидает компанию, не давай никаких шансов на своё возвращение. А может он наоборот злится на Тэхёна и считает его настоящим предателем, который ушёл из компании слишком рано. Или ему безразличен Кан Тэхён, как работник. И весь это цирк устроен специально, чтобы пробудить в сердце Тэхёна колкую жалость. Если это действительно так, то мистер Ким довольно быстро сдался. — Спасибо тебе за проделанную работу, Тэхён, — мужчина подписывает документ об увольнении. — Ты свободен, — эта долгожданная фраза, которую так сильно ждал Тэхён, прозвучала достаточно грустно и пусто. — Спасибо за ваше понимание, мистер Ким. Был рад на вас работать, — Тэхён мягко улыбается, кланяется и мигом покидает кабинет директора. Он прощаться с директором и со своими коллегами не стал. А зачем? Всё равно на следующий день все позабудут о его существовании, будто Кан Тэхёна и не было никогда вовсе, и он будто никогда не был самым лучшим работником, на которого многие хотели быть похожи. Впрочем, Тэхён даже не против того, чтобы о нём позабыли. Так будет проще и легче. Как и для него, так и для его близких.

☆☆☆

В его однокомнатной квартире пусто и мрачно. Электронные часы на тумбе показывают 21:21. Он немного задержался, так как покупал в аптеке аэрозольный ингалятор и нужный ипратропиума, который был указан в рецепте. Тэхён проходит вглубь своей квартиры, доходя до комнаты, он падает на свою кровать, поднимая взгляд на потолок. Его комната поглощена тьмой, поэтому в ней толком ничего не видно, лишь свет уличных фонарей хоть как-то освещал комнату тёмно-оранжевым оттенком. Тэхён еле как различал плакаты на стене с его любимыми фильмами. У него на столе, на полке, в ряд поставлены любимые книги в жанре детектива и классики, если Тэхёна не подводит память. А на навесном шкафу спрятана ещё пару стопок книг, которые не смогли покорить сердце Кантэ. На столе также разложены распечатанные снимки с недавней прогулки по городу, а рядом с ними лежит фотоаппарат со съёмным объективом. В углу комнаты стоит штатив, которым Кан пользовался лишь однажды. Рядом стоит шкаф, с приоткрытой дверью. На подоконнике у приоткрытого окна стоят два комнатных растения, Тэхён понятия не имеет, что это за сорта, но это, очевидно, это уже не имеет никого значения, так как они успели засохнуть. Тэхён наперёд знает, что ему будет тяжело прощаться с этим домом. Это место для него стало чем-то уютным, комфортным и тёплым. Тэхён всегда возвращается сюда, чтобы отдохнуть и обрести покой. Но покоем здесь сейчас даже не пахнет. Тэхёну тревожно и в какой-то мере страшно. Он понимает, что должен уехать, потому что не сможет жить в этой комнате как прежде. Стены будто начинают давить. Здесь пахнет не очень приятно, чем-то сожженным и явно чем-то отвратительным; ранее здесь пахло беззаботностью, мятными конфетами и лимонным чаем. Тэхёну по-прежнему больно. Всего три месяца. Он так и не успел написать свою книгу и стать всемирно известным писателем. Не успел объехать все страны и сделать кучу фотографий. Он не успеет посмотреть выход своего любимого фильма, так как тот выйдет лишь в октябре. Он не успел показать Хюнину Францию. Не успел сделать татуировку с историей, которую в старости показал бы молодому поколению. Тэхён так и не научился плавать. Возможно, трёх месяцев было бы вполне достаточно, чтобы выполнить большую часть задач из списка, но… Есть ли в этом смысл? Тэхён читал в книге о том, что люди, когда узнают о своей скорой смерти, начинают обретать значение в своей жизни и начинают жить так, как хочется им. Они впервые за всю вечность обретают смысл. Для Тэхёна же значение потеряло абсолютно всё. Уже завтра с утра он покинет эту комнату, эту квартиру, этот город. Он впервые за долгое время выйдет из зоны комфорта. Он будет жить там, где его никто не знает, там, где будет легче. Тэхён проведёт последние три месяца в одиночестве, пытаясь найти своё утешение.