Ненависть не с последнего взгляда

Когда кровь была отмыта, я просто сидела на унитазе не решаясь выйти из ванны. Всё же я боюсь эту Светлану Алексеевну. Да она монстр какой-то, а ведь типа против насилия, ну да, против она. Во рту всё ещё этот противный вкус смоченных в кислятине сигарет. Меня наизнанку выворачивает от одного только воспоминания. Ещё и голову помыть надо, в волосах застрял этот мусор. — Долго же ты, — в ванную зашла она и огляделась. — Чисто. — Потом её взгляд упал на меня. — Забирайся в ванную, волосы тебе промою. Спорить с ней я не стала, рука всё равно была забинтована и было неудобно. — Раздевайся и садись. — Так только волосы же, могу и постоять. — Делай так, как я говорю. Вздохнув раздеваюсь, ловя её похотливый взгляд на себе. Тут же отворачиваюсь и снимаю последнее из одежды. Забравшись в ванную я вся сжалась, а она включила воду и отрегулировала её. Сижу и обнимаю себя за колени пока она моет мои волосы. Закрываю глаза, когда смывает шампунь, просто хочу, чтоб всё закончилось. — Сейчас высушишься и ляжешь спать. Либо мне предстоит научиться жить так либо надо что-то решать. Никогда бы не подумала, что так сильно захочу в школу. Я вообще чувствовала себя какой-то куклой. Вот настолько мне не позволяли ничего сделать, даже высушить волосы. — Ложись спать, — она кивнула на разложенный диван. — Я не хочу с вами спать, — смотрю на неё со всем презрением которое к ней испытываю. — Деваться тебе всё равно некуда, несколько дней мы всё равно будем вместе. Хочешь ты того или нет. Вот у неё даже самые обычные фразы звучат как угроза. — И не забывай что будешь ещё ко мне в школе приходить. Всё же психологию для тебя никто не отменял. Я определённо сбегу из школы. Контролировать меня она там не сможет. Заодно и Донцову нажалуюсь, пусть поймёт к кому он меня отправил. Тем более он же адекватный пусть и директор. — Ты правда думаешь, что тебе кто-то поможет? — Она подошла ко мне и схватила за футболку грубо подтянув к себе. — Ань, ты сама не заметишь, как в скорем временем будешь моей. И чем быстрей ты это поймёшь, тем лучше будет тебе. — Никогда не бывать этому, — я бы ещё плюнула в неё да вдруг получу ответку. Лежать на диване с ней было страшно. Хоть на мне была пижама но я всё равно чувствовала себя голой. Так ещё и эта Светлана Алексеевна меня обняла. Так противно было что я тут же стала вырываться за что она прижала меня к себе ещё сильней. — Будешь ещё дёргаться так вообще на лицо сяду, — угроза подействовала, и я успокоилась. — Спи, Аня. Заснула я быстро хоть и чувствовала что всю ночь меня лапали. Она то грудь мою сжимала то руку мне в трусы засовывала. От каждого такого действия я просыпалась, но это ни к чему не приводило. А потом в десять утра я проснулась окончательно и проснулась от шума. Открыв глаза вижу, как психолог стремительно одевается. — Что? — Открываю голову от подушки. — Меня срочно вызвали в школу. — Классно, — падаю обратно. — Кому как. Ань, поднимайся, закроешь. Времени совсем нет. — А что случилось? — Сажусь и понимаю, что с меня сняли шорты и трусы. — Какой-то дебил избил своего одноклассника и теперь там срочно нужна я чтоб поговорить и избитым и с его родителями, и с тем, кто избил и с его родителями. Она буквально выскочила из квартиры, а я заперла дверь. Возвращаюсь в комнату и только тут до меня доходит что я одна. Одевшись я начинаю искать ключи и нахожу не свои конечно, но её в ящике обувницы. Выхожу из квартиры и оглядываясь иду к школе. Надо рассказать обо всём Донцову пусть меры примет. Дойдя до школы я такую шумиху увидела в виде ментовского «Бобика». Похоже реально всё так плохо. Обхожу школу со стороны и останавливаюсь под окнами директора. У него как всегда окно приоткрыто. Так понимаю, что Донцов из тез кому всегда жарко даже когда холодно. Осторожно заглядываю в окно и вижу, как из кабинета уходит мент и какой-то парень. Остаются только директор и психолог. Оба молчат минуту где-то. — Света, как у тебя поживает Асланбекова? — Напрягаю слух. — Нормально, Руслан, — они друг к другу без отчества? Что-то новое. — А ты сомневался. — Значит она ко мне не прибежит чтоб нажаловаться? — Усмехнулся Донцов откинувшись в кресле. — Даже если так, то что? Я уверена, что у тебя заготовлена для неё фраза. — Где она сейчас? — Дома, не с собой же мне её было тащить. — И ты такая уверенная что она не сбежит раз рискнула её без присмотра оставить? — Руслан, она и в школе находясь спокойно может убежать. Не за ручку же мне её всё время за собой водить? То, что она убежит я и не сомневаюсь, вот только всё равно потом ко мне вернётся. — Света, ты такая самоуверенная, я её столько лет знаю. Она скорей бродяжничать будет чем к тебе вернётся. И тут эта Света засмеялась звонко и громко что я вздрогнула. — Я её за эти дни прекрасно поняла, никуда она не денется даже если захочет. Вот сейчас обидно было. Ну-ну, никуда не денусь. Да я хоть на край света от неё убегу. — Таким детям как она не хватает внимание и любви, я всё это ей дам. — Будем надеяться, что так это и выйдет и ты сможешь из Асланбековой сделать человека. — Кстати, а куда её родители делись? А то не хотелось бы чтоб они появились, когда все документы будут готовы. — За это не беспокойся. Её отец сидит пожизненно. Так что он точно не помешает. Мать с отчимом погибли в авиакатастрофе. Другой роди у неё нет, а те что со стороны отчима вообще ею не интересуются. Там только один дед её не бросил другим плевать. — Хорошо, — она ещё улыбнулась. Вот эта улыбка столько во мне отвращения сейчас вызывает что даже не передать словами. — Кстати, совсем забыл, ты же не отдала мне характеристику за субботу. — Вот, — вижу, как она протянула ему белый лист. Что же интересно она там написала? Пытаюсь вспомнить что было в субботу, но из головы всё вылетело. Да почти все мои похождения к ней заканчивались её приставаниями. — Ладно, — он положил листок на стол. — Позже прочту. Она встали и пошли на выход. — Как ты вообще смотришь… Дверь за ними закрылась, и я тут же выпрямившись распахнула по шире окно и подтянувшись залезла в кабинет. А при мне они вообще общались с друг с другом на «вы». И к чему такое маскарад? Подхожу к столу и беру листок. Написана характеристика была от руки. А почерк у неё капец какой красивый. Внизу дата и подпись. Читать тут, наверное, опасно, ещё вернётся, а бумага допустим улетела в окно, он же окно вообще не закрыл. Так что сложив отчёт по мне пополам я уже собиралась убрать его в карман куртки как дверь неожиданно открылась, и я столкнулась с директором и психологам. — Я же говорила, Руслан, что нас подслушивают, а ты не верил. — Ну это же не ты спиной к окну сидишь, а я, — они зашли в кабинет, и Светлана Алексеевна тут же закрыла дверь. — Асланбекова, подойди ко мне. Тут же подхожу к окну и встаю на подоконник. Значит они специально вышли и дождались пока а заберусь сюда. Значит она меня заметила. — Аня, — вздохнула психолог, подходя ко мне. — Слезь оттуда. — А потом ты мне объяснительную напишешь, — Донцов тут же пригладил усы. — Тебе всё равно бежать некуда, — она облокотилась об его стол. –Я не стану тебя наказывать. — Руслан Маратович, — может другого варианта у меня не будет? — Светлана Алексеевна изнасиловала меня у себя дома! — Прозвучало моё заявление как гром среди ясного неба. — И все походы к ней у меня заканчивались тем что она до меня домогалась! Повисла напрягающая тишина. Почему-то в своей голове я представляла эту сцену иначе. Я думала, что Донцов расстроится, будет хвататься за голову, а потом просто вызовет ментов. Вот только этого не произошло. Он только закатил глаза и обошёл свой стол, с другой стороны. — Что?! — Стою в полном шоке на подоконнике. — И это всё?! — А что ты хочешь? — Он присел на край стола и скрестил руки на груди. — Я обо всём и так прекрасно знал с самого начала. Ноги в этот момент у меня сами собой подкосились, и я поняла, что падаю. Они оба рванули ко мне одновременно и успели поймать. Меня всю трясло когда меня посадили в кресло Донцова. Директор тут же закрыл окно и привычным движением поправил на себе пиджак. — И вы… позволили? Я была куда лучшего мнения о нём. Сейчас всё моё к нему отношение рухнуло словно его и не бывало. — Ну а куда ему ещё было деться, — она встала за креслом и положила руку мне на голову, вздрагиваю от её прикосновения. — Руслан просто не мог иначе. — Хватит этих чёртовых оправданий! — Повысил голос Донцов. — Света, уведи её вон отсюда. Куда хочешь. Хоть в свой кабинет хоть к себе домой. На секунду мне показалось что у него проскочило какое-то сожаление. Было что-то такое во взгляде и дёрганном поведении. — Нет, пусть услышит и при тебе, — глаза заслезились, и я тут же их вытерла чтоб не заплакать. — Мы с ним давние любовники, Аня. Вот только его замучила совесть пусть и с опозданием, но он вдруг осознал, что столько лет изменять жене некрасиво. — Хватит! — Он стукнул кулаком по столу, и я вскрикнула больше от неожиданности чем от страха. — Хочешь рассказать то рассказывай, но не в моём присутствии. — Погодите, — встаю с кресла и смотрю то на неё, то на него. — Вы что, выходит откупились от неё предложив меня? Я только так понимаю это. По-другому никак. — В какой-то мере да, — он весь побелел. Пытаюсь выбежать из кабинета, но Донцов тут же ловит меня за руку и передаёт Светлане Алексеевне. — Да я в отделение пойду! — Пытаюсь вырваться. — И что дальше? У меня брат там майором работает. Думаешь помогут? Сильно сомневаюсь. А вот то что тебя на учёт поставят это да. — Она подошла ко мне и схватила за локоть. — Пошли в мой кабинет, обсудим твой побег и ключи кстати от квартиры мне отдай. Засовываю руку в карман куртку и отдаю ей ключи. Вот теперь мне что-то кажется, что она специально их там оставила. Мы вышли из кабинета директора. Секретарша вообще удивлённо на меня посмотрела. А по дороге к кабинету психолога я увидела Ленку. — Аня, — подруга тут же подбежала к нам. — А я… — Помогай! Ладно что два ража её просить не пришлось, подруга тут же вцепилась в руку Светлане Алексеевне и стала отцеплять от меня. — Устинова, ты что творишь? Дёргаюсь и эта попытка удачная, тут же бегу на выход. — Асланбекова, вернись! Надеюсь Ленка не пострадает. Бежала я так же, как и убегала от своих неприятностей, на которые нарывалась весьма часто. Я готова жить на улице и бомживать но к этой не вернусь никогда! С подругой я встретилась на детской площадке её дома. — Это просто капец, — сказала Ленка подойдя и сев на соседние качели. — Твоя эта мне прям весь мозг затрахала. Объяснительную на имя директора заставила писать. А потом ещё полтора часа со мной говорила. Типа зачем я так поступила и тому прочее. — И что ты сказала? — Сказала, что ты моя подруга и иначе я поступить просто не могла, — подруга тут же помрачнела. Причём так резко что даже я заметила. — Лен, что случилось? — Вот только не хватало чтоб у неё проблемы из-за меня начались. — Слушай, я не могу лично говорить такое. Именно то что сказали мне. Просто… Она стала кусать себя за губы. — Лен, она тебе угрожала? — Напрягаюсь и упираюсь ногами в землю перестав раскачиваться. — Типа того. — Что конкретно? — Слушай, Ань, а она к тебе пристаёт по какой причине? Просто скажи, а то я начну говорить, и ты либо узнаешь что-то новое про себя, либо не удивишься. Тяжело вздыхаю думая как лучше сказать. Конечно это Лена. Моя подруга которая всегда поймёт и не будет смеяться. Которая, к сожалению, уже вошла в эту порочную игру. — Она меня изнасиловала! — Выпалила я на одном дыхании и похоже слишком громко, где-то закаркала ворона. — И пристаёт. И вообще я с ней теперь живу. Вот. — Я так и думала, — грустно кивнула подруга. — В общем, она меня стала шантажировать. — Чем? — Моей связью с географичкой. Я аж слюной подавилась. — С Любовь Анатольевной? — Откашлявшись спрашиваю, и подруга кивает. — Но мы же вместе её фото на сайт проституток добавляли. — Ага, — грустно отвечает она. — А что мне надо было делать? Я лично стеснялась тебе признаться, что сплю с ней вот уже три года. — Три года?! — Это когда они успевали? Географичке полтинник, и она всё ещё может заниматься сексом? Я что-то думала, что жизнь после сорока заканчивается. — Когда успевали? Кто инициатор? — Ну а сама как думаешь? Она. Помнишь она мне тогда сказала задержаться после уроков? Пытаюсь вспомнить, когда такое было и не вспомнив киваю. — Вот. Тогда и случилось. — Это когда ты вся бледная и перепуганная была? — Да. Я вообще даже думала умереть. Помню, что что-то такое было. Лена тогда всё спрашивала у меня какая смерть красивая. Я ещё тогда ответила, что смерть никогда не была красивой и тем более в молодом возрасте. — Потом она просто со мной поговорила. Это случилось на улице. Я её случайно встретила в магазине, и она сказала, что хочет это обсудить. Мы шли к ней домой… — Ты после этого к ней домой ещё пошла?! — А я думала, что только я такие тупые поступки совершаю. — Зачем? — Хотела обсудить случившееся, — она повесила голову. — Мы правда обсуждали это часа два. Она не приставала ко мне, а потом… И она замолчала да так надолго что я не выдержала: — Не тяни! — В общем, мы снова переспали. В этот раз мне понравилось. Она была такой… это не передать словами. — Лен, она тебя совратила. — Может быть, — она посмотрела на меня таким твёрдым взглядом что мне стало не по себе. — Но я лично не жалею. И вот вышло так что о нашей связи как-то узнала твоя эта Некрасова. — Кто? — Некрасова. Ты вообще их фамилий не знаешь что ли? — А ты откуда знаешь? — Так она расписание составляет школьное. Там её фамилия и инициалы. Ещё я видела, как она новое расписание ставила вот и спросила её она и ответила. Понятно всё. Вот откуда она так хорошо моё расписание знает. — Ань, она меня теперь шантажирует этим. Сказала, чтоб я велела тебе идти домой к ней иначе она добьётся публичной огласки моей связи с географичкой. — А сама она огласки не боится? — Хотя там Донцов который отмажет её любимы путями. — Видимо. Поэтому, правда, вернись к ней. Она сказала что наказывать тебя не будет. Просто хочет, чтоб ты пришла. — Лен, я конечно к ней вернусь, — мне всё равно идти некуда. — Но не факт, что она не раскроет твою тайну. Встаю и засунув руки в карманы куртки вздыхаю. Вообще не знаю чего ожидать от этой Некрасовой. Надеюсь что не станет бить. Хотя по сути она меня и не била. Но тот опыт с сигаретами был печален. — Спасибо тебе, — она встала и обняла меня. — Ты даже не представляешь, как это важно для меня. Как же мне было страшно подниматься к ней на пятый этаж. Особенно было гадко проходить мимо моего дома. Вообще ощущения были что меня только что приговорили к смертной казни. Не знаю дома она или нет но на звонок нажимаю. Дверь открылась почти сразу. Она не выглядела злой, больше разочарованной мною. — Ну заходи, — отходит от двери давая пройти. — Вижу, что со своей подругой ты пообщалась. — Как вы вообще о их связи узнали? — Я же психолог, — она закрыла дверь и стала её запирать. — Я этому годами училась. Видеть то что не видят другие. — Сказали, как экстрасенс. — Их нет, есть только шарлатаны и очень хорошие психологи что пользуются доверчивостью людей. — Вы будете меня наказывать? — Твоей подруге я пообещала этого не делать. Да, она взяла с меня слово не наказывать тебя. Так что, просто проходи, будем разговаривать.