Бабочка

- Донхэ? – Хёк вздрогнул от страха, когда открыв дверь, увидел перед собой на коленях Хэ. Он меньше всего ожидал, что сразу увидит Донхэ в такой позиции. – что ты делаешь тут? - Я ждал вас, господин, - он поднял на Хёка отчаянный взгляд, поджав губы. - Ну, что же, я пришел. – Ынхёк раскрыл объятия, и Донхэ, подскочив к нему, тут же принялся обнимать за шею. - Я очень ждал тебя, Хёкджэ. Ты можешь делать со мной что хочешь. Я в полном порядке, - он без разбора целовал его лицо, обхватив бедро одной ногой и притягивая к себе. – хочешь, можешь меня отшлепать, вставить в меня что хочешь, можешь даже не дать мне кончить, я на все согласен, Хёкки, только не оставляй меня, ладно? Я так люблю тебя. Донхэ прижался к его губам, крепче сжимая шею, так, что Хёку было сложно дышать. - Можешь хоть трахнуть меня на виду у всех, я на все согласен, только с тобой. - Да что с тобой? – оторвав от себя Донхэ, он попытался заглянуть в его глаза, но Хэ отвел их, вцепившись руками в куртку старшего. - Ничего со мной, просто я люблю тебя. – Донхэ опустился на колени, стараясь расправиться с ширинкой Хёка, но тот, перехватив его руки, оттолкнул от себя. Не удержав равновесия, Хэ свалился на спину, обиженно смотря на него. - Как ты ведешь себя, Ли Донхэ? – парню показалось, что его окатили ведром холодной воды. Хёк недовольно смотрел на него, сжимая кулаки. - Простите, господин, - Донхэ снова встал на колени, опустив взгляд в пол. - Пойдем. – Ынхёк прошел мимо него, заходя в гостиную и, сняв с себя куртку, сел в кресло, ожидая, когда Хэ опустится перед ним на колени. - Что с тобой? Я хочу честного ответа. – Донхэ вздохнул, все еще не поднимая взгляда. - Ты уже месяц не прикасаешься ко мне, Хёкджэ. Я пытаюсь завести тебя, а ты даже не смотришь на меня. Что не так? Я больше не возбуждаю тебя? Ты не любишь меня? - Донхэ, из-за меня ты попал в больницу, это слишком опасно, я решил, что тебе нужен перерыв. Я все еще люблю тебя, и ты безумно меня заводишь. Я уже даже смотреть не могу на тебя, в этих ужасно обтягивающих кожаных штанах! - он усмехнулся, отворачиваясь к окну, но вздрогнул, услышав всхлип. - Я сегодня обедал с Хичоль хёном, - Ынхёк немного напрягся, но взяв себя в руки, чтобы не показывать этого Донхэ. – он сказал… ох. Донхэ задохнулся воздухом, быстро вытирая слезы с глаз и, положив руки перед собой на пол, оперся о них. - Что Хичоль хён сказал? – Хёк положил ногу на ногу, ожидая ответа. Но что бы ему не сказал Хичоль, он уже готов был убить старшего. Никто не смеет доводить его мальчика до такого состояния. - Ты ему очень нравишься, и он хочет, чтобы ты делал с ним тоже, что делаешь со мной. Ему нравится то, как ты к нему прикасаешься. Его это очень заводит. И я, но Хёкджэ, я же так люблю тебя. Я видел, как он смотрит на тебя. Как обнимает на сцене. Ты же не любишь его, да, Хёкки? Ты же любишь меня? Он врал? Ты же не трогал его… там, да? Ынхёк поднялся на ноги, проходя мимо него и уходя в спальню. Донхэ вытер слезы, которые всё никак не могли остановиться. Ему было больно, что такая ситуация вообще произошла. Хёкджэ никогда не оставит его ради хёна… Через несколько минут он вернулся и кинул на Донхэ белый фартучек с рюшами и розовым бантом. - Надевай. – Хэ поднял на него заплаканные глаза, но потом кивнув, быстро надел на себя фартук, поправляя его и ошейник на шее. – приготовь мне ужин. Я не успел поесть. Я хочу что-то на твоё усмотрение. Донхэ кивнул, поспешно поднимаясь и уходя на кухню. Вздохнув, Хёк решил наведаться к Хичолю, а потом принять душ, поесть и преподать урок Донхэ, чтобы даже не смел думать о таких вещах. Желания Хичоля их не касались. - Клянусь, я сверну твою шею, Ким Хичоль! – Ынхёк влетел в общежитие, не обращая внимания на испуганные взгляды ребят. Найдя Хичоля на диване в гостиной со своим стилистом. Он выхватил из его руки джойстик, откидывая его на пол, и, опрокинув Хичоля, сжал его горло. - Я тебя предупреждал! – он отпихнул от себя Кюхёна, который пытался их разнять и, приблизив лицо к Хичолю, прошипел. – если ты еще раз заговоришь с Донхэ на эту тему, я тебя четвертую. Оставь свои грязные мыслишки при себе. Я даже не подумаю о том, чтобы воплощать их в жизнь. Найди себе кого-то, кто сможет тебя хорошенько оттрахать, и отвали от нас. Хичоль ничего не ответил, и Хёк, отпустив его, вышел, извиняясь перед Канином в прихожей. Донхэ всё еще вертелся на кухне, Хёк немного постоял, посмотрев на эту картину. Донхэ был совершенен, и белый фартук на нем смотрелся крайне странно, но безумно сексуально, в голову приходили мысли, как он нагибает своего мальчика прямо на столе, задирая полы короткого фартучка. Как рот Донхэ открывается в громком стоне, и он дрожит от возбуждения в его руках. Отмахнувшись от собственных пошлых фантазий, Хёк ушел в душ, чтобы на свежую голову и чистое тело поговорить с Донхэ. Когда он в махровом халате приземлился на стул, Донхэ поставил перед ним поднос с едой. Рис, кимчхи и жареное мясо. Хёк довольно втянул носом приятные запахи ужина и в благодарность шлепнул Хэ по голой заднице. - Присаживайся. – Донхэ кивнул, опускаясь на колени рядом с Ынхёком и убирая руки за спину. – ты поел? - Да, господин. – спокойно ответил тот, сглатывая подступивший комок. - Замечательно. – он взял в рот кусочек мяса, замычав от удовольствия. Не торопясь он опустошил все тарелки, иногда протягивая Донхэ кусочки мяса или кимчхи. - А теперь поговорим. – отложив палочки, Хёк развернулся на стуле к парню, кладя ноги ровно, как раз перед ним. Донхэ сглотнул, стряхивая упавшую на лицо челку. – Ли Донхэ, я даже не хочу думать, почему ты вообще считаешь меня гомиком. Донхэ поднял на него удивленный взгляд. - Меня заводишь ты, возбуждает только твоё голое тело, я люблю только тебя и даже не хочу думать о ком-то другом. Я не гей, Донхэ. Я люблю тебя. - Я тоже очень люблю тебя. Только тебя. – ответил Хэ, улыбаясь. - Меня не волнует, кто и что хочет от меня. Я хочу лишь тебя и ни с кем кроме тебя никаких отношений иметь не хочу. Тем более подобных. Уяснил? – строго спросил он, заставляя тело Донхэ покрыться мурашками, а член встать. - Я понял вас, господин. – Донхэ покорно опустил глаза, и Хек, улыбнувшись, одобрительно кивнул. - А теперь, - он выдержал паузу, чтобы быть убедительнее. – тебя ждет наказание. Он положил ногу на колено Донхэ, поднимая её выше, проводя большим пальцем по его бедру, что вызвало судорожный всхлип со стороны младшего. Забравшись под полы фартука, он коснулся пальцами уже возбужденного члена, проводя ими по всей длинне. - Ах, Хёкки, пожалуйста… - Донхэ застонал, когда Хёк размазал выступившую каплю спермы, ведя ниже, к яичкам. - Боже, я сейчас умру. – он откинул голову назад, постанывая. Чувствовать ногу Хёка на своей промежности было безумной пыткой. Хотелось кончить, но старшему бы это не понравилось, поэтому, закусив губу, он просто терпел, наслаждаясь прикосновениями. Когда Хёк убрал ногу, Донхэ недовольно замычал, опуская голову. Хёк опустился к нему, прижимаясь губами к ключице, чуть ниже того места, где был ошейник. - Сейчас я подниму тебя на стол, надену наручники и прикую к ножкам. А потом буду трахать, пока ты не вырубишься. – Донхэ чуть не закашлялся, представляя все это себе. Хёк всегда выполнял все, что говорил, и он сомневался, что на этот раз будет по-другому. - Это будет тебе уроком на будущее. – Хёк сжал его член сквозь ткань фартука, а второй рукой снял лямку с плеча, оголяя часть груди и скручивая сосок между пальцами. - Делайте все, что захотите, господин. – прошептал Донхэ, внутри все сжималось от желания, и хотелось, чтобы Хёк скорее выполнил свои угрозы. - Мне для этого не нужно твоё разрешение. – он дернул за ошейник на шее Донхэ, и поцеловал, больно прикусывая губы. – ты давно мой, Донхэ. Я могу делать с тобой что хочу и без твоего разрешения. - Да, господин. – выдохнул Донхэ, прижимаясь к нему ближе. На коже уже выступил пот, а внутри все горело желанием. Вот он, готовый, бери и трахай. Что и собирался сделать Ынхёк. - Ты стал моим в тот первый раз. Ты помнишь его, Донхэ? - Конечно, помню. – Донхэ застонал, придаваясь воспоминанием. Для них все было в новинку, знания были только теоретическими. Ынхёк отшлепал его, заставив отсосать, а потом кончил на лицо, помечая этим Донхэ. Оказавшись на столе, Донхэ почувствовал холод. Поверхность стола была прохладной и в сочетании с горячим телом создавала сводящий с ума контраст. Ынхёк действительно приковал его к ножкам стола, оставляя почти распятым. - Раздвинь ноги. – Донхэ послушно выполнил приказ, полностью открываясь ему. Он уже давно не стеснялся своей наготы и пожирающих взглядов своего Дома. - Мой идеальный Донхэ. – стянув мешающийся фартук, он откинул его, оставляя висеть на руке, прикованной к ножке, а сам вернулся к Донхэ, проводя руками по его телу, ощущая дрожь и тепло. - Ты выглядишь таким… незаконченным. Подожди, мой мальчик, я сейчас приду. Ожидания, длившиеся несколько минут, показались Донхэ вечностью, поэтому он невольно застонал, увидев Хёка. В руках того была коробка, в которой наверняка было много игрушек, чтобы довести Донхэ до крайности. Положив свою ношу рядом с Донхэ, Хёк развязал пояс халата, спуская его с плеч и тут же получая удовлетворенный стон. Хэ готов был кончить от одного только вида голого Ынхёка. - Ты готов? - Хёк провел руками по его ногам, облизывая губы и улыбаясь. - Да, господин. - Донхэ сглотнул, а внутри все сжалось от ожидания. Вечер только начинался и, судя по довольному лицу Ынхёка, не собирался пролететь быстро и незаметно.