Не ходите, дети, в лес

— Нам ещё повезло…что живы остались, — в промежутке между двумя судорожными вдохами просипел Хёнджин. Он опёрся рукой о внушительных размеров дерево, второй держась за сердце, и прикрыл глаза, пытаясь отдышаться. Феликс мысленно с ним согласился. Не каждый день встретишь такого кровожадного опоссума. Тем более днём. Вероятно, он был действительно голоден и не побрезговал бы сияющей и благоухающей от кремов кожей Хёнджина. Вот он бы на его месте, — про себя рассуждал Ли, — точно не побрезогвал. Когда опасность миновала, а работа лёгких была восстановлена, у парней появилась возможность осмотреться. Местность была, скажем, не особо выделяющаяся: полянка, напоминающая ту, где остановилась их компания, вовсю палящее полуденное солнце и ветви, дарующие спасительную тень. Ничего примечательного. Во всяком случае, так казалось на первый взгляд. — Куда нас, черт побери, занесло? — тихо выругался Хёнджин. Феликс удивлённо посмотрел на друга, но стоило ему проследить за взглядом Хвана, как все прояснилось. На другой стороне поляны, приглушённо фыркая и дёргая усиками, дремал лисенок — не совсем малыш, но ещё и не взрослый. Кончик его ярко рыжего хвоста с причудливой красноватой кисточкой время от времени подрагивал, являя миру беспокойный сон его хозяина. Но не это привлекло внимание Хёнджина. Вокруг дремлющего зверька стояло с десяток баночек: некоторые из них были наполнены чем-то, отдалённо напоминающим слизь, другие, побольше, содержали различные семена, парочка совсем маленьких угрожающе отливала красновато-бурым. Коллекцию дополняли какие-то засохшие корни и свежие ягоды, а венцом её был величественно стоящий посреди всего этого и пускающий в воздух огромные зеленоватые пузыри, огромный котёл. Подле него печально тлела горстка угольков. Парни уставились на представшую перед ними картину, раскрыв рты. — Вот бы Сынмин охренел, — тихо произнес Хёнджин, прерывая длительную тишину. — Ага, — только и смог ответить Феликс. Но тут его взгляд упал дальше и он, подавляя визг, начал радостно толкать Хвана в ребра. — Смотри, смотри! Боже, это оно, не могу поверить! — забыв обо всем на свете, Ли схватил старшего за футболку и поволок в сторону спящего животного. — Стой, ты чего делаешь, мы же его разбудим, — прошипел Хван, пытаясь приятянуть обезумевшего младшего обратно. — Куда ты меня тащишь, что ты там увидел? — Цветок папоротника! — улыбаясь во все тридцать два, объявил Феликс. — Вон там! — Он указал на свободное пространство за преградой в виде котла и снова потянул старшего вперёд. И тогда Хёнджин увидел. Окружённый морем зелени, маленький, но от этого не менее заметный, в лучах солнца плескался он. Изнутри цветок будто светился, погружая окружающее пространство в тепло-желтую дымку. Опомнился Хван только тогда, когда Феликс, согнувшись, занимался тем, что пытался заставить его ногу перешагнуть через одну из склянок. — Эй, подожди, — он мягко положил руку ему на плечо и Ли мгновенно прекратил свои попытки, приподнимая голову. — Давай лучше обойдем, мы можем случайно что-то разбить, а в мои планы не входило убегать через весь лес от разъяренной лисицы. Феликс встал и быстро кивнул, соглашаясь. Они обошли полянку вокруг, но по другому подобраться к цветку оказалось невозможно — место со всех сторон окружали густые колючие кусты. — Придётся идти прямо, — подытожил Ли. Делать было нечего, и Хёнджин согласился. Пробираясь со всей осторожностью, на которую были способны, они, наконец, достигли цели, при этом даже ничего не перевернув. Вблизи цветок оказался ещё прекраснее. Хёнджин с удивлением отметил, что это была не игра света — из полураскрывшегося бутона и вправду исходило золотистое сияние, словно в нем кто-то зажёг ещё одно маленькое Солнце. Феликс рядом схватил Хвана за руку. — Мы же должны удостовериться, что это он! — младший полез в сумку, еще с пол минуты нащупывал нужный предмет, а потом чуть нахмурился и расстроенно произнес: — Кажется, я потерял книгу. Старший махнул рукой: — Черт с ней, с книгой этой, я уверен, что это то, что нам нужно. Чуть приободрившись, Феликс присел на корточки и достал специальные ножницы, которыми поддел стебель пониже последнего ряда листьев. Пальцы нежно прошлись по шелковистым лепесткам. Подрагивая, будто в предвкушении, бутон поддался прикосновению, отчего Феликс чуть не отдернул руку. — Какого хрена… — договорить ему было не суждено, потому что в тот же миг цветок приоткрылся, из него показался продолговатый трубковидный пестик, немного подвигался, словно усик насекомого, а потом что есть мочи плюнул чем-то липким Феликсу в лицо. — Чёрт! — вскрикнул Ли, отпрянув от недружелюбного растения и хватаясь за опороченную щёку. — Он в меня плюнул, представляешь? О таком в отзывах не предупреждали! Хёнджин обеспокоенно присел рядом с младшим, но предпринять тоже ничего не успел, так как вторая порция слизи полетела уже в него. — Вот же гандон! — воскликнул Хван, с ужасом чувствуя влажное мерзкое месиво на своей макушке, а потом земля под ними будто в миг исчезла, и они оба с криком провалились в темноту.

***

Он был на ледяном озере. Светясь призрачно-голубым, оно простиралось на километры вокруг мёртвой ледяной пустыней. Хёнджин посмотрел наверх. Что-то стремительно падало прямо на него. Хван зажмурил глаза, но ничего не произошло. Приоткрыв один глаз, он с опаской посмотрел вниз. У его ног, время от времени скуля, копошилось что-то маленькое, темное и явно мокрое. — Кками! Он радостно поднял собачонку на руки и прижал к своей груди. Влажное существо вжалось в него, мелко дрожа и тычась холодным носом в шею. — Замёрз, малыш? — произнес Хван, заботливо чеша Кками за ушком. В ответ та лизнула его в щеку. А потом ещё раз. И ещё. В какой то момент стало больно, и Хёнджин попытался немного отодвинуть сверхлюбвеобильное существо от себя, но оно лишь принялось вылизывать его лицо ещё усерднее. — Кками, перестань, — умолял парень, но слова не действовали. Это было почти избиением. Он и увернуться пытался, и пригрозить недельным отсутствием жевательных палочек, но все было тщетно. Теперь скулил уже Хёнджин. — Да проснись ты уже, Господи, — недовольно простонал Кками. Хёнджин яростно замотал головой. Кками так же яростно продолжил издеваться над его лицом. — Когда же все это уже наконец закончиться, — захныкал Хван, ощутив нарастающую беспомощность. — Когда ты наконец проснёшься, красавица ты спящая, блин, — ответил Кками. Хёнджин приоткрыл глаза. Чей то размытый силуэт настойчиво бил его по щекам. Мир приобрел очертания и Феликс, сидящий на нем, перестал его избивать. — Боже, ну наконец-то! — воскликнул он, поднимаясь с живота Хвана, и тот сразу же облегчённо выдохнул, избавляясь от лишнего веса на своем теле. — Обязательно было меня бить? — обиженно поинтересовался он, сонно потирая глаза. — Прости, это были крайние меры. Тебя и ревом взрывопотама не разбудишь. Мы проверяли. Хёнджин сел, хрустя затекшей поясницей, и огляделся. Снова лес, хотя местность определенно другая. Деревья здесь помоложе и стоят не так плотно друг к другу. Лучи солнца, хотя и не могут пробиться через густую листву, но под ними светлее, намного. А ещё значительно прохладнее. Идеально, в общем. — Где это мы? — поинтересовался Хван у младшего, который присел рядом с ним, откинувшись на руки и вытянув ноги вперёд. — Понятия не имею, — беспечно ответил Ли, блаженно вдыхая свежий воздух. — Когда та штука обплевала нас, мы "оп!" и очутились здесь. — Рука Хвана непроизвольно потянулась к волосам и тут же с ужасом отпрянула, почувствовав намертво слипшиеся пряди. — Меня какой то странный тип разбудил, весь в браслетах и с барабаном на боку, от него ещё сильно псиной пахло. Поднял меня и спрашивает мол, зачем нам цветок сдался и как мы мимо охранника прошли. Ну, я и отвечаю, что никакого охранника не было, а цветок папоротника обладает исключительными лечебными свойствами, а я, вообще то, о карьере медика подумываю. Вот выложил я ему все это, а он на меня вылупился, как на сумасшедшего какого-то и такой: «Какой ещё цветок папоротника? Это портал семи миров!». Тут уже я прифигел, он меня ещё про охранника порасспрашивал, я ему про лиса того сказал, он выругался, сказал ждать здесь и смылся. — Мда-а, — протянул Хёнджин, уставившись в одну точку и пытаясь понять, что же, все-таки, здесь происходит. — Наверное мы попали к какому-то психу, живущему в лесу и похищающему людей. Лучше валить отсюда. Феликс вздохнул и подобрал лежащую рядом шишку. — Я пробовал. Видимо, здесь установлен какой то невидимый барьер. Он кинул шишку вперёд, но та, не пролетев и пяти метров, отскочила от воздуха с характерным «вжух». — И как долго мы тут торчим? — С того момента, как я очнулся, прошло около получаса, — тут Феликса будто осенило и он встревоженно повернулся к Хёнджину. — Мальчики же будут нас искать! В тот же миг раздался грохот, и Хван быстро прикрыл собой зажмурившегося младшего, сам сжавшись до размеров прикроватной тумбочки. Из воздуха буквально выпрыгнуло три человека. Двое сразу же начали поправлять одежду, а третий с мученическим видом опёрся о колени, согнувшись и тяжело дыша. — Ненавижу ваши порталы, — захныкал он, прикрывая глаза. — А нечего было спать на рабочем месте, — один из его спутников, видимо, тот, о котором говорил Феликс — понял Хван по миниатюрному барабану на бедре — засунул руку в свою изумрудную мантию и достал флакон, протянув его страдальцу. — Выпей снадобье, Нинни, полегчает. «Нинни», оказавшийся молодым высоким брюнетом с узкими щелочками вместо глаз, выпрямился и принял протянутый флакон, откупоривая его и заливая содержимое себе в рот. — Не будь так жесток с ним, Чан, — проговорил третий человек. Его голос был похож на шелест листвы. Лицо не выражало ничего, кроме безграничного спокойствия. — Он не виноват. — Он упустил воров и должен быть наказан. — Эй, — возмутился Феликс. — Мы не воры! Все глаза устремились на него и Хёнджина. Чан неловко прокашлялся, будто до этого забыл о том, что они тоже здесь. «Нинни» прищурил и без того узкие глаза. — Так это вы, — прошипел он, сжав руки в кулаки. — Мы! — бесстрашно заявил Феликс, гордо приподняв подбородок. — И мы ничего плохого не сделали! А вот ваш драгоценный цветочек, — он продемонстрировал всем засохшие пряди Хёнджина, — очень даже сделал! Вы хоть представляете, сколько Джинни потратил, чтобы сделать их такими шелковистыми?! Парень, опешив, уставился на них, от удивления даже растеряв всю свою злость. Тут грохот раздался снова. На этот раз из воздуха появилось пять фигур. Четыре из них со стонами повалились на землю. Тот человек, что единственным остался на ногах, бесстрастно объявил: — Шатались по лесу и распугали всех гномов-беженцев из Эладора. А этот, — он указал пальцем на корчащегося на траве Джисона, — орал громче всех и разбудил Мараканское чудовище, оно сейчас разносит подземные ходы на северо-западе. Думаю, они пришли вместе с вашими бандитами. Забирайте. Всего хорошего. — Он развернулся, делая неопределенные движения руками. — Вы гнома одного забыли! — крикнул Чан ему в спину, но тот уже исчез в лёгком облаке дыма. — Я не гном, — пробурчал Чанбин, еле отрывая голову от земли. — Да? — Чан оценивающе прошёлся взглядом по его фигуре. — Удивительно. Тогда прошу прощения. Как только загадочный гость удалился, Феликс подорвался, чтобы помочь парням подняться. Хёнджин тоже нехотя встал. — Убери с меня свою ногу, Со, или у тебя ее больше не будет, — прогудел Минхо, выбираясь из-под Хана. — А то, что на тебе Джисон целиком лежит, ничего? — возмутился Чанбин. — Ничего, — старший Ли присел, изящным движением откинув влажные от пота волосы со лба. — Он весит как одна твоя нога, поэтому убери ее с меня сейчас же. — А мне вот что интересно, — прервал перепалку Сынмин, тяжело вставая и отряхивась от приставших к футболке травинок. — Где мы находимся и как мы сюда попали? — А вот это, — подал голос Феликс, кивнув в сторону троицы, молчаливо стоявшей поодаль и разглядывающей их, — у них надо спросить. — Вы находитесь в пятом мире, — прошелестел парень в салатовых одеяниях, что реагировал на события спокойнее всех, — а если быть точнее, в лесу принца Бандуила Озабоченного. Вы, четверо, попали сюда с помощью телепортационной магии светлых духов, а ваши друзья повредили главный наземный портал и очутились здесь, чтобы отбыть наказание. Джисон разинул рот. — Наказание?! — одновременно вскричали Хёнджин и Феликс. — Пятый мир? Магия? Вы что, разыгрываете нас? Кто вы вообще такие? — нахмурился Сынмин. — Моё имя Чхве Чонхо, — чуть поклонился парень. — Я дух речной ивы. Мои спутники, — он повел рукой в сторону остальных двух парней, — Бан Чан — хозяин и защитник этого леса, и Ян Чонин — хранитель портала шести миров. — Это все прекрасно, — саркастично прервал Минхо. — Но меня дома ждут мои коты. Как отсюда выбраться? — Никак, — спокойно покачал головой Чонхо. — Пока ваши друзья не понесут наказание и не избавятся от меток, вы не сможете отсюда уйти. — Каких ещё меток? — наконец спросил Хёнджин. - Это вы так штуку ту называете, которой ваш верблюд зелёный нас обплевал? — Я про метки, что на ваших запястьях. Хван поднес левую руку к глазам — и правда, на внутренней стороне руки словно вытатуирован круг, а в нем — маленький зверёк, сидящий на задних лапах и смотрящий вперёд глазками-бусинками — ласка. Хёнджин перевел взгляд на Феликса и его запястье — у него в таком же круге был нарисован малыш-цыплёнок. Рядом, держась за свое запястье, ахнул Джисон. — А нам-то за что?! — Пойдете, как соучастники, — мстительно сверкнул глазами из-под угольно-черной челки Чонин. Феликс вздохнул. Они влипли.