Цена свободы

Большую часть пути до основной части города Сасори молчал. Дейдара тоже предусмотрительно держал рот на замке, но, скорее, вынужденно — опасался попасть под горячую руку. В любой другой ситуации он попробовал бы завязать разговор, любой — пусть пустой и бессмысленный, — всё лучше давящей тишины. Раньше Дейдара и из мёртвой темы создавал длинные дискуссии, которые, правда, не нравились Сасори, но он так или иначе участвовал в них. Сейчас это явно не сработает. Сасори на него не смотрел. Вообще никак — ни осуждающе, ни зло, разочарованно или устало. Он просто шёл вперед, двигался механически — только походка сквозила напряжением и выдавала нервозность. Дейдара с трудом гнал от себя навязчивые мысли о будущем: Сасори его просто разнесёт наедине. Затащит в дом, натравит чёртову марионетку и больше жалеть не станет — прикажет кукле переломать ему кости. Начнёт наверняка с ног… Или вовсе не захочет мараться лишний раз — выставит за дверь, и дело с концом. И нервы целее. Дейдара не хотел признаваться, но скучал по обычному недовольному бормотанию напарника. Словесное негодование перетерпеть проще — Сасори излил бы всё своё раздражение вовне и не стал взращивать его любовно внутри. Дейдара бы послушал, покивал головой, неискренне поспорил, и на этом всё — проблема решена. Убийственное молчание — знак куда более мрачный, предвещающий потерю годами зарабатываемого хрупкого доверия. От произошедшего противно скреблось внутри, как бы Дейдара ни убеждал себя в том, что ни о чём не жалел. Тишина, впрочем, пока оставалась единственной значимой неприятностью: в центр города Дейдара с Сасори зашли без трудностей, почти сразу сворачивая в один из малолюдных переулков, чтобы применить дзюцу. Они приняли облики безымянных шиноби, которых когда-то давно видели во время выполнения одной из многочисленных миссий. Дейдара собирался сразу обернуться Ючи, но Сасори остановил его: велел беречь силы и не привлекать ненужное внимание — всё-таки неизвестно, сколько знакомых у этого человека здесь, и встреча с любым из них чревата последствиями. Кроме того, для начала следовало найти настоящего Ючи. Дейдара согласился. Пожалуй, излишне поспешно, глупо обрадовавшись, что с ним в принципе заговорили впервые за бесконечный путь. Квартал оказался полон жизни — выдавал себя за нормальное селение, если забыть о том, какой разношёрстный народ здесь живёт и каким правилам следует. Дейдара испытывал смешанные ощущения, прогуливаясь по населённым горластым улицам вместе с Сасори. Отчасти он чувствовал облегчение от такого поворота событий: Сасори — до злополучной миссии с похищением Казекаге — был надёжным напарником и всегда в опасные моменты прикрывал Дейдаре спину, никогда при этом не подставляясь сам. В то же время смертное тело Сасори вызывало излишние опасения по поводу его безопасности — теперь, если Сасори ранят, он не сможет просто взять и прикрутить себе руку обратно. Да и брони в виде Хируко он безвозвратно лишился, как и сотен идеальных марионеток. Дейдара от души ненавидел весь этот уродливый ассортимент, но сейчас он пришелся бы кстати. — Вы новую марионетку в свитке держите? — через какое-то время рискнул спросить Дейдара у Сасори, кивая напарнику за спину. Дейдара ожидал, что Сасори проигнорирует вопрос, но тот неохотно отозвался. — Да. По большей части это прототип. И скорее страховка. Надеюсь, до её использования дело не дойдёт. На улицах царила вечерняя оживленность и бурные разговоры, всё в точности как в тот день, когда они с Сасори впервые пришли сюда. Дейдару не отпускало ощущение, что это было несколько лет назад, настолько он отвык от подобной бурлящей жизни. Мимоходом поймал себя на мысли, что вряд ли они с Сасори часто смогут бывать в дальнейшем в подобных местах — жизнь для них круто изменится, и ходить под чужими лицами придётся намного чаще, чем раньше. Репутация их здорово опережает: минует чертовски много времени, прежде чем люди потеряют бдительность и перестанут активно их разыскивать. Неприятное чувство невольно заворошилось в груди –сожаление, смешанное с растущей пустотой. Здесь, в окружении десятков людей, множества ничего не значащих и забывающихся через мгновение лиц, среди ярких огней и нескончаемых шумных заведений, Дейдара только сильнее чувствовал, что соскучился по жизни во всей её непредсказуемости и мимолётности. Да, в квартале гораздо спокойнее, преступники там держат язык за зубами, потому что сами дорожат своей анонимностью и не желают лишний раз подставляться. Но время там густое, серое, оно течёт неторопливо, постепенно погружая в состояние полной апатии и отрешённости, забирает в обманчивые холодные объятия и не отпускает. И к чёрту вечность, если она будет выглядеть так. Но какой для них существовал финал? Допустим, после сегодняшней вылазки они выберутся живыми. Допустим, узнают, что их пока не ищут и угрозы нет. Что тогда? Конечно, они смогут на время расслабиться и куда детальнее продумать следующие шаги, а ещё… задержаться здесь на о-очень неопределенное время… На несколько дней? Месяцев? О слове «лет» Дейдара и думать не желал — его мысленно перетряхивало от такой перспективы. Всё равно, что заключение, только без тюремных решёток. Будучи погруженным в свои мысли, Дейдара не сразу заметил, что Сасори подошёл к нему ближе, сокращая разделяющую их дистанцию. Дейдара очнулся, только когда их плечи почти невесомо соприкоснулись, и собирался отойти, но Сасори несильно схватил его за локоть, удерживая. — Не отходи. Не хочу, чтобы нас случайно услышали прохожие. Или не случайно. Веди себя естественно. Нет, не так, — поправился Сасори сухо. — Адекватно. Тон его голоса до сих пор сквозил сдержанностью — выходка Дейдары даром не прошла. — Хорошо. — Дейдара оглянулся по сторонам, отмечая, что пара встречных людей задержала на них свои многозначительные взгляды. Они и впрямь выглядели двусмысленно с таким отсутствием дистанции. — Вы злитесь? — задал Дейдара вопрос в лоб. Сасори приподнял бровь и окинул его донельзя красноречивым взглядом. Даже под чужим отталкивающим обликом неумолимо проступали знакомые, в подробностях отпечатанные в сознании черты. — Ты скрыл от меня одну из своих самых идиотских идей, вовлёк дочь Нэо, спутался с парнем, который тебя преследовал, не сделал никаких выводов и пошёл один, безобидный олень, в логово со змеями. Мне серьёзно нужно говорить вслух, какой ты дурак, Дейдара? Дейдара пожал плечами. — Хотя ты не сделал ничего такого, чего от тебя нельзя было бы ожидать, — добавил Сасори скорее себе, чем Дейдаре. — Спасибо? — Это не комплимент. И к этому разговору мы вернёмся. Прозвучало не слишком обнадеживающе, и Дейдара покорно вздохнул. Ладно, по крайней мере Сасори не отправил его одного куда подальше — это уже считалось достижением. — Тору сказал мне, что в полдевятого Ючи выйдет из дома своего друга, а потом отправится по привычному маршруту в паб, да, — заговорил негромко Дейдара. — Переулок, через который он обычно ходит, довольно безлюдный, значит, мы не привлечём много внимания, если будем действовать быстро. Но нужно убрать его с одного удара, — добавил Дейдара. — Если вступим с Ючи в бой, у меня к чертям слетит техника. Ну, сами понимаете, — Дейдара замялся, перед тем, как продолжить, — вдруг снова возникнет… ступор. — Да, я об этом думал. — Атакуете его марионеткой? — Нет. Я же сказал, что её буду использовать только при худшем развитии событий. — Почему? Погодите-ка… — протянул Дейдара с явной толикой неприкрытого сомнения в голосе. — Вы же не хотите мне сказать, что успели здесь кого-то порешить, да? Поэтому её прячете? — Дейдара невесело засмеялся. — Если это так, то не вам читать мне лекции об осторожности. Сасори посмотрел на него как на идиота. — Это не так, поэтому будешь слушать нотации и дальше, — раздражённо ответил он. — Ты серьезно, чёрт возьми? — Ну вы же жаловались на отсутствие материалов. — И ты сделал вывод, что проблему я буду решать столь радикально? Создание человеческих марионеток — более тонкое искусство, по сравнению с обычными. — Сасори покачал головой. — И это в крайней степени глупо, квартал — слишком замкнутое пространство. Лица быстро врезаются в память, что уж говорить про старожилов, которые знают всё про всех. Нет, эта марионетка никогда не была человеком, но светить её всё равно не хочу. — Вы правда думаете, что её кто-то запомнит? — возразил Дейдара скептично. — Маловероятно. — Свои способности лучше не демонстрировать. Про тебя я вообще молчу. — Конечно, молчите, ведь у меня их нет. Досадно, зато очень удобно вам. Хорошо, когда кто-то остаётся в плюсе. Дейдара порывался добавить, что использование марионеток едва ли о многом скажет. Грань между паранойей и здоровой предосторожностью пролегала эфемерная: Сасори явно не единственный когда-то мёртвый и впоследствии оживший кукловод, наверняка были и другие; тогда почему под подозрение обязательно должен попасть он? При условии, что наёмники ничего о них не слышали. Разве что… Сасори об этом открыто не говорил, но определённо ни на толику не доверял системе этой деревни, да и Нэо в полной мере тоже. Тут много — неприлично много — странных молчаливых договоренностей и условностей; никогда не знаешь, какие случайно нарушишь. Возможно ли, что наёмники давно о них знали, с тех самых пор, как они вошли через главные ворота? И Дейдару с Сасори от смерти удерживали опять-таки чьи-то договоры: их не трогали, пока они находились в своеобразной клетке, предсказуемые, в чём-то послушные. Но стоило им ступить в более реальный мир, как привычная картина начала бы размываться: каждый сам за себя, рискнул выйти — встречай последствия. Что ж, такое положение вещей вполне оправдывало подозрительность Сасори. — Что мы будем делать с Ючи? — Дейдара заговорил ещё тише и непроизвольно столкнулся своим плечом с плечом Сасори. Сасори поморщился недовольно, но промолчал. — Думаете, его разумно оставлять в живых? Сам Дейдара от этих навязчивых мыслей заработал разве что сильную головную боль. Убивать Ючи — опасно, оставлять его в живых тоже, и предугадать последствия любого из этих выборов попросту нереально. — Не знаю, — ответил Сасори спустя паузу с явной неохотой. — Посмотрим по ситуации. — Ого, импровизация? — с кривой улыбкой прокомментировал Дейдара. — Я вас не узнаю. — С тобой долгосрочное планирование каждый раз летит в выгребную яму, — бесцветно отозвался Сасори. — А я разгребаю последствия. В любом случае, я продумал наши действия, не напрягай бестолковую голову. Предложение прозвучало как-то неожиданно ехидно. Особенно на фоне общего безэмоционального настроения Сасори. Дейдара перевёл на него недоверчивый взгляд. — Почему мне не нравится тон, которым вы это говорите? — Учишься видеть подтекст? Разбираться с Ючи буду я, но ты поможешь. Неоценимо. Так как обычную марионетку я использовать не могу, вынужден довольствоваться тобой. Да, Дейдаре определённо не нравилось направление их разговора. — Вы хотите прицепить ко мне нити чакры? — он невольно засмеялся. — И вы думаете, я вам позволю? Ну конечно. Разве что в другой жизни после ещё одной смерти, если воскресну без свободы воли. — Сделаешь это сейчас. — Нет. Нет, это исключено. — Тебе тяжело одновременно драться и поддерживать Хенге, потому что приходится сосредотачиваться сильнее обычного. Ты выдыхаешься очень быстро. Когда больше концентрируешься на технике, страдает твоя физическая сила и наоборот. Если тобой буду управлять я, это решит проблему. — Это унизительно, — категорично возразил Дейдара. — Я понимаю, что вам недостает ваших любимых человеческих марионеток, но это не повод видеть их в ближних. — Дейдара, в силу своих особенностей, ты был бы плохой марионеткой. Можешь сделать всё сам, я побуду в стороне. Провалишься — последствия на тебе. Согласен? Дейдара полагал, что любые последствия в итоге лягут именно на него, хотя бы по той причине, что автором дурной идеи был он. Он мог рискнуть: в конце концов, первоначально Дейдара собирался разобраться со всем сам, без Сасори, и тогда помощи не дождался бы в любом случае. Дейдара собирался поспорить, но… неожиданно для самого себя остыл и смирился. Нужно принять отвратительную истину — Сасори прав. Прежде Дейдара сотню раз находил выход из самых, казалось бы, безнадёжных ситуаций, придумывал уловки, на которые попадались его противники. Он в одиночку захватил Казекаге, в конце концов. Отличие заключалось в том, что тогда он доверял себе и своим способностям. Он знал свои сильные и слабые стороны, свой предел, умел оценивать силу противников, пусть и нередко заигрывался в процессе. С тех пор обстоятельства несколько изменились. Не вина Сасори, что не в пользу Дейдары. — Я понял, — коротко ответил Дейдара, машинально пряча руки в карманы. В этом облике не видно ртов, но он всё равно ощущал фантомно выпадающие из них языки. Отвратительно. Сасори поглядывал на него со сложной смесью эмоций, будто не знал, какую из них сейчас выдать. — Мы разберёмся с твоей проблемой, — слова Сасори могли обнадежить Дейдару, если бы его не настораживали способы, которыми Сасори обычно разбирался с проблемами. — Но потом. Если сейчас провалимся, другого шанса не будет. Они почти подошли к нужной точке и остановились около одного из уличных ресторанчиков на шумной улице. Переулок, по которому вскоре предстояло пройти Ючи, находился недалеко от этого места — буквально в паре минут ходьбы. У них оставалось свободное время. Вокруг сновали люди, изрядно употребившие алкоголь; многие из них облепили высокие круглые столики, переполненные бутылками и какой-то простецкой едой. Дейдара поглядывал на пёстрый контингент с некоторой опаской и удивлялся, почему Сасори решил остановиться именно здесь, среди людей. Большинство давно достигло нужной кондиции: ещё немного и кто-нибудь из них полезет в бессмысленную драку. Будет досадно, если объектом интереса станут они с Сасори. — Я надеюсь, мы не будем спорить, кто из нас пойдёт в паб? — спросил Дейдара, наклоняясь ближе к Сасори, чтобы его не услышали чужие. Хотя в этом не было необходимости: вокруг стоял такой шум, что вряд ли кто-то стал бы умышленно подслушивать их беседу. — Нет. Маюри сказала, что он довольно шумный и проблемный, к тому же питает страсть к алкоголю. Последнее не про тебя, конечно, но в целом притворяться тебе особо не придётся, — хмыкнул Сасори. Сасори целью этого дня поставил себе докопаться до Дейдары? Или отрывается из-за того, что Дейдара ему не сказал о своих планах? Сасори не звучал зло, но все эти комментарии насквозь пропитались насмешкой. С другой стороны, это прогресс — не ледяное равнодушие. — Ну да. Мне живого человека сыграть проще, чем вам с вашим картонным выражением лица, — в тон ответил Дейдара, ожидая услышать угрозы или недовольство, но Сасори только простодушно кивнул. — В общем, так. — Так вы не пойдёте только как Ючи или не пойдёте вообще? — Вообще, — отрезал Сасори. — У меня нет легенды. И я понятия не имею, как моё тело отреагирует на алкоголь. Я останусь, нужно придумать, куда спрятать Ючи, пока всё не закончится. Его не должны найти раньше времени. Дейдара кивнул, с каким-то удивлением отмечая, что начинает чувствовать нервозность. Подобного с ним давно не происходило — чаще всего миссии вызывали куда больший подъём, потому что давали шанс размяться и вырваться на какое-то время из организации. Сейчас всё воспринималось иначе. К счастью, Сасори держался абсолютно невозмутимо, и Дейдара невольно заряжался этой эмоцией и сам, стараясь сохранить её в себе как можно дольше. — Кстати говоря, — заговорил Сасори спустя какое-то время, извлекая из сумки небольшую бутылочку, — алкоголь и для тебя может стать проблемой. Дейдара с подозрением наблюдал, как бутылка переместилась на стол, около которого они с Сасори стояли, а потом оказалась прямо перед ним. — Это ещё что такое? Сасори закатил глаза, очевидно в тысячный раз поражаясь недогадливостью Дейдары. — Это сакэ, болван. — Спасибо, это я вижу. Вы мне что, выпить предлагаете? — Дейдара невольно улыбнулся. Ситуация принимала странный оборот и казалась отчего-то карикатурной. Сасори в ответ цыкнул. — Я не спаиваю малолетних надоедливых мальчишек, — и продолжил прежде чем Дейдара успел громко возмутиться. — Ючи редко бывает трезв. В пабы и подобные заведения он заявляется навеселе. Я не предлагаю тебе пить всё, но сделать пару глотков лишним не будет. Нам надо посмотреть, не слетит ли с тебя техника, если тебе там что-нибудь подсунут. Дейдара буравил его взглядом несколько секунд, но быстро понял, что это бесполезно. Терять контроль над ситуацией совершенно не улыбалось, это ставило его в уязвимое положение. Конечно, если дела примут совсем скверный оборот, теоретически он сможет использовать взрывные или дымовые печати и скрыться… но до этого доводить не хотелось бы. Горло ненадолго обожгло крепким напитком, когда Дейдара приложился к бутылке. Сасори наблюдал за ним с каким-то ленивым любопытством, но Дейдара заметил, что тот на самом деле предельно собран и готов, в случае чего, быстро отреагировать. Впрочем, все окружающие их люди настолько поглощены собой, что не заметили бы и рухнувшую бомбу рядом. И кто из них был бо́льшим мертвецом внутри? Сасори взял из рук Дейдары бутылку, и прежде чем Дейдара успел хоть как-то отреагировать, вылил остатки алкоголя прямо тому на одежду. Дейдара от внезапного поворота событий растерялся и на мгновение лишился дара речи, что с ним, надо признать, происходило нечасто. Сасори его яркая реакция явно позабавила. — Какого черта… — начал он после заминки, но Сасори его мигом перебил. — Черт возьми! — цыкнул он чужим и громким голосом, оглядывая Дейдару с головы до ног, и досадливо качая головой. — Когда ты успеваешь так надираться? Дейдара предусмотрительно заткнулся, лишь бросил недовольный взгляд исподлобья. На одежде остались мокрые пятна, которые Дейдара порывался потереть. Несколько сверкающих глаз метнулись в сторону Дейдары; кто-то рядом смеялся и отпускал глумливые комментарии. В голове призрачной дымкой пролетела мысль о том, что едва ли весь этот сброд позволил себе такое развязное поведение, знай они, кто перед ними на самом деле. — Ваша правда, на ногах стоять не могу, — подыграл ему Дейдара, и сделал шаг в сторону Сасори, намеренно поскальзываясь и мстительно впиваясь руками тому в плечи. Сасори непроизвольно накрыл его руки своими, поддерживая, и замер, вглядываясь Дейдаре в глаза. Перед Дейдарой было чужое лицо, испещрённое старыми шрамами и глубокими морщинами, незнакомое, почти враждебное, но и под всей этой грубой маской он всё равно ясно видел Сасори — его привычный взгляд выдавал необычное, несвойственное ему смятение, тонкими иглами впившееся в тело. Сасори не должен реагировать так на толпу, пусть ситуация и становилась с каждой минутой всё более щекотливой. Тогда в чём причина? В Дейдаре? В их близости? Руки под прикосновениями горели сильнее, чем от приевшегося призрачного пожара из-за неработающих техник. Рядом кто-то присвистнул и хлопнул Сасори по плечу, отпуская неприличное пожелание. Сасори грубовато дёрнул рукой в ответ на нежелательный контакт; незнакомец намёк уловил и поспешно удалился обратно к своей компании. Вот же дерьмо. Дейдара собирался смутить Сасори, но не хотел, чтобы всё это выглядело настолько двусмысленно. — Похоже я и правда перепил, — выдал Дейдара, для верности покачиваясь. — Мне бы домой. — Идём. — Сасори коротко кивнул. Они выбрались из толпы, которая продолжала веселиться и кричать им что-то неразборчивое вслед, и направились в сторону злополучного переулка. Дейдара чувствовал руку Сасори на спине, пока они продвигались через людей, и Сасори не разорвал этот контакт и после того, как они вышли. От прикосновения по коже прошли мурашки, реакция становилась несоразмерной происходящему, всего этого было слишком много и одновременно непростительно мало. В конце концов, Дейдара тоже человек с, упаси боже, своими слабостями. У кого-то хрупкие кости, у кого-то слабое сердце, а у него — обострённая реакция на напарника. Чёртово наваждение. И чёртов алкоголь. Он действительно действовал иначе, чем обычно. Хорошо, что Сасори не попробовал выпить — его-то закодированное на добрых два десятка лет тело могло и не выдержать. — Зачем вы плеснули в меня сакэ? — недовольно вспылил Дейдара, когда они остались наедине. Сасори, хвала богам, опустил руку и перестал его трогать. — Мы могли просто уйти. — Споить тебя как следует не удастся, но вот характерный запах хоть немного воссоздали. — Потрясающая идея, да. Я вас прямо-таки обожаю, — буркнул Дейдара, вкладывая в свой ответ весь возможный сарказм. Сасори коротко засмеялся, и это был первый раз на памяти Дейдары, когда его смех звучал так искренне. Дейдара застыл, запечатлевая этот эпизод в памяти — при всей своей любви к мимолетным мгновениям, некоторые вещи заслуживали жить вечно. — Не сомневаюсь. Ты как? Тяжело держать технику? — Ничего, пока справляюсь, — махнул рукой Дейдара. Техника держалась тяжелее обычного, но признаваться в этом он не спешил. Пожалуй, не стоит налегать на алкоголь в присутствии посторонних. — Долго нам ещё ждать? Сасори опустил руку в карман и извлек оттуда небольшие часы. — Нет. Ючи скоро должен показаться. — Прекрасно. Надеюсь, он ответственно следует своему расписанию. — Дейдара усмехнулся и сполз по стене, используя короткую передышку перед началом самого проблемного этапа их задания. — Постарайся не совершать слишком уж необдуманных поступков. — Да-да, я уйду, если почувствую, что дело — дрянь. Я понял. У вас есть хоть немного доверия ко мне? — рассеянно уточнил Дейдара. Вопрос повис в воздухе; они оба считали его неуместным после того, что Дейдара успел провернуть втихую за спиной Сасори. Да и вопросы доверия в их отношениях в целом оставались проблемной темой: Дейдара знал, что Сасори, несмотря на свои едкие комментарии, положился бы на него в бою, и сам не задумавшись доверил бы Сасори жизнь, но сомневался, что в новой жизни, в той, что утопично открывалась за пределами этого селения, их дороги не разойдутся порознь. Сасори выглядел задумчивым и, кажется, всё ещё был слегка напряжен. — Дело не в этом… — начал он и замолчал. — Неважно. В любом случае, я буду поблизости. Я тебя подстрахую. Дейдара нахмурился и перевёл взгляд в сторону. Странно слышать что-то подобное от Сасори — обычно тот страховал, конечно, но ограничивался перед этим базовыми инструкциями: «Не поднимай лишнего шума», «Думай наперед», «Давай без самодеятельности» и всё в таком духе. Словесная поддержка и близко не была сильной чертой Сасори и поэтому воспринималась отчасти неловко… и ценно. Дейдара отвернулся и, забывшись, попытался поправить волосы, но наткнулся рукой на короткий ёжик чужих волос. Из груди непроизвольно вырвался усталый вздох. — Я, конечно, не в лучшей форме, но всё равно надеюсь, что вам не придётся, м. В конце улицы послышались голоса, а потом и громкий резкий звук: кто-то не удержался на ногах и упал, задев при этом какую-то конструкцию. Если это Ючи, то скоро он пройдёт мимо них. Переулок, в котором они с Сасори находились, оказался тесным и пустым — немногие рисковали в принципе соваться сюда из-за высокого риска встречи с сомнительной компанией — и это по меркам здешнего селения. Похоже им с Сасори пока везло: рядом ни души, никто не заметит их нападения. Дейдара не особенно любил такие скрытные миссии, но порой приходилось работать с тем, что есть. После недолгого препирания с собеседником, человек, ставший причиной грохота, продолжил свой путь, поворачивая туда, где находились Дейдара с Сасори. Дейдара постарался принять самый невозмутимый вид и расслабленную позу, точно он имел полное право здесь находиться. Облик они с Сасори подобрали соответствующий — явно походили на каких-нибудь местных контрабандистов, уединившихся для обсуждения заказов. Ючи прошелестел мимо них вальяжной походкой, едва замечая двух незнакомых людей. Дейдару отсутствие его реакции насторожило больше, чем открытое подозрение — нетипичное поведение только повышало и без того зашкаливающую нервозность. Сасори быстрым мастерским движением присоединил нити чакры к Дейдаре, так, что Дейдара не сразу заметил, что его тело оказалось безвольной пешкой, подконтрольной внешней силе. Его рука — всё равно что чужая — на пробу пригладила штаны, а потом полезла в сумку за тончайшими нитями, которые ему отдал Сасори перед применением Хенге. Происходящее ощущалось странно, противоестественно, до жуткого неуютно. Дейдаре инстинктивно хотелось сопротивляться или вздрогнуть, словно это помогло бы избавиться от непривычного чувства инородного тела. Он знал, что контроль Сасори не такой уж незыблемый, если Дейдара начнет бороться, нити чакры оборвутся. Сасори мог бы держать его куда крепче и жёстче, настолько плотно, что Дейдара и пальцем не шевельнул бы без чужого приказа, но не делал этого. Вероятно, для того, чтобы Дейдара ощущал меньший дискомфорт от ситуации. Сасори легко, с каким-то природным изяществом, взмахнул кистью, и Дейдара сделал шаг вперёд. Ючи ушёл недалеко: двигался он медленно, но довольно упорно для человека, который много выпил. Дейдара настиг его буквально за секунду и, прежде чем тот успел отреагировать, выпустил в его сторону две тонкие иглы. Ючи рухнул, не успев осознать, что на него напали. Сасори разорвал контакт в ту же секунду, и Дейдара непроизвольно оступился, потеряв поддерживающую точку опоры, но устоял на ногах. Тело покрылось мурашками, и Дейдара ощутил призрачный пронизывающий холод, хотя вечер выдался на удивление тёплым. Он машинально передёрнул плечами, игнорируя желание закутаться плотнее в плащ. Если бы это помогло… Дейдара оттащил Ючи в сторону от дороги, переводя дух — хотя бы первая часть плана прошла гладко. Хорошее начало. — Он жив? — спросил Дейдара у Сасори, который в это время доставал иглы из шеи Ючи. Ючи всё ещё дышал — грудь равномерно вздымалась под едва слышные хрипы. — Это разбавленный яд, он не нанесёт серьёзного вреда его организму. Зато отходить будет, как после похмелья, что нам на руку. Подумает, что перепил, и всё забыл. — Думаете, поведётся? Он не настолько идиот… — Он самодовольный и избалованный идиот. Здешняя жизнь развращает, а от власти и вовсе сносит голову. Подобные ситуации у него случались. Есть идеи лучше? — Нет. — Дейдара лишний раз огладил одежду и как-то неловко спрятал руки в карманы. Пора идти, но он отчего-то не спешил и продолжал тратить впустую драгоценное и ограниченное время. — Что будет, если я не вернусь? Сасори посмотрел на него странным взглядом и нахмурился. — В каком смысле? — Ну… — Дейдара замялся. Они не обсуждали этот вопрос. На ходу прорабатывали план отступления на случай непредвиденных ситуаций, но совершенно не говорили о том, что случится, если Дейдару всё-таки поймают. Судя по рассказу Тору, для Дейдары это станет концом — пытки меньшее, что с ним сделают. — Сами понимаете, всякое иногда происходит. Надо бы условиться, когда меня, скажем так, можно не ждать. Когда Сасори заговорил, голос у него отдавал сталью так, что Дейдаре действительно стало некомфортно. — Дейдара, прекращай трепаться и иди. И лучше тебе выйти оттуда самому, если не хочешь, чтобы потом мне пришлось тебя тащить. Не добавляй мне работы. Дейдара только сокрушенно покачал головой — конкретики в этом ответе никакой. Им и правда следовало продумать такой вариант развития событий заранее — тут, конечно, упущение Дейдары. Дейдара готов был рисковать собой, но совсем не хотел, чтобы с Сасори в случае его провала что-то случилось. Но, судя по всему, Сасори не настроен его бросать. В том числе при худшем варианте. Это, с одной стороны, вызывало некоторую досаду, но в то же время ужасно… воодушевляло. Пугающе сильно. Приятно ощущать поддержу после всего, через что им пришлось пройти. Сасори, несмотря на все его колкие слова, верил в него. И Дейдара не мог не ответить ему тем же. — Вы останетесь здесь? Опасно. — Нет. — Сасори бросил короткий взгляд на бессознательного Ючи. Черты лица Ючи смягчились, дыхание выровнялось; он походил на мирно спящего человека, нежели жертву расползающегося внутри яда. — Если получится, найду место, куда его можно скинуть на время. Если нет… — Сасори неопределенно махнул рукой. Дейдара не до конца понял жест, но догадывался, что для Ючи ничего хорошего он не значил. — Увидимся, — кратко бросил Дейдара Сасори и отправился к выходу из переулка, подавляя назойливое желание обернуться напоследок. Он доверял Сасори — тот наверняка найдёт для Ючи укромное место и обставит всё так, словно Ючи сам там оказался, а потом вернётся к назначенной точке и будет страховать Дейдару на расстоянии. У них всё получится. Всё будет в порядке.

***

Зданием, которое наёмники использовали для прикрытия своих незаконных занятий, оказался обычный паб, ничем не отличающийся от множества других. Дейдара немного помешкал; недалеко от входа болтали несколько незнакомых ему человек, и он не был уверен, нет ли среди них знакомых Ючи. Дейдара бросил на компанию осторожный взгляд, надеясь, что они не прочувствуют чужое внимание и не посмотрят в ответ. Тору показал ему несколько потрепанных фотографий знакомых Ючи и постарался максимально полно описать внешность других. Отдыхающие люди не походили ни на людей на фотографиях, ни на одно из описаний; на всякий случай Дейдара переждал минуту и только потом, сделав глубокий вдох, нырнул в неизвестность. Шум, доносящийся из-за закрытых дверей, было слышно даже на улице. Дейдара дёрнул ручку и едва не поморщился — грохот стоял такой, что Дейдаре показалось, будто он перестал слышать собственные мысли. Внешний вид паба полностью соответствовал здешней публике: столь же неопрятный и несуразный, с многочисленными небольшими деревянными столами, вокруг которых на полусломанных стульях восседали разгульные компании. В воздухе витала крепкая смесь горячительных напитков и табака; на полу возле одного из столиков разлилась внушительная лужа — явно кто-то опрокинул бутылку с алкоголем. Люди смеялись, как одержимые, находясь на грани отчаяния, страха и странного экстаза. Дейдара на своей памяти ещё не видел подобного зрелища, и воспринималось это в какой-то мере дико. Кто-то присвистнул Дейдаре вслед и отпустил развязный комментарий. Дейдара едва не дёрнулся, но вовремя вспомнил, что находился под чужой личиной, и обращались сейчас к Ючи, а не конкретно к нему. Дейдара не успел разглядеть говорившего, потому реплику проигнорировал, и прибавил шаг: лучше не начинать ни с кем бесполезные диалоги, чтобы случайно себя не скомпрометировать, иначе плакал весь их с Сасори на коленке написанный план. Да и нужные ему люди находились не в этой части паба. Человек, следивший за порядком в этом убогом местечке, узнал его и кивнул, молчаливо призывая следовать за собой. Дейдара вспомнил его лицо — видел на одной из фотографий. Тору говорил ему о Привратнике — человеке, не участвовавшем в общих собраниях, но исполнявшем роль стороннего наблюдателя, следившего, чтобы чужаки, веселившиеся здесь, не забрели в комнаты, для них не предназначенные. Дейдара с облегчением выдохнул: хорошо, ему не надо самому искать нужную компанию. Они поднялись на второй этаж, и здоровяк провёл Дейдару по коридору в одну из закрытых комнат, рассчитанную, судя по всему, для ограниченного круга людей. Открыл дверь, пропуская Дейдару вперёд, и чинно удалился, оставляя его одного среди новых лиц. Струна натянулась, и ловушка схлопнулась. Дейдара почувствовал, как похолодели до кончиков пальцев руки. Он ощущал себя раненой добычей, распространяющей запах крови вблизи зубастых и голодных хищников, — чувство доселе для него незнакомое. В голове навязчиво срабатывала реакция «бей или беги», но ноги приросли к полу, а сил на полноценную борьбу у него не было. Нестройный гул песен и смешков теперь раздавался издалека, из-за завесы другого мира. — Ючи! — приветливо помахала Дейдаре какая-то девушка. Дейдара отмер и повернулся в её сторону, быстро узнавая — фотографию этой незнакомки тоже показывал ему Тору. Девушку звали Сайю, и она была довольно близко знакома с Ючи. Очень близко. С ней нужно вести себя аккуратнее: она быстрее, чем все остальные, способна почувствовать подмену. Дейдара расхлябанной походкой пересёк комнату, кидая на остальных нарочито ленивые взгляды. Вокруг круглого столика собралась внушительная компания — человек десять, не меньше, — и все они, говоря начистоту, вызывали у Дейдары чувство звенящего внутреннего напряжения. Присутствующие здесь люди вели себя подчёркнуто расслабленно: вальяжно распластались на стульях, вяло обмениваясь репликами, но Дейдара ни на секунду не сомневался, что в случае опасности они молниеносно схватятся за оружие и достанут наружу все его внутренности. Лучше, конечно, не давать им повода для таких действий. Дейдара рухнул на пустой стул, на всякий случай добавляя в свои действия намеренную неловкость. Стоит хорошенько вжиться в роль заядлого пропойцы, от его убедительности, как-никак, напрямую зависит, уйдёт ли он сегодня из этой комнаты живым. Мужчина, сидящий по правую сторону от него, хмыкнул и закатил глаза. — Ты себе не изменяешь, — буркнул он. Раздались приглушенные смешки. Дейдара косо посмотрел на остальных, но в душе остался очень собой доволен — начало положено хорошее. — Где Сейдзи? — спросил тот же мужчина. — Сколько его ещё ждать? — Не знаю, — пожала плечами Сайю, машинально поглядывая на закрытую дверь. — Наверняка снова опаздывает. Или заигрался с новым питомцем. Мужчина нахмурился и недовольно сжал губы. — Вот об этом я и предупреждал. Не стоит отдавать своим же… товары. Сайю в ответ отмахнулась. — Уймись, Тоши. Сам знаешь, что развлечение это весьма ограниченное по времени. — Ну-ну, — раздался незнакомый голос на противоположной стороне. — Парнишка получил, что хотел, теперь пусть определяется с приоритетами. Мало нам одного сбежавшего мальчика. Они говорили о Тору, догадался Дейдара. Значит, он действительно исчез, как и планировал. Он хотел осторожно выяснить подробности, но понятия не имел, что именно мог знать Ючи о его побеге. — Но Сейдзи никуда не сбегал, — возразила Сайю. — Да и тот сопляк наверняка прячется где-нибудь по кварталам. В любом случае, он не жилец. Так что? Будем ждать Сейдзи или начнём без него? Она смотрела на Дейдару, и тот снова ощутил, как идёт ходуном земля под ногами. Чёрт возьми, Дейдара не имел ни малейшего представления о чём она спрашивала. Тору отзывался о Сейдзи… неоднозначно. Явно что-то утаивал, но так и не признался Дейдаре, что именно, только предупредил, чтобы Дейдара вёл себя с ним осторожнее. И это при том, что Сейдзи сильно отличался от компании Ючи: всегда казался отстранённым, точно попал туда совершенно случайно. Он не поддерживал издевательства над Тору, никогда не участвовал в них сам, и даже выразил Тору сочувствие после смерти брата. — Нет, — отрезал он, тщательно контролируя голос. — Сам виноват, что забыл о времени. Наоки — молодой парень, сидящий слева от Дейдары, — согласно хмыкнул и протянул Дейдаре стакан с налитой туда жидкостью. Дейдара догадался, что там, ещё до того, как почувствовал запах. Естественно, алкоголь. Наверное, он вызовет подозрения, если откажется? Впрочем, он в любом случае рискует себя выдать, вне зависимости от своего решения. — Ладно, пока сыграем? — спросил Наоки с азартным блеском в глазах, тасуя в руках карты. — Жуть как хочется немного отвлечься. Дейдара сделал маленький глоток и отставил стакан в сторону, кивая. Играли не все: кто-то просто сидел в стороне, наблюдая; кто-то погрузился в разговоры, никаким образом не связанные ни с мёртвыми шиноби, ни с войной. Практически будничная болтовня — такая Дейдару волновала мало. Дейдара бросил карту и, ожидая хода Тоши, откинулся на спинку стула и нарочито расслабленно скользил взглядом по комнате, надеясь выцепить хоть какие-то детали, которые подсказали бы обстановку. Дейдара не знал, чего ожидать. Тору никогда не бывал в этой комнате, только знал о её существовании, множество раз видел, как с громыханием закрывалась дверь, и после около неё останавливался Привратник, как каменный несговорчивый страж, следивший, чтобы никто из посторонних туда не заходил. Скорее всего большинство из постояльцев заведения понятия не имели, что происходило наверху. Или просто не лезли не в своё дело из молчаливого согласия или страха. Дейдара остался с этой ситуацией в одиночестве. Напротив Дейдары висели небольшие плакаты, он их, в силу своей преувеличенной увлеченностью окружающими людьми, заметил не сразу. Фотографии на плакатах были довольно маленькие, но Дейдара всё равно смог их рассмотреть. В их отражении застыли лица шиноби, в большинстве своём отступников с перечёркнутыми символами деревень. На одном из плакатов был изображен шиноби из деревни Скрытого Тумана с броским большим мечом. Это о нём ходили слухи в квартале? Насколько Дейдара знал, никто его так и не нашёл. Если этот человек действительно заходил в селение, то мастерски скрывал своё присутствие. Рядом ещё одно изображение, на нём — девочка-подросток лет пятнадцати, с открытым добродушным лицом и лёгкой улыбкой. На её повязке нет перечёркнутой линии. Почему она здесь? Её чересчур невинное лицо резко контрастировало с остальными фотографиями. Тоже их потенциальная жертва? Дейдара перевёл взгляд на следующую фотографию и замер, ощущая призрачное жжение в глазах. Этого человека он знал хорошо, к своему бесконечному сожалению, слишком. Спокойный, отрешённый взгляд, перечеркнутая повязка Скрытого Листа и приметные глаза. Чёртовы глаза, которые стоили Дейдаре вменяемости, жизни и чувства собственного достоинства. Итачи. Ну надо же. Его тоже здесь искали? Сущее безумие. Дейдара иррационально почувствовал какое-то искаженное подобие жалости к тем идиотам, что сидели рядом с ним. Убитый парнишка из Песка — одно дело, как и кучка едва живых посредственных шиноби, но Итачи… он не даст себя поймать, если только ему самому это не будет по какой-то причине выгодно. Пусть отношения Дейдары с Итачи всегда были, мягко говоря, натянутыми, Дейдара отдавал Учихе должное — тот определённо не заслуживал смерти от рук таких самоуверенных, избалованных и нахальных людей, возомнивших себя богами. — Заказов становится больше, — удовлетворённо заметил Наоки. — Вчера врач из Тумана забрал своего пациента. — Зачем он ему? — рассеяно спросила Сайю, выбрасывая вперёд карту и хмурясь. Дела у неё шли неважно. — Пустит на исследования? — пожала плечами другая девушка. — Многим интересно узнать, почему техника нечестивого воскрешения дала сбой. К тому же, пока все заняты войной, конкуренции у него почти нет — это прекрасное преимущество, и шанс на открытие. Не удивлюсь, если потом напишет работу, а ему ещё и спасибо скажут. — Отвратительно, — скривилась Сайю. — Могу понять личные мотивы, но это — отвратительно. — Вероятно, и награду дадут, — фыркнула девушка, забавляясь от реакции Сайю. — Перестань. Тоши грубо рассмеялся. — То есть, ловить их и передавать заказчикам — не отвратительно, но то, что они делают с ними после, ты осуждаешь? Как-то лицемерно. Сайю украдкой взглянула на Ючи, но Дейдара старательно проигнорировал её взгляд, снова делая маленький обжигающий глоток. Реальность подёрнулась, но устояла, разве что цвета стали раза в два насыщеннее. — Нет. Я просто делаю свою часть работы. Я же не высказываюсь при заказчиках, верно? Так какое им дело, что я думаю о них на самом деле. — Меня тревожит, что вся эта падаль восстанавливает силы, — добавил Наоки. — На прошлой неделе мы уже потеряли Каору. Ещё и дрянного мертвеца пришлось убить… Одни убытки. — Да, работать становится труднее, — согласился с ним Тоши. — Сопротивления всё больше… с другой стороны, несколько человек изъявили желание присоединиться к нам. Это хоть немного сгладит трудности. — Всё в порядке? — участливо спросила у него Сайю. Вид у неё был немного сконфуженный и расстроенный, похоже, сетовала на то, что они с «Ючи» сидели так далеко друг от друга. — Ты сегодня такой тихий, прямо на себя не похож. Чёрт возьми, это плохо. Дейдаре нельзя вызывать у них подозрения. Дейдара широко улыбнулся и сделал большой глоток, выигрывая себе немного времени. Горло снова жгло — возвращённое к жизни тело определенно реагировало на алкоголь негативно. Ох и огребёт он потом последствий от своих действий. Дейдара звонко поставил стакан на игровой стол и едва не чертыхнулся от досады. Его взгляд против воли вернулся к стене с плакатами и снова зацепился за Итачи. Да уж, Итачи не попал бы в такую ситуацию. Как и Сасори. Неосторожное внимание Дейдары не осталось незамеченным, но интерпретировали его совершенно по-другому. — Снова переживаешь, что упустил зацепку? — предположил Наоки, и Дейдара согласно кивнул в ответ, абсолютно не понимая, о какой зацепке идёт речь. — Не бери в голову, какая-нибудь информация со временем всплывёт. — Это точно, — раздался новый голос; его обладателем был мрачноватого вида мужчина с россыпью мелких шрамов на лице. Дейдара его никогда не встречал и не помнил, что бы информацию о нём передавал Тору. — Время от времени эти сбежавшие с войны уроды дают о себе знать. Всё время лезут на рожон. Дейдара физически ощущал исходящую от этого мужчины угрозу — такую откровенную, что её нельзя было заглушить. Этот, пожалуй, в покое не оставит, если узнает правду, будет выслеживать до победного. — О ком-нибудь ещё есть вести? — спросил Дейдара, старательно изображая праздное любопытство. Один из безликих спутников пожал плечами и с готовностью ответил: — Пока нет. Мы потеряли след, ведущий к мечнику Тумана. Он просто растворился. — Я пытался что-нибудь узнать об Учихе, — добавил Наоки. — Но ничего. Неудивительно, впрочем, он же Учиха и бывший член Акацуки. Я бы больше удивился, если бы его удалось так быстро поймать. Грубые тиски сжали сердце, прежде чем запустить его с удвоенной силой. Вот оно. Дейдара так близко к своей цели. Надо, наконец, узнать главное и убираться отсюда подальше. Алкоголь начал действовать: Дейдара чувствовал, что голову окатывал приятный туман, а сам он против воли расслаблялся взаправду. Если так пойдет и дальше, его схватят прямо здесь. Он и себя ставит в щекотливую ситуацию, так ещё и рискует подставить Сасори. — Значит, нужно других искать, — сказал Дейдара. — На одном Итачи свет не сошёлся. В Акацуки он был не единственным. — Ючи, тебе и правда пора завязывать с алкоголем, — раздражённо ответил Тоши. — Твоя память оставляет желать лучшего. Ходим по кругу — эту тему обсуждали уже. Нам пока не с чего начать, чтобы ловить кого-то из них. — Сами заметили, что время уходит, — добавил Дейдара, едва сдерживая внутри ликование. — Идти за ними после полноценного восстановления станет опасно. — Перестань, — отмахнулся Тоши. — Возможно, они все отправились назад в ад, из которого вышли. Какой тогда смысл бегать за призраками. Дейдара деланно пожал плечами и промолчал в ответ, сохраняя невозмутимое выражение лица. Боковым зрением он заметил, как на него пристально смотрела Сайю, взглядом, проникающим под самую кожу. Никто больше не придал никакого значения словам Дейдары, но только не она — по едва заметной складке, залегшей между бровей, по безмолвному вопросу, застывшему в холодных глазах, Дейдара понял, что она начала что-то подозревать. Наверное, Сайю пока сама не до конца понимала природу собственной настороженности, но подспудно ощущала, что что-то явно шло не так. — А тебе сегодня везёт, — подметил Наоки, когда партия закончилась, а Дейдара победил. В голосе Наоки сквозило лёгкое разочарование. — Ну хоть в чем-то мне же должно везти, — ухмыльнулся Дейдара, протягивая руки и забирая часть выигранных денег. Наоки кивнул, усмехнувшись, и снова налил Дейдаре сакэ. Дейдара обреченно выпил содержимое, понимая, что эта порция — определённо лишняя. Дейдара ещё раз прошелся взглядом по стене с плакатами. В правом углу под каждым из них стояли разные знаки: парнишка из Песка отмечен маленьким крестиком — очевидно, что так обозначали убитых. Около Итачи красовался красным пятном вопрос; несколько шиноби были отмечены так же. Либо этим самым эти прекрасные ребята хотят сказать, что не знают местоположение целей, либо они вовсе не уверены, что те выжили. На паре плакатов отметки отсутствовали, обозначенных на них людей Дейдара не знал. У одного из них была повязка шиноби Конохи, другой же вовсе без протектора. Сколько же просуществует эта комната, этот маленький затерянный мир? По сравнению с только что освободившимися от техники, растерянными и едва живыми шиноби, находившиеся в этой комнате — боги, всемогущие и жестокие; беспощадные судьи, решающие судьбы других. Но мнимая вседозволенность покроется трещинами, стоит кому-то всерьёз оказать им сопротивление, — а такое не исключено в самом ближайшем будущем, и палачи это знают, поэтому и обеспокоены. Тот же Сасори сейчас далеко не такой слабый, как в начале. Но Дейдару тревожили слова об их возможных последователях. Если таковые найдутся, если их станет много, как вообще изменится их привычная жизнь? Появится организация наподобие их собственной, только с целью убийства и продажи бывших мертвецов? Дейдара мог бы пожертвовать им свой опостылевший плащ. А потом взорвать их всех ко всем чертям. К примеру, засунуть им всем по птице в горло… Если бы только работали руки… — Знаете, я всё думал… Тоши замолк на полуслове, услышав снаружи шаркающие звуки. Все сидевшие за столом неожиданно притихли, затаились, как прячущиеся в норках от охотников звери. На их лицах открыто читалось замешательство, разбавленное огромной долей звенящего беспокойства. Оно почти походило на затаённый страх. Дверь с тихим скрипом открылась, и Дейдара машинально перевёл на неё взгляд, отвлекаясь и от игры, и от плакатов, и от собственных мыслей. В проёме показался невысокий молодой парень; он дёрнул левую руку вверх в знак приветствия. Правую руку он завёл назад и, кажется, держал ею какой-то натянувшийся поводок — или так Дейдаре показалось. Парень изобразил улыбку, больше походившую на некрасивую гримасу, и собрался зайти, но нечто потянуло его назад, и он споткнулся. Его лицо мгновенно переменилось; маска притворного дружелюбия треснула и пошла крупными осколками, обнажая какую-то животную ярость. На скулах заходили желваки, взгляд подёрнуло чистым безумием — Дейдара был уверен, что от переполнявших эмоций на какое-то мгновение парень забыл, где находился. Кто-то из присутствующих шумно выдохнул. Парень — Сейдзи — резко развернулся к входной двери, сжал конец толстой верёвки в кулак с такой силой, что костяшки пальцев побелели, и разгневанно дёрнул верёвку на себя. Что-то — кто-то, осознал Дейдара, — с протяжным мычанием подался вперёд и прополз, падая у входа. Дейдара непроизвольно дёрнулся, тут же кляня себя, но все остальные отвлеклись, наблюдая, как и он, за сценой, и ничего не заметили. Дейдара шокировано смотрел на ввалившегося человека или, точнее, на то, что от него осталось. Шею незнакомца туго обвили ржавой цепью и верёвкой, имитируя ошейник у животного. Его лицо было избито и так сильно обезображено, что Дейдара затруднялся определить его возраст. Черты некрасиво размылись, превращая его из человека в нечто отдалённо человекоподобное — воскресшие мертвецы выглядели живее, чем он. Один глаз у незнакомца заплыл, нос оказался сломан, порванная губа обильно кровоточила. Разорванная в нескольких местах одежда открывала огромные синяки — пятна черно-фиолетового и желтого цвета, такие большие, точно он уронил на ноги краску. Человек с трудом тряхнул головой, и грязные волосы упали на лицо нестройными, сбившимися в колтуны, комьями. Он открыл рот и снова выдал невнятное страдальческое мычание, наблюдая на остальными с угасающей и изматывающей надеждой, понимая, что никто здесь ему не поможет. Вероятно, он и ждал совсем не помощи: надеялся, что его, наконец, убьют. Парень снова дёрнул верёвку, и человек упал, издавая невнятный полустон-полурыдание. Сил на сопротивление у него не осталось давно, да что там — он едва двигался. Человек попытался опереться на руку, чтобы приподняться, и Дейдара увидел, что трёх пальцев на правой руке у него не хватало. К горлу подкатила неожиданная тошнота, захлестнула такой жгучей волной, что на секунду Дейдара всерьёз поверил, что его вырвет прямо здесь, в этой комнате. Перед глазами плясали чёрные издевательские огоньки. Дейдара перевел дыхание и прикрыл глаза, пытаясь вернуть ускользающий мир обратно. Жестокость его не пугала, её результаты тоже, за свою жизнь он видел и случаи объективно хуже. Но именно от вида этого человека внутри всё переворачивалось, надрывало, болело. Дейдара смотрел на незнакомца и видел не его; перед глазами стояли спутанные светлые волосы и пустота на месте вырванного глаза, когда-то тренированного, чтобы сопротивляться шарингану. И слабые руки с навсегда вывалившимися языками. Дейдара смотрел на него и видел бледное окровавленное лицо, потерявшее всякое выражение, и мёртвые, устремлённые в никуда карие глаза. Порванную одежду, обнажающую следы зверских побоев. И переломанные, некогда изящные пальцы… Дейдару замутило с новой силой. — Какого чёрта ты вытворяешь? — раздался, наконец, чей-то потрясённый голос. — Только не говори, что в таком виде тащил его по улице… Сейдзи неопределённо взмахнул рукой. — Скажу больше — никто по пути на нас особо и не глазел. — Твоё поведение выходит за границы, — покачала головой Рей. — Это неприемлемо. — Неприемлемо то, что этот человек при жизни сделал с моей семьёй и кучей других семей. Неприемлема публичная порка, которую вы устроили на площади. А это — акт возмездия. Справедливости. — Сейдзи, послушай, — заговорила Сайю, её тон звучал очень мягко, будто она говорила с буйным ребёнком, которого нужно успокоить любыми силами. — Мы всё пониманием. Правда. Поэтому и отдали тебе… это. Но, пожалуйста, ты пугаешь людей… — Пугаю людей? — он криво усмехнулся. Сайю замолчала. В разговор никто не спешил влезать. Дейдара чувствовал, что должен сказать хоть что-нибудь, но едва был способен связно мыслить. — Ты не можешь всюду таскать его с собой, — раздался грубый голос покрытого шрамами мужчины. — Я и не собираюсь. Ему недолго осталось. — Сбагри его в подвал на время собрания, — не скрывая отвращения попросил Наоки. — Противно смотреть. Весь аппетит к чёрту убил. Сейдзи неестественно ухмыльнулся и вышел из помещения. От последовавшего лязга натянутой цепи несколько человек непроизвольно вздрогнули; Дейдара реакции не выдал, но по большему счёту из-за того, что всё ещё находился в странном оцепенении. Сколько у них таких было? Сколько впереди? Будь он человечнее, сказал бы, что это акт возмутительного надругательства над человеческой жизнью, акт более безжалостный, чем техника Эдо Тенсей. Хорошо, что Сасори тут нет. Мимолётная мысль привела Дейдару в чувство. Он очнулся, словно после долгого сна, принёсшего, вместо бодрости и спокойствия, лишь большее истощение и тревогу. Сейдзи вернулся один, тихо сел за противоположную от Дейдары сторону стола, быстро что-то шепнул Тоши и прожестикулировал. Тот кивнул в ответ. Атмосфера постепенно разряжалась, все понемногу успокаивались и начали невпопад шутить. Полуживой человек, видимо, остался где-то внизу, под первым этажом. Возможно, в эти самые секунды он как никогда отчаянно надеялся умереть — освободиться до того, как вернётся его мучитель. Что это, карма? В самом деле форма справедливости? Он что-то сделал с семьёй Сейдзи, Сейдзи вернул ему долг. Но это Дейдары не касалось. Он узнал главное: их никто пока не искал. Они с Сасори в относительной безопасности, пусть после увиденного это воспринималось издёвкой. Так или иначе, он получил то, за чем пришёл, пора уходить, пока никто из его новых приятелей не догадался, что человек, сидящий рядом с ними, мало того, что чужой, так ещё и их потенциальная цель. Сколько бы за него дали? Мысль его отчего-то рассмешила. Дейдара заглушил неуместный смешок очередной порцией сакэ и, шатаясь, встал из-за стола. Рюмка, предательски звеня, опрокинулась, покатилась по столу и звонко упала на пол, отчего все присутствующие недоуменно уставились на Дейдару. — Выйду на воздух, — пробормотал он. — Скоро вернусь. — Всё нормально? — пробасил испещренный шрамами мужчина, и Дейдара кивнул: — Надоело душное пространство. — Опять же — пить меньше надо, — кто-то крикнул ему вслед, но Дейдара на выпад не ответил. Остальные вернулись к игре, теряя интерес к Дейдаре. Он заплетающимся шагом невозмутимо прошёл к выходу из комнаты. Сдержанность давалось чертовски тяжело — в любой момент техника могла слететь; концентрация подводила Дейдару, и чужой образ стал покрываться трещинами. Голова неприятно гудела, очертания куда-то уплывали и, ко всему прочему, его снова затошнило. Дейдара, не поднимая головы, махнул Привратнику, спустился на первый этаж и остановился; общие комнаты располагались впереди, по левую сторону от них лестница уходила вниз, скорее всего в подвал. Время поджимало, но Дейдара всё равно медлил, его с силой тянуло спуститься — в самый мрак, маленькую обитель ада. Нога предательски застыла на ступеньке, и Дейдара повиновался непреодолимому порыву. На двери висел замок с вставленным в него ключом. Дейдара аккуратно повернул его, и замок громко щёлкнул, открывая дверь. Внутри было темно и сыро, отвратительный запах быстро забился в ноздри. Дейдаре потребовалось несколько секунд, чтобы привыкнуть к темноте: внутри не оказалось ни ламп, ни какого-либо другого источника света. Только небольшая полоска, идущая от приоткрытой двери, в проёме которой застыл Дейдара. Измученный Сейдзи человек находился в дальнем углу, лежал, повернувшись к стене, и никак не реагировал на открывшуюся дверь. Дышал он редко и тяжело, с хрипами. Недалеко от него впечатался в стену другой мужчина, — он сидел, скрючившись, обняв руками колени и подтянув их к груди. Смотрел на Дейдару затравленным, испуганным взглядом и тихо плакал. В подвале была и другая дверь, тоже закрытая, наверное, через неё сюда людей и заводили, чтобы не пугать постояльцев. Дейдару захватило иррациональное желание оставить дверь открытой. Просто назло: добавить проблем отвратительной компании Ючи. Он бы так и поступил, если бы не понимал всю возможную тяжесть последствий. Дейдара машинально покинул комнату, тихо закрывая дверь. Почти столкнулся с Привратником — тот подошёл слишком близко и сосредоточенно наблюдал за его действиями. — Порядок? — уточнил он. — Полный. Выглядят так, как им и положено, — Дейдара выдавил из себя кривую усмешку и прошёл мимо, ныряя в шум внешнего мира. Галдёж в общих комнатах больно ударил по тяжёлой голове, накрывая предательской темнотой. Дейдара продолжал упрямо идти вперед, хотя сознание куда-то неуклонно уплывало. На сопротивление уходило много сил, Дейдаре куда больше хотелось попросту пустить всё на самотек и отдаться воле случая. Обманчивые мысли. Он вздохнул и легко мотнул головой. Стоит ему сдаться, стоит снять технику — и конец. Дейдара, не поднимая головы, быстрым шагом преодолел оставшееся расстояние, и почти выбежал наружу, вдыхая спасительный прохладный воздух. Внутренности скрутило спазмами, он согнулся, придерживаясь рукой за стену здания. Сердце колотилось, как безумное, отсчитывало беспорядочный нездоровый ритм. На улице было тихо, только где-то вдалеке раздавались приглушенные голоса. Дейдара снова вздохнул, на этот раз медленно и размеренно. От техники не осталось ни следа — она окончательно слетела, стоило ему покинуть это гнилое заведение. Теперь Дейдара лишился своего прикрытия — его лицо скрывал только тёмный капюшон, который с трудом мог сойти за достойную маскировку. Пора искать Сасори и уходить. — Эй, Ючи? — раздался в тишине робкий женский голос. Дейдара застыл, осторожно оглядываясь назад. В нескольких метрах от него стояла Сайю и неловко перепиралась с ноги на ногу. Он едва не застонал — и вот надо было этой девчонке появиться в такое неподходящее время! Да и ещё когда он в таком состоянии. Дейдару слегка повело: голова до сих пор кружилась. — Всё хорошо? — спросила Сайю, спешно делая шаг по направлению к нему. — Опять перепил? Бросал бы это дело… — Всё нормально. — Дейдара отмахнулся, непроизвольно отступая от нее. Голос подвёл: получилось совсем не похоже на Ючи. Дейдара знал, что своим поведением вызывает подозрения, но не мог позволить Сайю подойти ближе. Досадно признавать, но противник из него сейчас недостойный: она быстро уложит его на лопатки. Дейдаре совершенно не улыбалось позориться подобным образом. — Давай вернёмся, — предложила она куда более невозмутимым тоном и кивнула в сторону паба. — Ляжешь в комнате отдыха, полегчает. Я принесу чай. Она наклонила голову вбок, оглядывая его с головы до ног. Дейдара плохо видел её глаза, но почти физически ощущал этот взгляд. Он на мгновение отвернулся, усмехаясь, — догадалась. Странное поведение Дейдары окончательно подорвало её доверие. — Как-то не хочется, — с усмешкой ответил он, потягивая время. Дейдара слепо нашарил в кармане маленькую бомбочку и задумчиво перебирал ее пальцами, размышляя. Взрыв-то он устроит, её заденет, но сколько будет шума… — И где Ючи? — спросила она. — Откуда же мне знать, м? — прошептал Дейдара. — Спит в своём доме или гниёт сейчас где-то в заброшенном переулке… — он послал ей ехидную усмешку. Сайю легко вышла из себя, враз теряя всю напускную невозмутимость. Стоило отдать ей должное: она двигалась молниеносно, безошибочно, под стать опытному шиноби. Дейдара подобрался, но всё равно пропустил движение — удар пришёлся в правую скулу. Дейдара непроизвольно подался назад, делая неловкое лишнее движение, и почти заваливаясь на асфальт. Карман всё ещё грела лежавшая маленькая бомбочка, которую Дейдара так сильно не желал использовать. Выбора не осталось, придётся либо ждать следующего удара, либо взрывать девчонку и слепо надеяться, что он успеет скрыться до того, как улицу заполонят любопытные людишки. Сайю подошла почти вплотную к нему, и Дейдара заметил блеснувшее в темноте острое лезвие. Сайю смотрела на Дейдару с выражением торжества, смешанного со жгучей ненавистью, и определённо представляла, как с особой жестокостью вспарывает Дейдаре горло. Дейдара напряг мышцы, готовясь уклониться от удара, но ничего не произошло. Сайю продолжала стоять на месте, её рука, державшая клинок, мелко дрожала. Изменилось только выражение лица — за короткий миг злые глаза наполнились растерянностью и непониманием. Сайю потянуло в сторону и она, как безвольная марионетка, нелепо и искусственно дёрнулась, повинуясь чужой воле. Спустя пару секунд Дейдара услышал, как её тело упало на землю. — Жалкое зрелище, — протянул Сасори, наблюдая, как Дейдара поднимается и отряхивает плащ. — Ещё немного, и тебя бы прикончила девчонка. Наёмница. Низко падаешь. — А вы могли быть и расторопнее, — не остался в долгу Дейдара. — Знаете же, что после Хенге я долго восстанавливаюсь. По лицу Сасори пробежала тень, и Дейдаре это совсем не понравилось. — Её с собой возьмете? — спросил Дейдара, кивая в сторону бездыханной Сайю. — В коллекцию? Сасори подошел к ней и бросил равнодушный взгляд. — Нет. В этой местности будет чересчур приметная. Да и не нравится она мне. — Да, это достойная причина, — кивнул серьёзно Дейдара и отвлекся на дыхание: снова замутило, что же такое… — По-моему, мне плохо от запаха крови. Сасори посмотрел на него как-то странно, настороженно и озадаченно. — Иди вперед. И старайся не шуметь, раз уж остался без прикрытия. — А вы? — Я разберусь с телом. Нужно её спрятать или хотя бы перенести отсюда. И решить, что делать с Ючи… Иди. Я тебя догоню. *** Дейдара едва помнил, как добрался до квартала. Сначала бессмысленно плутал десять минут по улицам — никак не находил ближайшего входа в лабиринт, чтобы через него вернуться обратно. Его валило усталостью и слабостью в теле. Обманчивый морок слегка кружил голову — до одури хотелось юркнуть в какой-нибудь из местных проулков и перевести дух, стереть из памяти увиденные картины. Дейдара с завидным упорством пресекал опасные желания: если он пойдет на поводу у своих слабостей, то наверняка уже не встанет. Остается идти только на чистом упрямстве. Только оказавшись в пустых мрачных стенах подумал о том, что карту следовало отдать Сасори. Конечно, у Сасори есть пропуск, он вполне может вернуться и через охраняемые ворота, но путь через лабиринты был бы безопаснее. Осознание собственной оплошности сдавило тисками, посылая по телу очередную волну нервозности. Искать Сасори поздно, да и шастать дальше по центру в принципе рискованно — от его действий будет больше вреда, чем пользы. Навязчивые мысли, впрочем, не отпускали всю дорогу, отчего Дейдара пару раз сбился и даже с картой с трудом скорректировал маршрут. Кое-где освещение отсутствовало вообще, приходилось идти практически на ощупь, опираясь о стены рукой, и сверяться с картой только на более-менее светлом участке. Лабиринт вывел его в антикварную лавку, сейчас закрытую и безмолвную. Дейдара отрешенно покопался в кармане и достал оттуда ключ — его завтра нужно вернуть, иначе Маюри начнёт выносить ему мозг. Дейдара надеялся, что холодный воздух поможет ему привести мысли в порядок и на время успокоит бушевавшие внутри чувства. Но перед глазами навязчиво возникал образ небольшой комнатки, хранящей грязные секреты, спуск в сырой подвал и незнакомое изувеченное лицо, подёрнутое мукой. Дейдара пытался отвлечься, вообразить что-то другое, и тогда мысли предавали вновь, открывая другую картину, куда более жестокую и яркую, и она казалась реальнее того, чему он стал свидетелем. По бледному лицу медленно расползалась ярко-алая кровь, а на Дейдару вновь смотрели карие глаза — потухшие и безжизненные.

***

Сасори пришёл домой только через пару часов, когда Дейдара разве что на стену не лез от беспокойства. За эти бесконечные минуты Дейдара чего только не напредставлял, и уже всерьёз собирался возвращаться — и плевать на последствия, — когда дверь, наконец, долгожданно щёлкнула и открылась. Дейдара рванул в коридор, чуть ли не вплотную сталкиваясь с раздражённым и мокрым Сасори. — Почему вы вымокли? — задал Дейдара глупый вопрос, не спеша увеличивать дистанцию. Сасори какое-то время молча смотрел на него в ответ весьма красноречивым взглядом. Затем, не дождавшись реакции, легко толкнул Дейдару в грудь и прошел мимо, бросая на ходу: — На улице дождь льёт. Ты слепой или глухой? Дейдара не без удивления перевёл взгляд на заляпанное мелкими каплями воды окно. Видимо, он тут совсем выпал из реальности. Сасори вернулся спустя несколько секунд, без плаща и с полотенцем в руках. Дейдара с непривычной покорностью ждал ругательств и критики, но Сасори не спешил разрождаться тирадой. Скорее всего, попросту устал и не хотел тратить энергию на разборки. — Вас долго не было, — произнёс Дейдара, когда пауза стала неуютной. Сасори в ответ пожал плечами, вытирая мокрые волосы. — Мы должны были обойтись без смертей. Этот… эпизод на улице здорово осложнил ситуацию. — Да, я понимаю, — Дейдара досадливо поморщился, но сейчас злился лишь на себя. — Мне стало плохо ещё в пабе, и эта… девчонка всё заметила. Я ушёл слишком быстро. — Ну, у тебя не то, что бы был выбор, верно? Если бы задержался, то мог выдать себя в присутствии наёмников, — отозвался Сасори. — Тогда уйти оттуда стало бы сложнее. Дейдара не стал его поправлять — сложнее не стало бы, он бы попросту оттуда живым не вышел. — Пожалуй, я просто… рассчитывал, что всё пройдет более гладко, — признался Дейдара. — Но по крайней мере нас не ищут. И никто о нас не знает. Дейдара умолчал об увиденном в комнате, сама мысль о том, чтобы всё рассказать, выбивала из сил. Признаться, он не был уверен, что поделится этим открытием с Сасори завтра или послезавтра или через кучу чёртовых дней. Дейдара оставит эти воспоминания себе — вся эта мерзость умрёт в нём, не затрагивая Сасори, которого не должно было там быть. — Хорошие новости, — бесцветно бросил Сасори и развернулся в сторону их общей комнаты — переодеваться. Дейдара машинально поплёлся следом, останавливаясь около раздвинутых сёдзи. — Так вы избавились от девчонки? — Можно и так сказать. Её, вместе с Ючи, найдут в весьма сомнительном месте, поэтому есть вероятность, что это спишут на рядовое убийство, коих здесь тьма, — приглушенно ответил Сасори, подбирая с футона сухую футболку. Дейдара отвёл взгляд и прислонился к стене, бездумно наблюдая, как в окно барабанят громкие капли. — Значит, Ючи тоже пришлось убить. — Да, — лаконично ответил Сасори. — Вы всё сделали правильно, — негромко сказал Дейдара, ощущая себя непривычно скованно. — Я должен был поступить так же: тихо и чисто. — Что об этом рассуждать? Случилось то, что случилось. Дейдара непроизвольно напрягся — Сасори вёл себя ну на редкость невозмутимо. Он в самом деле не кипел от ярости, не читал надоедливые нотации, не угрожал. Да и в его словах не слышалось упрека, только сухая констатация фактов. Он понимал, что они отработали не идеально, могли оставить след, во многом это «заслуга» Дейдары, но не спешил бросаться обвинениями… непривычно. — Ладно. Мы поговорим о моей встречи с Тору или… — Нет, — резко отозвался Сасори и посмотрел в глаза Дейдаре, обжигая одним взглядом. — Мы не будем это обсуждать — не сегодня. Я не уверен в своей реакции. Дейдаре стоило радоваться, что разбор его неосторожных действий откладывался, но никакого облегчения не было. Они снова ступали на ту же сомнительную дорожку — вновь скрывали друг от друга эмоции и поступки. После выходки Дейдары Сасори не скоро захочет ему открыться, и это в то время, когда он активно проходит через ломающее его очеловечивание. — Сделанного не изменить, — подытожил Сасори и добавил: — Поэтому мы с тобой обсудим более насущный вопрос. — Какой, м? — с некоторой опаской уточнил Дейдара. Сасори почти неслышно вздохнул и оглядел его как-то очень пристально, с головы до ног. Таким медленным, изучающим взглядом, от которого Дейдара смутился. — Будем решать проблему с твоими руками, — с нетерпящей возражения интонацией заявил Сасори. — Поэтому давай-ка снимай бинты. Дейдара не сдвинулся с места и исполнять поручение Сасори не спешил. Сасори в это время плавно передвигался по комнате, раскладывая вещи и что-то выискивая. — Ну чего ты стоишь? — с недоумением уточнил он, наконец обратив внимание на Дейдару. — Давайте как-нибудь обойдёмся без этого? — на пробу без особой надежды возразил Дейдара, машинальным движением потирая руки друг о друга. — Нет. — Что, прямо так категорично? — В чём проблема? — устало спросил Сасори. — У меня нет намерения тебя препарировать. — Это приятно слышать, но… — Дейдара схватил конец бинта и начал медленно разматывать руки. — Без обид, но я сомневаюсь, что ваши манипуляции что-то изменят. — Предлагаешь и дальше просто ждать? Тебя сегодня едва не убили. Если бы ты пошёл один, — с нажимом проговорил Сасори, недовольно качая головой, — то не вернулся бы обратно. — Не исключено, — не стал спорить Дейдара с очевидным. — Вам-то какое дело? — Мне приходится прикрывать тебе спину. Дейдара с сомнением посмотрел в глаза Сасори, начиная разбинтовывать левую руку. Ладони, не скрытые повязками, рождали в нём неуютные чувства, настойчиво рвущиеся наружу. Дейдара ощущал, что сердце забилось быстрее, и чтобы скрыть реакцию, продолжал давить на Сасори. — Ваша проблема решается удивительно просто, да, — кивнул Дейдара самому себе. — Достаточно этого не делать. — Вот как. — Сасори вполне успешно изобразил деланное удивление. — Позволить тебе умереть? — Да, — согласился Дейдара. — Или вас это не устраивает? Не хотите моей смерти? — Я же сказал, мы не будем сегодня обсуждать эту тему. — Так решили только вы. Я открыт для дискуссии. Бинты лежали на полу. Дейдара сцепил руки в замок, стремясь немного потянуть время, хоть и осознавал неизбежность своего положения. — Нам, как двум отступникам и бывшим партнерам, выгоднее держаться вместе. Учитывая все обстоятельства, — сухо отозвался Сасори. Дейдара не удержался от улыбки. — Особенно учитывая мои проблемы с чакрой, из-за которых я почти не восстанавливаюсь. Занятно узнать, какая выгода кроется в надобности меня спасать. Бросьте, — отмахнулся он. — Какая-то совсем слабенькая ложь для вас. Могли бы и не юлить. Сасори блеснул холодным взглядом и кивнул в сторону подушек. — Садись и руки свои выставляй. — Вы только понежнее со мной, — с серьёзным видом сказал Дейдара, повинуясь указаниям. Дейдара неловко приземлился на подушку и, дождавшись, пока Сасори усядется напротив него, протянул ему руки. В комнате царил полумрак, усиливающий назойливое ощущение интимности момента. Дейдара пытался отвлечься, перебирал в голове отвлечённые образы, постарался вспомнить вечно ругающегося Хидана. Ему было безразлично, о чём именно думать, лишь бы не зацикливаться на Сасори и этом чересчур личном и каком-то откровенном моменте. Все посторонние мысли растворились, когда Дейдара почувствовал руки Сасори на своих. Сасори касался его очень аккуратно, бережно, точно работал с особенно хрупким механизмом, который от любого неосторожного и грубого движения рассыпался. Воздух загустел и стал тяжелым. Дейдара непроизвольно замер в чересчур прямой и напряженной позе, от которой неприятно тянуло спину. — Всё нормально? — Сасори всё-таки заметил его странную реакцию. Дейдара нашёл в себе силы только кивнуть. — Я собираюсь запустить чакру в твои руки. Попробую соединить нашу чакру, возможно, это подскажет, в чём проблема. Тебе не будет больно. — Неужели? — Дейдара недоверчиво выгнул бровь. — Да уж. Ваши прежние клиенты вряд ли могли как-то пожаловаться. «Будучи мертвыми», — добавил про себя Дейдара. Сасори пожал плечами. Дейдара про себя отметил, что обычные человеческие жесты в его исполнении стали выглядеть на порядок натуральнее, раньше это смотрелось совсем иначе. — Дело твое. В конце концов, это ты не можешь лепить свои фигурки. Удивительная манипуляция, просто потрясающе. И ведь получилось же у него вывернуть, не поспоришь: это действительно была проблема Дейдары. Которую он очень хотел решить. — Прекрасно, — всё ещё с долей сомнения выдохнул Дейдара и, собравшись с духом, добавил: — Действуйте. Только не заходите слишком… глубоко. Нужно отдать должное Сасори — если он и ощущал брезгливость к ртам, то сейчас никак её не демонстрировал, не отпускал свои ехидные и злые комментарии. Хоть что-то положительное: это немного приглушало скованность Дейдары. Чакра Сасори коснулась Дейдары, и он машинально напрягся, ожидая дискомфорта, жжения, боли — любых неприятных ощущений, которые должны были последовать за этим вторжением. Но ничего подобного не происходило. Он чувствовал только лёгкое тепло и присутствие Сасори. Сасори и правда был предельно аккуратен — ни одного лишнего движения, только сосредоточенность и увлечённость. Дейдару это завораживало. Кажется, он вообще перестал шевелиться, боясь разрушить это редкое хрупкое мгновение. Даже дышать стал реже. Только смотрел, как выверенными, отточенными движениями пальцев — ни единого намёка на недавний тремор — Сасори направлял свою чакру к Дейдаре, стараясь найти причину отказа его техник. — Очень странно, — спустя несколько минут заговорил Сасори, по-прежнему не отпуская его. — У тебя необычно функционирует поток чакры, как будто несколько точек перекрыто. Такое хаотичное движение… — Дела мои плохи? — озвучил подозрения Дейдара, с удивлением отмечая, что от новой информации не чувствует практически ничего. В глубине души он давно знал: что-то внутри сбоило, что-то шло не так. Но иногда хотелось обмануться, притвориться, что всё в порядке. — Сложно сказать, — неохотно ответил Сасори, словно такой неопределённый ответ задевал его самолюбие. — Но с таким потоком неудивительно, что ты не можешь применять техники. Я бы подумал, что ты на Хьюг нарвался, если бы не знал, что причина в Эдо Тенсей. — При чём тут Хьюги? — вяло спросил Дейдара. Откровенно говоря, причина его не так уж заботила, ему требовалось конкретное решение проблемы. Список инструкций, который помогал исправить это недоразумение. — Некоторые их техники действуют схоже. Перекрывают каналы чакры. — Понятно, — кратко бросил Дейдара, окончательно теряя заинтересованность. — Вы мне другое скажите: это исправить как-то можно? Сасори отвлёкся от его ладоней и прямым взглядом уставился на Дейдару. В глубине его глаз мелькали отголоски каких-то сложных эмоций, которые Дейдара по-прежнему не улавливал. Сасори непроизвольно нахмурился, обдумывая ответ. Дейдара почти беззастенчиво любовался им, запоминая каждую деталь на случай, если в будущем ему больше не доведётся увидеть Сасори в роли человека. — Не знаю, — неохотно заключил Сасори, признавая поражение. — Вряд ли мы можем повлиять, если это побочный эффект техники. — А я ведь изначально говорил, что затея у вас провальная, — не преминул уколоть его Дейдара. — Но рад, что вы потешили самолюбие и покопались у меня внутри. Всегда пожалуйста. — Можем и по-другому попробовать. Через твой рот на груди. — Нет, — не терпящим возражения тоном осёк партнера Дейдара. — Хватит с меня. И с вас хватит тоже. Сасори порывался что-то ещё сказать, но передумал. Несмотря на щекотливую ситуацию, ни один из них не спешил разрывать установившийся контакт. Сасори почему-то продолжал держать его руки в своих, Дейдара почему-то позволял и не спешил отдаляться. В этот момент Дейдару обернуло незнакомым и тёплым ощущением оторванности от остального мира. Реальность схлопнулась и сузилась до этого небольшого, богом забытого домика, до маленькой гостиной с приглушенным светом, до их двоих, оказавшихся в центре. Дейдару сейчас не тревожили ни другие люди, ни вынужденная изоляция, ни война со всей ее непредсказуемостью. Всё это казалось далёким и ненастоящим; настоящая жизнь горела здесь, в этой комнате. Такая искренняя, переменчивая и удивительно восхитительная. Дейдара осторожно погладил руку Сасори и слегка сжал её в своей. От его взгляда не укрылось то, как расширились от этого глаза Сасори, и как быстро сбилось его дыхание. Дейдара медленно наклонился ещё ближе и аккуратно, как-то целомудренно, коснулся своим лбом его лба, тыльной стороной руки невесомо погладил прохладную после улицы щёку. Сасори на несколько секунд поражённо замер. Дейдара, уловив реакцию, отстранился, замечая, как застекленели глаза Сасори, как тот смотрел куда-то в пространство через него. Тело Сасори потеряло всякую расслабленность, в позе сквозило напряжение. Дейдара не трогал его, но был уверен, что сейчас тело Сасори явно пыталось запустить реакцию «Бей или беги». — Ты… какого чёрта, — пробормотал Сасори негромко. Он не злился, не раздражался, но… он явно проваливался куда-то в бездну незнакомых и ошеломляющих ощущений, и что-то Дейдаре подсказывало, что добром это не кончится. Вот же… — Послушайте, всё в порядке, — поспешно заговорил Дейдара. Сасори отмер и молниеносно сбросил его руки, отряхиваясь, точно хотел избавиться от ощущения чужих прикосновений. — Руки не распускай, — едко посоветовал Сасори, окончательно разрывая установившуюся зыбкую связь. — Что на тебя вообще нашло? Забыл, с кем находишься? Дейдара устало наблюдал, как напарник порывисто встал, но сам продолжал сидеть в той же позе. Сасори смотрел на него сверху вниз, с выражением открытого презрения и досады. Предсказуемо. Он никогда не любил, когда его пытались вытащить из защитной скорлупы тщательно охраняемого равнодушия. Но Дейдара не собирался позволять ему себя обманывать. Сасори реагировал. И реагировал на Дейдару отнюдь не как на напарника, с которым его связывают лишь деловые отношения. К сожалению, Дейдаре это мало чем помогало. — Я ужасно устал, — признался Дейдара, на секунду прикрывая глаза. — Давайте оставим это до завтра и просто пойдём спать? Не волнуйтесь, не буду приставать ночью. — Если захочется пристать, здесь есть заведения, которые решают подобного рода проблемы. Вот туда и обращайся, — сухо велел Сасори. — Я тебе тут не помощник. — Да-да, понял, учту, м, — Дейдара шатко поднялся на ноги, ощущая зудящее покалывание по всему телу. В руках ощущение было особенно сильным — остаточное действие вмешательства Сасори? — Хотя, как знать, может, это вам бы стоило разок побыть посетителем злачных мест? Вдруг почувствуете вкус жизни? Или беситься перестанете. Дейдара вышел из комнаты до того, как Сасори успел что-то сказать.